Stranger

Точный удар, за ним второй. Он контролирует тяжелое дыхание и исподлобья наблюдает за тем, как на груше появляются вмятины. Влажная от испарины на лбу чёлка лезет в глаза, но он не обращает внимание, сосредоточенный на повороте корпуса и силе в горящих от тренировки мышцах. Железное крепление жалобно скрипит от повторяющихся ударов. Альфа хмурится и делает резкий выпад, груша отлетает сторону и мужчина ловит ее, останавливая. Он вытирает пот с лица предплечьем и таким же образом зачёсывает челку назад, открывая соколиный чёрный взгляд. Лиюн, стоявшая около стены, улыбнулась. Он так и не заметил ее с того самого момента, как она зашла в зал. Девушка наблюдала за тем, как мощное тело с поразительно тонкой ловкостью передвигается из одной точки в другую, как бугрящиеся мышцы перекатываются на смуглой спине от напряжения, как горят алым волчьи глаза время от времени, словно Чонгук что-то вспоминает и ярость тут же жгучим огнём распространяется по всем жилам внутри. В ней клубится вожделение, но она подавляет его, несмотря на то, что низ живота горит от желания. — Доброе утро. — омега подаёт голос. Мужчина вздрагивает и поворачивается. Заострённые черты лица тут же смягчаются при виде неё. Он ласково усмехается. — Доброе, кроха. Давно ты здесь? — Около получаса. — Извини, так глубоко ушел в свои мысли, что не почувствовал тебя. — Чонгук стянул с рук боксерские перчатки. — Ничего страшного. Мне даже понравилось. — в глазах ее мелькнул азарт. Альфа изогнул бровь. — Понравилось? — Ты ведь говорил, что хорошо подготовлен. Хосок рассказал, что ты был в военном отряде. — Что-то вроде того. Недолго. Пока к власти не пришел Джухон. — чужак отбросил перчатки в сторону и поманил ее к себе ладонями. — Иди ко мне. Я научу тебя некоторым несложным приемам. — У меня не получится. — неуверенно проговорила она, однако приблизилась. — Я так не думаю. Через пару минут уже уложишь меня на лопатки, спорим? — Или ты меня. Чонгук усмехнулся. — Единственное место, где я уроню тебя на лопатки будет наша постель. И не только на лопатки. Хотя есть и более интересные места, ты права. — она краснеет и послушно вкладывает свои ладони в его, чем он пользуется и резко притягивает ее к себе, вжимая в свое разгоряченное после тренировки тело. Их кончики носа сталкиваются и альфа поворачивает ее спиной к себе. — Вытяни руки…вот так, да. Сожми кулаки. Крепче. Умница. Разверни корпус вбок и согни правую в локте. — Чонгук провёл ладонями по ее плечам, предплечьям, словно поглаживая, и сжал ее кулачки. — Это короткий удар, если приложить силу, есть возможность хорошо обезвредить противника. — он, управляя ее рукой, сделал выпад. — Точный и стремительный. В голову надёжней всего, особенно в лицо. Бей той, где кольцо. Будет больнее. — А если мне не хватит сил? — Чонгук разворачивает ее к себе лицом, заглядывая в глубокие женские глаза. — Я всегда буду рядом. Но мне нужно знать, что если вдруг окажется так, что я далеко, ты сможешь постоять за себя. — Я смогу! — уверенно отвечает омега. Он хмыкнул в ответ. — Я знаю, Лиюн. Даже не сомневайся. Неожиданно парень дёрнулся и сделал ей подсечку, сбив с ног, но подхватил за талию и бережно уложил на маты. Она даже не успела воскликнуть от неожиданности и просто удивлённо смотрела на мужа. — Ты безумно красивая. — прошептал, склоняясь к ней близко-близко. Половину его лица освещали лучи солнца, проникавшие через призму окна в зал. Глаза альфы словно стали разного цвета. Один с отблесками янтаря, а второй чёрный, как бездна, но с теплящейся искрой красного на дне. — И что я буду делать если…меня вот так…? — она обняла его за руки, находившиеся по обе стороны от ее талии. — Есть какие-нибудь приемы на этот счёт? — Поверь мне, до такого не дойдёт. Но если тебе что-то не понравится, теперь ты сможешь дать кому-нибудь в