Обычный нечеловек

      Сакура опустила мытую кружку, из которой недавно пил Хатаке, на решётку для сушки посуды. Зелёная, с кленовыми листочками, от одного её вида веяло уютом, как и от него. Странная, всё-таки, штука – жизнь. В голове Сакуры кружили мысли, сменяясь одна за другой. Первой была теория о родственных душах, в которых она не верила ни на секунду, поэтому отсекла сразу.       Но почему же ей так комфортно с этим Какаши?       Девушка устало опустилась на стул с полотенцем в руках, они уже были сухими, но хозяйка забыла повесить его на место, задумалась. Она ведь видит его не первый, но всего лишь второй раз в жизни, так в чём причина?       «Может, потому что я чертовски привлекателен?»       Да, дорогой, определенно – она же бросается на каждого симпатичного мужчину в радиусе досягаемости. Сакура грозно сдвинула брови к переносице и скорчила рожицу, на что отражение в тёмном окне ответило ей тем же.       Да и почему её так волнует этот самодовольный защитник женщин с опасной жизнью и постным лицом? Чем он вообще занимается, если ему приходится менять имена, чтобы обезопасить и себя, и окружающих? А ей он настоящее имя сказал?       Слишком много вопросов, а ответа ни одного. Сакура вздохнула и легонько тряхнула головой. Проехали. Больше она его всё равно не увидит, он ведь даже контактов не оставил. Да и где живёт Хатаке она смутно помнила, на доме не было ни таблички с адресом, ни даже банального почтового ящика с номером дома. Она могла бы попробовать узнать его по домам вокруг, только вот незадача, домов вокруг тоже не было, только лес. Лесник хренов. А с какой стати ей вообще нужно узнавать его дом и как-то пытаться найти этого, по-видимому, маньяка, если поводов для этого нет? Ну серьёзно, выгоды от их встреч не получит ни он, ни она, просто Какаши помог один раз и на этом спасибо.       «Надеюсь, миледи, это не последняя наша встреча».       Надейся. Как ты это провернуть собираешься, интересно?       Она будто бы обиженно надула пухлые губки и скомкала полотенце в руках. Всё, забыли.       Но дни тянулись, а она не забывала, лишь строила всё больше теорий об этом криминальном элементе, внезапно появившемся в её жизни. Серый понедельник сменился тусклой средой, перетекая в безрадостную субботу. Все дни были как один, она снова вернулась в свою обычную жизнь.       За огромные успехи в учёбе девушку отправили на практику уже в самом конце второго курса – личное распоряжение Цунаде-самы, ректора университета. Сакура чуть ли не прыгала от счастья, вызванивая Ино, после получения подписанного приказа, пришедшего ей на почту в три часа ночи. Блондинка хоть и проклинала её, чертыхаясь в трубку, но сильно порадовалась за подругу, и на следующий день вытащила розоволосого интроверта в ресторан. Даже пыталась познакомить её с красавчиком со столика у окна, но у Сакуры в тот момент уже был постоянный партнер, даже два – её психотерапевт и антидепрессанты. А Ино тогда решила всё же не упускать симпатичного брюнета, и теперь эти двое живут вместе.       Но даже её любимая работа в больнице не помогала девушке отличить среду от четверга, разве что в пятницу охранник на входе всегда был довольный. Причина каждый раз была одна и та же – после работы он сможет отметить завтрашние выходные, и, напившись до состояния поленницы в пятницу, благополучно разрешит себе проспать субботу и воскресенье.       Сакуре не представлялось возможности также скрасить свои дни, девушка слишком любила контролировать всё вокруг, а с легкой головой о происходящем думать не хочется. Да и руки у неё от нервов уже тряслись, алкоголь сюда прибавлять было совсем не обязательно.       Зато она перевелась на заочку, и теперь посвящала всё своё время работе и саморазвитию. Веселуха, ничего не скажешь. Пару месяцев назад она по счастливой случайности даже купила онлайн-курс об элементарных частицах, и теперь на пальцах могла объяснить, что такое Бозон Хиггса, хотя физику терпеть не могла ещё со школы. Ну не пропадать же деньгам.       Пару раз в месяц к не вылезающей из дома Сакуре забегала Ино, привнося с собой жизнь в стены восьмидесятой квартиры. Пару раз в неделю, как и всегда, девушку захлестывала необоснованная тревога, только вот теперь кроме антидепрессантов успокаивать её было некому. Поэтому Сакура молча глотала противные таблетки, запивая водой, которую дрожащими руками еле успевала доносить до рта, а потом обнимала гору подушек, сворачиваясь клубком, в ожидании сна, который всегда наступал после приёма горьких пилюль. Иногда шумели соседи за стенами, а время от времени топали слоны этажом выше, намереваясь уронить люстру в спальне девушки. Но, в целом, дни не отличались друг от друга. Может именно поэтому она уцепилась за образ Хатаке. Он помог ей почувствовать что-то. Что-то выходящее за рамки слова «серость».       