Рабочее название: "Одержимость"

В понедельник ровно в 9 утра Малфой топтался возле двери кабинета начальника отдела контроля за оборотом запрещённых веществ, грёбаной миссис Филлипс, пребывающей в вечной командировке. Однако в этот раз она точно сидела за дверью и, более того, ждала, когда Малфой постучит в эту дверь. Поттер минувшим воскресным вечером прислал обещанную сову, чтобы сообщить благую весть: миссис Филлипс изволила принять назойливого посетителя. Неизвестно, правда, куда же делась её командировка. Какие-то ебучие чудеса. Хоть возможность поговорить с ней не гарантировала ровным счётом ничего, Драко был благодарен Поттеру за его навязанную помощь, но признаваться в этом он не собирался. Ради своего одиннадцатого и наконец продуктивного визита в Министерство Драко даже поступился антимагическим правилом и залечил разбитый нос. Теперь он более походил на нормального человека и менее на побитого сокамерниками Азкабанского узника. Всё то время, пока Драко в нерешительности стоял у кабинета, Магда давила на него недоброго косяка. Наверное, потому что он показал ей язык, пройдя мимо. Она бы так не злилась, если б знала, что избежала подлянки в виде несъедобного кекса Нарциссы Малфой. После недолгого и совершенно лишнего волнения, неожиданно одолевшего Драко на пороге заветного кабинета, рука его взметнулась вверх, и костяшки пальцев отбили три коротких стука по лакированной поверхности двери. Тут же раздалось приглушённое скрипучее "Войдите", и Драко вошёл. Вошёл и сразу почувствовал, что что-то не так. Стало не по себе, но Малфой списал это на своё особенное состояние и задвинул подальше разыгравшуюся паранойю. Миссис Филлипс сидела за столом и что-то увлечённо записывала в ежедневник, не поднимая головы, крайне сосредоточенная. На вид ей было лет под 60, круглая, с пухлыми пальцами и шапкой коротких кудрявых волос тусклого лилового цвета. Ощущение странной невпорядковости не отпускало, и Малфой перестал винить свою подозрительность. В голове защекотало, будто кто-то просунул перо ему в ухо, чтобы нежно приласкать мозги. И это сильно походило на.. Легилименция! - подумал Драко и уставился на миссис Филлипс. Миссис Филлипс тут же уставилась на него. Так вот, блять, что тут не так! Драко подскочил на месте, ощутив иррациональное желание прикрыться, а лучше сбежать. — Нельзя без спроса лезть в чужую голову! - возмутился он. Напуганный и смущённый, Малфой принялся судорожно вспоминать уроки окклюменции, закрывая свой разум от чужого вмешательства. Миссис Филлипс, растерянно хлопая глазами, отложила перо в сторону. — Прошу прощения, это привычка, - сказала она немного сконфуженно и жестом пригласила Драко сесть в кресло перед собой. Драко осторожно сел, всё ещё намереваясь удрать отсюда: он и так не знал, чего ждать от этого визита, а сейчас и вовсе ощущал себя скованным. — Я не слышу ваших мыслей, мистер Малфой, расслабьтесь, - миссис Филлипс посмотрела на него снисходительно мягко, но он всё равно не мог расслабиться. — Они мне в любом случае ни к чему. — Может, тогда перестанете пытаться пробить мои щиты? - процедил Драко, наблюдая, как вытягивается и краснеет лицо напротив. О, да, он снова заметил, а она, похоже, снова не ожидала этого. Вот ведь старая хитрая ведьма. — Вы почувствовали? — Разумеется, почувствовал! Старая ведьма задумчиво свела брови. — У вас очень нежный разум. Ооо, не то слово. — Именно поэтому его и не надо трогать. "От греха подальше" - хотел добавить Драко, но побоялся вызвать лишние подозрения. Его напуганная нервная рожа, дохлая и серая, как у наркомана со стажем, должно быть, и без того выглядела подозрительно в стенах кабинета начальника отдела контроля за оборотом запрещённых веществ. Миссис Филлипс казалась странно заинтересованной: смотрела внимательно, бровь подняла, даже закрыла ежедневник. Прерывая недолгое молчание, Малфой раздражённо протянул: — Я всё ещё вас чувствую, перестаньте, пожалуйста. После его слов обе брови поползли к лиловым волосам. — Прошу прощения, мистер Малфой, мне просто интересно, как далеко простирается ваша чувствительность. Я действую крайне мягко, и кроме вас ещё никто не замечал. Это необычно. Драко ответил, вздохнув: — Вы же в курсе, кто я такой, поэтому должны знать, что окклюменции меня учил Северус Снейп, а испытывал на прочность лорд Волдеморт. Так что да, мой разум очень чувствителен. — Не имеет значения, кто вас учил и испытывал, - возразила миссис Филлипс. — Это