нос, а я скажу: «моя девочка». Она смеётся и волк любуется ее счастливой улыбкой, невольно тоже расплываясь в добром оскале. — Вы говорили с Тэхеном? Ты давно встал? — Не спалось. В шесть утра. — он помог ей подняться на ноги. — Обговорили дальнейшие шаги, решили, что начнём готовиться к перевороту примерно дня четыре. — Так мало? — озабочено охнула девушка, схватив мужчину за руки. Она взволнованно заглянула в его глаза. — Ты уверен? — Абсолютно, кроха. Не переживай. — он мягко улыбнулся и поцеловал ее в лоб. — Стая не будет идти против меня, а людей Джухона будет не так много, чтобы мы с отрядом Тэхена не справились. Все пройдёт гладко. — Я не представляю, как переживу разлуку. — тихо произнесла Лиюн. — Это будет невыносимо. — Мы уже так много всего преодолели. Осталось потерпеть совсем немного и все будет хорошо. Я вернусь к тебе с победой сразу, как только смогу. Главное жди меня. Она молча кивнула и Чонгук прижал ее к своей груди. Она приникла к нему со всей нежностью и любовью, вдыхая любимый запах, и перевела тревожный взгляд в сторону окна. В груди сжималось сердце. *** В одиночной стае практически не было омег. Кухней полностью руководила жена одного из волков — Дженни. Девушкой она была молчаливой, но очень доброжелательной и прямодушной, от чего Лиюн сразу же прониклась к ней естественным доверием. Благодаря ее познаниям, она научилась готовить вкусные, необычные блюда, где сочетались все гастрономические традиции различных кланов. Небольшие успехи на кулинарном поприще вернули Лин уверенность и ощущение контроля над ситуацией. Она старалась не думать о том, что совсем давно жила привычной жизнью своей стаи, а сейчас находилась в нейтральных землях, замужняя, ожидающая исходов северной революции и надеющаяся на то, что буря ее жизни когда-нибудь превратится в тихую гавань. Это было дождливое утро понедельника. Третий день их нахождения в отряде сопротивления. Чонгук днями пропадал на тренировках и в лесу, а ночью пытался забыться в ее ласковых объятиях. Лиюн пыталась успокаивать его словами, усыплять мелодиями, что напевала себе под нос, но она чувствовала в запахе альфы напряжение и готовность. Он спал, точно солдат перед решающим боем. В глазах его волновались снежные метели и бушевал первобытный огонь. Чонгук не мог расслабиться даже тогда, когда телом его овладевал сон. Ее тоже настигла бессонница в последние дни. Кошмар за кошмаром, видения за видением…ей начинало казаться, словно она попала в нескончаемый водоворот, откуда нет выхода. Но спокойная уверенность Чонгука вселяла в неё светлые надежды, несмотря на то, что совсем скоро должно было начаться наступление. Лиюн вздрогнула, когда позади скрипнула дверь. Дженни бесшумно прошла до неё и приземлилась рядом на ступени крыльца. По крыше, под которой омеги спрятались, барабанили капли дождя. Пахло сырой землей, озоном и войной. Темные тучи давно затянули все небо и девушки смотрели вдаль, в глубину хвойного леса, будто ожидая, что оттуда выйдут альфы, которые отправились на охоту ещё два часа назад. — Как ты? — вдруг заговорила Ким. От звука ее мелодичного, тонкого голоса, прозвучавшего в тишине, Лиюн дёрнулась. — Не знаю, что думать. — ответила немного минут спустя. — Чонин сказал, что южный клан недавно связался с ними. — Да? — восторженно переспросила девушка. Дженни сдержанно кивнула. — Намджун будет рядом. Отправил сотню бойцов на помощь. — Слава богам… — выдохнула омега, прикрыв глаза. — Последнее время мне кажется, что я никогда не остановлюсь. — В смысле? — С того самого момента, как моя семья погибла в том пожаре, я постоянно скитаюсь. Единственное, за что я благодарна, это за Чонгука. Он моя любовь, моя семья и моя стая. Но… — Лиюн сжала руки в кулаки. — Я боюсь, что могу потерять и его. А если его не станет, то не станет и меня. Сейчас он тот, кто