Чертова амортенция!

       Гарри был удивлен, когда к нему прискакала до боли знакомая лань и поманила за собой, доводя до покоев декана Слизерина. Он без стука вошел, замечая темную сгорбившуюся фигуру в кресле. Парень молча сел на диван, чувствуя гнетущую атмосферу. Неужели зельевар сейчас будет ругаться на вчерашний вечер? — Гарри, я… — начал было он, но замолчал, сжимая тонкие губы, — Я ужасно вчера себя вел и чувствую вину за это. — Нет, Северус, в этом нет ничего плохого. Да было бы лучше без алкоголя, но я понимал, что тебе нужно расслабиться и высказаться. Я был не против, но, пожалуйста, не напивайся больше. Ты можешь мне рассказать все и на трезвую голову или со стаканчиком спиртного, но… — Я понял. Извини, — тихо ответил Снейп, — Ты прав. Просто мне было тяжело об этом с кем-либо говорить. Тем более нужно держать себя в руках, чтобы… Ты понял. — Да, я понял. Мы можем поговорить сейчас о чем угодно. Все наши разговоры останутся в этой комнате, — Поттер не понимал: откуда в нем это спокойствие и понимание. Взрослеет, что ли? — Спасибо, — кивнул зельевар, встал и сел около ног гриффиндорца, положив голову на его колени, — Спасибо, что терпишь меня. После семи лет, когда я так ужасно относился к тебе… Я был словно капризным ребенком. — Это просто детские обиды. Ты же понимаешь, что прошлое может оставить раны, могут остаться детские травмы. Ты не должен был мстить мне за проделки отца и остальных, но я знаю это чувство. Чувство, когда горло что-то сковывает, сердце сжимается, хочется растоптать «что-то», принадлежащее врагу. И остановиться не получается. Все мы через подобное проходим, а потом долго сожалеем. Но я же на тебя больше не злюсь, — Гарри чувствовал себя слишком взрослым, словно Дамблдор. Они будто с Северусом поменялись местами. Он гладил его волосы, понимая, что это не грязь, а специальное зелье, чтобы волосы при варке зелий не выпадали. Снейп с этим сталкивается куда чаще, чем ученики, да и зелья у него другие, небезопасные. — Почему мой патронус — лань? — через несколько тихих минут спросил профессор, успокаиваясь. — Я не знаю. Возможно, дело в моей матери, — пожал плечами Поттер. — Если бы дело было в ней, то я бы и не спрашивал, — пробурчал Северус сквозь зубы, слегка сжимая его колено.        Гарри только усмехнулся, но ничего так и не ответил. Он мог лишь предполагать: к чему клонил профессор, но решил промолчать. Мало ли. А тот, не дождавшись ответа, прикрыл глаза. Ему уже было мало встречаться спонтанно и на короткое время. Сердце и тело хотело большего, хотя бы немного романтики. «Какая романтика, старый дурак?!» — рычал мысленно Снейп на себя: «Я и так бедного мальчика принуждаю меня терпеть! Не наглей уже конкретно».        А Поттер будто почувствовал его терзания. Он будто чувствовал: чего хочет мужчина, но не был уверен в себе. И в правильности действий. Только вот кто-то на ушко шептал: «Пригласи его на свидание. Давай!». — Что? Но я ведь его даже не люблю. Просто… Помогаю, немного,— подумал Гарри, нахмурившись. — Да-да, как скажешь, а теперь свидание. Он тебя не убьет, а согласится. Вот увидишь, давай! — кто-то продолжал шептать на ушко.        Гриффиндорец помнил, чем этот шепот заканчивался: то Тайная комната, то Волан-де-Морт, сейчас это. Но ведь он всегда слушал эти голоса и шипения, даже если и не хотел. — Северус, хочешь полетать на фестралах? — спросил Гарри, чувствуя, как профессор напрягся. — Что? — нахмурился он, подняв голову и посмотрев в глаза. — Я подумал, что стоит развеяться. Скучно сидеть все время вот так и грустить, вспоминая прошлое. Так что мы могли бы полетать в небе поздно вечером, после отбоя. В выходной, чтобы утром выспаться, — пояснил парень. — Молодец, отлично! Не слушай его препирания. Действуй напролом, чтоб уж наверняка! — кричал голос. — Я не хочу кататься на фестралах. Что за глупые игры? Если тебе надоело общаться со мной, то так бы и сказал, — отстранился зельевар, встал и подошел к камину, запахнув мантию. — Он просто боится высоты. Твой отец однажды спихнул его с метлы, вот он и думает, что ты поступишь так же. Одна кровь все же. Не отступай! — Не надоело, просто хочу повеселиться с тобой, — ответил Гарри, подойдя к Снейпу и заключив его в объятия, — Ну давай полетаем, м? Это же так весело и романтично будет. — Я сказал «нет», — строго отчеканил тот, но из объятий вырываться не стал. — Я зайду за тобой в пятницу вечером. Будь готов, — улыбнулся Поттер, развернулся и ушел.

