The Green Destiny // Зелёная Судьба

От девственно белых стен научно-исследовательской лаборатории Ниндзяго всегда веяло каким-то нехорошим холодом. Обычному человеку, зашедшему сюда по чистой случайности, может даже стать не по себе от той неестественно бездушной обстановки, что здесь стояла. Равнодушно дребезжали потолочные лампы, строго замерли алые кордилины; по некрытому кафелю звонко цокали каблуки молодых сотрудниц, когда они, с деловитым видом, куда-то направлялись, развивая подолы белоснежных халатов. Где-то вдалеке басисто ругались двое мужчин, клацали по кнопкам клавиатуры умелые пальцы. За толстым стеклом в коридоре вовсю проходил научный эксперимент: там на чёрных глянцевых столах стояли колбы с чем-то прозрачным и кипела бордовая жидкость, закреплённая над горелкой. А в воздухе стоял перманентный запах формалина, от которого, после длительного пребывания в помещении, у любого нормального человека начинала кружиться голова. Зейн задумчиво следовал за своим проводником, по дороге рассматривая всё, что выделялось на белом полотне коридора: выключатели, железные стулья, таблички на дверях и дозаторы с антисептиком. Да уж, в этом месте он был так много раз, и всегда картина оставалась прежней: всё строго, минималистично и пусто. Голые холодные стены, голый кафельный пол, голые белые двери… Только ярко-красные растения в горшках могли создать подобие жизни в этом помещении, но и те, судя по всему, были искусственные. И всё бы ничего, но даже люди казались здесь крайне неприветливыми. За несколько минут ходьбы им на пути попалось всего-то четыре человека, ни один из которых не удосужился поздороваться даже с одним из них. «Должно быть заняты, спешат», — пожал плечами ниндзя, понимающе. А вот его проводник оказался более оскорблён подобным поведением: цокнул языком, прошипел что-то, включающее в себя слово «неблагодарные», и извинился за них перед Зейном, решив, видимо, что это могло его задеть. Но ниндзя только каждый раз отшучивался, мол, это ещё ничего, видали и похуже! Так что путь они продолжили в молчании и умиротворении. Наконец Зейн увидел большую железную дверь, очень выбивающуюся из общего вида как минимум тем, что она была не белая, а практически чёрная, глянцевая. С недавних пор. Заменили её около двух недель назад и, скорее всего, только на время: там, внутри, произошел небольшой пожар, из-за которого и пришлось пожертвовать столь монохромным дизайном в пользу экономии. Над ней висела небольшая табличка с надписью: «лаборатория биохимических и имуннохимических исследований». Да уж, пропустить сложно. Провожающий осторожно заглянул внутрь, бросил кому-то пару вопросов о местоположении некого Старого и, выслушав ответ, кивнул ниндроиду и пропустил его внутрь. Здесь атмосфера давящей на мозг пустоты наконец-то испарилась: по всему помещению лаборатории бегали туда-сюда молодые и не очень люди в голубых халатах, гудел кондиционер, ему вторили компьютеры и приборы, скрипели чёрные офисные стулья на колёсах и доносились до ушей деловые разговоры. Глаза наконец смогли расслабиться и зацепиться за разноцветные папки с несомненно важным содержимым, красные и розовые пробирки, заметки на жёлтых стикерах и информационные плакаты на стенах. Да, здесь даже ниндроиду было приятнее, чем в бесконечных белых коридорах. — Зейн, здравствуй! Ниндзя вздрогнул от неожиданности, когда прямо перед его лицом вдруг появилась Пиксал. Удивительно: на фоне остальных звуков в помещении он не смог расслышать её голос сразу, да ещё и не заметил, как она подобралась так близко. Теряет бдительность? Это плохо. Но подождите… А что Пиксал вообще забыла в лаборатории? — Здравствуй.? А… Что ты здесь делаешь? — Работаю. Она тихо хихикнула и жестом показала назад, в сторону одного из огромных приборов. Его задвинули ближе к углу: он определённо был нерабочим и определённо раньше служил в качестве анализатора. Рядом стояли ящик с инструментами и дозатор (в котором, судя по запаху, находился медицинский спирт), а позади — чей-то