Рабочее название: "Одержимость"

Весь ужин Сивый не сводил с него глаз. Драко изредка несмело поглядывал в конец стола, где заседала стая, зверски поглощая сырое мясо, от которого столовая пропиталась металлическим запахом свежей крови. Каждый раз он натыкался на ответный взгляд и отворачивался, делая вид, что нисколько не взволнован. Малфои - отец и сын - занимали места по обе стороны от Лорда. Завистливая уязвлённая Беллатриса источала гнев, сидя рядом с Нарциссой: ей не нравилось, что её законное, как она считала, право находиться по левую руку Повелителя было отдано сопливому мальчишке. Усадив рядом юного "протеже", обласканного особым вниманием и удостоенного чести быть обучаемым самим Лордом, Волдеморт таким образом наградил Драко за "успехи в освоении дознавательского ремесла" - именно так он объяснил своё решение остальным. Не то, чтобы кто-то посмел спрашивать, конечно. С тех пор оборотни побаивались распускать руки, но Сивый всё равно пялился - трогать нельзя, но смотреть никто не запрещал. У Драко всё переворачивалось внутри от его похотливых застывших взглядов. Ужин прошёл в традиционной для этого места мрачной тишине, напряжённой и пропитанной страхом, только с конца стола слышался приглушённый бас оборотней и чавканье крови молодого телёнка. Драко снова поднял взгляд и увидел, как Фенрир, облизываясь, смотрит в ответ, как он вгрызается в мясо, не переставая наблюдать за Драко. Ухмылка кривила окровавленный рот, в глазах читалось чувство безнаказанной уверенности - эти глаза словно говорили "Я поймаю тебя, мальчик, и сделаю всё, что захочу. И ничего мне за это не будет". Драко казалось, что именно такие мысли вертелись в голове оборотня, что новое положение хоть и избавило от домогательств, но перевело игру на иной уровень, сделав её сложнее, но оттого интереснее. Драко тоже это чувствовал. Драко тоже чувствовал, что игра в кошки-мышки с предводителем стаи оборотней стала интереснее. Драко набрался смелости и отзеркалил ухмылку, с удовольствием отметил, как зло сощурились холодные стальные глаза - Фенрир не оценил дерзости мышки, но мышка была довольна, отвела взгляд и больше не смотрела в его сторону. После трапезы, когда все разбрелись по покоям и выжившие, запуганные домовики захлопотали, начиная уборку, Драко остался отдать указания эльфам и проследить за их точным исполнением. Убедившись, что всё в порядке, он покинул столовую последним, двинулся по длинным, погружённым в гулкую тишину коридорам, направляясь в свою спальню. Свечи рассеивали мрак, каблуки стучали по мрамору пола, ни звука больше не нарушало установившегося спокойствия дома, хотя о покое его обитателям приходилось лишь мечтать. Но Драко не жаловался, уже нет: он принял свою роль, осознал её важность и не роптал; Малфой научился не только "дознавательскому ремеслу", но и наслаждению им и усмирению совести. Их семья, благодаря Драко, вновь вернула расположение Лорда, но почему-то родителей это не радовало. Возможно, они не понимали, насколько это серьёзно. Всё шло замечально, Драко вёл себя замечательно, Драко радовал Лорда и удовольствие от его одобрения нельзя было сравнить ни с чем. Если только с.. — Вот ты и попался, щенок, - за очередным поворотом Малфоя настигло возмездие. Сивый, а это был, разумеется, он, схватил его за рукав мантии, дёрнул на себя, развернул и прижал к стене. Драко даже пискнуть не успел, как чужая рука зажала рот. Воздух выбило из лёгких ударом о стену, ладонь не позволяла дышать, и Малфой начал задыхаться. Сгорая изнутри от страха и недостатка кислорода, Драко бился, стиснутый огромным телом, в ужасе глядя в насмешливые глаза перед собой. — Не трепыхайся, пташка, иначе перегрызу тебе глотку, - прорычал