Во святость иллюзий

— Ну? И что ты хотел? — скрещивает руки Райр, чувствуя при этом некое любопытство. Нечасто Майерс вытягивал его на откровенные разговоры наедине. — Сегодня мы выполним наш план! Я думаю, время пришло! — задорно отвечает Май, ненадолго оказавшись прямо напротив лица Райра. А задержаться в воздухе, при этом не петляя, у него получается редко, и для этого нужна особая концентрация. — А пояснения дальше будут? Какой ещё план? — Дырка в твоём потоке! Винсент! Я придумал, как заставить Анзара прийти к выводу что он и Дейника точно связаны. Райру пришлось присесть от тяжести свалившегося факта. С появлением человека в их владении он несколько раз думал об этом, но упорно отгонял от себя мысль о схожести этих двух людей. А вот Май был настроен решительно и ни на миг не забывал о том, с какой именно целью привёл к ним Винсента. — А ты уверен, что стоит? — перебирает пальцами Райр. — Вдруг это ошибка? — Да Винсент даже светлячков Анзара себе присвоил, это точно не может быть ошибкой! К тому же ты говорил, что счастливым Анзар был только тогда, когда здесь была Дейника. Если всё пройдёт гладко, то он ко всем нам станет добрее. Майерс с самого начала был слишком сильно привязан к Анзару и готов сделать для него что угодно. Когда-то давно он находился в самой паршивой ситуации, в которой только мог оказаться любой неполноценный низинник, и только благодаря тому, что Анзар забрал его на свой уровень и привязал к своим владениям, смог выкарабкаться и остался очень благодарен своему хранителю. — Говори свой план, слушаю. Не стесняясь, однокрылый легко взбирается на колени Райра, сложив ноги на подлокотник. Этот низинник, в отличие от Анзара, к прикосновениям относился сносно, и такое поведение Мая только быстрее могло уговорить белобрысого поступить именно так, как от него требуют. — Я его уговорил подняться в мир людей и забрать ту книгу. Анзару она должна понравиться, — улыбается Май, положив руку Райру на плечи, чтобы тот в случае чего был поспокойнее и не вспылил. — Ну принесёт он эту книгу, и как это должно помочь Анзару? Да и как ты его уговорил, если граница в мир людей находится непонятно где и путь к ней не проложен! — не смог сдержать эмоционального выкрика Райр. — Ты его туда и сопроводишь, — уверенно и спокойно продолжает уговаривать Майерс. — А пока вас не будет, я всё Анзару расскажу. Его точно тронет моя догадка, и, когда Винсент вернётся с книгой, отношения между ними двумя уже не будут прежними. — Я не уверен, Май. У меня всё равно чувство, что мы что-то делаем не так, — смиренным тоном отвечает Райр, наконец обняв однокрылого и прижав к себе. Это он делал, только чтобы подавить тревогу, ведь так и продолжал видеть в данной затее кучу минусов. — Но ты не провидец, чтобы так говорить, поэтому прекрати думать и доверься мне! — отстраняется Май, чтобы слезть на пол и потянуть Райра за руку. — Вставай, идём к ним, а то разыграют ссору и кое-кто уйдёт на реконструкцию. С этим поспорить было тяжело. Райр чувствовал, как в этот момент нагнетается обстановка неподалёку. Это Винсент провоцировал Анзара, но что удивительно, в нужный момент человек останавливался и сменял вектор своего поведения, не доводя до состояния полной потери доверия. В таких случаях низинники впадали в пограничное состояние, когда тело сосредотачивалось лишь на собственной защите, переключаясь на режим атаки любыми способами, а разум отключался. Жители нижнего мира по природе своей обособлены друг от друга, у них нет стремления защищать кого-то другого. Но вместе с тем у некоторых из них появилась потребность к общению и привязке. Именно таким является Анзар, однако он боится переступить дозволенную черту и нанести вред тем, кто дорог. Райр соглашается с Маем, но всё равно держит неприятную мысль в