ваш природный дар. — Скорее проклятие, - пробухтел Малфой. — Поэтому вы здесь, - это был не вопрос, и Драко тут же вскинулся: — Как вы.. вы всё-таки залезли в мою голову?! — Нет, я просто сложила два и два: свою специализацию и вашу особенность, которую вы только что обозвали проклятьем. Вам требуется какое-то вещество для поддержания стабильности работы мозга, я правильно понимаю? Умная старая хитрая ведьма. С явным неудовольствием Малфой согласился: — Да, именно так. — Вы больны? Это, блять, что, в последнее время стало таким очевидным?! — Обязательно отвечать на этот вопрос? — Обязательно. Если вы больны и вам требуется лекарство, можете просто принести справку от целителя, и мы обеспечим вам доступ, - миссис Филлипс окинула Драко оценивающим взглядом и строго добавила: — Контролируемый, разумеется. Ясно. Он всё же похож на наркомана. Малфой нервно поёрзал. — А если нет справки? — Тогда ничем не могу помочь, мистер Малфой. Драко разочарованно поджал губы. Он это предвидел и всё же надеялся, но надежды не оправдались. — Но я зельевар, мне полагается какой-никакой доступ. — Зависит от того, есть ли у вас лицензия и какое именно вещество вам необходимо. Ну конечно, лицензия.. кто бы дал ему эту лицензию. — Стефания гладкая. И.. нет у меня лицензии, - Малфой почему-то стыдливо опустил глаза, хоть ему и нечего было стыдиться. Он тут же отругал себя за этот стыд на ровном месте. — Но доступ к ней закрыли только в июне! Раньше я спокойно мог её купить! Миссис Филлипс сделалась жалостливо-сочувствующей. — Мне очень жаль, но теперь для того, чтобы использовать Стефанию в своей деятельности нужна лицензия, - сказала она чуть ли не ласково. — Вы же понимаете, люди становятся изобретательнее, и не успеешь глазом моргнуть, как кто-нибудь додумывается варить какую-нибудь дрянь из зелья для укладки волос. Стефания попала в список как раз потому, что стала прекурсором для нового наркотика. Мы вынуждены её контролировать. Что мешает вам получить лицензию? Драко ощущал себя участником какой-то унизительной процедуры. Эта тётя ведь наверняка знала, почему он без лицензии, однако продолжала задавать дурацкие вопросы и щекотать его мозги своей легилименцией. Но Драко ответил, тщательно скрывая раздражение: — Я мастер, а не доктор. — Что мешает вам получить степень доктора? Малфой фыркнул. Скрывать раздражение становилось всё сложнее. — Моё непростое прошлое, - протянул он. — Прошлое в прошлом, мистер Малфой. К тому же вас оправдали. Интересно, она действительно так считает? Если да, то многие не согласились бы с ней. — Скажите это комиссии. Я три раза блестяще защищался, и три раза мне отказали в присуждении доктора по причине "неблагонадёжности". Миссис Филлипс изобразила сожаление, но Драко не поверил её выщипанным грустным бровям. Наверное, потому, что она продолжала ласково поглаживать своей магией его щиты окклюменции. И правда, почти незаметно, но Малфой чувствовал и начинал беситься по этому поводу. — Извините, но таковы правила, - она покачала головой, приводя в движение бледно-лиловую кудрявую шапку на макушке. — Вы всё ещё можете принести справку от целителя. Малфой и без неё это знал. И не собирался ни за какими справками ни к каким чёртовым целителям. Ему нужен был всего один ингредиент для своего лекарства, и проклятое Министерство, гори оно в Адском пламени, отказывало ему в доступе. И если бы не зелье... Малфой бы уже невербально спалил лиловое гнездо легилиментши. Сохраняя лицо невозмутимым, Драко неспеша поднялся на ноги; его немного потряхивало, но он вполне владел собой. — Нет, спасибо, обойдусь, - сказал Малфой, направляясь к двери. Его пальцы уже легли на ручку, когда он повернулся и мрачно произнёс: — Я почувствовал все ваши попытки. Это неприлично вообще-то. Миссис Филлипс удивлённо выдохнула: — Поразительно! - смутилась и поспешила оправдаться: — Извините, я чисто из исследовательского интереса. Не хотите принять участие в исследовании? У нас в научном отделе.. Но Драко её прервал: — Нет, спасибо, - и зачем-то добавил: — Вам бы в Аврорат допросы проводить. Огорчённая отказом миссис Филлипс вздохнула. — Такие допросы незаконны, - о, кажется, её это расстраивало. — Не забывайте об этом, когда в следующий раз начнёте ломиться в чужие головы, - Малфой окинул её взглядом, полным осуждения, надеясь, что ей всё же ничего не удалось увидеть в его многострадальной голове. Он бросил: — Всего хорошего, - и, повернув ручку, покинул кабинет.

