Глава 12
16 августа 2021 г., 00:10
Подготовка к вылазке в Шиганшину оказалась быстрее, чем казалось с самого начала. Хотя, впрочем, особой подготовки там и не нужно было. Борьба с титанами Развед-корпус в этот раз не ждала. По этой причине сейчас нужно было лишь собрать все необходимые вещи и придумать некий план, что именно нужно изучить и что конкретно делать в данной ситуации.
Всё время подготовки Эрвин ходил счастливый. Он верил, что теория его отца — это правда. И Эрвин вот-вот докажет это. Он утрёт нос всем, кто ему не верил. По крайней мере, Найлу уж точно. С ним-то Эрвин наверняка ещё увидится.
Как же Элеонор было приятно видеть сына счастливым. Да и остальные из Развед-корпуса были не против посмотреть на такого командора. В лазарет Эрвин отправился серьёзным человеком. А вышел он из него уже совсем не таким. Эрвин всё так же хорошо выполнял свою работу, но в тоже время Смит буквально расцвёл. Хотелось бы видеть его таким почаще. Возможно, если после победы над титанами Парадиз больше не ожидает никаких войн, то Эрвин действительно станет счастливее. Правда, командор всё ещё не решил что он будет делать, когда его мечта будет исполнена. По сути, оставаться в Развед-корпусе не будет уже такого интереса. Да и смысла тоже. Но Эрвин насколько привык посвящать свою жизнь этому делу. Если блондин всё же решит уйти из разведки, то ему будет, наверное, довольно сложно отвыкнуть от своей прежней работы. В детстве любимым предметом Эрвина была история. Он довольно хорошо понимал её. И отец Эрвина преподавал её у него. Это и послужило причиной любви Эрвина к истории. Было такое несколько раз, что Смит думал о том, чтобы стать учителем истории, если с Развед-корпусом, так скажем, ничего не получится. Сейчас у Эрвина так же были мысли стать именно учителем истории, если он всё же уйдёт из Развед-корпуса.
Последний вечер перед судьбоносной вылазкой Эрвин, как и всегда проводил с Леви. И как всегда за чашкой чая. До встречи с Леви Эрвин не очень часто пил напиток. Да и если и пил, то в основном по утрам. Теперь, когда Аккерман стал его лучшим другом, командор пил его каждый день. И порой даже по несколько раз.
Сегодня у командора и капитана был чёрный чай с мятой. Чёрный чай — любимый чай Леви. Так что чаще всего они с Эрвином пили именно его. Почему именно с мятой? Считается, что именно чай с мятой успокаивает. Да и с такой добавкой напиток был вкуснее, чем в своём чистом виде. Леви порой пил такой чай в надежде, что это поможет ему справляться с постоянной бессонницей. Эрвин же в этот раз согласился на такую добавку, чтобы хоть как-то успокоить свои нервы, которые в последние пару дней не давали ему покоя.
— Я знаю, что я это уже спрашивал у тебя когда-то, но всё же спрошу ещё раз, — Леви поставил чашку с ещё пока недопитым чаем на стол. — Что ты будешь делать после этой вылазки? Ты же пошёл в Развед-корпус из-за теории отца, верно?
— Да, так и есть, — ответил Смит. — Я всё ещё не уверен чего именно я хочу, если не считать разведку. Но я думал, что мне можно было бы стать учителем истории.
Леви едва заметно кивнул, соглашаясь с подобным решением командора. Брюнет не сомневался, что Эрвин сможет работать с детьми в этой сфере и вести их за собой. Сам Леви детей не любил. Но Эрвин, кажется, имел к ним, скорее, нейтральное отношение. Он не питал к ним любви, но и не мог сказать, что они ему не нравятся.
— Неплохое решение, — всё же решился через какое-то время сказать Леви, снова взяв в руки чашку и отпив чай.
— Но повторюсь, что я, ещё не решил окончательно, — Эрвин повторил это ещё раз. — Мне нужно ещё подумать на этот счёт. Может, я и не буду покидать Развед-корпус. Как я могу вас оставить? Нас сейчас и так осталось очень мало после битвы со звероподобным.
— Это не мне решать. Это только твой выбор. Делай, как считаешь нужным, — Леви не стал как-то уговаривать или же отговаривать Эрвин от чего-либо.