держит меня здесь, на плаву. Знаешь, — шатенка повернулась к собеседнице. — Когда-то я стала для него маяком во тьме. Я помогла ему поверить, дала надежду, спасла от погибели. А теперь он спасает меня. Мы точно инь и ян. Дополняем судьбы друг друга. — Почему ты думаешь, что потеряешь его? Он ведь наследник клана. Хорошо обучен, умён, силён…ему нет равных. — Моей маме снились вещие сны. Эта способность передалась мне. Я вижу каждую ночь Чонгука в крови. И не могу понять в чьей. Врага или его собственной? А может кого-то другого. Он одинок, вокруг яркий свет и вода. Я просто боюсь, но он успокаивает меня и говорит, что все будет в порядке. Он всегда так говорит. — А ты не веришь? — Верю. Ему верю. — мягко улыбнулась Лиюн, но уголки губ медленно опустились вновь. Вдалеке прогремел гром. — Но переживаю. — Если веришь ему, не верь в свои сны. — Но они сбываются. Как я могу? — А ты возьми и поверь в него. Омега задумалась и взглянула на Дженни, меланхолично смотрящую прямо, словно говорящую не с ней, а с дождем или духом здешнего леса. Ее глаза были одухотворённо прищурены. — В него… — прошептала себе под нос, хмурясь. Следующие минуты девушки провели в полном молчании. *** Радиоволны плохо ловили далеко от стаи, поэтому они ехали в тишине. Под колёсами внедорожника трещали шишки и ветки. Кочки практически не чувствовались в салоне, но иногда их уводило в сторону. Мимо проносились стволы деревьев и густые зелёные кустарники ежевики. — Где ты ее нашёл? — спрашивает Лиюн, имея ввиду машину. — Пришлось победить Тэхена в тренировочном бою. — Чонгук усмехнулся. — У меня ноет плечо, но зато сейчас у нас в распоряжении этот замечательный джип. — Ты не ранен? — обеспокоено интересуется, оглядывая его улыбающееся лицо. — Я так люблю, когда ты так волнуешься за меня. — глаза его на мгновение сверкают, лишь чтобы показать, что его внутренний зверь никогда не дремлет. — Тебе наверное скучно здесь? — Нет, мы с Дженни очень поладили. — отзывается девушка. — Но из-за того, что ты часто пропадаешь, мне не хватает тебя… — Кроха, я понимаю. — Чонгук тяжело вздыхает и хмурится. — Я очень виноват. Я совершенно уверен, что медовый месяц должен выглядеть иначе. Я такой идиот, честное слово. — В этом нет твоей вины. Сейчас трудное время. Нам всем нужно соблюдать терпение. — мягко говорит омега. — Я очень люблю тебя, Лин. Как только все закончится, я увезу тебя на горячие источники. Обещаю. — он держит одной рукой руль, а второй тянется к ее ладони и крепко сжимает, чтобы приблизиться к женскому лицу и оставить поцелуй на губах. — Тогда нужно будет постараться выйти живым и невредимым. — Значит выйду. — он поцеловал тыльную сторону ее запястья и усмехнулся. — А пока у нас есть время до завтра, я хочу, чтобы мы полностью растворились в этом вечере. Там, куда я тебя везу, будет открытое звёздное небо. Ты любишь стейки? — Жареные? — На гриле. — Конечно! — удовлетворенно восклицает омега. — Подожди, ты же не… — осознание резко снизошло до неё. — Нет, я не буду сейчас охотиться и сразу же готовить ужин. — смеётся Чонгук, успокаивая девушку. — Но если хочешь, я могу. Для волка нет большего удовольствия, чем принести свою добычу паре. — Думаю, лучше будет пожарить обычное мясо. — Как скажешь, кроха. — согласился альфа. Там, где их машина остановилась, была открытая местность, окаймленная многочисленными деревьями. Стоило вскинуть голову, как в глазах сразу же отражались яркие серебряные звёзды. Они устроили небольшой пикник, только чтобы насладиться обществом друг друга и природой. Пока готовились стейки и жарились овощи, пара сидела в обнимку на клетчатом пледе. Лиюн, облокотившись головой о мужское плечо, долго смотрела в бесконечность звездной материи, словно пыталась рано или поздно увидеть очертания родителей и старшей сестры. Те слова Чонгука надолго осели