голове. Сейчас они заставят Анзара привыкнуть к человеку, а когда-то жизнь Винсента тоже оборвётся, это приведёт к новой трагедии. Майерс оправдывает это легкомысленным «Анзар что-то придумает», но Райр не настолько уверен, что можно придумать способ оставить человека в нижнем мире навсегда. Рано или поздно Солум всё равно начнёт отвергать его душу. Винсент легко уходит с Райром, при этом долго рассматривая спину Анзара, а после скрывается в туннеле. — Что, может, помочь тебе? — спрашивает Май, разом подобрав несколько камушков, но как только он понимает, что это такое, так тут же повторно роняет. — Если вы оба планируете их валять по полу, то лучше я сам, — пытаясь скрыть недовольство, отвечает Анзар. — Дела умерших низинников, — ёжится Май, вспомнив тот факт, что сам когда-то чуть не оказался в их числе. — Как хорошо, что Винсент не понял, что это. — Даже если бы понял, он и не поморщился бы, — недобро усмехается Анзар, складывая камушки на стол. — Интересно, наверно, жить без страха смерти. Майерс так и оседает на пол, обняв себя руками. Если для людей смерть является чем-то вроде закономерной данности и перерождения, то для низинника она означает конец и вызывает такой страх, который не каждый может подавить. Анзар является тем, кто частично смог его подчинить, поэтому он и работает над расследованием убийств. А вот Май при мысли о том, что низинника можно уничтожить, впадает в подобие паники, вспоминая те события, когда его существование чуть было не оборвалось. Мало что могло успокоить однокрылого, но именно у Анзара это всегда получалось на отлично. Он легко кладёт руку ему на голову, еле ощутимо приглаживая. Это даёт Майерсу возможность выровнять настроение и вспомнить, что он находится под защитой. А то, что его касается тот, кто этого в принципе не приемлет, добавляло уверенности в том, что он очень много значит для Анзара. — Спасибо, — выдыхает Май, поднявшись на ноги, из которых так и не ушла слабость. — Куда они пошли, не скажешь? — вместо ответа спрашивает Анзар. — Ты скоро и сам всё прочувствуешь, — приглаживает волосяной покров Майерс. На это Анзар не находит, что ответить, ведь не особо любит казаться любопытным. Не сказал — значит, и не скажет. А уговаривать он не любил, предпочитая посвятить себя делу. В данный момент Анзар занимался тем, что считывал с остаточной структуры умерших низинников последние моменты их существования. Именно это является его специализацией, поэтому такую работу он в нижнем мире и выполняет. Но Мая не устроила ситуация, когда на него не реагируют и не пытаются выяснить такие интересные подробности. Анзар попросту упирается в свои камушки, а на однокрылого перестаёт обращать всякое внимание. Скоро Райр с Винсентом должны будут подняться на второй уровень, что непременно ощутит Анзар, но до этого хорошо было бы ему заинтересоваться, куда именно один крылатый повёл их человека. — Никогда не думал, что Винсент может кого-то напоминать? — рушит устоявшуюся тишину, а вместе с тем и полную концентрацию Майерс. — Тебя? — совершенно не раздражаясь, делает предположение Анзар. Ему, чтобы разозлиться на однокрылого, нужно немного побольше его попыток не дать работать. — Почему сразу меня? Ну ни разу он не напоминает меня! Он куда спокойнее, а ещё постоянно полагается на свою интуицию. — Иными словами, делает то, чего не следовало бы, надеясь только на одну удачу или то, что я всё исправлю? В этом вы похожи! — издевательски кивает Анзар. — Да нет же! Я о том, что она у него такая особенная, что работает. Это не удача, а именно интуиция. Ни у кого из нас такой нет. — Просто стечение обстоятельств, когда-нибудь интуиция обязательно его подведёт, — безразлично отворачивается Анзар. — А теперь дай мне поработать. — Нет. Нет! Ты так и не ответил на вопрос: кого тебе