***

       Снейп ждал Гарри с утра пятницы. Он понимал, что тот придет вечером, но в груди было чувство предвкушения. Мужчина просто прибьет парня, если тот приведет двух фестралов, ибо управлять животным он не собирался. Это гриффиндорец весь такой отважный и безбашенный.        Уже вечером, когда наступил закат, Северус потихоньку начал закипать. Во время ужина он размеренно тряс под столом ногой, радуясь, что учителям он сейчас не интересен. Объяснять свое нетерпение никому не хотелось. Мужчина еще смотрел мимолетно на Поттера, который что-то говорил друзьям, подмигнул один раз близнецам, которые хитро пооткрывали рты и закивали головами, что-то сказав в один голос.        Зельевар уже в открытую смотрел на эту компашку, сжимая в руках вилку, как будто это была шея заклятого врага. Почему Гарри такой открытый и беззаботный с этими Уизли, Грейнджер, Лонгботтомом и Лавгуд, а не с ним?! Конечно, о чем таком веселом можно поговорить со старым маразматиком? Его по-дружески по спине и плечам не похлопаешь, не подмигнешь, пошутить нельзя. Неужели Золотой мальчик его боится, вот и ведет себя скованно?        Впихнув в себя ужин, Снейп гневной фурией метнулся к выходу, напоследок громко хлопнув дверью. Разумеется, он не собирался отказывать парню в прогулке, но сначала скажет пару ласковых.        Уже после отбоя профессор мерил шагами комнату, проклиная весь Гриффиндор и любые другие вещи красного цвета. Но весь гневный запал испарился, когда раздался стук в дверь. Пригладив волосы пару раз и поправив мантию, Снейп подошел к двери и открыл ее, увидев улыбающееся лицо Поттера. — Ты готов? — спросил он, оценивающе глядя на внешний вид профессора, — Только мантию лучше оставить здесь, а то еще за ветки зацепишься и все. — На улице прохладно, чтобы ходить без мантии. Летать тем более, — хмыкнул мужчина, запахнувшись в обсуждаемую вещь. — Ну, раз ты так хочешь лететь на отдельном фестрале. Просто, если ты снимешь мантию, то тебе придется сесть передо мной. Так будет теплее, — ответил Гарри, не переставая улыбаться.        Зельевар опять хмыкнул и снял мантию, повесив ее на вешалку и подходя к гриффиндорцу. Тот взял его за руку и повел к выходу из Хогвартса, а потом и к Запретному лесу, где стоял небольшой крылатый табун. — Если бы ты не жил в подземелье, то я бы не зашел за тобой, а залетел на фестрале, — сказал Поттер, отпуская руку мужчины, — Выбирай. — Что их выбирать? Они все одинаковые, — слегка смутившись, пробормотал он, думая, стоит ли переезжать жить в башню или нет, — Давай этого.        Северус махнул рукой на самого высокого фестрала, который удивленно дернул ушами. — Вожака выбрал. Подстать себе, — задумчиво сказал Гарри и подошел к животному, погладив его по черной морде, — Он довольно высокий и сильный. И крылья широкие, даже грива имеется. Какие густые волосы. Точно вожак. Красавец. — Конечно, я всегда выбираю лучшее, — с легкой ухмылкой сказал Снейп, глядя на довольное животное. Ласка гриффиндорца ему нравилась, — Полетели, пока я не передумал.        Гарри сощурил глаза и улыбнулся, понимающе кивнув. Он что-то шепнул на ушко черного фестрала, и тот будто закивал головой, хлопнув пару раз крыльями. Поттер взлетел на спину животного и протянул раскрытую ладонь зельевару. Северус, увидев в черных глазах фестрала одобрение и ожидание, принял протянутую руку, оказываясь прижатым спиной к широкой груди. Может, по росту у них и была разница на целую голову, но в сидячем положении это практически не ощущалось. Разве что чуть-чуть. — Удобно? — спросил Поттер, готовый к взлету. — Весьма, — ответил Снейп, удобно устроившись, чтобы точно не слететь с этого адского создания. — Тогда мы взлетаем, — самодовольно хмыкнул парень, разгоняя фестрала и заставляя взлететь.        