— В этом весь ты, Леви, — Эрвин сложил руки в «замок». — В твоих словах есть некий плюс. Тебе не нужно заставлять кого-либо, в данном случае меня, что либо-либо сделать. По крайней мере, в этой ситуации.
В ответ Леви лишь шикнул. Слова Эрвина его не удивили. Он и так это прекрасно знал. Ну, в хвастаться Аккерман не любил, хотя где-то в душе ему и нравилось, когда Эрвин хвалил его. Так что шиканье показалось Леви, скорее, нейтральным знаком того, что он принял похвалу.
***
Найл находился в своём кабинете. Мужчина сидел за рабочим столом. Последние несколько дней командор Военной полиции был не слишком собранным, каким полагается быть хорошему командору. Всё началось с того самого дня, когда Развед-корпус сражался со звероподобным титаном. До брюнета уже дошла новость о том, что практически все люди Развед-корпуса погибли в этой схватке. Выжило только десять человек, среди которых был и Эрвин Смит, с которым они были друзьями в Кадетском корпусе. После суда Эрвина, когда блондин весь избитый и измученный, на коленях стоял ещё перед незаконным королём, Док переосмыслил своё отношение к командору Развед-корпуса. Эти двое поссорились, ещё когда они закончили Кадетский корпус, но их пути разошлись, и один пошёл в разведку, а второй в Военную полицию. Когда Найл только поступил на службу в гвардию, то он считал, что Смит слишком зациклен на своих мечтах и фантазиях. Что хорошей жизни ему не светит. И что теория о людях вне стен — это самая настоящая ложь. После суда в командоре Военной полиции что-то переклинило, и у него вдруг появилась надежда, что теория отца Эрвина может оказаться правдой, и мечта самого блондина может воплотиться в жизнь. Ещё во время того сражения Найл хотел, чтобы Эрвин вернулся живым, и он извинился перед ним за то, что было и за то, что он ему когда-то наговорил. Все эти мысли выбили Найла из колеи. Он не мог думать ни о чём другом, кроме этого. Ни работа, ни семья не спасали его от мыслей об Эрвине и его отношении к нему. Мучения Найла может закончить только Эрвин. Ну, и сам Найл, когда он сможет поговорить с ним и спустя несколько лет из извиниться.***
Трапеза с чаепитием Эрвина и Леви затянулась. Хотя, это не удивительно. Мужчины растягивали своё удовольствие, а не пытались допить чай как можно быстрее. А чтобы хоть как-то развлечься, Смит и Аккерман разбавляли обстановку разговорами. Говорили они о всяком. У них не было какой-то конкретной темы для разговора. Чаепитие проходило в кабинете Эрвина. Блондин возился с документами, после чего Леви зашёл к нему с напитком в положенное для этого время. Они делали так каждый вечер. Они всегда ужинали вместе или пили чай. Для них это чем-то нормальным. Для них это уже стало чем-то вроде традиции. И, кажется, остальные об этом знают. Кто-то постучал в дверь кабинета Эрвина. Леви и Эрвин посмотрели в её сторону, а после Эрвин позволил стучавшему войти. Этим человеком оказалась Элеонор. Эрвин сказал ей заходить к нему, когда ей это потребуется. Это сейчас она и сделала. — Эрвин, можно? — Смит выглядывала из-за приоткрытой двери, ожидая ответа своего сына. — Конечно, — ответил блондин, ставя чашку с почти допитым чаем на стол. — Можешь заходить, когда тебе это нужно. Элеонор прошла дальше в довольно просторное помещение, которое сейчас было в золотом цвете из-за закатного солнца. Она остановилась недалеко от Эрвина. Хоть рядом с ней и стоял стул, но сесть она не решилась. Она постеснялась этого, поэтому осталась стоять. Но не успела она что-либо сказать, как Эрвин встал с места подошёл к матери, отодвинул стул так, чтобы она могла сесть и предложил ей это сделать. После этого Элеонор уже не стала отказываться от того, чтобы присесть. Она приняла предложение от Эрвина. — Что ты хотела? — спросил Эрвин, снова садясь на своё прежнее место. — Я лишь