в ее памяти и отныне, стоило ей посмотреть на ночное небо, даже если там были тучи и не было вкраплений звёзд, ей становилось спокойно. Сердце все ещё ныло, тоскуя, но рядом с мужем все проблемы забывались. В его объятиях она чувствовала себя как никогда защищённой и готовой к новым условиям, которые продиктуют обстоятельства. Наверное это и есть счастье, когда рядом любимый альфа, а впереди свобода. Но тревога о завтрашнем дне никак не покидала ее душу, как бы Чонгук не пытался отвлечь ее поцелуями и своей нежностью. — Неужели все северные волки такие любвеобильные? — смеётся Лиюн, когда он игриво кусает ее в шею. — Нет, только я. — альфа щекочет ее и она дергается ближе к нему, пытаясь избежать проворных рук. Она сжимает запястья мужчины и шумно выдыхает. — Миён говорила, что я никогда не пойду замуж за северянина. Вы жестокие и холодные. — А что она говорила насчёт твоих снов? — Сказала, что не верит и что будет забавно, если мой суженый действительно с неприветливого севера. — Да, получилось забавно, потому что ты моя жена. — Чонгук потянулся к ее щеке и оставил влажный, долгий поцелуй, вызвав у неё улыбку. — Дак это просто слухи про вас? — Не совсем. — уклончиво отвечает он. — Вообще у нас трудный характер. Чтобы выживать в таких землях, где практически круглый год снегопады и лютый холод, нужна выносливость и воля. Я давно не был в своей стае, потому отвык от того, какого это, когда щеки щипает колючий ветер. Но к этому привыкаешь. Возможно мы не настолько эмоциональны, как южане и не так приветливы, как волки востока. Что ж, у каждой резервации своя особенность. — Я уже люблю север. — отвечает девушка и расслабленно прикрывает глаза, чувствуя, как на ее талии крепче сжимаются сильные руки. — А я тебя. — он целует ее в шею. Она хочет сказать то же самое, но неожиданно громко чихает. Чонгук удивленно смотрит, а потом хмурится. — Сегодня ты целый день чихаешь. Так…не будем здесь задерживаться. Ветер поднялся. Ты смотри, у тебя уже мурашки побежали. — он проводит горячими ладонями по ее холодной коже на бёдрах. — Но мы ещё не поужинали! — возмущается омега. Альфа строго заглянул ей в глаза. — Можем поесть и дома. — Мы хотели наедине. — Я всех выгоню с кухни. — Только если так. — смеётся Лиюн и вновь чихает. — Боже, я чувствую, что простыла… Чонгук поднялся с места и протянул ей руку, помогая встать, после чего встряхнул плед от опавших листьев и песка. Она вызвалась отнести его в машину, пока альфа будет собирать приготовленную на гриле еду. — Гром загремел где-то в стороне гор. Ночью будет дождь. — послышался его голос сквозь шум ветра. Девушка спряталась в салоне машины и стала дожидаться, когда парень вернётся. Как только все вещи были упакованы, Чонгук хлопнул дверью машины и сел за руль. — Как ты услышал гром? — Наверное острый слух. У меня такое с детства. А грозу слышу благодаря вибрациям в земле. — мотор приглушенно зарычал. — Я с утра заметил, что ты вялая. Все-таки простыла на здешнем ветру… — альфа произнёс это с таким разочарованием, словно именно он был виноват в том, что прямо сейчас ее неприятно знобило, в носу хлюпало, а в горле намечался пожар. — Температура есть? — задаёт риторический вопрос, ибо сам тут же тянется губами к ее лбу и отстраняется с напряженным взглядом. — Есть. — Ничего страшного. Сейчас нельзя болеть. Тебе завтра предстоит пройти долгий путь и я не хочу, чтобы ты переживал обо мне. — она старается не поворачивать голову, потому что знает, что может натолкнутся на красноречиво пристальный взгляд альфы. — Это не имеет значения, если тебе плохо. Да, завтра будет восстание, но получится оно или нет, зависит только от меня самого. Буду знать, что ты лечишься, то смогу свернуть горы, а узнаю, что ты пренебрегаешь лекарствами и не отдыхаешь, то опущу руки. — они проехали реку и выехали на