***

— То есть у тебя беды с башкой, - резюмировал Поттер, грея пальцы о кружку. Он сидел в кресле, пил чай и не смотрел на Драко. А вот Драко на него смотрел и пытался уничтожить взглядом. — Ты охуел, очкарик? - Малфой не злился, всего лишь чуть-чуть негодовал: он уже успел заправиться успокоительным перед приходом Поттера. Этот лохматый чёрт встретился ему в Атриуме и, улыбаясь, как старому недоброму знакомому, сообщил, что зайдёт вечером после работы - узнать, как всё прошло. Малфой, поражённый до глубины души, даже не успел возразить: стоял, прилипнув к полу, с открытым ртом и очнулся, когда лифт уже увёз наглого Поттера в неизвестном направлении. Поэтому сейчас Драко вынужден был снова поить его чаем в своей маленькой гостиной и терпеть шрамоголовое общество. Сердобольный Поттер всё выспрашивал, выяснял, помогло ли героическое вмешательство убогому школьному врагу, и Малфой чувствовал себя как на допросе - на допросе в параллельной вселенной, потому что Поттер всё ещё казался ему совершенно инородным в этом доме. Но Драко проверил - словно нечаянно коснулся чужих пальцев, когда передавал кружку - гость не был галлюцинацией. И на том спасибо. — Так что с тобой, Драко? - очкарик не унимался: продолжал допрос и упорно называл его "Драко". — Чем ты болен? Малфой страдальчески закатил глаза. Интересно, Поттер не понимает, что Драко не хочет его видеть? Или понимает, но старательно игнорирует все невербальные сигналы, которые источает хозяин оккупированного им дома? Возможно, стоит послать Поттера вербально? Вдруг он настолько тупой. — Поттер, - Малфой, сидящий в кресле перед ним, угрожающе наклонился ближе, чтобы до очкарика гарантированно дошло. — Отъебись от меня, а? Чего ты ко мне привязался? — Да я же просто.. — Мне не нужна твоя помощь, - Драко говорил медленно, не моргая, маникально сверкал глазами, и Поттер занервничал под этим взглядом. — Ты попытался - не сработало. Безнадёжный случай. Угомонись. — Зачем ты тогда рассказал мне всё, если тебе не нужна моя помощь? Внутри зашевелился гнев, приглушённый действием зелья. Малфой едва слышно зарычал. — Во-первых, я рассказал только то, что уже выпытала ваша легилиментша. Во-вторых, тебе, хмырю министерскому, наверняка уже и без меня всё доложили. Не так ли? - он подозрительно сощурился, а Поттер неопределенно повёл бровью. — Мы из разных отделов, забыл? Малфой фыркнул. — Вы там все одна шайка. — Вот и нет, - Поттер, всё ещё сжимая кружку, уже наверняка холодную, так же наклонился к Малфою. — Ну так что с тобой, Драко? Я не смогу помочь, если ты не расскажешь мне всё. Драко сжал челюсти. Он пристально смотрел сквозь круглые линзы в неуютно близкие зелёные глаза и думал, что со стороны они, должно быть, выглядят как два кота, замысливших драку. Возможно, дракой всё и кончится, потому что Поттеровская настойчивость раздражала даже через зелье. — Я не собираюсь что-либо рассказывать тебе, Поттер, - произнес Малфой чуть не по слогам. — Почему это такой секрет? — Потому что секрет, и точка. — Это секрет даже для целителей? - Поттер поставил кружку на столик. Снова на древний редкий том, и Малфой не выдержал - демонстративно переставил её с книги на столешницу. — Для всех секрет, очкарик, - процедил он. — Особенно для тебя. И твоя упёртость напрягает. И настораживает, на самом-то деле. Поттер ничего не ответил. Он вперил в Малфоя долгий испытующий взгляд, и не понятно было, что он значил, этот взгляд. Видимо, такие в Отделе тайн методы дознания, если они там вообще занимаются дознанием, но в любом случае на Драко эти методы не