Сероволчьи пословицы

Серёжа похож на щенка терьера своей неуёмной энергией. Он смеётся, без конца поправляет лезущие в глаза длинные рыжие волосы и ёрзает на коленях Олега. — Тише, тише, — уговаривает Волков, но в его словах не так уж и много уверенной просьбы успокоиться. Ему не хочется, чтобы Серёжа прекращал, его бёдра слишком тёплые и вес такой приятный, не лёгкий, но и не тяжёлый, просто идеальный. И, чего уж греха таить, задница просто обалденная. Олег сжимает крепкие тазовые выступы, обтянутые джинсой и тяжело сглатывает. Как же охота сдёрнуть с Серёжи штаны и бельё, стреножить ими, чтобы не мог дёрнуться, перегнуть через подлокотник дивана и выебать. До онемения внизу живота, до кратковременной Серёжиной отключки, когда он даже забывает, как стонать, а потом воет страшным грудным голосом. Олег усиливает хватку, стараясь удержать Серёжу на месте, чтобы он почувствовал бугор у Олега в паху. — Что ж ты делаешь, чертёнок, — шипит Волков. Серёжа красиво выворачивает шею, тянется, чтобы мазнуть губами по колючей щеке Олега. Они не виделись около недели, у обоих был завал на работе, как и у всех. Специально старались успеть всё, чтобы освободить вечер пятницы. Не каждый раз русские футболисты выходят в полуфинал чемпионата мира. Странно, что по футболу тащится именно Дима Дубин, ещё страннее, что у него широченная плазма. Вот и ответ, почему он ходит в вещах эпохи мезозоя и живёт в крошечной однушке где-то в ебенях Питера. Зато может наслаждаться просмотром футбольных матчей в ультра разрешении. И сейчас настолько поглощён просмотром, что не замечает возни. Хотя, его боковой обзор закрывает Игорь, из-за которого Серёже и пришлось забраться на колени к Олегу, разумеется, из соображении экономии места. И всё было нормально, даже очень хорошо. Поначалу, когда Серёжа сидел спокойно. Но стоило футболистам разыграться и развернуть настоящую войну за мяч, как Серёжа пришёл в восторг и весь извёлся. Либо заразился бурной реакцией Димы и Игоря, которые каждый гол воспринимали как собственную победу, а каждый пропущенный мяч как личное оскорбление; либо, что логичнее, захотел подразнить Олега. И Волков не знал, за что ему такое наказание, но уговаривал себя потерпеть. В конце концов, после матча они поедут домой и вот там Олег красноречиво и доходчиво объяснит Серёже, чем чреваты такие выкрутасы на коленях жаждущего тебя человека. Только вот была одна маленькая проблема…ладно, не очень маленькая, которая уже прилично так поднялась и неприятно упиралась в ширинку. — Серёж, погоди, — Олег пытается отстранить его от себя. — Дай выйти. — Куда? Зачем? — Серёжа сыплет вопросами, при этом выглядя максимально невинно. Насколько невинно может выглядеть человек, отчётливо ощущающий, как в его ягодицы упирается член. — Надо, — бросает Олег и активнее предпринимает попытки спихнуть благоверного со своих коленей. — Давай, ну. Серёжа поднимается и Олег спешно подскакивает за ним, стараясь повернуться так, чтобы никто не заметил позорного стояка. К счастью, на поле слишком напряжённый момент и мужчины даже ухом не ведут в сторону Олега. Единственным, кто замечает его отсутствие, становится Игорь, и то скорее потому, что места становится больше и он может сесть удобнее. Олег быстрыми шагами направляется в ванную, надеясь, что холодная вода поможет ему немного остыть и совсем не ожидает, что на него нежно, но настойчиво, набросятся сзади.  — Ты всё подстроил, — догадывается Олег, ловя в отражении осоловелый и довольный Серёжин взгляд. — Вы очень наблюдательны сегодня, и причёска отличная, — выдаёт он перед тем, как прижаться губами к шее Олега, одновременно с этим сжимая его член через ткань брюк. Олег рычит, разворачивается и впивается губами в улыбающийся Серёжин рот, стукаясь с ним носами, сходу врываясь языком в бархатную теплоту, чуть царапаясь об острый край зубов. Из головы мигом вылетают все мысли о том, что в паре шагов от них есть люди, что, вообще-то, это чужая квартира, в которой их могут спалить на раз и, в конце концов, что заниматься этим в гостях просто невежливо. Остаётся только желание, в одну