напоминает Винсент? — продолжает донимать Май, облетев собеседника с другой стороны и снова встав напротив его глаз. — Если не тебя, то тогда никого. Райр и он слишком разные, а со мной его сравнивать и вовсе нельзя. Ответил? — приподнимает брови Анзар, желая получить свободу от чужого внимания. — Нет, не ответил! Думай ещё. Про людей думай. — Про каких ещё людей, Май? Ты много знаешь людей? За то время, которое помню, людей в нижнем мире я встречал двоих. Если был ещё кто-то, то те воспоминания уже стёрлись. Ты — одного Винсента. Так кого имеешь в виду? — самым спокойным голосом рассуждает Анзар, недобро поглядывая на зловещую улыбку перед собой. — Именно того самого второго человека и имею в виду. Догадка оказалась настолько неприятной, что заставила Анзара потемнеть на несколько оттенков. Обычно он это контролировал, но именно в данный момент доверие понизилось невольно. — Лучше не шути так, Майерс, — качает головой он. — С какой стати этим двоим быть как-то связанными друг с другом? В такие моменты Май привык отступать от Анзара, во всём с ним соглашаясь и уходя подальше, лишь бы тот не злился, но только не в этот раз. Сейчас он уверен в правильности того, что делает, как никогда прежде. — А ты никогда так и не пытался выяснить, почему я выбрал именно этого человека? — понизив голос, серьёзно начинает однокрылый. — Когда я только-только увидел Винсента в мире людей, я понял, что лазейка открылась только благодаря ему. Он — ключ, а значит, его душа уже бывала в нижнем мире, — Май делает паузу, чтобы ещё больше усилить интерес, но Анзар реагирует скептично: — И что? Это совершенно ничего не доказывает. Люди могли спускаться в нижний мир и без нашего с тобой ведома. Если прошлое воплощение Винсента и делало нечто подобное, он сам всё равно этого не помнит. — Тогда я посмотрю на твою реакцию, когда он тебе кое-что принесёт, — ещё более увереннее высказывается Май. Он помнит, как когда-то давно Анзар желал найти ту самую книгу так сильно, что привлёк к этому делу поисковика, которого и оставил у себя во владениях. Можно сказать, что, если бы не исчезновение Дейники тогда, Майерса бы тут не было. И вообще его могло уже не быть, ведь в таком случае Анзар и вовсе бы не заинтересовался идеей спасти некого однокрылого низинника. — Сомневаюсь, что меня что-то удивит больше, чем твоё рвение иметь под боком человека, — снова делает попытку вернуться к работе Анзар, но опять не получается. По всему его телу, от головы до ног, волной проходит осознание того, что Винсент покинул третий уровень, пересекая границу со вторым. Райра он так же не чувствовал, но именно в данный момент проскользнула мысль о том, что лучше бы низиннику не отходить от человека, раз уж он решился на такое опасное путешествие. — Что вы трое задумали? — не скрывает удивления Анзар. — Вы его обратно в мир людей отправить удумали? — Не совсем. Вернее, отправили с целью потом вернуть. Он возьмёт кое-что оттуда и спокойно спустится обратно. — А ты бы сам захотел подниматься в мир людей, зная то, насколько отвратно побочное действие? Он ведь может там и остаться, — недобро усмехается Анзар. — Захотел, если бы было ради кого, — не меняет тона Майерс. Сейчас ему были неприятны любой спор и сомнения со стороны Анзара. Он точно уверен в своих словах и действиях. — Пойдём к твоей лазейке, хочу за ним понаблюдать. Май сперва тупится, получив предложение, которого от Анзара никак не планировал услышать, а после решает, что это вполне неплохая идея, ведь так он сразу же увидит первую реакцию на ту самую книгу. — Так что, будет что-то вроде спора? Если Винсент решит остаться в мире людей, то ты выиграл, а если вернётся, то ты признаешь, что я был прав? — Прав в том, что Винсент и Дейника связаны? Я тебя прошу! — всё продолжает посмеиваться Анзар