длинную тропу, ведущую через лес к отряду. — Я буду пить эти ужасно невкусные микстуры только из-за тебя. — усмехнулась Лиюн и прикрыла глаза, облокотившись об окно. Горячий лоб обдало холодом стекла и она блаженно вздохнула. — В твоей стае тебя называли маленькой целительницей. Побудь немного миссис доктором и для себя. Я позабочусь о тебе, но когда уеду, ты должна будешь себя беречь. — Чонгук положил руку на ее колено и ощутил, как девушка дрожит. Он поджал губы и надавил на газ. В доме было спасительное тепло. Ее надежно укутали в кокон из одеяла и по просьбе Чонгука принесли все нужные лекарства. Она пила чай из облепихи с мёдом, заботливо сделанный Дженни, но лучше ей не становилось, только хуже. От высокой температуры все тело знобило, а тонкая футболка пропиталась влагой. Альфа сидел в ее ногах на кровати и лицо его выражало крайнюю степень задумчивости, он грозно хмурил брови и смотрел в стену. — Тэхен, — наконец раздался в тишине его голос. Она раскрыла глаза, наблюдая за мужчинами из-под полуопущенных ресниц. — Нужны антибиотики. У неё температура тридцать девять. — У нас их нет. Волки почти не болеют простудами. — напомнил он, переводя внимательный взгляд на отдыхающую в постели. — Где есть? — Нам завтра ранним утром выезжать на север. Ты не успеешь. — Мне плевать. — уверенно заявил Чонгук, поднявшись с места. — Плевать? Вожак, тебе напомнить, что через пару часов ты должен отвоевать стаю или тебе конец? — Пока моя жена не будет в безопасности, я никуда не уйду. — Ты срываешь план! — рыкнул Тэхен. Альфы встали близко друг к другу, едва ли сталкиваясь грудью и их тяжелые запахи распространились по всей комнате в противостоянии. Сила их феромонов надавила на ее виски и она болезненно зажмурилась. — Если ты скажешь прямо сейчас, где достать таблетки, я успею. — лидер вновь взглянул на ослабшую омегу. Грудь ее часто вздымалась от учащенного сердцебиения. Он стиснул челюсть. — На самой границе с востоком есть аптека. Там должен быть антибиотик. Но это очень далеко. Короткая дорога проходит в предгорной низменности, есть опасность сорваться, если пойдёшь на четверых. — Спасибо. — Чонгук хлопнул друга по плечу и вернулся к девушке. Она протянула руки к его лицу и он мягко поцеловал одну в центр ладони, потом прижал к щекам. — Единственная, я скоро. Потерпи. Буду бежать быстрее скорости ветра. — Главное успей. — омега слабо улыбнулась и ее худые руки медленно опустились на живот. Мужчина провёл рукой по ее мокрому лбу, убирая мешающиеся пряди длинной челки и поцеловал в висок. — Все будет хорошо. Я тебя вылечу. — он ощущал ни с чем не сравнимое отчаяние, словно девушка увядала на его глазах со стремительной молниеносностью. Он потерял мать в детстве и отца в молодости, видел погибель братьев и жестокость сводного брата, но ничего не вводило его в такой ледяной ужас, как болезнь Лиюн. Он до скрежета зубов и спазма в горле клялся заботиться, но не уследил и теперь ей плохо. Но мысли не было, что он потеряет ее. Никогда и ни за что, пока он здесь. С того света достанет, пойдёт за ней следом, но не отпустит. — Я буду ждать тебя. — еле шевеля губами произнесла девушка. Чонгук кивнул и выпрямился. Тэхен молча стоял в дверях, скрестив на груди руки. — Я возьму твою машину, потом пойду волком. — Хорошо. Ключи на том же месте, где оставил. И Чонгук, — альфа остановил парня за руку, заставив посмотреть на себя. — С ней ничего не случится. Я позабочусь об этом. — Я знаю. — хмыкнул он в ответ, в благодарность обняв его. — Я быстро. — Возвращайся скорей. Дверь за ним закрылась. Тэхен остался в комнате, наблюдая за беспокойным сном девушки. По окну бил крупный дождь и изредка мрак улицы освещала вспышка молний. Мужчина выглянул в коридор. — Дженни. — окликнул он омегу. Волчица обернулась. Ее желтые глаза загорелись в темноте. — Да? Лиюн