Розенвиль: начало🥀

      — Стойте! — рассек тишину голос Джоша. Он вскинул руку перед ребятам, сорвавшимися к образовавшейся дыре в полу, — не всеми сразу, пол очень неустойчивый.       Аргумент в пользу этого довода красноречиво постанывал от боли в провале, образовавшемся под выгнутыми отсыревшими досками. Плесень темно-зеленым уродливым узором въедалась в деревянные половицы. Сквозняк неприятно скреб по коже.       Джош светил фонариком телефона вниз, высматривая очертания Диггера, пока Найк подкрадывался к разлому, прощупывая каждый участок на устойчивость.       Яркий свет переливался, бликуя на опускающейся пыли. Глаза выхватили несколько обломков и мужскую ногу. Раздался болезненный хрип.       Диггер попытался подняться, но зашипел и тут же вернулся в прежнее положение. Основной удар пришелся на правую лодыжку, и теперь она мерзко ныла, пуская кратковременные вспышки боли по сухожилиям.       Джош услышал рваный выдох совсем рядом, почти у своего уха, и резко повернулся. В поле его зрения тут же попала Алиса, откинувшая мешающую рыжую прядь с лица и наклонившаяся ближе, чтобы хотя бы что-то разглядеть в ярком световом пятне от фонарика. Единственным вариантом было приблизиться к нему, и она даже не задумалась о том, насколько ничтожным стало расстояние от ее щеки до его лица.       В нос Сейлеку ударил свежий запах. Что-то схожее с мятой и запахом влажной травы. Он сам не заметил, как автоматически вдохнул глубже. И тут же ощутил на своей спине давление. С другой стороны от него появилась Микки, и он был готов поклясться еще до того, как повернулся к ней — она снова смотрела на него с болезненным собственничеством. Ее гнев словно сгущал вокруг воздух, превращая его во что-то вязкое, тяжело оседающее на легких.       — Может быть, ну знаете, просто предположу, но…кому-нибудь приходила мысль мне помочь? — вылетело из ямы.       Джош закатил глаза, не обременяя себя анализом, как можно оставаться таким невыносимым, даже когда твое спасение целиком зависит от других людей? Будь его воля, он бы принципиально оставил Клиффорда там на какое-то время. Специфичный курс перевоспитания.       — Не верещи, мы сейчас что-нибудь придумаем, — попытался успокоить его Найк, осматриваясь вокруг в поисках веревок или чего-то подобного.       Мэдисон села на корточки рядом с Алисой, и вглядевшись в темноту, обратилась к Диггеру.       — Сильно нога болит? Встать вообще не сможешь?       — Ну балериной мне теперь точно не быть, — он предпринял новую попытку подняться, уже без резких движений, опираясь на влажную каменную стену, — вроде держусь, нормально.       — Попробуешь осмотреться? — предложила Алиса, прислушиваясь к его медленным шагам.       Параллельно этому Брайан ходил по окрестностям, пытаясь найти участок, где ловит сеть, чтобы позвонить спасателям. На протяжении всего их маршрута ее не было. Пару раз появлялась неполная единичная палочка, но звонки все равно не проходили.       Диггер осматривается вокруг, щуря глаза от слепящего фонарика. Джош ненадолго выключил его. Продолжая двигаться по стене, парень прошел чуть дальше и скрылся из поля видимости.       Он стиснул зубы, когда перенес вес на больную ногу. На удивление, с каждым шагом становилось легче. Резкие вспышки постепенно перешли в постоянный фон тупой боли. И это было проще выносить.       Ребята услышали снизу шелест жухлой листвы, скрипы и звуки отбрасываемых в сторону досок.       — Ну что там? — с нетерпением спросил Найк.       Шорохи внезапно стихли.       Ни звуков шагов, ни дыхания — ничего. Будто Диггера там и вовсе не было. По спине Алисы прокатились мурашки, она обеспокоенно позвала его.       — Эй, Диггер!       Но в ответ лишь скулеж старых креплений и вой сквозняка.       — Это не смешно, — кричит Норт.       — Серьезно, Диггер, не время для шуток.       Они услышали резкий хлопок, будто кто-то с размаху закрыл старую дверь.       Спустя пару мгновений раздались гулкие шаги где-то за стеной, совсем рядом с ними. Все напряженно переглянулись, и тут перед ними разъехалась каменная кладка, будто ее там и не было.       Они осматривали комнату поверхностно, но точно заметили бы тайный ход, однако, сейчас никто об этом не задумывался. Ребята, позабыв про осторожность на прогнившем деревянном полу, кинулись навстречу прихрамывающему из темноты нового прохода другу.       — Диггер! — выкрикнула Ханна, растерянно молчавшая все это время.       — Эй, чувак, ты меня напугал! — Найк подхватил Диггера под правое плечо, и немного придерживая, помог ему пройти дальше.       Он выглядел устало, морщился от периодически напоминающих о себе спазмах, и на мгновение Алисе даже показалось, что она различила в его зеленой радужке яркую вспышку.       — Помощники из вас, конечно, так себе, — прохрипел он.       — Мы просто не успели ничего придумать, — раздраженно встрял Джош, открывая дверь, ведущую на улицу.       — Так и быть, в следующий раз буду беспомощно сидеть в грязном подвале со сломанной ногой, чтобы дать фору твоим извилинам.       Джош раздраженно сжал челюсти, но ничего не ответил. Слишком много проблем, чтобы отвлекаться на то, что безостановочно вылетало изо рта Диггера.       Друзья удалялись от старой башни, периодически оборачиваясь. Всех преследовало навязчивое чувство, будто они здесь не одни. Липкое ощущение чужого взгляда скользило по спинам, пробирая до мурашек.       Они прошли вглубь леса, радуясь, что пейзаж, наконец, начал меняться. Внутри пылала надежда, что им, наконец-то, удалось выбраться из аномальной временной петли.       Надежда на скорое возвращение домой померкла очень быстро, растворившись во множестве петляющих в разные стороны дорожек среди деревьев. Все, как одна — ничем не отличались друг от друга.       Найк внезапно почувствовал, как давление на его плече ослабло, и тогда заметил, что Диггер, раньше опиравшийся на него, остановился. Найк развернулся, решив, что его друг устал и нашел место, чтобы перевести дух, но увидел его фигуру, остановившуюся прямо посреди тропы.       Он стоял как вкопанный, рассматривая что-то в своих руках, как завороженный. Найк напрягся и ухватил за рукав Джоша, не успевшего отойти достаточно далеко. Тот развернулся, но успел увидеть только как что-то сверкнуло металлом в кармане Диггера.       Когда он поднял голову и столкнулся взглядом со своими друзьями, те сглотнули. Что-то в нем изменилось. Неуловимо, визуально не заметно, но чувствовалось мрачным предзнаменованием, холодящим легкие.       К ним вернулись остальные, заметив, что те отстали.       — Что случилось? — обеспокоенно уточнила Мэдисон, обняв себя руками за плечи. Лес стремительно темнел, становилось холодно.       На какое-то время между друзьями повисла тишина. Она звенела громким предупреждением, подобно знаку «СТОП», предупреждающему, что дальше их не ждет ничего хорошего.       Диггер окинул друзей равнодушным взглядом, поджал губы. На мгновение, показалось, будто его радужки загорелись зеленым.       Он резко развернулся и, не сказав ни слова, направился в противоположную сторону.       — Эй, Диг, ты куда? — Найк озадаченно наблюдал за удаляющейся в темноту спиной друга, замерев на месте от удивления.       И Клиффорд все же ответил, неохотно и лениво, с тенью раздражения в голосе.       — На выход.       — Но… – Найк растерялся от того, с какой уверенностью звучал его тон, — мы ведь как раз его ищем. С чего ты взял, что нам в ту сторону?       — Я это знаю наверняка, — процедил тот в ответ, и ребята, чтобы не потерять его из виду, были вынуждены изменить маршрут.       — Откуда? — продолжил допытываться Найк. Он поравнялся с Диггером, пока остальные, не менее растерянные, были вынуждены следовать за ними.       — В отличие от многих здесь, я могу пораскинуть мозгами, — этот ответ прозвучал не слишком убедительно, скорее как отговорка. Найк нутром почувствовал, что с его другом что-то не так.       — Вы посмотрите-ка, знаток диких лесов нашелся, — язвительно протянул Норт, нагоняя Найка и Диггера, — объясни, что происходит!       Он протянул руку к куртке Диггера со спины, но тот со скучающим видом скинул ее, будто Каллаган не более чем навязчивая муха.       — Эй, ты! — прошипел тот. Усталость и стресс вмешивали в его и без того пламенный нрав дополнительной агрессии, и Норт был явно не намерен терпеть такое отношение к себе. Он снова протянул руку к Диггеру, но тут же почувствовал, как на плече смыкается женская рука.       — Спокойно, — Норт резко останавливается, чувствуя как пальцы Мэдисон болезненно впиваются в его кожу сквозь куртку. Ее хватка кажется необоснованно сильной, и он удивленно вскидывает брови. Та же, пользуясь его временным замешательством, оттягивает здоровяка назад.