Но шла уже суббота, а убегал от неё он в прошлое воскресенье. Девушка с неаккуратным пучком на голове, в позе лотоса и белой пижаме с корги сидела у ноутбука, отпивая всё тот же зелёный чай из той же зелёной кружки. Она смотрела фильм. И, нужно сказать, даже он был скучным, поэтому Сакуру начинало клонить в сон. Она бы и в самом деле уснула, если бы не раздался настойчивый и громкий стук в дверь.       «Неужели Саске?..» – испуганным эхом раздалось в её голове.       Девушка уже задержала дыхание, делая вид, что её нет в квартире, взволнованно вжимаясь в случайно построенную стену из подушек. Но за дверью раздался повторный стук, более тихий и спокойный.       Саске бы точно не стал стучать так.        Когда она не открывала с первого раза, из-за двери начинали сыпаться угрозы, а само препятствие чуть не разлеталось в щепки от ударов ногой. К моменту, когда Сакура открывала дверь на негнущихся ногах, застывшие в глазах слезы уже грозились выкатиться водопадом, но девушка покорно проглатывала их. Саске не любил, когда она плакала уже с самого начала.       Успокоившись, она на цыпочках подошла к двери и аккуратно заглянула в глазок. В подъезде по-прежнему было темно, видно было лишь очертания мужского тела. Девушка несколько раз глубоко вдохнула, и, прежде чем открыть, закрыла дверь на цепочку. На всякий случай.       Темнота из подъезда столкнулась с полоской света из коридора восьмидесятой квартиры.       – Кто там? – тихо спросила Сакура, неосознанно делая шажок от двери.       – Не бойся, милая, это я, – бархатистый голос просочился в щель между дверью и стеной, и разрешил Сакуре вдохнуть спокойно.       Не Саске.       – Какаши? – она разомкнула цепочку и замок, позволяя двери открыться шире.       – Добрый вечер, мне нужна твоя помощь, – он слегка улыбнулся, увидев «домашнюю» Сакуру, – прекрасно выглядишь.       Девушка тут же вспомнила, что не причесывалась уже второй день, и в смущении отвернулась, убегая в ванную.       – Закрой дверь, я сейчас выйду, – уже оттуда крикнула она.       Какаши выполнил указания и, сняв обувь, медленно прошёл по коридору, чтобы заняться хоть чем-нибудь, пока хозяйка приводит себя в порядок. У одной из дверей стояла стопка бумаг, подпирая её. На самом верху лежала фотография, которая привлекла внимание пепельноволосого. На ней маленькая Сакура стоит рядом с такого же возраста Саске и блондинистым мальчиком, улыбающимся во все тридцать два.       – А что это за коробка? – решил спросить Какаши у вышедшей Сакуры.       – Выбросить надо, но мне лень донести до мусорки, с чем тебе нужна помощь? – девушка оперлась спиной о стену в нескольких метрах от Какаши.       – Составь мне компанию. Нужно поехать на аукцион, – говорил он, не отрывая взгляда от фотографии.       На ней Сакура была совсем другой. Она была счастливой. Смотрела влюбленными глазами на брюнета из Учиха, не подозревая, чем может обернуться её влюбленность. На фото она сияла.       – Почему ты не можешь съездить один? – девушка с синяками под глазами и усталым видом запустила пальцы правой руки в волосы.       – Я подумал – так меня не будут пытаться закадрить каждые пять минут, – честно и по существу ответил он. И добавить нечего.       Ах, вот что, значит, она всего лишь прикрытие?       Да и Сакура не думала, что ей это нужно. Она не любила шумные места, новых людей. Но и дома сидеть больше не хотелось.       – Там есть дресс-код? – смирившись спросила она, отлепляясь от стены и проходя мимо мужчины.       – Нет, – ответил он и, прихватывая детское фото Сакуры, спрятав во внутренний карман пиджака, прошёл за ней.       Она раскрыла шкаф, скрываясь за деревянными дверьми, загремела вешалками и вывалилась оттуда с двумя платьями в руках, одно из которых забросила обратно на полку.       Какаши опирался на косяк двери, рассматривая комнату девушки. Письменный стол, заваленный бумагами и папками, с четким прямоугольником посередине, там, где был ноутбук. Проводя глазами дальше, он заметил этот ноутбук на кровати, среди подушек, мягких игрушек, подаренных Ино, и одеял.       – Так и будешь здесь стоять? – вскинула она бровь, поднимая платье в руке.       – Чего я там не ви… – не договорил он, выставленный за дверь, чуть ли не с ноги.       Из комнаты девушка вышла в чёрном платье до пола, с v-образным вырезом и полупрозрачными рукавами, оно прекрасно подчеркивало тонкую талию и ключицы. Мужчина задумчиво хмыкнул, направляясь к выходу, а Сакура успела только подхватить ключи с полки и впрыгнуть в туфли.