секунду подчиняющее себе мозг. Олег, прихватив Серёжу за горло, жадно целует его, слыша задушенные стоны и громкое сопение. Тяжело дыша через нос, Серёжа хаотично сжимает и разжимает ладонь на члене, заставляя его твердеть всё больше, а потом непослушными пальцами борется с пуговицей. Выходит плохо и Олег тянет свободную руку вниз, чтобы помочь расстегнуть собственные брюки. — Ты колешься, — недовольно бурчит Серёжа, плавно опускаясь на колени и чувствуя, как губы саднит от щетины. — Сегодня побреюсь, — прерывисто обещает Олег, скользя взглядом по двери. Щеколда на ней выглядит хлипкой, но даёт призрачную надежду на уединение. Хотя, Дима с Игорем слишком заняты просмотром матча и явно не собираются отлипать от телевизора в ближайшее время, судя по воплям «Давай ещё забей, родной»! — Сам не знаю, зачем всё это придумал, — хрипло тараторит Серёжа, стягивая с Олега бельё. — Думал, дотерплю, но, чёрт. Сначала ещё даже над тобой хотел поприкалываться. Но как-то не рассчитал. Олег укладывает ладонь на затылок Серёжи, которого и вправду повело, раз он столько болтает. Правда, совсем скоро перестаёт говорить, принимаясь вылизывать напряжённый член. Из горла Олега вырывается тихое «блядь», когда тёплый мокрый язык проходится по чувствительной головке. Он неосознанно подается бёдрами вперёд, ласково скользя пальцами по мягким волосам. Серёжа довольно мычит, хватается одной рукой за Олегово колено, а пальцами второй обхватывает нагревшийся ствол. Он пока что сухой, но Серёжа исправляет это, медленно беря глубже. Не торопясь, обводит взбухшие вены языком, медленно пропуская член в рот глубже, а потом так же неспеша выпуская, дышит размеренно. Неосознанно Олег подстраивается под его дыхание и подстраивает под него движение бёдер. От низа живота к груди поднимается тёплое чувство, расцветая оранжево-жёлтым шаром. — Я так скучал, — шепчет Олег, сипя пересохшим горлом. Серёжа хмыкает, берёт глубже и Олег давится воздухом, когда чувствует, насколько плотно сжимаются стенки горла. Колени начинают подрагивать, шум крови в ушах перекрывает другие звуки, но Олег всё равно слышит, как приглушённо шумит телевизор и как разочарованно гудят Игорь и Дима. Потом всё снова перекрывается гортанным стоном, цепкие длинный пальцы Серёжи отпускают колено, он тянется к собственным штанам, но Олег, скрепя сердце, вытаскивает свой член из такого чудесного рта и поднимает Серёжу на ноги, ухватившись за острые плечи. Только от одного поплывшего взгляда можно кончить. Олег хотел бы сфотографировать эти мутные глаза и готов был дрочить на это изображение. Губы Серёжи перепачканы в слюне и смазке, он покорно распахивает их, когда Олег снова целует его. Языки скользят сильнее, Олег порыкивает и кусается, быстро расстёгивая тугую пуговицу джинс. Серёжа прерывисто выдыхает, почти хнычет, когда Олег дотрагивается до его члена. Он тоже мокрый, и Олегу сносит башню, как в первый раз. Всегда так, когда он понимает, что Серёжа от него течёт. — Пиздец, пиздец, — бормочет Серёжа, стоит Олегу плотно обхватить оба ствола и коротко двинуть рукой. Серёжа неловко дёргает ногами, поскуливает и снова лезет целоваться, хотя губы начинают покалывать из-за раздражения. Колени дрожат, Серёжа обвивает руки вокруг поясницы Олега, прижимая его сильнее. Теперь члены практически сплющены между телами, Серёжа животом чувствует, как туго ходит кулак Олега. Конечно, он кончает первым, от переизбытка чувств кусая Серёжу в мокрую шею. Продолжает двигать ладонью по его члену, вылизывая нежную кожу между шеей и плечом, потираясь колючей щетиной. Серёжа дрожит, всё его тело ходит ходуном, даже губы, потом напрягается, замирая на несколько бесконечных секунд и устало роняет лоб на плечо Олега. Они возвращаются ещё пять минут спустя, умывшись и максимально приведя себя в порядок. Успевают как раз к завершению тайма. Игорь поднимается, расправляя плечи, Дима тоже встаёт, размахивая руками. — Можно и пройтись, — говорит он, с недоумением глядя, как Олег и Серёжа валятся на диван. — Эй, вы ещё не устали сидеть? Обоих хватило только на то, чтобы покачать головами.