Обычный нечеловек

      Пуля уже наметила себе траекторию, проходящую ровно через плечо девушки, прикрытое черной тканью платья. Но Сакура не видела ее, от одного звука выстрела всё её тело оцепенело, длинные ресницы на зажмуренных глазах подрагивали то ли от страха, то ли от ветра, именно в этот момент решившего совершить набег на несчастных обитателей смотровой площадки. Но Какаши видел всё. Видел всё, как в замедленной съёмке. Словно приостанавливая время, он схватил Сакуру за плечи и с силой оттолкнул в сторону.       Он успел. Он спас её. Пусть не так элегантно, как хотелось бы, но он справился.       Пуля прошла сквозь пиджак и вошла в тело чуть ниже левой лопатки. Какаши не издал ни звука, он всё это время следил за падающей девушкой и корил себя, что вложил столько силы в это действие.       Сакура же не успела осознать, что только что произошло. Она лежала на полу и затуманенным взглядом еле различила фигуру Какаши на фоне тёмных зданий.       Стоп, а в кого стреляли? Неужели…       Девушка подскочила, как ошпаренная. Собирая всю силу, оставшуюся после шока, она подбежала к нему.       – Какаши! – на её лице застыло сострадание, боль, ужас. Девушка трясла его за плечи и кричала, – Какаши, куда она попала?!       Всё это время чуть согнувшийся от боли мужчина опирался о перила, но как только Сакура начала кричать, спокойно стоять он больше не мог.       – Тихо! Сакура, успокойся! – пытался вразумить паниковавшую он, но та не успокаивалась. Выхода не оставалось. Мужчина притянул её за талию к себе и резко впился в губы, но не грубо и лишь на пару секунд, чтобы Сакура вернулась на землю.       – Угомонилась? – отстранился он и строго посмотрел на неё. – А теперь слушай меня. Если ты будешь кричать, сбегутся все. Нам это не нужно. Выстрел они не слышали, шумоизоляции хватило, чтобы его заглушить. Тихо и спокойно проходим мимо стен в зале и спускаемся к машине, поняла? – теперь уже он держал за плечи затихшую бурю в виде Сакуры, смотрящую на него округленными от удивления глазами.                    Первый их поцелуй всё же, но в каких обстоятельствах…       Девушка кивнула, и пара молча двинулась сквозь зал. Всё было не так уж страшно, свет был приглушён, а гости толпились у сцены, внимательно слушая ведущего, поэтому на убегающую парочку не посмотрел никто. Всё бы ничего, да вот только рядом с девушкой шёл мужчина, у которого дырка в теле, возможно, почти сквозная, а он идёт обычной походкой и даже не прихрамывает!       Сакура снова смерила удивленным взглядом в недоумении мужчину справа, когда они ехали в лифте, и звонко хлопнула себя ладошкой по щеке. Спокойно стоящий в излюбленной позе сбоку Хатаке поднял на неё глаза.       – Ну и зачем? – указывал он взглядом на приложенную к щеке руку.       – Да просто хочу понять, не сон ли это? – спокойно и отстранённо выговорила она. – Иначе, что чёрт возьми происходит?! – девушка снова сорвалась на крик и начала размахивать руками, очерчивая в воздухе масштабы непонимания.       Какаши перехватил летающие по лифту руки одной своей и поднял их у неё над головой. Сакура снова замолчала, удивлённо наблюдая за действиями мужчины.       – Что, опять меня поцелуем заткнёшь? – огрызнулась она.       – А ты хочешь? – тем же тоном ответил он, нависая над девушкой.       Но двери лифта решили всё за них, и с характерным звуком выпустили бранящихся на парковку.       Сакура ничего не понимала. Разве ему не больно? Почему он так спокойно себя ведёт? Да ещё и её успокаивать умудряется!       Девушка громко хлопнула дверью машины, усаживаясь на кресло, упираясь локтями в колени, а голову кладя на руки.       Что вообще происходит?       Они молча выехали с парковки и ехали так несколько минут. Оба были выведены из строя. Полностью.       – Сакура, – первым начал Хатаке, съезжая с главной дороги к своему дому, – как ты? – тихий и плавный голос, будто ничего и не произошло.       Девушка уже остыла и больше истерить не собиралась, но одно она для себя поняла – вокруг происходит полная неразбериха, объяснения которой она найти не в силах.       – Нормально, сильно болит? – спокойно спросила она, не поворачиваясь.       – Нет.