работали. Они молчали странные полминуты, не сводя глаз друг с друга. Сказать, что Малфой чувствовал себя некомфортно - ничего не сказать. У него кожа зудела от этого пронизывающего взгляда, как от колючего свитера из грубой шерсти. Хотелось снять свитер - хотелось выставить Поттера вон. — Если ты вздумал играть в гляделки, - осторожно начал Драко, на всякий случай не моргая. — То спешу сообщить: мы с Паркинсон посвятили этому многие часы нашего детства. Я ебучий мастер в этой ебучей игре, и даже невыразимец не переиграет меня. Невыразимец хмыкнул, но глаз не отвёл. — Чем ты болен, Малфой? — Твоим навязчивым присутствием. — Я серьёзно. — Я тоже серьёзно: ты заебал. Отвяжись. — Что-то с психикой. — Отвали. — Как это влияет на тебя? Что будет, если не пить лекарство? — Пиздец тебе будет, Поттер, если не отстанешь. Поттер вздохнул и сдался - откинулся на спинку кресла, издав при этом полузадушенный стон. Это было весьма опрометчиво. Кресло не выдержало, и стон Поттера плавно перетёк в испуганный воскрик - спинка отделилась от общей конструкции, и теперь Герой не по-геройски барахтался на полу. Как навозный жук. Какой же блядский долбоёб... Малфой не спешил его спасать: он был успокоен успокоительным и забавными трепыханиями Поттеровских конечностей, поэтому взирал на эти трепыхания с долей обречённости и выражением "ничего другого я от тебя не ждал, придурок" на неподвижном лице. — В этом кресле всегда сидел Северус, - заметил он, когда стыдливо розовый Поттер наконец поднялся на ноги, и эти слова заставили разрушителя мебели сменить цвет на отчаянно красный. Драко врал, конечно: он бы ни за что не позволил Поттеру сидеть в кресле Северуса. Он сам сидел в его кресле, но вынуждать очкарика мучительно менять оттенки было приятно. Северус бы оценил. Поттер тут же попытался исправить всё, применив Репаро, но этот замшелый антиквариат видел уже столько Репаро на своём веку, что ни одной пружинкой не дрогнул и магии не поддался - так и лежал, разочаровывающе раздвоенный. Поттер пошёл нервными пятнами, а Драко чуть не мурчал от удовольствия. — Ты можешь починить его? - спросил Поттер, с надеждой заглядывая в серые издевающиеся глаза. Малфой покачал головой. — Я не стану подтирать за тобой, очкарик. Ты припёрся, заебал меня расспросами, а теперь решил разрушить мой дом. Так что разгребай сам. Поттер скуксился. Он перевёл печальный взгляд с жестокого Малфоя на несчастное кресло, потом вдруг посмотрел на холодильник, чайник, снова на уже не такого гадливо торжествующего Малфоя и хмыкнул. Драко не понравилось выражение его лица. Оно было озарено идеей, что совершенно не шло Поттеру: Поттеру полагалось быть лишь предсказуемо недоумевающим. — Ты не можешь, - заявил он. Драко вспыхнул. — Могу, но не стану. — Ты наверняка знаешь заклинание, но не можешь использовать магию. Ах ты.. мудила. С каких пор в этой лохматой черепушке завелись мозги?! — Нет, это не так, - настаивал Малфой. — Тогда продемонстрируй, - Поттер кивнул на кресло и сделался таким невыносимо самоуверенным, что захотелось выплеснуть его остывший чай прямо в обнаглевшую рожу. Драко не понимал, почему до сих пор терпит очкарика у себя. Но он уже чувствовал, что терпение трещит по швам. — Я не собираюсь что-либо доказывать тебе, Поттер. Поттер повёл плечами и улыбнулся. — Потому что я прав. — Нет, ты не прав. — Очевидно, что прав, - Поттер опасно сверкнул глазами, явно готовый отстаивать свою сраную точку зрения. — Чистокровный высокомерный аристократишка ни за что не обзавелся бы магловской техникой, если б не острая необходимость. Холёный