*🥀*

      Диггер явно не спешил что-либо рассказывать, и друзья в какой-то момент просто смирились с неизвестностью, продолжая идти за ним. Его походка была уверенной и твердой, и это заставило их поверить, что он правда знает что делает. Все вопросы потом. Изрядно уставшие за последние сутки организмы требовали добраться до дома любыми способами.       По мере продолжения пути что-то не давало Джошу покоя. Он точно знал — это что-то важное, но не мог облечь мысль в полноценную форму. Все ощущалось слишком странным — сознание заволакивало мутным туманом, мешающим собирать полноценные умозаключения.       Бесформенное нечто проникало в мысли, скользя по нейронам усыпляющим эфиром. Они будто заблудились на стыке между сном и явью, и все что им оставалось — беспомощно блуждать в этом промежутке.       Инстинкт самосохранения медленно притуплялся, а критическое мышление переставало верховодить процессом. Это происходило медленно и аккуратно, чтобы заметить изменения и заподозрить что-то неладное, напоминая паутину, что филигранно плела вокруг них молчаливая тень, затерявшаяся в сумраке лесных ветвей.       Джош двигал ногами на автопилоте, но продолжал воевать с собственным разумом, желая вернуть себе контроль. Ему не давал покоя какой-то навязчивый внутренний зуд, звенящий слишком явным предупреждением, пробивающимся сквозь наваждение.       И в какой-то момент нужная мысль все же нашла дорогу, прорываясь важным осознанием — у Диггера больше не болела нога! Совсем. Он словно и вовсе забыл, что травмировал ее.       Джош резко остановился, отчего Микки, следующая за ним, ударилась о его лопатки, шикнув.       — Давайте устроим привал, — бросил он, жмурясь от накатывающей головной боли. Будто сам факт того, что он заставил себя выплюнуть важную мысль на поверхность, заставлял его мозги плавиться. Остатки алкоголя выветривались, оставляя внутри мерзкое опустошение и пустой желудок.       Диггер настолько целеустремленно шел вперед все это время, что ребят даже удивило то, что он остановился вместе с ними. Он подошел к Джошу и вперился в того угрюмым взглядом потухших глаз, выглядевших сейчас как стухшее болото. Мутная, почти стеклянная сетчатка. Джош вздрогнул.       — Ну что еще? — раздраженно спросил Клиффорд, не переставая смотреть на него в упор. Слюна во рту тут же стала вязкой.       В голове носились хаотичные мысли, в попытках догнать друг друга и объединиться в единое умозаключение, но тщетно.       — Джош, что случилось? — уже более мягко уточнила Мэдисон.       — Вас ничего не смущает? — спросил Джош, скрестив руки на груди и недоуменно уставившись на друзей.       — Например? — Мэдисон выгнула бровь, и только сейчас осознала, что холод, сковавший ее плечи ранее, уже давно отступил. Она будто находилась в невидимом коконе, оберегающем ее от низких температур, и эта мысль казалась жуткой.       — Например, — Джош резким движением подтянул к себе Диггера, и тот от неожиданности едва не оступился. На его лице мелькнула злоба, но больше ничего. Он не скорчился, когда подошва зацепилась за камень, заставив перенести вес на больную ногу. Казалось, его это не беспокоило вовсе.       — Я не понимаю, — присоединился Найк. В голове все еще витала ватная дымка.       — Его нога. Никого не напрягает, что она больше не болит? Что он двигается так быстро, и мы едва за ним поспеваем? Что он внезапно откуда-то знает, куда нам идти? Ни у кого нет ни единого вопроса?! — Джош едва не орет, но вдруг осекается и понижает голос.       Его друзья смотрели на него потерянно, как сомнамбулы после резкого пробуждения, еще не до конца осознающие реальность. Неужели, они настолько испугались ночного леса и устали, что игнорировали очевидное?       Творилась какая-то чертовщина, и Джош не мог допустить, чтобы они шли дальше в неизвестность. Интуиция била тревогу. Единственная мысль, горевшая в голове ярким предупреждением — что, если Диггер вел их вовсе не домой, а как безвольных агнцев на заклание?       Постепенно в головах друзей зрело понимание. Он видел, как их взгляды прояснялись. Первой включилась Алиса.       — А правда, это очень странно.       — В самом деле, Диггер, что с твоей ногой? — присоединилась Мэдисон, и без того чувствующая себя слишком странно. Этот лес был жутким, деформированным, словно пародия на то, каким должен быть, но по факту ощущался как живое существо, питающееся жизненными силами тех, кто сюда попал.       