***

      Машина подъехала к дому и выгрузила пассажиров. Напряженное молчание и тишина вокруг больно давили на барабанные перепонки. Всё происходящее будто соткалось из тревоги; им нужно было поговорить, но никто не решался сделать это первым. Какаши и сам прекрасно понимал, что рядом с ним происходит слишком много странностей, а девушка безусловно не глупа и всё это замечает. Вопрос лишь в том, когда она спросит прямо. Но это не единственное, что беспокоило владельца особняка.       Что здесь забыл этот придурок?       – Где аптечка, нитки и спирт? – с порога спросила девушка-медик, скидывая надоевшие туфли у входа.       – Третий ящик слева у плиты, – указал мужчина и устало грохнулся на диван.       Ещё бы, не обычная же пуля. Будь это любая другая, он бы не почувствовал, но стрелявший же знал, что обычными его не возьмёшь.       Какаши выругался на неподдающиеся пуговицы белой рубахи. Что этот олух тут забыл? Неужели вернуть его пришёл через столько лет? Ну уж нет, не дождутся.       Какаши всё ещё боролся с той пуговицей, начиная выходить из себя. Чёртова пуля делала из него человека. Ещё секунда, и он мог бы просто выдернуть её, если бы не аккуратные тонкие пальчики, накрывшие грубые мужские и ласково их отодвинувшие.       Сакура была полностью спокойна. Она решила, что с этим всем она разберётся потом, хоть и понятия не имеет как. А сейчас ему нужна помощь, и как медик в первую очередь она должна ему её оказать. Девушка расстегнула оставшиеся пуговки и приспустила рубашку с плеч, обнажая мускулистые руки в мелких шрамах. Они были везде, словно канва покрывала его кожу. Девушка заворожено провела по полотну рукой, еле касаясь рубцов подушечками пальцев.       Какаши в это время наблюдал за её движениями. Такие плавные, аккуратные, нежные… Он был вовсе не тактилен, от слова совсем, но она… Да оба были друг друга достойны, бесились по очереди, как дети малые. На себе он удивлялся больше всех: с ней словно труднее было сдерживать эмоции, контролировать тело и силу, хотя он так долго жил словно без этого всего, ничто не могло его сбить с накатанной колеи. Но она и не сбивала – лишь подталкивала, от чего он начинал беситься сам. Может, и правда всё из-за дурацкой пули?       Мягкие плавные движения в районе лопаток разливались теплыми волнами, пульсируя сквозь всё тело. Боже, неужели у него просто так давно не было девушки? Бред и абсурд. Какаши тряхнул головой и пепельные локоны накрыли глаза, но это было не важно, Сакура всё равно была за спиной.       – Будет больно, она не глубоко вошла, но всё же, – медик прошлась проспиртованной ватой по ране. Почти вся она осталась на рубашке, которая теперь из статуса рабочей смело могла переходить в статус «на дачу», и то, если это хоть немного получится отстирать.       Девушка вооружилась пинцетом, который, о чудо, она нашла в аптечке, и приступила к выуживанию пули из Какаши. Он и забыл, каково это – ощущать физическую боль, поэтому старался о ней не думать. Он сосредоточился на том, как крепко и, вместе с тем, нежно Сакура придерживала его плечо, то сильнее впиваясь коготками, то отпуская, и повторяла снова.       Заводит…       Чёрт!       «Сакура, прошу, вытащи её быстрее, а то я на тебя прямо здесь наброшусь!» – мелькнуло у него в голове.       – Мгх… – простонал через вздох он, когда девушка наконец вынула злосчастную затейницу из его тела.       – Очень больно? – обеспокоенно высунулась из-за плеча Сакура.       – Нет, спасибо, – он уже хотел встать, но…       – Стой, а как же зашить?       Ох, точно, вот что люди делают с такими ранами. Ясно. Какаши вновь опустился на диван и подставил спину под иглу медика.       – Потерпи ещё чуть-чуть, – говорила Сакура, хотя Какаши уже ничего не чувствовал, так что ему эти слова были без надобности.       Девушка осторожно латала пробоину ровными стежками. Закончив, она осмотрела работу. Аккуратно – это главное. Если повезет, то шрам будет малюсенький. Она плавно провела рукой вверх, будто разглаживая ткань после вышивки, от чего мышцы на спине Хатаке слегка дрогнули. Она провела ещё, и ещё, словно рисуя невидимые узоры. Красиво.       Завораживающе.       – Всё? – Какаши не спеша повернулся к заигравшейся Сакуре, отчего та залилась краской.       – Да, – девушка смущённо перевела взгляд на коробочку с медицинскими отходами и медленно достала оттуда пулю.       Странная.       Но её лицо не отразило ни единой эмоции. Она была так же спокойна, только смущение пропало. Сакура протянула пулю мужчине.       – Я понятия не имею, почему здесь пентаграмма и снова непонятные слова, но, знаешь, я и не хочу понимать. Когда-нибудь ты мне всё расскажешь о своих сатанинских друзьях и прочей необъяснимой жути вокруг тебя, но не сегодня. Я устала и иду в душ. Спокойной ночи.       Закончив монолог, девушка по-хозяйски прихватила окровавленную рубашку и затопала к спальне на втором этаже. Всё потом, а сейчас она ужасно хочет спать.