оборотень. — Понял? Драко замер и заторможенно кивнул. Ладонь исчезла с лица. Первой мыслью после того, как Драко жадно с хрипом вдохнул, было закричать, но Малфой решил не искушать судьбу, потому шипящим шепотом пригрозил: — Отпусти, а то хуже будет. Сивый низко посмеялся. — Слишком высокой шишкой себя мнишь, - сказал он с пренебрежением. — Лорд таких, как ты, может десятками плодить. Мало, что ли, кровожадных тварей по свету ходит, - чужая ладонь вдруг залезла под мантию, легла на живот, но Драко, хоть и испугался, не рискнул дёргаться. — Но, я уверен, ты из них самый хорошенький. Поэтому не сопротивляйся, птенчик, - прошептал Сивый, похабно скалясь. — Убить, может, и не убью, но могу сделать так, что будешь на Луну выть всю оставшуюся жизнь. Проклятье. Сердце вырывалось из груди, в голове стало сумбурно, но Драко не паниковал, он был взволнован. И возбуждён. Фенрир пах волком, рычал по-звериному и возвышался над Малфоем огромным бесконтрольным животным. Это страшно заводило. Драко помнил, как неистово он трахался, каким был его член, и ловил себя на мысли, что хотел бы этот член внутри. Мерлин, у него давно так не стоял. Он отбросил сомнения, приличия и прочую чушь, он скользнул ладонью по груди оборотня, скрытой рубашкой, отчего тот вздёрнул бровь - Фенрир явно не ожидал такого, но Драко провёл языком по пересохшим губам, и волк с низким рыком впечатался в его рот. Малфой и не рассчитывал на поцелуи, однако ответил, как умел, а умел он плохо. Сивый терзал нежные губы так, как было нужно Драко - настойчиво и жестоко; поцелуй больше походил на заявление прав, чем на ласку, но ласки Малфой и не хотел. Он хотел, чтобы его взяли, чтобы оборотень развернул его к стене, задрал мантию, снял брюки и вошёл, чтобы до крови, чтобы было больно. Чтобы волк хрипел, рычал на ухо от того, как узкий зад Драко сжимается вокруг его члена, чтобы он выл в оргазме, заполняя Драко своим семенем. Малфой очень-очень этого хотел, потому впивался в чужие губы, потому шарил руками по сильному телу, прижимаясь ближе, и скулил в поцелуй. — Ах ты похотливый сучонок, - отстранившись, прошептал Сивый, загнанно дыша. — Не ждал от тебя такой прыти, - ладони смяли ягодицы, и Драко, застонав, сильнее притёрся к его бедру, желая более полный контакт. — Трахни меня уже, - потребовал Малфой. — Я не могу, хочу.. ааах! - Фенрир сжал член Драко через брюки, и жар растёкся по венам, а перед глазами поплыли белые мухи. Драко подался навстречу руке, вцепляясь пальцами в широкие плечи. — Сначала ты мне отсосёшь, - с ухмылкой сказал оборотень, видимо, ожидая сопротивления, но Малфой только закусил губу, плавясь от возбуждения. Сивый оскалился, глядя на него. — Ну ты и шлюшка, парень. Знает ли твой папаша, какую подстилку воспитал? Его слова не задевали, наоборот, подзадоривали, и Драко с улыбкой начал оседать, теребя пальцами пряжку чужого ремня, но строгий голос остановил его: — Что здесь происходит? Драко подскочил. Это была мать. Он взглянул на Нарциссу, стоящую неподалёку, сжимающую кулаки и губы в полоску разочарования. — Оставьте моего сына в покое, - потребовала Нарцисса, обращаясь к Фенриру. Оборотень нисколько не смутился, хозяйке дома перечить не стал, одёрнул рубашку и ушёл, улыбаясь. Напоследок подмигнул Драко, давая понять, что они только начали. Провожая Сивого взглядом, Драко еле сдержал ответную улыбку, лишь уголок губ дрогнул. Он Нарциссы не ускользнуло его особое расположение духа, но она никак не прокомментировала увиденное, воспитание не позволяло ей акцентировать на этом внимание. — Тебе нужно быть осторожнее, Драко, - холодно сказала Нарцисса. Пряча веселье за неубедительной сдержанной маской, Драко кивнул матери, предвкушая следующую встречу с Сивым.