***

      Мерседес въехал на подземную парковку многоэтажного бизнес-центра, паркуясь у самого въезда. Так можно было быстрее выехать. С обоих сторон машины хлопнули двери и пикнул сигнал, закрывая её и активируя защитный механизм. Тихий цокот каблуков о каменный пол помещения долетал до самых тёмных уголков, закатываясь под машины.       – Какаши, – позвала она и немного помедлила, – там будет много людей?       Чёртова социофобия, сколько бы Сакура с ней не боролась, та всегда одерживала верх, отказываясь покидать её голову. Почему эти идиотские таблетки, по цене не далеко уходящие от парочки яхт, не стремились выполнять свою прямую обязанность?       – Да, просто не отходи от меня. Всегда держись рядом, – в словах можно было найти отголоски заботы, но взгляд мужчины почему-то стал суровым, а голос холодным.       Хоть с первого курса в университете у Сакуры и шёл такой предмет, как психология, из-за преподавателя большинство пар девушкой было благополучно пропущено. Но даже того минимума, что ей удалось унести с занятий, достаточно было, чтобы понять, что он уже жалел о решении пригласить её.       Какаши что-то чувствовал, и это могло испортить им вечер.       Пара подошла к лифту, двери которого, словно под действием датчиков движения, открылись. Какаши слегка приподнял локоть, подталкивая девушку взять его под руку. Но она лишь непонимающе посмотрела в тёмно-серые глаза снизу вверх.       – Так положено, мы пришли вместе, – коротко объяснил он, когда они зашли в лифт.       Положено, но не обязательно. А Сакуре об этом знать и не нужно, целее будет, да и ему приятно, чего уж там. Девушка повиновалась, ведь ничего не знала об этикете таких мероприятий. Она была далека от этого мира, не потому, что жила небогато, а потому, что не имела таких полезных знакомств. В подобные места абы как не попадают.       Двери лифта раскрылись, пропуская гостей в ярко освещённое помещение. Холодного света было так много, что, казалось, Сакуре ещё месяца два не захочется смотреть на солнце. Зато в таком освещении все дамы будто бы блестели. Сверкающие платья и камни в украшениях отражали свет от люстр, оставляя на стенах забавные пятнышки бликов. Их было много. Очень много.       Девушка неловко жалась к партнеру, от чего Какаши сначала огляделся по сторонам, а потом наклонился к её уху.       – Ты здесь самая красивая, ни на кого не смотри. Расправь плечи и иди увереннее, ты всё-таки со мной, – бархатный, но безэмоциональный голос мужчины мягко проник в подсознание, заставляя Сакуру невольно выпрямиться. А он снова делал вид, что не отсыпал ей лучший комплимент за всю её жизнь, холодно обводя гостей взглядом, засранец.       Она с ним, поэтому надо вести себя подобающе. Но через пару шагов девушка вопросительно посмотрела на кавалера, уже во всю жмущего руки приятелям, или просто мужчинам.       С ним, это с кем?       – Какаши, кем ты работаешь? – наконец удалось озвучить ей, когда мужчины разошлись.       – А я разве не говорил? – он отстраненно посмотрел на неё. – Владелец сети офисных центров. Этот тоже мой.       Один вопрос улажен, теперь понятно, откуда столько денег. Да и учитывая, что таких центров тьма тьмущая по всей стране, проблем с достатком у него явно не было. Но теперь в голове Сакуры не укладывалось другое. Как только они покинули машину, на лице, в голосе, в поведении мужчины: везде был сплошной холод. Ей даже неловко стало держать его руку, словно та покрылась инеем.       Пара медленно обходила зал, казалось, всем нужно было поздороваться с ним, словно это жизненно необходимо. Но вот свет слегка приглушился, создавая более комфортную обстановку. Какаши остановился у скрытой шторами стеклянной двери на балкон, предлагая девушке взять напитки с рядом стоящего стола. Она покачала головой – в незнакомых местах Сакура больше не пьет. Он лишь пожал плечами, побалтывая вино в бокале.       Мужчина, выходящий в центр зала, похлопал по микрофону, успокаивая болтающих людей у столов. Казалось, все пришли только поесть и поговорить.       – Дорогие гости, мы очень рады видеть вас в этом зале сегодня, – мужчина с усами поднял вверх бокал, пытаясь показать, что напивается не просто так, а за здоровье этих самых гостей. – Как вы уже знаете, мы собрались здесь не просто так.       Ведущий отхлебнул напиток, оставляя половину на своих роскошных усах, и продолжил несвязный, но эмоциональный монолог. В заключение он попросил помощника вынести список лотов – с этого и началось шоу. Впрочем, оно было очень скучное, и Какаши отошёл на пару метров к мужчине в сером пиджаке, оставляя Сакуру в гордом одиночестве. Девушка невольно от скуки вслушивалась в разговор двух женщин рядом, которые делали вид, что их совершенно никто не слышит.       – Ты видела, кого он притащил с собой? – говорила брюнетка лет тридцати, которая от побрякушек на шее и руках словно светилась.       – Да, она же совсем маленькая ещё, да и этот цвет волос… Он ведь так богат, мог бы найти достойную пару, – отвечала блондинка, косо поглядывая на Харуно. Они обе смерили девушку осуждающим надменным взглядом.       Сакура нервно теребила в руках лямку от маленькой сумочки. Хоть девушка и старалась сделать вид, что её эта болтовня нисколько не беспокоит, когда они перешли на обсуждение Какаши, Сакура всё же метнула в их сторону грозный взгляд, от которого пара сплетниц тут же умолкла. Всеобщее внимание привлек ведущий, объявляющий уже пятый лот.       – И следующая старинная вещица, только посмотрите, – он поднял в воздух маленькую шкатулку со странными иероглифами. – Её владелец просил передать это конкретному человеку, так что, господа, надеюсь, вы не в обиде. Здесь ещё полно прекрасных вещей, ну а эту мы вручаем человеку, великодушно предоставившему нам это помещение – нашему дорогому Какаши Хатаке!       Весь зал перевёл взгляд на мужчину, мирно разговаривавшего с очередным бизнесменом. Какаши немного заторможено, но всё же направился к сцене под аплодисменты, пожалев, что не посмотрел, что именно он выиграл.       Почему передать именно ему?       – Прошу, мистер Хатаке, – ведущий протянул ему шкатулку, продолжая осыпать его комплиментами и нести бесполезную чушь.       Какаши уже держал коробочку в руке, желая уйти с импровизированной сцены, но его не отпускали. Он нашарил глазами в толпе розовую макушку, которая нервно оглядывалась по сторонам. Переживала, но из-за чего?       Сакура и правда переживала, услышав какую-то ругань со стороны входа: кто-то пытался пройти в зал, но, судя по всему, не был приглашён. Она аккуратно выглядывала из-за абсурдных, покрытых лаком причесок гостей, – ей было просто любопытно посмотреть на причину переполоха. Но это самое любопытство переросло в страх. В панику и тревогу. Лучше бы и дальше всё оставалось также скучно, разнылась, идиотка.       Закончив ругань на непонятном языке в зал ввалилась чёрная макушка, слегка отдававшая синим. Парень высунулся из-за толпы, выглядывая жертву. Как же хорошо, что Сакура вовремя успела наклониться, иначе её точно бы обнаружили.       Саске проходил вперёд, расталкивая мешающих людей, медленно, но верно, приближаясь к Харуно. Она словно кожей чувствовала сокращающееся между ними расстояние. Стараясь снова быть дальше от него, девушка медленно отходила назад, пока не уперлась позвоночником в дверную ручку, скрытую шторой.       Точно, балкон!       Решение проблемы нашлось само, и Сакура шмыгнула под штору, ругаясь на заедающую ручку и, наконец, открывая стеклянную дверь.       Наблюдавший со сцены Хатаке заметил причину паники Сакуры. Охамевший вкрай Учиха пихнул какую-то девушку, и та громко вскрикнула, привлекая внимание абсолютно всех. Это был шанс.       – Спасибо, – воспользовавшись моментом, поблагодарил он ведущего, который уже всё свое внимание направил на Саске, – вызовите охрану и выставьте его.       С этими словами серебристая шевелюра скользнула со сцены и мигом оказалась среди толпы, пробираясь к двери на балкон.