голос кого-то довольно громко ругал, но исключительно нормативной лексикой, что довольно сильно удивляло всех вокруг. Через пару секунд оттуда выехал Сайрус Борг, активно жестикулируя, и Зейн понял, почему этот самый голос показался ему знакомым. Сам Сайрус выглядел довольно потрёпанно, будто всю ночь не спал, а с утра не успел должным образом собраться: под глазами виднелись мешки, которые не могли скрыть даже толстые стёкла очков, причёска была наспех прилизана, на костюме появились складки… Совсем не похоже на всегда идеального Борга. — Зейн! Сколько лет, сколько зим! — заметив ниндроида, он вмиг сменил тон, улыбнулся и покатил к нему, оставив тех, на кого только что кричал, стоять в недоумении. — Здравствуйте, Сайрус! У вас какие-то неполадки? — Неполадки, да… Не совсем, — он тяжело вздохнул и поправил очки. — Знаешь, Зейн, не могу скрывать: меня вся эта сложившаяся ситуация очень сильно пугает. Я, конечно, изобретатель, а не химик, но даже мне ясно, что на этот раз мы столкнулись с чем-то неимоверно опасным и откровенно страшным. С чем-то, что не можем взять под контроль… — К чему вы это? — Этот прибор позади нас — не просто сломанный анализатор крови. Даже наоборот: до моего вмешательства он был в наилучшем состоянии. Просто вчера вечером я получил письмо, в котором меня просили его полностью перекроить под этот непонятный вирус — чем быстрее, тем лучше. И вот, как видишь, мы активно этим занимаемся. — «Перекроить»? Зачем? Борг обернулся на лаборантов, что-то упорно печатающих на своих компьютерах. Судя по всему, их не особо интересовало то, о чём ведут диалог их гости: главное, чтоб не отвлекали. Однако он всё равно с подозрением нахмурился, подъехал к Зейну поближе и очень тихо, практически шёпотом, ответил: — Они тебе об этом ни за что не скажут, но все здесь догадываются, что это далеко не простой яд! Да и вообще не яд! И определённо не вирус! Это… Сложно использовать какой-то термин, но что бы это ни было, оно живое, Зейн, и оно постоянно мутирует. Оно отделяется от крови заражённого и пытается самоуничтожиться, чтоб никто не узнал о нём. Я успел это рассмотреть, пока переделывал гематологический анализатор. И все они говорят об этом постоянно, думая, что мне всё равно! Но это не так! Я всё запомнил! Зейн нахмурился и покосился на Пиксал в надежде встретиться с тем же недоумением, что застыло на его лице. Но она просто молчала, наклонив вперёд голову и стараясь избегать его взгляда. Борга такой жест от ниндзя оскорбил. — Это серьёзно! Мне незачем тебя обманывать — ты прекрасно знаешь это! Слушай: что бы они тебе ни наговорили, не верь им! Эта… штука намного опаснее, чем они её преподносят! — Сайрус… Но если вам незачем меня обманывать, тогда для чего им? Зейн был в замешательстве: Сайрус при нём никогда раньше так себя не вёл. Дрожит, боязливо осматривается, тихо тараторит весь этот бред — совершенно на него не похоже. Может, на него так подействовало долгое пребывание в этом месте?.. Борг оглянулся на лаборантов снова. Они всё ещё занимались своими делами, совершенно игнорируя их троих, но его это снова не успокоило. Он положил руки на плечи ниндроида и продолжил будто бы ещё тише, чем раньше, хотя в этом совершенно не было необходимости. — Чтобы вы ненароком не подняли панику, конечно же! Сам посуди: люди массово погибают от неизвестной «инфекции», с ней пока никто не может справиться, так ещё и лидер ниндзя в группе риска! — Зейн только хотел возразить, что насчёт последнего пока ничего не известно, как Сайрус перебил его. — Знаю-знаю, что ты хочешь сказать. Но даже если с Ллойдом всё в порядке, люди будут бояться! Да и из-за того, что уже есть подозрения, что зелёный ниндзя под влиянием этой… заразы, некоторые из них уже теряют доверие, паникуют! Но вот у них… Обернись, посмотри: у них тут заговор, поверь мне! Хотя заговор — наверно, слишком громкое слово… Неважно! Пожалуйста, прислушался к моим словам, я не шучу! Он наконец отпустил его, снова глубоко вздыхая. Зейну хотелось верить его