Захотелось ударить себя по лицу от осознания, что глупая бравада привела их сюда — прямо в лапы неизведанному злу, настолько необъятному и бесплотному, что они даже не могли достоверно оценить масштаб нависшей угрозы.       — Мне стало легче, — бесцветно ответил Диггер, закатывая глаза. Очевидно, что этот разговор действовал ему на нервы. Он елозил пальцами по карману штанов и нетерпеливо постукивал подошвой ботинка по сырой земле.       — Мы все устали. Я думаю устроить небольшую передышку и вправду неплохая идея, — сказал Найк, усаживаясь на каменный выступ возле раскидистого дерева.       Диггер молчал. Во взгляде парня полыхнуло что-то темное. Он смотрел на своих друзей так, будто те беспомощные зебры, имевшие наглость отказать в любезности быть съеденными львом.       Джош пытался понять, что им движет. Почему так недоволен? Продумывает, как все же заставить их следовать за ним? Но зачем? Куда?       Но к удивлению, его взгляд вдруг прояснился, и Диггер, безмятежно пожимая плечами, продолжил свой путь в темноту.       — Эй, слышишь, мы не пойдем дальше, — позвал его Найк, — хватит чудить! Тебе плесень в подвале мозги разъела?       И реплика, на которую привычный Диггер обязательно отреагировал бы ответной подачей, осталась без ответа. Проигнорировав лучшего друга, он ушел вперед, и спустя несколько мгновений молчаливого шока ребят, его фигура окончательно растаяла в ночи.

*🥀*

      Следующие двадцать минут прошли в спорах.       — Идем его искать! Заблудится — нам его предки головы поотрывают, — кипятился Брайан.       — Да пусть валит! Далеко не уйдет, а уйдет — так плакать никто не будет — усмехнулся Норт, за что тут же получил красноречивую затрещину от Мэдисон.       Пока друзья растерянно переглядывались, не понимая, что им в итоге делать, тишину нарушили тихие всхлипы. Все тут же обернулись и обнаружили забившуюся в угол Ханну. Та уткнулась лицом в коленки и плакала.       — Ханни, ты чего? — Найк тут же опустился перед ней, приподнимая лицо младшей сестры пальцами.       — Мы вернем его, — присоединилась Микки, сев рядом с Найком и принявшись поглаживать колено Ханны в успокаивающем жесте.       — Упс, вот же неожиданность. Наш плохиш все-таки вызвал чьи-то слезы, — заулюлюкал Норт, за что моментально получил уже второй удар от Мэдисон, все еще находящейся у него за спиной.       — Ты прекратишь бить меня?       — Нет, пока твои мозги не встанут на место.       Ханна пыталась взять себя в руки, когда Найк прячет ее в своих объятиях, и выравнивает голос, чтобы сказать.       — Я просто…просто я хочу домой.       Уставшие, растерянные и безумно голодные ребята решают, как им быть дальше. Ясно одно — нужно найти Диггера, как бы странно он себя ни вел, и как можно быстрее вернуться домой. План очень прост и обречен на провал с самого начала с вероятностью девяносто девять процентов.       С каждой минутой головная боль Джоша только усиливалась, и в какой-то момент в ней пульсировало так, будто его черепную коробку целый день использовали в качестве церковного колокола. Он ухватился пальцами за виски и сел на свой рюкзак, надеясь, что это скоро пройдет.       Джош пропустил момент, когда его друзья приняли финальное решение. Он лишь увидел, как Найк и Брайан удалились в том же направлении, куда ушел Диггер полчаса назад.       Остальные разошлись в разные стороны: Мэдисон и Ханна обходили прилегающие территории в поиске сухих дров для костра, Алиса копалась в рюкзаке в поиске ужина, а Микки направилась прямиком к нему.       — Джош, ты в порядке? — он услышал, как шуршит ее рюкзак, когда она села рядом.       — Учитывая ситуацию, думаю, на слово «порядок» стоит наложить табу, — сдерживаясь от очередного приступа боли, выдавил из себя Сейлек.       Микки на какое-то время замолчала, думая, как лучше донести мысль.       — Может прозвучит странно, — неуверенно начала она, — но мы здесь вместе, и это явно лучше, чем застрять непонятно где, ну знаешь, в одиночестве.       Джош не сдержал скептической ухмылки.       — Я бы никогда и не пошел сюда один. Я же не герой твоих любимых ужастиков.       Микки закатила глаза, стараясь не реагировать на подкол.       — Надеюсь, что мы скоро отсюда выберемся… Нет, мы точно выберемся! Я обещаю.       — Это мило, но ты не можешь такое обещать, — Микки достала блистер с обезболивающим из рюкзака и протянула ему.       — Выпей, станет легче.       Джош проглотил таблетку, не запивая ее водой. Та скользнула мерзкой горечью по языку, тем не менее обещая, что пульсирующая в висках мигрень скоро перестанет пытаться взорвать его голову.       — Все будет хорошо, — уже менее уверенно повторила Микки, скользя пальцами по его плечу, рука непроизвольно дернулась, — мы просто заблудились, может быть, настолько увлеклись дракой Норта и Диггера, что сами не заметили, как пришли не туда, — она старалась контролировать голос, чтобы он казался тверже, но звучало неубедительно.       В конце концов Микки просто замолчала и уставилась в тени деревьев впереди.       Джош посмотрел на нее. Как она приподняла подбородок, вглядываясь испуганными голубыми глазами в темноту, в полную неизвестность, и сжал ее руку.       Она вздрогнула от неожиданности, но почти сразу сжала его пальцы в ответ.       — Ты права, все будет хорошо, — так и сидели они, два лгуна в безнадежной попытке утешить друг друга.

*🥀*

      Норт и Джош развели костер, чтобы согреться. Алиса и Мэдисон пожарили на костре оставшиеся от пикника сосиски, раздали каждому по маленькому треугольнику сливочного сыра и разделили крекеры так, чтобы всем досталось примерно равное количество.       Костер внушал обманчивое чувство уюта, но этого было критически мало, чтобы успокоиться. Ноги ныли от долгой безрезультатной ходьбы по лесу, а осознание, что родители наверняка уже извелись и подняли на уши весь полицейский участок, вообще не помогало придать себе мотивации. Хотелось закрыть глаза, и проснуться утром в своей мягкой постели, осознав, что это был лишь бесконечно долгий сон со странным сюжетом. В это было бы легко поверить.       Ребята поддерживали вялый разговор, грея руки у огня. Джош наблюдает как пляшет пламя, пожирая сухую древесину, и невольно уносится мыслями куда-то вдаль — в спасительное ничто. Он представляет как огонь растекается горячей лавой по его жилам, обливает его сердце разъедающим жаром и облизывает легкие. Этот странный мыслительный процесс рождается в его голове сам по себе, завораживая и маня.       — Джош, что ты делаешь?! — он слышит взвизг Микки, вырывающий его из транса, и тут же чувствует болезненное покалывание под ладонью. Он с ужасом отдергивает руку к себе, осознавая, что все это время он даже не замечал, как тянул руку прямо к открытому пламени.       «Кажется, я схожу с ума»       Джош уходит от небольшой поляны внутри леса, где они остановились, спасаясь от недоуменных взглядов и необходимости объясняться предлогом, что попробует дозвониться Найку. Они с Брайаном ушли уже достаточно давно, и все начали беспокоиться.       В глазах Джоша загорелась надежда, как только он увидел появившуюся в верхней части сети полноценную палочку, говорящую о наличии сети. Преисполнившись энтузиазмом, он набрал номер Найка.       Гудки шли, но трубку никто не брал. Сейлек напряженно постукивал ногой, слыша как чавкает грязь под подошвой. На дисплее время показывало 00:25. Джош решил попытался позвонить родителям, но стоило ему набрать номер, как палочка исчезла. В трубке зазвучал женский голос, оповещающий об отсутствии подключения к сети, и звонок сбросился.       Джош вернулся к друзьям абсолютно подавленный. Мэдисон передала ему термокружку с чаем, и он сделал глоток. Крекеры и сосиски с сыром помогли утолить голод и на время забыть о панических мыслях.       На фоне долгой дороги и пережитого стресса аппетит разыгрался не на шутку.       Когда все уничтожили продуктовые запасы, несмотря на очевидную усталость, никто не спешил ложиться спать. Слишком много вопросов без ответов, и слишком мало доводов лечь спать среди загадочного леса, не пускающего их наружу.       Подростки отвлекали себя историями. Каждый рассказывал что-то свое. Остальные в ответ шутили, плавя атмосферу острой иронией. Попытка обмануть мозг, что все не так уж и плохо, дав себе надежду на то, что рано или поздно все это превратится в забавную историю. Превратится ли?       Так или иначе, сон все же нашел их среди неопределенности и беспокойства о так и не вернувшихся друзьях.