хотела проверить как ты и не пытаешься ли ты выполнить больше работы, чем в твоих силах. — Ну, пока всё в порядке, — ответил Эрвин. — Я почти закончил с работой. Да и, как видишь, ко мне зашёл Леви. У нас есть некая традиция ужинать вместе или вместе пить чай вечером, когда выдаётся свободная минутка. — Ты не устал? — спросила Элеонор. — Ты довольно давно ушёл сюда. — Не очень, — ответил Эрвин, отпив немного чая. — Иногда я и больше работаю. — Точно? — переспросила женщина, чтобы убедиться, что это действительно правда. — Точно, — подтвердил свои слова Смит. — Могу сказать, что Эрвин говорит правду, — Леви также решил подтвердить, что слова Эрвина — это правда. — Тогда хорошо, — Элеонор не стала больше спорить с мужчинами. — Не хочешь чаю? — спросил Эрвин у матери, чтобы она не сидела и, как говорится, не пускала слюни, так как она тоже может его хотеть. — Нет, спасибо, милый, — Элеонор решила отказаться от такого предложения. — Может, ты что-то ещё хотела? — спросил блондин. — Пожалуй, нет. Наверное, я не буду вам больше мешать. Я пойду. — Где ты будешь в ближайшее время? — спросил Эрвин. — В так называемой моей комнате, — кратко ответила женщина. — Мы с Леви почти закончили с чаем. И я почти закончил с бумагами. Мне осталось совсем немного. Когда я полностью закончу со всем этим, то я зайду к тебе, если ты не против, — сказал Смит перед тем, как его мать ушла. — Конечно заходи, — ответила Смит. — Я всегда буду тебе рада. Эрвин тепло улыбнулся, а после проводил взглядом уходящую мать. Когда же она ушла, то командор допил оставшийся чай, которого осталось совсем немного, и сразу снова сел за в разы уменьшившуюся стопку бумаг. — Когда ты находишься с этой женщиной, то ты совсем другой человек, — сказал Леви. — Ты знал об этом, Эрвин? — Знал. И всё по той причине, что я люблю её, — ответил Эрвин, всматриваясь в один из оставшихся документов. — Думаю, если бы у тебя был кто-то из родителей, кто тебя любит, то ты бы относился к этому человеку точно также, как и я сейчас. — Но в моей жизни нет такого человека, — ответил Аккерман, допивая свой чай и вставая с дивана. — Так попробуй найти себе вторую половинку, например. У тебя много фанатов. Думаю, многие хотели бы сыграть эту роль. — Нет, спасибо. Обойдусь, — Леви взял чашку Эрвина и направился прочь их его кабинета. Эрвин уже успел привыкнуть к характеру Леви, так что подобные слова не вызвали у него никакой реакции. Для Леви это было нормально. Но Эрвин всё равно надеялся, что Леви всё же послушает и найдёт себе кого-нибудь. Хотя ему самому бы тоже не мешало найти себе кого-нибудь. Только вот Эрвин был уверен, что с этим возникнет проблема. Да и после Мари его больше никто не привлекал. Так что после этого Эрвин как-то забил на это.***
Когда Эрвин закончил с работой, он, как и обещал, зашёл к Элеонор. Он постучал в дверь, а потом аккуратно вошёл в её комнату. Женщина лежала в кровати и явно готовилась ко сну. — Не спишь? — спросил Эрвин, подходя к матери. — Ещё нет. Ты уже закончил? — Да. Я закончил раньше, чем я думал. Но, наверное, оно и к лучшему. Возможно, благодаря этому получится получше отдохнуть перед завтрашней вылазкой в Шиганшину. — Ты очень ждёшь этого, верно? — Да. Я так долго шёл к этому. И вот уже завтра я докажу, что папа был прав по поводу людей за Стенами. — Ты так уверен, что это теория — это правда? — Да. Я никогда не сомневался, что это ложь. — Тогда сделай всё возможное, чтобы доказать это, — Элеонор улыбнулась. — Обязательно, — ответил Эрвин. — Это та самая вылазка, которая точно пройдёт без потерь и угрозы для жизни. Я обещаю, что я вернусь с новостью, что люди живут не только за Стенами. Эрвин выглядел очень уверенно. Он был настроен на победу. И, как он уже сказал, он сделает всё возможное, чтобы действительно оказаться победителем.