***

      Девушка в чёрном платье отошла к самому краю огромного пространства, которое оказалось вовсе не небольшим балконом. За дверью был маленький круглый столик и два кресла по обе стороны, при этом занимавшие только одну шестую всей смотровой площадки. Она облокотилась на мраморные балюстрады.       За спиной тихо хлопнула дверь, заставив девушку вздрогнуть, на секунду выпуская шум происходящего внутри.       Сердце Сакуры снова шумно ухало, но не так, как тогда, в баре. В тот момент девушка увидела, что Саске не всесильный. Ему тоже можно сделать больно. И это придало ей веру и некоторое спокойствие, но вид этого придурка всё равно наводил в её голове страшный кошмар.       – Сакура, я его видел. Всё нормально? – слегка обеспокоенно спросил мужчина, подходя ближе.       Ну ещё бы. Сам говорил ей ни на шаг не отходить, а в итоге оставил одну.       Виноват.       – Да, – она проводила его взглядом до перил рядом с ней.       – Там охрана, тебе не стоит переживать, отсюда они его выведут, – говорил мужчина, вертя в руках шкатулку.       – Что вы выиграли? – паника в её голове понемногу стихла на свежем прохладном воздухе. Здесь не было ни шума, ни огромного скопления людей, только ночное небо в звёздах и тёмные окна соседних многоэтажек.       – Понятия не имею, не знаю, как её открыть, – мужчина показал девушке идеально ровный куб, с полосой посередине и символами на непонятном языке.       – Хм, может, как в сказках? Ну, прочитать заклинание, – она хихикнула своей теории.       Какаши пожал плечами, повернул её не предполагаемое начало и приступил к чтению знаков.       – …patefacio sursum, – закончил он и коробочка в руках щёлкнула.       Сакура застыла, глядя на волшебный предмет, а её глаза медленно становились всё больше.       – Как вы это?.. И что это за язык?.. – она непонимающе цеплялась взглядом то за шкатулку, то за глаза сегодняшнего кавалера. Что за чертовщина? Стоило ей успокоиться, как этот недоделанный маг снова навёл в голове Сакуры полный хаос. Может, она драматизирует? Ну конечно, в нашем мире же все вещи по велению древних языков открываются!       Ещё бы – магия, блин, как в кино, только прямо перед ней. Да, надо сказать, Какаши и сам был в не меньшем шоке от происходящего.       Как это сюда попало?       Он медленно перевернул её замком к себе и раскрыл. На всегда спокойном и холодном лице отразилась странная эмоция, это была и злость и, совсем немного, страх. Он поднял из коробочки кольцо с тёмно-синим камнем, в котором можно было разглядеть иероглиф.       – Что это значит? – Сакура непонимающе наблюдала за эмоциями       – Значит, что он здесь, – не успел Какаши договорить, как раздался звук выстрела.       В Сакуру летела пуля.

***

      Мужчина громко засмеялся, пряча пистолет за спину и скрывая его байкерской косухой. Холодный металл оружия упирался в ремень чёрных джинсов и резинку от трусов, так что, если бы намеревался упасть, то только в разноцветные боксеры. Тёмная фигура наблюдала за летящей пулей с крыши соседнего здания, как в замедленной съёмке.       – Смышлёный, как и всегда, – ласково пригладил волосы мужчина и направился к выходу.