словам, но не очень выходило. С одной стороны, Боргу правда нет резона врать: он не раз помогал ниндзя в борьбе со злом, и заслужил к себе доверие и уважение, но теория про заговор учёных не звучала убедительно от слова совсем. Чисто логически, скрывать такую информацию от, на минуточку, спасителей Ниндзяго в здравом уме никто бы не стал. А даже если бы стал, то это точно были бы не эти люди: они для такого слишком умны. Однако в одном Сайрус точно был прав: «эта штука» действительно куда опаснее, чем кажется. Дверь позади снова открылась, впуская в лабораторию одного из учёных, что здесь работали. Именно он и должен был встретить Зейна ещё минут так пятнадцать назад, но задержался. «И, скорее всего, — подумал ниндзя, — он и есть тот самый Старый, о котором говорил провожающий». — Извините, пожалуйста, за ожидание, мистер Джульен, — он улыбнулся и кивнул, здороваясь со всеми тремя гостями. Однако улыбка у него получилась какая-то картонная, будто фальшивая: видно было, что человек очень устал и не имел желания рассказывать посторонним о ходе расследования, но заставлял себя придерживаться правил приличия как минимум из уважения к ниндзя. — Не нужно извинений. Я как раз успел поговорить со своими друзьями, — Зейн тоже кивнул, здороваясь. Сайрус был единственным из них, кто не улыбался. Однако сейчас он будто вспомнил, зачем, собственно, сюда приезжал. Кинул напоследок ниндроиду: «Не забывай, о чём я говорил», — и укатил к рабочим, забирая с собой Пиксал и заодно остатки уверенности Зейна.

***

— Ния, я клянусь, я ни за что на свете не прикоснусь к этой штуке! От неё воняет так, будто её достали из-под кровати Джея и окунули в помойное ведро до кучи! Фу! Кай демонстративно отвернулся, прикрывая нос рукой. Вот и почему? За какие смертные грехи ему единственному из всей команды досталась не новенькая удобная швабра, а драная половая тряпка, найденная неизвестно где и неизвестно кем? И почему в свой единственный за столь долгое время выходной он должен ползать на четвереньках по палубе, а не играть в приставку? Да и вообще, можно подумать, что эта уборка сильно преобразит обстановку. В чём вообще смысл так старательно драить полы на палубе? Сегодня-то они, конечно, всё отмоют до блеска, а завтра будет дождь или очередная тренировка, и все старания пойдут насмарку. А ведь в городе не перестали появляться заражённые. Только время впустую тратят… — Да ладно тебе, Кай. Она тебя не укусит, — хихикнула Ния, снимая с рук жёлтые резиновые перчатки и вручая их брату. Она как раз таки и проявила инициативу в организации уборки, и единственная из всех присутствующих выглядела хоть каплю воодушевлённой. Красный ниндзя в ответ недовольно скривился, будто маленький ребёнок, явно не готовый к такому компромиссу. — Кай, не ёрничай. Возьми перчатки и работай. — Может, ты мне ещё прищепку на нос нацепить предложишь?.. Эхм… Давай я сделаю что-нибудь другое? — девушка покачала головой, скрестив руки на груди. — Да почему? Я же твой родной и единственный брат, Ния! Почему ты так меня не ценишь? Что я сделал тебе плохого в жизни, за что ты так жестоко на мне отыгрываешься? Ния закатила глаза и повесила перчатки ему на плечо: мол, понадобятся — наденешь. Потом развернулась и пошла работать, кинув Каю, что если он продолжит стоять без дела, то ему может «совершенно случайно» не достаться обед. — Мне тоже кажется, что ты преувеличиваешь, приятель. Коул принёс два ведра с мыльной водой и поставил одно рядом с Каем, а другое — с Джеем. «Тебе легко говорить», — пробурчал в ответ красный ниндзя. Ещё минуту он мялся, не в силах перебороть брезгливость. Просто стоял и смотрел на то, как друзья елозят швабрами по полу, обмениваясь короткими фразами друг с другом. Но даже так легче не становилось: теперь он чувствовал себя белой вороной, которая подводит всех в общем деле. Идиотская ситуация… Он вздохнул. Досчитал до десяти. Смирился с неизбежным. Нехотя натянул перчатки на руки и услышал, как за спиной смеются ниндзя. Да что б их! И вообще