*🥀*

      Утро Джоша началось гораздо раньше, чем он планировал. Проснулся Сейлек на рассвете от того, что рюкзак больно упирался в голову, а спина затекала. Оба бока враз стали непригодными для сна на твердой земле под тонким слоем пледа, и поворочавшись еще немного, он все же разлепил глаза. Он поднялся тихо, стараясь не разбудить спящую рядом Микки. Решил пройтись.       Приблизившись к густеющему лесу, вгляделся в молочный туман, стелящийся над промерзшей за ночь землей. Полная тишина: ни пения птиц, ни звуков сверчков, будто их погрузили в вакуум отдельного измерения       Спустившись по холму вниз, он увидел лежащие бревна и сидящий на них женский силуэт. Подойдя ближе, он узнал в нем свою подругу — Мэдисон.       — Не спится? — спросил он слегка охрипшим голосом.       Девушка вздрогнула от неожиданности и резко повернулась. Увидев Джоша, расслабленно выдохнула и ответила непривычно тихим голосом.       — Тебе, как я вижу, тоже.       — Да. Видимо, я пташка раняя.       — Да ладно, ты вечно до последнего дрыхнешь. Я думаю, дело в другом.       Джош промолчал. Мэдисон потянулась, разминая позвонки, и вновь заговорила.       — Есть ощущение, что мы вляпались в какую-то жуть. Можно долго позерствовать и прикалываться на тему фильмов ужасов, но каждый здесь ощущает себя загнанным зверем. Сейчас даже мне страшно.       Неприятное предчувствие внутри снова напомнило о себе. Услышать от Мэдисон что-то подобное — паршиво. Она всегда держала себя в руках и никогда не показывала страха. Даже самым близким друзьям. Ее сила воли была настолько неколебимым, совершенным механизмом, что порой и вовсе закрадывались сомнения, а точно ли она человек? И вот сейчас вся эта сталь без труда прогибалась под гнетом неизвестной угрозы.       — Чертов лес, зачем мы вообще сюда пришли? — устало выдохнул он, запуская пальцы в разлохмаченные сном волосы.       Они замолчали, всматриваясь в рассвет, алыми разводами проглядывавшийся сквозь туман и ряды деревьев. Будто каждый стремился найти в нем подсказку. Что угодно, что даст хотя бы мизерную надежду найти выход.       Посидев так еще немного, они решили идти будить друзей и продолжать поиски. Сети все еще не было.

*🥀*

      После того, как Джош и Мэдисон всех разбудили и заставили собираться, кое-как разлепившие глаза друзья почти на ходу перекусили найденными на дне рюкзака Микки протеиновыми батончиками и отправились в путь. Сон у всех был беспокойный, рваный и подарил скорее разбитое состояние, чем приток новой энергии.       Друзья держались лишь на увядающем энтузиазме, пытаясь игнорировать холодный ветер, забирающийся под куртки и приносящий с собой отголосок чего-то зловещего. В воздухе вновь звенела жуткая, плотоядная тишина.       Направившись в ту сторону, куда вчера пошел Диггер, а вслед за ним Найк и Брайан, они ориентировались по следам. Джош был крайне рад тому, что ночью не было дождя, ведь тогда шансы найти парней равнялись бы нулю.       Поиски длились не менее получаса. Джош не заметил, как погрузился в какой-то транс, в голове сквозили мысли, оставаясь лишь шумовым фоном, но не откладываясь в голове.       Из этого состояния его выдернуло прикосновение маленькой, хрупкой ладони. Он поднял голову и широко открыл глаза, ощущая себя так, будто на самом деле проснулся только сейчас. Микки обеспокоенно изучала его лицо. Какое-то время она молчала, решаясь задать вопрос и боясь получить на него чрезмерно реалистичный ответ.       — Милый, как думаешь, мы найдем их?       Несмотря на серьезность ситуации, в голове Сейлека непроизвольно всплыла сцена из недавно просмотренного с Микки ужастика под названием «Голодная заводь». Там была компания подростков, решивших отдохнуть у реки. Один из них по классике жанра ушел в лес по нужде и не вернулся. В конечном итоге, когда все пошли его искать, выяснилось, что там обитали то ли гигантские тараканы, то ли мутировавшие черви — компьютерная графика в фильме была далека от совершенства.       Когда всех, кроме самой симпатичной и драматичной парочки, благополучно сожрали, девушка задала своему парню вопрос: «Милый, как думаешь, мы выживем?».       