***

      Утро началось уже после обеда. Сакура с ужасом раскрыла глаза и посмотрела на часы. Она выспалась, а значит, что-то не так. И правда, циферблат во всех красках показывал девушке, что встать нужно было ещё полдня назад. Да и солнце за окном явно не вставало, а, скорее, наоборот.       16:36.       Она умудрилась проспать свою смену в больнице.       – Не переживай, я позвонил к тебе на работу и сказал, что ты плохо себя чувствуешь, – всё это время наблюдавший за мечущимся взглядом девушки из дверного проёма мужчина решил подать голос.       – И давно ты тут стоишь? – смущённо закрыла одеялом грудь Сакура, хоть и была одета.       – Ну, ты спишь уже больше десяти часов, я подумал, что этого хватит. Тем более, я хочу есть. Мы едем в ресторан, как только соберёшься.       Мужчина покинул комнату, отпивая кофе из кружки, слегка барабаня по ней пальцами левой руки в такт какой-то знакомой мелодии. Сакура снова плюхнулась головой на подушку и потянулась, откидывая одеяло ногой.       Почему-то ей было так приятно, хотя ничего по сути и не произошло, просто пропустила работу. Может, потому что он рядом? Да нет, бред.       Сакура опустила ноги на холодящий пол, босыми ступнями касаясь поверхности, и поплелась в ванную. Пить хотелось очень сильно. Проходя мимо зеркала девушка улыбнулась отражению, на ней была смешная огромная гавайская рубашка с пальмами, над которой Сакура успела посмеяться уже вчера, когда грабила гардеробную Хатаке, отыскивая что-нибудь на роль пижамы. Странно – даже лицо словно было отдохнувшим, синяки под глазами стали куда меньше.       Собралась Сакура быстро, а Какаши к этому времени успел выехать из гаража и ждал у дверей. Девушка опустилась на сидение и со смешанными чувствами огляделась вокруг. Вчера здесь в воздухе висело напряжение и внутренний хаос, а теперь так спокойно.       – Едем? – повернулся к ней мужчина, и, дождавшись кивка, надавил на газ.