***

— Быстрее, - требовал Малфой, вскидывая бёдра. — Быстрее, блять! Быстрее! Гарри, удобнее перехватив его ноги, взял такой угол, при котором Драко завопил отчаянно и громко. Привязанные к изголовью руки затекли, возбуждение стало болезненным, член ныл, требуя разрядки, и словно прочитав мысли Драко, Поттер начал дрочить ему, стараясь не сбиваться с ритма и трахать Малфоя под тем углом, при котором он так заливисто орал. Крик превратился в протяжный вопль, когда напряжение наконец уступило место оргазменной волне, когда тягучая острая сладость растеклась по нервам, когда Драко излился на живот, - и оборвался облегчённым стоном. Поттер продолжал вбиваться в расслабленное тело, тяжело дыша, но Драко не слышал, как он кончил, он ничего не слышал, весь мир размазался и из звуков - лишь писк в голове. Он ощутил только, как Гарри упал рядом, беспалочково снял Инкарцеро и сгрёб его, измазанного спермой, в объятья. Но открытая с ноги дверь спальни быстро вернула к жизни. — Мама! - взвизгнул Драко, подскакивая, быстро прикрывая себя одеялом, а Поттера - подушкой. Нарцисса стояла в проёме запыхавшаяся, взлохмаченная, с совершенно круглыми глазами. Она за пару секунд оценила обстановку, в мгновение стала красной и, ойкнув, тут же убежала обратно. Гарри, прижимая к себе подушку, нащупал очки на тумбочке. Водрузив их на нос, поинтересовался: — У нас проблемы? Она не знает, что ты гей? Драко вздохнул. — Разумеется, знает. — Не знает, что мы вместе? — Знает. — Значит, проблем нет, - оптимистично резюмировал Гарри. Малфой не разделил оптимизма. — Только неловкий разговор.

***

Нарцисса нервно теребила кухонное полотенце, которому не посчастливилось лежать на столе, когда она, расстроенная и смущённая, вбежала в кухню и плюхнулась на стул. Следом влетел Драко, за ним - Поттер, запутавшийся в футболке. Они оба выглядели непотребно взъерошенными, но не было смысла делать вид, что они занимались не тем, чем занимались - мать всё видела и наверняка ещё и слышала. Её жалобное: — Ты так кричал, милый, - вместо приветствия подтвердило догадки. Драко стал малиновым до кончиков волос. И Поттер вместе с ним. Они, как нашкодившие школьники, опустились на стулья напротив Нарциссы, не зная, что говорить. Все присутствующие хотели провалиться сквозь землю. — Мам, ты.., - начал Драко, но Нарцисса выпалила быстрее: — Ну и когда свадьба? — Мама! - завопил Малфой, сменив малиновый на бордовый. Поттер сравнялся с ним цветом. — После того, что мистер Поттер сделал с тобой, он обязан взять тебя в мужья, - понизив голос, строго произнесла Нарцисса. Она говорила с Драко, но при этом недобро косилась на Гарри за то, что тот осквернил её ребёнка. Малфой упал лбом в ладони и застонал. Поттер хотел оправдаться: — Миссис Малфой, я не.., - но Драко не дал продолжить - он пихнул Гарри локтем в бок и прошипел: — Ничего не говори, не поощряй её. Нарцисса ахнула, надулась и скрестила на груди руки, демонстративно уставившись в окно. — Нельзя так с мамой, - смущённо пробубнил Гарри. — Спасибо, мистер Поттер, - сказала обиженная мать. — Гарри, - поправил мистер Поттер. — Зовите меня Гарри. Нарцисса смягчилась. Морщинка между бровей разгладилась, уголки губ приподнялись, и вся она приобрела добродушный вид. — Хорошо, Гарри, - она распутала руки, придвинулась к столу и, наклонившись ближе, радостно заявила: — Именно такой человек, как вы, и нужен Драко: добрый, смелый, честный, из хорошей семьи и, самое главное, почитающий родителей, а то этот оболтус.. Малфой тут же вынырнул из ладоней и в который раз страдальчески протянул: — Мамааа! Но мама не внимала, продолжая зудеть: — .. этот оболтус мать ни во что не ставит: не слушается.. — Мне 27! — .. не навещает.. — Ты же сама ко мне приходишь! — .. хамит, грубит и совсем не любит маму! — Неправда, я не хамлю, не грублю и люблю маму! Нарцисса снова насупилась и пробурчала: — Что-то не видно. Драко выразительно посмотрел на Поттера, умоляя сделать что-нибудь, а Поттер не знал, что делать: он беспомощно переводил взгляд с Драко, лицо которого выражало вселенское страдание, на его скуксившуюся мать и обратно. Он не придумал ничего лучше, чем пообещать: — Я.. проконтролирую, чтобы