Сейчас вопрос, заданный Микки, отдавался холодком, прошедшим по позвоночнику. Джош непроизвольно дернулся и помотал головой, стряхивая с себя неприятные ощущения и пытаясь абстрагироваться от игры собственной фантазии.       «Надеюсь, все закончится не так, как в этом фильме. Или хотя бы будет меньше слизи»       — Найдем, если следы не оборвутся. А даже если так, то мы, рано или поздно, вернемся туда, откуда пришли. Поедем в полицию и вернемся с поисковым отрядом, — в разговор вмешалась идущая неподалеку, а потому слышавшая вопрос, Алиса.       Вряд ли она собиралась отвечать на него вместо Джоша, но ушедший в неожиданные флешбеки парень выпал из диалога, заставляя свою девушку беспокоиться еще больше.       На реплику Алисы Микки отреагировала быстрым неприязненным взглядом. Таким акула обычно смотрит на свою жертву перед тем, как сожрать.       — Спасибо Хеммерт, но я спросила своего парня.       — Не думаю, что суть ответа меняется, если отвечает кто-то другой, — прохладно парировала Алиса и отошла от пары.       Такая неприязнь со стороны Микки объяснялась одним простым чувством, что смертоносным токсином расползалось по их отношениям с Джошем и постепенно выжигало их изнутри — ревность.       Абсолютная прямолинейность и честность Джоша порой играла с ним злую шутку. Вот и в этот раз благие качества обернулись проблемами.       Джош познакомился с Алисой два года назад. Она перевелась в старшую школу Розенвиля из Чикаго. Всем, включая Джоша, было крайне интересно, что сподвигло ее перебраться из крупного города, находящегося в постоянном движении, в скромный Розенвиль. Новое лицо в городе интриговало, и Джош был одним из тех, кто в числе первых завел с ней общение.       Она понравилась ему практически сразу. Его интриговало в новенькой все, начиная с длинных огненных волос, ярким всполохом выделяющимся в толпе и по-лисьи хитрого взгляда, казалось бы высмеивающего всю подростковую школьную иерархию, заканчивая глубокой осведомленностью о многих вещах, искренним интересом к людям и хорошим чувством юмора.       Алиса всегда чувствовала грань дозволенного и балансировала на ее краю, остроумно подмечая все то, на что хотела бы обратить внимание, не используя тактику лобового столкновения. Такой подход был прямой противоположностью тому, как привык поступать сам Джош, и оттого интерес был острее. Может быть, противоположности и впрямь притягивают друг друга? Что ж, вероятно, не всегда взаимно.       Несмотря на то, что Джош и Алиса быстро сблизились и уже спустя неделю знакомства общались так, будто знали друг друга сто лет, объектом ее романтического интереса стал другой парень. Высокомерный, лощеный и доводящий до исступления своей самовлюбленностью Алекс Мейсон.       По нему пускала слюни едва ли не каждая вторая старшеклассница, однако, Алиса не походила на ценительниц столь очевидной красоты, не имеющей внутренней подпитки. Потому причина ее влюбленности в такого парня приравнивалась Джошем к загадке бермудского треугольника. Что-то мистическое и пугающее, а еще имеющее почти такой же трагический исход, как итог столкновения моряков с аномальной зоной в Саргассовом море.       Приняв должность просто друга, Джош принялся усиленно выбивать навязчивую симпатию из собственных мыслей. В этом хорошо помогал спортзал, утренние пробежки и вечеринки Найка. На одной из таких он сблизился с Микки Бейлик.       Она не стала для него открытием, ведь они вместе ходили на историю и английский. Общение Джоша и Микки ограничивалось уточнениями домашнего задания и просьбой дать ручку, пока однажды вечером, когда Найк ушел искать новенького курьера, исчезнувшего вместе с их пиццей, пара не нашла друг в друге неожиданно интересных собеседников. Они болтали весь вечер и всю ночь.       Джош не мог сказать, что в этой девушке было что-то «особенное», что очевидно влекло бы к ней с первой встречи. Она не врывалась в его жизнь, как скоростной рыжеволосый поезд, сносящий все на своем пути. Но с ней было спокойно и легко. С ней Джош чувствовал себя нужным, и этого было достаточно.       