***

      В ресторане пара пробыла недолго, после первого блюда они оба поняли, что оставаться дальше здесь нет смысла. Там было шумно, да и они уже были сыты. Какаши хотел прогуляться и показать Сакуре одно место, а девушка была вовсе не против.       Спустя десять минут ходьбы по разным ландшафтам она поняла, что в туфлях идти дальше не сможет.       – Какаши, мы можем пройти здесь? – Сакура указала на полянку с мелкой зеленой травой, которую еще не успела уничтожить осень.       – Да, а что ты… – не успел он договорить, как туфли Сакуры были элегантно подхвачены одной рукой, а сама она уже убегала вперёд. – Как маленькая, – мягко улыбнулся ей в след Какаши, когда она уже не смогла бы этого заметить.       Он быстро догнал её и подхватил на руки. Сакура хоть и пыталась вырваться, скрывая своё смущение под недовольством, но внутри по всему телу расползалось приятное чувство. Он нес её на руках уже второй раз, и в этом положении ей было так спокойно. Подливали масла в огонь глупые детские мечты и взрослые, которые убеждали её, что это признак истинной любви.       – Ну и зачем? – недовольно надулась она, обхватывая его шею.       – Земля холодная, – сухо ответил он, стараясь всячески избегать грозного щенячьего взгляда в нескольких сантиметрах от своего лица.       Обоим это безумно нравилось. Сакура чувствовала защищенность, а Какаши её защищал. Но оба продолжали ломать комедию, не желая этого признавать. Дойдя до места назначения он опустил смирившуюся девушку на землю. Перед их глазами заканчивалась земля. Пара стояла почти на самом краю обрыва, уходившего вниз на сотню метров – там земля сталкивалась с водой. А на горизонте виднелась четкая линия, разделяющая синий и серо-голубой цвет, парочка кричащих чаек и несколько тёмных туч, время от времени заслоняющих солнце, медленно опускающееся к воде.       – Вау, – только и смогла произнести девушка, насладившись картиной.       – Садись, – указал мужчина на сложенный в несколько раз пиджак, лежащий на траве.       – А ты? Холодно же, – непонимающе посмотрела на него Сакура, но Какаши уже расположился рядом с импровизированным сидением.       – У меня брюки с начёсом, – отшутился он, но Сакура лишь нахмурилась, – Ну, либо ты садишься на него, а я рядом, либо я сажусь на него, но тогда ты сядешь на меня.       Второй вариант ей не очень понравился, тем более звучал двусмысленно, да и его взгляд точно не делал лучше, так что девушка опустилась на предложенный пиджак. Отсюда вид был всё такой же завораживающий, и она снова замерла на пару секунд.       – Сакура, – тихо вырвал её из любования Какаши, – я хочу с тобой поговорить.       – О чём? – она перевела на него взгляд и похлопала ресницами.       – Я хочу узнать вашу с Саске историю.       – Для чего тебе это? – она продолжала непонимающе глядеть на Какаши.       – Я хочу попробовать помочь тебе, ну или хотя бы попробовать понять, что у него в голове творится, – он говорил мягко и тихо, от чего Сакуре только больше хотелось ему довериться.       – Всё началось ещё в начальной школе. Он всегда был отстранён ото всех, не любил большие компании, да и в целом людей не любил. А я влюбилась в этот образ, подумала, что именно я смогу изменить его. Маленькая дурочка, – Сакура грустно улыбнулась и продела пальцы сквозь розовые волосы. – Потом мы общались, просто дружили, я наблюдала издалека и помогала, когда была нужна, но он всегда лишь огрызался. А после школы, когда мы поступали в университет, он предложил мне встречаться. Я так счастлива была тогда, наивная, если бы только знала, что меня ждёт. В начале всё было хорошо, но он был жутко ревнив, старался контролировать меня во всём, а потом…