стало хуже? — Без изменений. Принеси тазик воды и тряпку. — Хотите сделать обтирание? — радостно улыбнулась она. Альфа нахмурился. — Я не… — замолчал. — Да. Набери тёплую воду. — Уже бегу. А Чонгук…? — Поехал за антибиотиками. Дженни в ответ кивнула и направилась дальше по коридору к ванной комнате. Тэхен зашёл обратно, закатил рукава джемпера до локтей и подошёл к кровати. Он включил светильник на тумбе и Лин тут же открыла воспалённые глаза. — Что такое? — Ты позволишь сделать тебе компресс? Полегчает. — Я ведь выпила жаропонижающее… — В совокупности будет более действенно. — Хорошо. — она не сопротивлялась. — Но майку не буду снимать. — Я не прошу. — усмехнулся Тэхен. Дверь скрипнула. Дженни протиснулась, держа таз, но альфа поспешил забрать у неё тяжесть. — Еле донесла. — Почему не попросила Чонина? — Они с Чимином на патрульном посту. — Тогда отдыхай. — волк поставил воду на пол и сел на край постели, собираясь намочить тряпку. — Точно не нужна моя помощь? — обеспокоено интересуется омега, оглядывая бледную подругу. — Точно. Не волнуйся. У меня есть опыт. — он горько хмыкнул и Дженни поджала губы. — Поняла. — вскоре в комнате остались только двое. Лиюн приняла вертикальное положение, облокотившись о спинку кровати. — Нет, нет. — Тэхен уложил ее на подушки и осторожно провёл прохладной тканью по ключицам. — Чонгук мне голову откусит, но зато температура быстрей спадёт. — Хотела спросить…вы давно живёте так? Обособленно. — Не совсем. Когда на севере начался разлад и я поверил слуху о том, что всех наследников Джухон убил, то ушел, чтобы создать отряд сопротивления. Я хотел отобрать у него власть. Не мог поверить, что Гука нет. Он был моим самым близким другом. — альфа ведёт тряпкой к лицу и охлаждает ее кожу, от чего она в блаженстве закрывает глаза. — А сейчас я готов пойти за ним куда угодно. Он не только мой товарищ, но и мой вожак. — Но ведь вы теперь одиночка. У вас своя стая. — Я ушёл из своего клана, только потому что думал, что теперь Джухону некому противостоять. Но появился Чонгук. Я северянин и не отказываюсь от своей крови. Если она позовёт, то последую обратно, за ее зовом. Те люди, которые со мной, сделали свой выбор. Они свободные, если захотят. — Теперь вам стоит помолчать. — прошелестела девушка и Тэхен удивлённо вскинул брови. — Вам наверное непривычно говорить так много слов в минуту. — мужчина издал смешок. — Верно. Ты наблюдательная, миссис Чон. Но все в порядке. — Почему в вашем отряде одна женщина? — Чонин пришел с ней с востока. Не знаю, сколько они скитались, но говорят, что долго. Я их принял. Омеги одиночками почти не становятся, это огромная редкость. — он улыбнулся одним уголком губ. — Можно считать, что вы тоже феномен. — Никогда не думала, что так будет. — Тэхен положил ей тряпочку на лоб. Кожа ее блестела от пота и влаги, но потрескавшиеся алые губы все равно были растянуты в хитрой полуулыбке, будто бы она всегда что-то замышляла в своей светлой головке. Альфа видел ее детское озорство, запрятанное глубоко внутри. Она была когда-то всего лишь девочкой, столкнувшейся с тяжелыми жизненными препятствиями на своём пути, но сейчас являлась женой будущего вожака и возлюбленной восставшего против неправой власти наследника. Он был втайне восхищён силой этой женщины. — Пока рядом со мной муж, я не одиночка. Даже если так и есть по статусу. Но я была готова, когда соглашалась. Знаете, я считала, что если мой отец не разрешит нам с чужаком, так мы его прозвали на западе, быть вместе, то я сбегу с ним. — Безрассудство признак юности. Ничего не страшно. Когда-то я тоже таким был. Хорошее время. — альфа потрогал ее руку, чтобы проверить спадает ли жар. — Ну, вот. Уже лучше. Как ты себя чувствуешь? — Все тело ломит… — девушка закрыла глаза. — Чонгук из-за меня может нарушить все планы. Я настоящая