какого чёрта Кай ведёт себя, как маленькая девочка?! Разозлившись, он рывком наклонился, схватил тряпку всей ладонью и торжественно поднял её на уровень груди, вызвав у друзей гримасу отвращения. И к общему удивлению, действительно, принялся за уборку. Вот это настоящее проявление мужественности! Заслуживает уважения! Через пару минут подул сильный ветер, и Кай, как главный любитель одеваться не по погоде, поёжился от холода. Да… Уже несколько дней подряд над Ниндзяго висят тёмные тучи, льёт дождь, как из ведра, гуляет ледяной ветер… Солнце за это время выходило всего пару раз, что для здешнего климата было крайне необычно: видимо, даже погода плакала над оборванными жизнями заражённых людей. Кай задумался и осмотрелся. Впервые за долгое время корабль оказался на земле: по словам Джея, чтобы проверить исправность двигателя или какой-то другой штуковины (Кай не обратил внимания), так что окружали их сейчас бесконечные серые ели и отчего-то голые стволы дубов: не самый жизнеутверждающий вид, признаться честно, но что поделать. Даже корабль из общего бесцветного фона не особо выделялся: красное дерево померкло и приобрело какой-то наводящий тревогу тёмно-бордовый оттенок. Будто глаза разъярённого злодея. Брр… И тут он заметил, как на горизонте проползает фигура в бледно-зелёной толстовке, серых спортивках и со светлой макушкой куда-то, судя по направлению, к капитанскому мостику. Кай встал, как вкопанный, не только потому, что не особо хотел работать, но и потому, что Ллойд, откровенно говоря, выглядел, как убитый. Даже с приличного расстояния несложно было заметить, что что-то определённо не так: мальчишка был бледный, как смерть, сильно сутулился и будто бы спал на ходу, передвигаясь больше по инерции, неосознанно. «Господи… Сколько же кофе он выпил.?» ‐ подумал Кай даже как-то невпопад, не в силах поверить, что что-то другое способно держать Ллойда в сознании при таком-то внешнем виде. Он даже не почувствовал, как Коул потрепал его за плечо, пытаясь привлечь внимание. Не услышал, как тот недовольно потребовал не прохлаждаться, как раздражённо позвал его по имени. И только боковым зрением заметил, как чёрный ниндзя проследил направление его взгляда и обернулся посмотреть, на что же так долго пялился Кай. — О, Ллойд! Не хочешь помочь? Коул не сразу понял, что что-то не так: он улыбнулся, помахал своему другу, подзывая к себе. Но когда зелёный ниндзя проигнорировал его, когда мастер земли увидел, как именно он тащится к двери с палубы, улыбка с лица исчезла, будто её никогда не было. Ллойд ушёл, так и не сказав ни слова. Чёрный и красный ниндзя переглянулись. — Знаешь, Кай… Мне надо тебе кое-что сказать, — начал Коул, слегка замявшись. — В общем, прости, что смеялся над тобой, когда ты говорил, что с Ллойдом что-то не так. Видимо, ты был действительно прав. Кай ничего ему не ответил, снова принявшись сверлить дверь пустым взглядом и стараясь понять: как он мог пропустить момент, когда мальчишке стало настолько плохо? Они же поговорили. Всё же было нормально буквально вчера.! — Кхм… Кстати говоря, Ния, так зачем Ллойд должен был провериться на наличие «зомби-вируса», напомни? Ты так и не объяснила по-нормальному, — спросил Коул через пару минут, почувствовав неловкость между ниндзя. Ния задумалась в нерешительности. Стоит ли рассказывать им о таком? Не подумают ли они ничего слишком плохого о Ллойде?.. — Ну, там… В общем… — девушка вздохнула. С другой стороны, а чего уже терять? Вдруг они вместе смогут придумать, как им действовать? Вдруг вместе они смогут помочь? — В общем, в тот день, когда Кай, Коул и Зейн были на задании, я осталась одна в комнате Ллойда. Он был в стабильном состоянии, у него наконец-то окончательно пропал жар, поэтому я просто ждала, когда он проснётся, уже не ожидая никаких сюрпризов. Но сюрпризы были. Ближе к полудню мне пришлось отойти, чтобы пообедать, потому что уже несколько часов подряд я не отходила от него ни на шаг и успела проголодаться. Джей в это время проверял исправность