***

      Дверь квартиры хлопнула, словно дверца клетки, запирая девушку наедине с монстром. Саске мыл посуду. Услышав шаги в коридоре, он заглушил шум воды, прикрывая кран, и опустил чистую тарелку на столешницу.       – Ты видела время? – тихо спросил он, не отводя взгляда от лакированных чёрных туфель, оставленных у коврика в прихожей.       – Да, прости, я задержалась, – Сакура подошла к нему и хотела поцеловать, но мужчина резко отшатнулся и ушёл обратно на кухню. Девушка так и осталась висеть в этом положении.       Саске никогда не позволял ей проявить инициативу. В их паре вести должен только он, и точка.       – Представляешь, девочки в больнице сказали, что мне очень идёт новая стрижка, – девушка направилась за ним.       – Идиотки, только бы подлизаться. Ты ведь понимаешь, что они это сказали, чтобы потом спросить с тебя что-то? – Саске резкими движениями вытирал тарелку, которая и так уже казалась совершенно сухой.       Сакура была с ним не согласна. Почему коллеги просто не могут сделать ей комплимент, если им и правда нравится? Она смяла пальчиками подол платья, опускаясь на стул.       Так было всегда. Все у него плохие, один он хороший. Один он имеет право говорить ей, какая хорошая она. И какая плохая тоже.       – Но… – начала Сакура, но осеклась. Каждый раз, когда она пыталась доказать обратное, он кричал. Громко кричал.       – Не верь им. Я с тобой искренен, и прошлая стрижка шла тебе больше, – Саске, не поворачиваясь, шлепнул деревянной доской по столу рядом с Сакурой, от чего девушка дернулась и отшатнулась, стараясь утихомирить сердце, словно бьющееся о грудную клетку.       Ещё вчера он говорил, что каре на розовых волосах смотрится просто прекрасно, даже поцеловал её, когда они выходили из парикмахерской. Удивительно, вчера он был в прекрасном настроении. Он постоянно качал её на таких своего рода качелях.       – Откуда это? – Саске не поворачивался, только резкими движениями нарезал помидор, чуть не попадая по собственным пальцам.       – Что? – уже слегка дрожащим голосом спросила выпрямившаяся Сакура, вжимаясь в холодную металлическую спинку стула.       – Это! – сорвался на крик Учиха, резко взяв её за подбородок рукой с ножом и повернул к себе правой щекой, обнажая ухо, скрытое волосами. В нём сверкал маленький светло-голубой камушек на серебряной застёжке, которого чуть ли не касался только недавно наточенный нож.       Сакура задышала тяжело и часто. От моментальности происходящего перехватило дух, ноги девушки задрожали от страха, а полный ужаса взгляд был прикован к блестящему лезвию, которое практически касалось её шеи.       – Это п-подарок, – слегка запинаясь проговорила она, поднимая на него круглые мокрые глаза.       – От кого?! – Саске сильнее впился пальцами в подбородок, от чего кожа на нем побелела.       – От Наруто, – испуганная и обездвиженная страхом девушка была прикована к стулу.       Саске резко выпустил её побелевшее лицо из своих рук, словно отбрасывая надоевшего щенка. Девушка тут же отпрыгнула со стула и прижалась к стене, поодаль от разъярённого брюнета. Он положил нож на стол.       Видимо понимал, что случайно может нанести больше увечий, чем хотел.       – Что у вас ним? – сказал он, словно успокаиваясь, и подходя ближе к вжимающейся в стену Сакуре.       – Ничего, – тихо выговорила она, еле двигающимися губами.       – Что у вас с ним?! – уже кричал брюнет, всё больше приближаясь.       – Ниче…– она не успела договорить. Девушка была безжалостно прервана хлесткой пощёчиной, звук от которой разрезал звенящую тишину в кухне и также резко оборвался.       Она не чувствовала боли, не чувствовала краснеющего ожога в виде ладони на бледно-белой коже. Она чувствовала только обиду и разочарование.       Он обещал.       Он ведь обещал больше не трогать её. А она, как дура, поверила.       – Это был подарок на мой день рождения.