проблема. — Неправда. Нарушить — да, может. Но ты не проблема, Лиюн. Поверь мне, если бы не ты, то Чонгука здесь могло и не быть. Он не дошёл бы досюда, либо его убили бы ещё до того момента, как началась революция в северной резервации. Ты его живительная сила. Я благодарен тебе за то, что мой вожак в порядке. Главное сейчас хорошо отдохнуть. Для больной ты слишком много говоришь. — в ответ она усмехнулась и молча кивнула. От резко возникшей головной боли продолжать диалог больше не было желания, несмотря на то, что у нее было ещё много вопросов. Тэхен погасил свет и поднялся с места, поднимая с пола тазик. — Пожалуйста… — прошептала Лиюн. Альфа замер и повернулся, прислушиваясь. — Когда Чонгук вернётся, разбуди меня. — Обязательно. — пообещал мужчина и комната погрузилась во мрак. Он открыл дверь и вышел в коридор, оставляя девушку спокойно отдыхать. На часах было десять вечера, стрелка неумолимо двигалась вперёд. *** Хлопнула дверь, послышались громкие разговоры. Лиюн открыла глаза и посмотрела на время. Было около четырёх часов утра. Она медленно привстала на локтях. Судя по тому, что головная боль утихла и ее не знобило так сильно, температура понизилась. Девушка хотела было встать, как в комнату влетел альфа. — Чонгук! — охнула она. Мужчина скинул одной рукой с плеч тёплую джинсовку, которая была вся в снегу, и бросил ее на пол. В руках он держал пакет из аптеки. — Успел. — улыбается волк и быстрым шагом пересекает расстояние, которое их отделяло друг от друга. Он сжал ее в крепких объятиях и она ощутила холод его кожи, и запах уличной свежести. — Как ты? Ты что-нибудь пила ещё? — взволнованно спрашивает, пока достаёт антибиотики и наливает в стакан воды из стеклянного графина. — Нет, только компрессы. — она указала рукой в сторону уже сухой тряпочки. — Хорошо, тогда давай выпьем вот эти лекарства. — она послушно проглотила поданную таблетку и запила ее. — Умница, Лин. Умница… — выдохнул альфа и осел около постели на пол, складывая руки на ее округлых коленях. — Я никогда ещё так не бегал. Аж ноги трясутся от напряжения. — нервно усмехнулся Чонгук, разглядывая ее нежное личико в свете прикроватных бра. — Ты молодец. Я не сомневалась в том, что ты все сможешь. — она провела ладонями по его щекам, поглаживая большими пальцами острые скулы, и улыбнулась. — Я так люблю тебя. — он уткнулся в ее колени лицом и омега успокаивающе погладила его по волосам. — Я тоже. И я верю в тебя. Сегодня все получится. — глаза его закрылись от приятных ласк. Парень кивнул в ответ и долго просидел около ее ног, а когда пришла пора уходить и за окном уже забрезжил рассвет, Чонгук поцеловал ее на прощание. Он рассматривал красивое, умиротворённое лицо, запоминал сладкий сливочный запах и пытался запечатлеть в памяти каждую черточку, чтобы ее облик находился с ним на протяжении всего пути. Собрав сумку, он вышел из комнаты, тихо прикрыв дверь, и прошёл в ванную комнату. Там он включил кран, напор воды был сильным, и стал смывать кровь с ладоней. Тэхен, ожидавший его, заглянул другу через плечо. — Это что? — Не видно? — Очень хорошо видно. Я спрашиваю откуда. — Сорвался с пригорка в пути. Под снегом лёд студёный оказался, лапы соскользнули и улетел на камни. — Не сломал себе ничего? Есть раны? — Нет. Все в порядке. Просто царапины. — поспешил успокоить волк. Он вытер чистые руки полотенцем и встретился взглядом с лидером через зеркало. — Все готово? — Да, ждём только тебя. Уже первые лучи солнца, нужно выезжать. Судя по данным, Джухон только подъедет к резервации, когда мы уже будем на территории севера. — Чонгук уверенно оттолкнулся руками от раковины и вышел в коридор. — У Намджуна все в порядке? — Да. На юге спокойно. — Отлично. — альфа застопорился на мгновение около двери Лиюн, сжал руки в кулаки и направился к выходу. — Что ж, значит начнём. ***