Мужчина чувствовал его уверенность и силу, а потому не боялся упасть и расслабился, когда они набрали нужную высоту. Они смотрели на звезды и перебрасывались небольшими фразами. Тело гриффиндорца было горячим и не позволяло Снейпу замерзнуть. У того разве что замерзли уши и нос, но это мелочи. — Как тебе вид? — спросил Поттер, разворачивая фестрала в обратном направлении, — Ты когда-нибудь видел Хогвартс с такого ракурса? — Хм… Видел пару раз, но мельком, не разглядывал. Он очень красивый, — ответил Северус, — Гарри, почему ты ведешь себя со мной так сдержанно? — В смысле? — спросил тот. Его удивил внезапный вопрос. — Я видел, как ты безмятежно себя ведешь в компании друзей, — более холодным и отстраненным голосом сказал профессор. — На то они и друзья. Ты же знаешь, что до тебя я встречался с Джинни и Чжоу, и с ними я никогда так себя не вел, как с друзьями. Тебе бы понравилось, если бы я беззаботно похлопал тебя по плечу и предложил выпить по кружечке сливочного пива, обсуждая квиддичную игру, однокурсников, учителей и так далее? Тебе бы не нравилось, что я воспринимаю тебя как друга, а не как…возлюбленного. Это было бы несерьезно.        Снейп сжал губы, отвернувшись. Он понимал, что мальчишка прав, ему бы не понравились такие братские отношения. И эти слова про возлюбленного мягко окутали сердце, согревая все тело лучше любого огня. — Да, ты прав, — пробормотал мужчина, а через несколько секунд добавил, — Прости.        Он чувствовал, как Гарри улыбается и утыкается носом в черную макушку, оставляя легкий поцелуй. Снейп, как чувствовал, решил помыть перед полетом голову и не мазать волосы зельем, не планируя что-либо варить. Ради таких поцелуев можно мыть голову и чаще.        Они приземлились около стада, Поттер угостил фестрала лакомством и спросил про самочувствие зельевара. Тот не знал, как лучше ответить: эмоционально поблагодарить или сделать это сдержанно? — Сними ты эту маску. Ты же был с ним искренним столько раз! Поблагодари от души! Ты же этого хотел. Гарри относится к тебе иначе, чем к друзьям. Он обещал не лгать, помнишь? — в ухо зашептал чей-то женский голос.        Северус слегка вздрогнул, завертев головой. Сходит с ума что-ли? — Говори правду! Он убьется об твою стену хладнокровия. Ты не умрешь, если сделаешь шаг вперед. Давай! — Все хорошо, спасибо. Мне очень понравилась наша прогулка, — сказал мужчина, обернувшись к Поттеру и слабо улыбнувшись, — Мне правда понравилось. А как ты узнал, что я хочу… Ну… — Мне кто-то нашептал на ушко, — подмигнул Гарри. Теперь гадай: шутит или нет, — Я рад, что смог тебя порадовать. — Что будет, если ты не вернешься? — внезапно спросил Снейп через несколько секунд. — Куда не вернусь? — В спальню Гриффиндора этой ночью. — Он хочет, чтобы вы поспали вместе. Просто поспали! Давай, соглашайся, — говорил голос гриффиндорцу. Надо потом с этим разобраться. — Меня никто не хватится. Уизли уехали после ужина на выходные, остальные знают, что меня нет. Лишь попросили быть аккуратным, чтобы не лишиться баллов. Так что мне некуда спешить, — ответил он, пожав плечами и сделав один шаг вперед, — Только давай просто поспим, без разговоров у камина. У меня глаза слипаются.        Снейп добро усмехнулся и обнял это лохматое чудо, чувствуя ответные крепкие объятия. В такие душевные, теплые, приятные моменты он готов был набросить плюс сто баллов тому факультету, на котором учится этот шутник, решивший подсунуть декану Слизерина амортенцию.        Они вдвоем пришли в его комнаты и завалились спать. Северус сдерживал свои порывы, запрещая заходить дальше объятий. На границе сна и бодрствования он думал, что в будущем ему все вернется, просто стоит подождать.