он не грубил вам, миссис Малфой. Про.. проконтролирует?! — Кто тут ещё кого.., - собирался возмутиться Малфой, но прикусил язык. — Он проконтролирует, мам. Мать это устроило, и она снова просияла. В прошлую субботу, когда Драко сообщил ей о "них", Нарцисса натурально неаристократично запрыгала, повизгивая, захлопала в ладоши и воскликнула "Да, чёрт возьми!", чем повергла сына в шок. Она весь вечер жужжала о том, какой Поттер замечательный, что вражда была неспроста и как им обоим повезло друг с другом. Драко не стал упоминать, что Гарри с ним не на добровольных началах - он и себя заставлял забыть об этой незначительной детали, ведь всё между ними хорошо и таким и останется, если держать язык за зубами. Вот и сейчас Нарцисса не сводила влюблённых глаз с краснючего Гарри, беспокойно ёрзающего на стуле, умоляющего взглядом прекратить эту пытку. Но пытка не прекращалась ещё целый час: под чай и уродские кексы с киви и копчёным сыром, одним из которых Поттер отважно давился на протяжении всего чаепития, мать трещала о том, что позовёт на свадьбу всех, кто отвернулся от неё, чтобы они увидели, что её сын не какой-то там мерзкий Пожиратель, как все считали и шептались за спиной, а достойный человек, раз его выбрал сам Гарри Поттер. Драко хотелось плакать. Он стал красным настолько, насколько это возможно. Малфой дважды пнул мать под столом и оба раза попал в Поттера. Нарцисса не замечала его взглядов и намёков, даже сказанное прямым текстом игнорировала и продолжала восхищаться их чудесной парой и планировать свадьбу. Было стыдно перед матерью. Она думала, что Гарри выбрал Драко, увидев в нём то, что другие не видели, то, что видела одна лишь мать. Но Поттер ничего такого не видел, да ничего такого в Драко и не было - только подлость и тьма, а Гарри.. просто не имел этого самого выбора. Он ничего и никого не выбирал. Малфой выбрал за него, и если по большей части ему было плевать на это, то восторги Нарциссы бередили раны, заставляли нервничать, поднимая похороненную совесть из могилы. Поэтому Малфой по прошествии часа настойчиво спровадил мать домой - он не мог позволить воскреснуть тому, что должно было быть мертвым. Для его же блага. После ухода Нарциссы Поттер стал каким-то особо тихим: молчал и отрешённо намывал посуду, пока Драко таскал её к раковине. Как-то так получилось, что они оба словно забывали о магии в рутинных делах: Малфой всё ещё не привык колдовать направо и налево, а Поттер, видимо, в чужом доме придерживался чужих правил. Драко всегда тревожился, когда Гарри подвисал и уходил в себя. Ему постоянно казалось, что он вот-вот обо всём догадается и вынырнет из задумчивости с обвинением в использовании приворотного зелья, что по сути являлось изнасилованием и наложением Непростительного, ведь зелье базировалось на Империусе. Драко бы сразу поехал в Азкабан, но самое страшное - он бы лишился Гарри. От этой дикой чудовищной мысли сжалось сердце. Лишиться его?.. Уму непостижимо. Лишиться его ласки? Его влюблённого взгляда? Как бы он посмотрел на Драко, если бы узнал обо всём? Или бы действие зелья каким-либо образом вдруг прекратилось? Как хорошо, что такое невозможно. Но почему-то от этого было не легче. Повинуясь порыву, Драко подошёл к Гарри и обнял со спины, прижимаясь, обвивая руками. Будто никому не хотел отдавать. — Ты чего там думаешь? - спросил он молчаливого Поттера. — Думаю о том, что сказала твоя мать. Драко вдохнул шумно, наслаждаясь тёплым запахом Гарри. — Моя мать много чего наговорила.. — Я про замужество. Блять. Вода перестала шуметь, тарелка со стуком опустилась в раковину, Гарри стряхнул воду с рук и повернулся к Драко, чересчур серьёзный, со сдвинутыми бровями. Сердце заколотилось в груди, и Малфой нервно сглотнул, ожидая.. сам не знал, что можно было ожидать от такого взгляда, но точно ничего хорошего. — Моя мать зачастую не соображает, что несёт, - с усмешкой выдавил Драко. Беззаботность получилась неубедительной. — Я думаю о том, что.., - .. "что иди-ка ты к чёрту со своей мамашей", "что я лучше руку себе отгрызу, чем когда-нибудь позову тебя замуж", "что.." — Мы могли бы сделать это. А?.. Малфой даже рот открыл. Он