по пути к лазейке. Шли они неспешно, а добрались как раз к тому моменту, когда Винсент пересёк границу и шагал в сторону жилых домов, совершенно не догадываясь, кто именно за ним наблюдает. Анзару хоть и смехотворной казалась догадка, что Винсент и Дейника могут иметь хоть какую-то связь, но любопытство разгорелось в нём в данный момент сильнее. Если бы это оказалось правдой. Если этот человек — действительно перерождённое воплощение той самой девушки, то Анзар будет готов простить ему всё. Однако вероятность этого события настолько мала, что Винсент скорей бы оказался создателем религии мира людей, чем той самой Дейникой. Май тихо затаивается, стараясь не мешать второму низиннику созерцать данную картину, но тот, похоже, так и не сменил своего настроения: — Только представь, как легко должно быть оказаться снова дома после того давления нижнего мира, которое на него здесь оказывается. Ему точно не захочется возвращаться, и приводить его сюда было полной ошибкой. — Да что ты заладил о «не захочет возвращаться»? Захочет! Винсент не такой! Он сам привязался к тебе, твоим светлячкам и хочет быть вместе тоже с тобой. Ничто не заставит его оставить тебя и снова жить в том мире. К тому же ты не знаешь, как ему было в этой религиозной деревне. С нами лучше! — выходит на эмоции Майерс. — Но ты же был в самом низу Солума и должен помнить, как это — терпеть походы туда-обратно. Неужели может быть что-то хуже, чем терпеть постоянное побочное действие? — недоумевает Анзар, всё отвлекаясь от Винсента. — А ты когда-то был привязан к человеку и должен понимать, что оставить его не хочется ни при каких обстоятельствах! — Даже если так, вряд ли к Винсенту этот факт имеет хоть какое-то отношение. Он делает только то, что ему выгодно, преследуя какие-то свои цели. — Да разве не все люди такие? Дейника не такой была? Даже низинники поступают именно так! Что такого в том, что и его жизнь научила вертеться? Жил бы он по-другому, так сейчас бы был в церкви и произносил «Во святость», — отворачивается Май, будучи полностью недовольным. — Дейника такой не была, — Анзар снова сосредотачивает взгляд на лазейке, заговорив совсем тихо. — Для неё самым важным было объединить людей и низинников, вызывая у них одни и те же чувства. Винсента в этом плане я бы назвал бесчувственным. — Если он бесчувственный, то ты — холодный, ходячий камень! — обиженно отзывается Майерс. Именно в этот момент Винсент подходит к дому Лея, а Май ощущает самый явный сигнал Дейники, какой только существует на всём острове да и в мире людей тоже. Что-то такое чувствует и Анзар, но списывает на паранойю. По его мнению, во всём виновато то, что Май без конца твердит про Дейнику, про которую пора было бы уже забыть. — А у него с этим человеком связь, — подчёркивает факт Анзар, указав на Лейона. — Разве эта связь сравнится с той, когда человек смог привязаться к существу из другого мира? — отвечает Май, надеясь на то, что в этом Анзар спорить с ним не станет. Он и не стал, внимательно наблюдая за действиями как одного человека, так и другого. Винсент выглядит довольно неуверенным, каким с Анзаром он старался не быть, а вот Лейон сперва полон недоумения, а затем решительности. — Ну вот, что я говорил? Он останется, — победно произносит Анзар, когда оба парня сливаются в поцелуе. Причём удовольствие он приносит обоим одинаковое, ведь Лей целует, а Винсент с радостью отвечает, заводя руки тому за шею и сжимая волосы, словно только этого и ждал. От созерцания Майерс тоже замирает, надеясь на то, что они вот-вот прекратят. Винсент должен знать, что Райр его ждёт около границы, это должно заставить его вернуться. Он знает, что Анзару нужно спустить книгу. А светлячкам у него сумке необходимо обратно, иначе они тоже долгого пребывания в мире людей не