***

      Какаши внимательно слушал, иногда окликая Сакуру из воспоминаний, чтобы та не расплакалась или не погрузилась в них с головой.       – А дальше? – слегка заёрзал он на месте, когда девушка замолчала.       – Я ушла. Без вещей, в том, в чём была, села на такси и уехала к Наруто с Хинатой. Помню, как тряслась и плакала, как порывалась вернуться к нему, но они меня останавливали. Где-то с месяц я жила у них, Наруто ездил к Саске за моими вещами, они тоже подрались, а потом я переехала к себе. Когда немного отошла, записалась к психологу, а потом и к психотерапевту, с того дня прошло полтора года, и всё это время он то заявлялся ко мне, то ловил после работы. Какое-то время я даже оставалась в больнице, чтобы не встречаться с ним на улице. А дальше ты знаешь, – девушка перебирала пальцы одной руки второй, опуская голову. – Ну чего уж теперь, я была маленькой и глупой, только заканчивала первый курс. Да и его любила ещё со школы, вот так легко и повелась, – по щеке Сакуры еле заметно покатилась крохотная слеза, которую Какаши стёр большим пальцем.       – А теперь слушай, – мужчина взял её подрагивающие руки в свои, – знаю, что я не психолог. Но я хочу помочь, искренне хочу. Твой Саске – не всемогущ, он обычный человек. Он не имеет никакого права делать это с тобой, не имеет права заставлять тебя бояться самого дорогого тебе человека. Я бы даже сказал, он не имеет права просто называться мужчиной, – Какаши мягко гладил пальцы девушки, не смотря на её лицо. Он не хотел видеть, как она плачет, только вот Сакура не плакала, она слушала и смотрела на его профиль блестящими от влаги глазами. – И я понимаю, что от таких людей очень сложно уйти. Ты – большая молодец, что смогла это сделать. Ты справилась с этим. Но ты всё ещё боишься, и он это прекрасно понимает, поэтому чувствует безнаказанность. Я знаю, это сложно, но перебори этот страх, иначе всё так и останется, как прежде. В следующий раз, когда встретишь его, просто подумай, что он – очередной прохожий, призрак из прошлого, и он не может нанести тебе вреда. Ты сильная девочка. Я видел, как ты работаешь, как в одиночку перекладываешь пациентов с носилок на койки. Как вправляешь кости и носы. Я видел это – так что позволяет тебе думать, что этот Саске, который везде таскает амбалов, только чтобы не драться самому, что позволяет тебе допустить, что он хоть на йоту сильнее тебя? Поверь, за всю свою жизнь я видел достаточно. Но ты, пожалуй, ты – самый сильный человек, который встречался на моём пути. И я сейчас совершенно не о физических возможностях.       Мужчина наконец оторвал взгляд от горизонта с заходящим солнцем, едва видимым из-за туч, и посмотрел в лицо Сакуры. Она плакала. Беззвучно. На её щеках оставались тонкие мокрые дорожки.       Какаши снова провёл тыльной стороной ладони по бархатной щеке, задерживая её на пару секунд. Они смотрели друг другу в глаза. И души обоих, отражаясь там, блестели, словно подражая воде внизу обрыва. С каждой секундой лица становились ближе, неосознанно – просто так было нужно. И вот их губы уже в паре сантиметров друг от друга, а глаза прикрыты.       «Соленые…» – промелькнуло в голове мужчины, когда он наконец позволил себе дотронуться до мягких губ девушки своими.       «Так мягко…» – промелькнуло в голове девушки, когда она запустила пальцы одной руки в пепельные волосы, а второй обвила шею.       Такой спокойный и чистый поцелуй. Словно оба они понимали, что дальше ничего не будет. Никакой пошлости, никакого подтекста. Только желание быть ближе, быть одним целым, пусть и на такой короткий промежуток времени.       Чем был ближе он, тем больше успокаивалась она. Чем была ближе она, тем больше бабочек в животе появлялось у этого чёрствого безэмоционального пошляка с богатым прошлым.       Это было для них впервые. Медленный и тягучий, но такой мягкий и приятный поцелуй, словно оба знали, чего хочется партнеру. Словно чувствовали друг друга.       Сакура открыла глаза, размыкая поцелуй. По лицу Какаши тоже бежали мокрые дорожки.       – И ты плачешь? – улыбаясь спросила она.       – Да, конечно, – мужчина закатил глаза и улыбнулся, – дождь начинается, пойдём?       – Да, ещё секунду, – Сакура снова дотронулась своими губами его, перебирая пальчиками волосы на затылке и устраиваясь поудобнее.       Мужчина поддался и снова закрыл глаза, позволяя ей делать с ним всё, что душе угодно.       Никто не собирался останавливаться, и уж особенно дождь, который с каждой минутой набирал силу, превращая пару в двух мокрых котят, сталкивающихся носами.