техники на мостике, и я решила не просить его подменить меня, чтоб не отвлекать от работы. Тем более, я не предполагала, что за пару минут может что-то случиться, но… Случилось. — Случилось, да? Так это вы двое так шумели снизу? — Джей на удивление помнил тот день чуть ли не в деталях. И особенно несколько глухих ударов, доносившихся из глубины коридора и напугавших его своим неожиданным появлением. Ния покачала головой. — Не совсем. Я успела только прийти в столовую, как до меня донёсся этот шум. Сначала я подумала, что это у тебя какие-то неполадки, но, когда звук повторился, я поняла, что он доносится из комнаты Ллойда. Я испугалась, побежала туда, надеясь, что он не успел ничего себе сломать. И, естественно, я обрадовалась, что он проснулся. А когда я зашла к нему, то… Кхм… То увидела, как он сидит на полу, испуганный и взъерошенный. Посмотрел ещё на меня так, будто впервые видит ‐ аж отшатнулся. Я решила, что ему просто снился кошмар, и он ещё не успел прийти в себя. Но когда я подошла ближе, он схватил меня за руку мёртвой хваткой и затараторил что-то… Что-то странное… Что-то про то, что ему нужно бежать из Ниндзяго, про «наследника солнца», вроде что-то про двух злодеев… И про Харуми. — Про Харуми?! — удивился Джей. — От кошмара.? — задумчиво пробубнил Кай. — Да. Но это ещё не всё. Я… Вроде что-то спросила у него, а он мне в ответ выдал ещё что-то несвязное и прокричал: «Ния, скажи, что такое солнце?». А после следующего моего вопроса, ещё что-то прошептал и отключился. Через минуту очнулся и начисто забыл всё, что только что произошло. Превратился в обычного адекватного себя. Вот. Поэтому я и решила проверить его на наличие этого яда. Ниндзя притихли. Джей вспомнил, что, действительно, слышал крик, но совсем забыл спросить о нём у Нии; Коул думал над тем, что, по словам девушки, в тот день протараторил Ллойд; а Кай… внезапно кое-что понял. Он вспомнил, что ему сказал мальчишка, когда они ночью стояли на палубе и соотнёс с тем, что только что услышал. И стало неожиданно очевидно, что же с ним всё это время происходит. «Мне снился отец недавно», — подозрительно напоминает предположение Нии о том, что Ллойд проснулся от кошмара; «Он сказал, что мне нужно уходить из Ниндзяго», — буквально те же слова, что он сказал ей в бреду; теперь можно добавить к этому его самобичевание, постоянные перепады от внезапной откровенности до абсолютной скрытности, и получается… — Вот же тварь… — все с удивлением покосились на Кая. Мастер огня только сейчас вышел из своих раздумий и слишком поздно понял, что сказал это вслух. — Я не про Ллойда! Просто… долгая история. — Ты не хочешь случайно ей поделиться? — с подозрением протянул Коул. — А то, знаешь, мы тут пытаемся помочь нашему другу, и было бы очень хорошо, если бы ты нам в этом посодействовал. Кай вздохнул и отвёл взгляд. — Я дал обещание держать это в секрете, — негромко ответил он. Коул возмутился до такой степени, что на минуту забыл даже дышать. Какое, к чёрту, может быть обещание в такой ситуации?! — «Обещание»?!  Ты с ума сошёл или— — Ребята! Не начинайте скандалов! — прервала его Ния. Коул что-то злобно прошипел на него. «Скандалы»! Как будто Кай и Ллойд имеют право на секреты! Лидер вообще-то постоянно твердит, что они команда и должны делиться друг с другом своими проблемами, а сам.! — Ладно. Не хочешь говорить — не говори. Но потом, если он снова что-то с собой сделает, виноват будешь ты и твоя упёртость, — Коул сделал глубокий вздох и пошёл по направлению к той же двери, за которой скрылся зелёный ниндзя. — А я схожу к нему. Удостоверюсь, что он относительно в норме. Но не успел мастер земли сделать и двух шагов, как его остановила рука Кая, неприятно сжавшая плечо. Он обернулся недовольно, уже готовый снова начать кричать, но осёкся, увидев выражение лица красного ниндзя. — Я пойду. Можешь говорить и думать, что хочешь, но я могу сделать куда больше, чем любой из присутствующих здесь. Он доверяет мне, и… Скажем так: у меня есть кандидат на роль виновного.