Слизеринский принц не ходил бы с разбитым носом! Драко Малфой, которого я знал... — Да не знал ты Драко Малфоя, Поттер, не знал! - взревел Драко, вскочив на ноги. Поттер неожиданно окрысился и бросил с отвращением: — Не строй из себя невесть что, Малфой! Прекрасно знал! Ты был трусливым жалким Пожирателем! Вот.. сука! — Заткнись! Ты не представляешь, что я пережил! — Да что ты пережил, что?! - завопил Поттер, перекошенный праведным гневом. — Что ты мог пережить, сидя в своём Мэноре под тёплым боком мамочки?! Расстраивался, что не стал любимчиком Лорда?! Вдруг стало мало воздуха. Злость мигом растворила остатки зелья в венах, и Малфой почувствовал, что несётся навстречу срыву, как поезд на самоубийцу - быстро и неотвратимо, сигналя что есть мочи. Разгорающаяся ярость читалась в его глазах, и Поттер отшатнулся, опомнился, смутился, сжимаясь. — Драко, прости, я.. Но Драко было плевать на извинения. — Убирайся, Поттер, - прорычал он. — Убирайся, пока я не разнёс тебя магией, которой, по твоему мнению, у меня нет. Поттер побледнел, но продолжал стоять застывшей тупой статуей. — Драко.. — Убирайся! Лопнула кружка на столике, заливая чаем древний том. Лампочка в кухне часто заморгала, и затряслись книги на полках, угрожая вылететь со стеллажей. Неконтролируемая магия Драко стремительно пробуждалась: зарождаясь в солнечном сплетении, она горячей волной растекалась по телу, заставляя вскипать кровь, обостряя чувства, умножая гнев, а вместе с ним панику. Поттер по-совиному вертел головой из стороны в сторону, пятился к выходу, нащупывая палочку в кармане. — Уйди, ради всего святого, - Малфой уже почти умолял, пытаясь унять бушующее пламя внутри. Он бросился к шкафчику с лекарствами и споткнулся - всё плыло перед глазами, тело не слушалось. Чужая твёрдая рука поймала его за локоть, но Драко тут же отпихнул её. — Уйди! — Ты справишься? — Десять лет без тебя справлялся, Поттер! - он судорожно перебирал склянки, еле удерживаясь на ногах. Голову кружило, склянки троились и мешались между собой. — Может, я.. Мерлин! Да почему же он такой тупой?! Малфой грохнул руками по столешнице. Выброс магии взорвал мигающую лампочку, погружая комнату в вечерние сумерки; задребезжала посуда в шкафах и стекла в оконных рамах. — Да съеби ты нахуй!!! Сколько можно повторять!!! — Прости, - неловко бросил Поттер на прощание; голос его был крайне виноватый. Через пару секунд раздался долгожданный хлопок входной двери. В темноте искать зелье стало сильно проблематично. Драко дрожащей рукой вынул палочку из кармана брюк; он только подумал о Люмосе - и по глазам резанул яркий слепящий свет. Нужный бутылёк нашёлся сразу, но пробка не желала поддаваться - он запихнул её слишком глубоко и теперь пытался отковырять пальцами, зубами, всем вместе. Он еле сдерживался, чтобы не швырнуть склянку в стену. Драко, впусти меня. Нет, Мерлин, только не это!.. Впусти меня. Он резко повернул голову к окну - взгляд не фокусировался, но Драко смог выхватить темнеющее очертание ладони на стекле. Слёзы брызнули из глаз, губы затряслись, и Малфой застонал, падая на колени, но продолжая отчаянно сражаться с пробкой. Я знаю, что ты хочешь этого. — Нет! - закричал он в истерике. — Уходи! Я не хочу, не хочу, не хочу.. Драко твердил одно и то же, заглушая голос в голове, и засмеялся сквозь слёзы, когда ему удалось наконец открыть бутылёк. Малфой хотел выпить лишь треть, но случайно опрокинул в себя всё. О, проклятье... Заваливаясь на пол кухни, всё ещё слыша зовущий голос, эхом звенящий в ушах, он думал о том, как сильно ненавидит Поттера.