В первые три месяца их отношений Джош ни разу не слышал каких-либо упреков в свой адрес, несогласия, споров на какие-либо темы. Ее мнение всегда совпадало с его, что поначалу безумно льстило и заставляло думать, будто он нашел свою родственную душу. Но потом он начал осознавать, что куда более вероятно, что человек просто поддакивает, чем имеет абсолютно схожее мнение по всем насущным вопросам. Вероятно, в тот момент и начался обратный отсчет.       Не изменяя своей любви к абсолютной, а оттого беспощадной честности, однажды, когда разговор зашел о неудачных влюбленностях, Джош рассказал Микки об Алисе. С того момента симпатия Микки к близкой рыжеволосой подруге Сейлека трансформировалась в арктический холод и старательно, но не очень успешно, скрываемую ненависть. Возможно, дело было в уязвленном эго, но вернее всего — в отрицаемой самой Микки зависти.       Если Микки для привлечения внимания Джоша приходилось из кожи вон лезть и при этом заметил он ее лишь благодаря невероятной удаче, то какой-то девке из Чикаго достаточно было просто появиться и сверкнуть своей густой, ведьминской копной волос перед ним. И пусть так, но даже находясь в отношениях с Сейлеком, Микки видела, как сияют его глаза, когда он общается с Хеммерт. Казалось в этот момент для этих двоих в мире не существовало никого. Включая саму Микки.       Джош видел, как меняется отношение Микки к Алисе. Он даже несколько раз пытался обсудить это с девушкой, но каждый раз все неизбежно заканчивалось скандалом. Со временем он принял тактику не лезть в женские дела, стараясь держать нейтралитет. Ощущалось это, правда, как сидеть запертым в клетке между двумя разъяренными тиграми и надеяться, что никто из них тебя не сожрет.       — Джош, зачем она лезет? — больше расстроенно, чем истерично спрашивала Микки.       — Мик, сейчас не время и не место для этого. Давай не будем усложнять и без того дурацкую ситуацию, — раздраженно отмахнулся Джош, мечтающий как можно скорее оказаться дома и укрыться пушистым одеялом, желательно с осознанием, что все его друзья живы, здоровы и благополучно добрались до дома.       Дальше все шли молча, не желая мешать развитию параноидальных мыслей друг друга. Тишину разорвал голос Ханны — младшей сестры Найка.       — Ребята, смотрите, там какое-то здание! — младшая Дэвис указывала на внушительных размеров поместье, затаившееся среди плетистых роз, зелеными змеями расходящихся старому, тронутому ржавчиной забору.       Здание выглядело как дыхание мрачной помпезности посреди густой зелени. Оно впечатляло викторианской красотой, несмотря на местами раскрошившийся камень.       Темные, потрескавшиеся оконные ставни впечатывали в каменные стены стрельчатые окна с ромбовидными стёклами. Запыленные цветные витражи отражали солнце, играя бликами. Каменные гаргульи таинственными наблюдателями возвышались на мрачных шпилях.       Джош дернулся, когда лязгнула цепь, свалившаяся с калитки, когда Алиса толкнула ее внутрь. Кажется, кто-то не стал обременять себя необходимостью закрывать ее в прошлый раз, лишь создав видимость.       — Давайте проверим, вдруг они здесь. Если так и не нашли дорогу из леса, то вполне могли остаться там на ночь, — выдвинула предложение Мэдисон.       Оказавшись у входа, Джош дернул запыленную ручку. Тяжелая дверь со скрипом поддалась, впуская незваных гостей внутрь.       Внутри все было пропитано затхлостью гниющих растений и пыли. Под ногами шелестела пожухлая листва, разбросанные семена и лепестки роз. Полумрак, царивший внутри не мешал рассмотреть картину в общих чертах благодаря широким витражным окнам, испещренным сеткой паутины. Пройдя дальше, они оказались в огромном помещении, похожем на те, в каких обычно проводили балы.       Посередине возвышался мраморный обветшалый постамент, объятый паутинками зеленых наростов. Трещины в полу петляли по всей площади рваными зигзагами. Массивные шторы лишали обзора, консервируя все в полумраке.       Ребята прошли дальше, и когда Джош подошел к двери, вписанной в небольшую арку, под ногами захрустели осколки стекла.       Он опустил взгляд и заметил свежие отпечатки обуви.