вытерпят. — Винсент вернётся, — одними губами шепчет Май, прикрывая глаза и улавливая сигнал книги. На некоторое время западает тишина. Даже Анзару интересно, как поведёт себя их человек дальше. И ему отчасти хочется, чтобы он не оставлял их. Привык к подобному обществу. Пусть Винсент частенько вёл себя раздражающим образом, он был весьма интересным дополнением к ним троим. Анзара веселило наблюдать за его попытками показаться смелым или противостоять психоделии. Иногда он удивлялся его решениям и, конечно же, невольно сравнивал эти моменты с теми, когда с ним была Дейника. Дейника. Анзар уже давно не вспоминал её имени, но с появлением Винсента всё так и кричало о тех моментах, подсовывая воспоминания о том, как он её потерял. Этот человек тоже рано или поздно их покинет, а потому конкретно к людям привязываться было бы глупо. Тогда он привязался к человеку и лишился его, а сейчас… Хорошо бы было, останься Винсент в мире людей сейчас. Для самого Винсента хорошо. Такие мысли Анзар держал у себя в голове, пока до него не дошёл тот же сигнал, в котором сейчас купался Май. — Ты знаешь, почему я это чувствую? — мигом сменяет настроение Анзар. Сигнал Дейники — это не иллюзия и не паранойя, он точно исходит из лазейки. Совсем недалеко от Винсента. В этом самом доме. — Потому что Винсент пришёл именно за той вещью! — со знанием дела отвечает Май. — Найди её! Это же что-то от Дейники. Найди её, Майерс! — отчаянно просит Анзар, хватая того за одно плечо. Таким однокрылый его ещё не видел и не был уверен, что увидит когда-либо. — А какой смысл? — с запинкой произносит Май. — Винсент всё равно сейчас возьмёт её и спустит к тебе. Ради этого я его и попросил подняться. — Прошу тебя, поищи! Я хочу видеть. Это же дневник, так? Дневник Дейники, который я уничтожил! — Да, дневник, но Райр, когда восстановил те страницы, какие мог, сделал из него книгу. «Демоны среди людей». Она стилизована как сказка с картинками. — Мы искали тогда эту книгу, но так и не нашли, — растеряно припоминает Анзар, пока Май пытается подобраться к сигналу поближе. — Как она только могла оказаться тут? — Так и оказалась! Когда я только-только открыл лазейку, то нарадоваться не мог новому открытию, но то было только началом. Позже я у самой точки соприкосновения заметил Винсента с этой книгой в руках. Прибежал тогда тебя обрадовать, но во владениях был только Райр. Рассказал всё ему, а он уговорил пока молчать об этом, ведь какой толк от книги, которую и спустить у нас не получится? — Ты хотел получить человека только для того, чтобы он спустил сюда книгу? — Совсем глупый? — останавливает поиски Майерс, впившись в Анзара самым укоризненным взглядом. — Я хотел спустить к нам именно Винсента! Его привязка к книге — это только повод. А что если он и есть Дейника? Про книгу я забыл в тот момент, когда он попал сюда, но вспомнил лишь для того, чтобы и до тебя что-то могло дойти. Анзар больше ничего не слышал и не видел. А что если он и правда Дейника? Не могло такого быть, ведь в мире живых столько людей, а в верхнем так много душ. Не могло так оказаться, что одна и та же душа дважды попала бы в нижний мир и дважды именно к нему. С другой стороны, тот факт, что душа Винсента уже бывала в нижнем мире когда-то давно, неоспорим. Это Анзар заметил уже давно. Да и другой факт, что Май продолжал поиски именно Дейники, а нашёл Винсента, это подтверждает. — Ну вот, смотри, — кивает на лазейку Майерс. — Книга в ящике под полом. Осталось только подождать, пока Винсент закончит с Лейоном и заберёт её для тебя. Анзар облюбовал взглядом знакомую обложку, почерк некогда умершей девушки и всем своим нутром возжелал получить книгу в руки прямо сейчас. — Пусть только попробует не вернуться, — вкрадчиво шепчет он. — За шкирку вытяну, как бы ни сопротивлялся.