что?.. Ебанулся? — Поттер, ты ненормальный? Мы же на прошлой неделе только встречаться начали! Для Гарри это, похоже, не являлось весомым аргументом. Он возразил: — Но ты нужен мне, - и обхватил плечи Малфоя, заглядывая ему в глаза. — Я чувствую, что так будет всегда. Зачем ждать, если я уверен? - Гарри улыбнулся, любуясь Драко, но вдруг изменился в лице и испуганно спросил: — Ты.. не хочешь? Конечно же, Драко хотел. Он хотел Поттера от начала до конца, иметь его не только в спальне, но и в паспорте, чтобы все знали и видели, кого выбрал Герой, с кем он счастлив и без кого не мыслит жизни. Но так же Драко хотел оставаться в тени, чтобы не вызывать лишних вопросов, вместе с вопросами подозрений, вместе с подозрениями, не дай Мерлин, расследований. Поэтому да, Драко хотел, и нет, замуж он не собирался. По крайней мере, пока что. Но предложение, конечно, было лестным. К тому же существовало ещё одно немаловажное богомерзкое препятствие: — Ты же женат, Поттер, забыл? Поттера и это не смутило. Поведя плечами, он ответил: — Уже нет, - и брови Малфоя взметнулись к небесам. Вот тебе раз. Как интересно... В голове сразу, перебивая друг друга, закопошились вопросы, но Драко задал самый глупый: — В каком смысле? — Мы развелись пару недель назад, - это, разумеется, было очевидно, но не для Драко. — Из-за меня? - спросил он, не чувствуя ни грамма вины. Гарри покачал головой. — Нет, из-за меня, - его руки поползли по плечам вниз, и вверх, задирая рукава толстовки, и снова вниз, разогревая кожу Драко под горячими ладонями. — Мы давно жили как соседи, но появился ты, и.. я решил, что пора её отпустить. Поглаживания были приятными, и голос Гарри был приятным, и его взгляд, и потрясающая новость о том, что рыжая жена самоустранилась. Только странно, что никто об этом не знал. — Почему же за тобой гуськом не бегают репортёры? — Мы пока не объявили, - ладони скользнули к ладням Драко, сжали, поднесли к губам.. — Пройдёт немного времени, всё устаканится и тогда... - два невесомых поцелуя - по одному на каждую руку - остались гореть на подрагивающих пальцах. — Но ты не ответил. Малфой, заворожённый нежностью Гарри, заморгал и уточнил: — На твоё дурацкое предложение выйти замуж? - Поттер кивнул, а Драко фыркнул: — Разумеется, нет. Кажется, не такого ответа ждал Поттер. — Почему? - он напрягся, посмурнел и затаил дыхание, стискивая пальцы Драко своими. — Я не намерен терпеть такого кретина всю жизнь, - пробубнил Малфой. Гарри вдруг побледнел. Глаза его стали круглыми, напуганными, зрачок сузился, и слёзы собрались в уголках; он поджал губы и смотрел на Драко с такой обречённостью и упрёком, будто тот только что вынес ему смертный приговор. — О Мерлин, Гарри, я пошутил! - воскликнул Драко, хватась за плечи Поттера, вынуждая того внимать его словам. — Но для замужества ещё слишком рано. Гарри долго не отводил пристального взгляда, изучая лицо напротив, потом тихо-тихо произнёс: — Не шути так никогда, - его голос был твёрдым, серьёзным, в нём слышались слёзы и мольба. Драко испугался, но совершенно искренне ответил: — Обещаю, - он вернул Гарри его ласку: так же обхватил ладони, поцеловал похолодевшие пальцы - Гарри смягчился, улыбнулся ему, и Драко продолжил: — Но знаешь.. ты мог бы переехать ко мне. Хочешь? Поттер повеселел окончательно. Даже секунды не думал, выпалил: — Хочу. А почему не ты ко мне? Драко нравился его энтузиазм. Как и мысль о том, что Гарри будет каждый день ложиться и просыпаться вместе с ним. — Потому что здесь у меня лаборатория. — Точно. Тогда завтра перетащу вещи, - и счастливый до безобразия Поттер резво притянул Малфоя и вовлек его в поцелуй. Драко всё ещё не привык к их "вместе", к их близости и нежности; ему до сих пор зачастую казалось, что всё сон и он может проснуться в любой момент, что Гарри сейчас растает, а его губы на губах Драко окажутся бредом. Иногда Малфой не мог уснуть, пытаясь убедить себя, что происходящее не галлюцинация и мозг не играет с ним жестокую игру. В такие моменты он не спал до рассвета, слушая, как смеётся над ним Тень. Этот страх напитывал горечью каждое его касание, но в то же время придавал остроты: Драко целовал, как в последний раз, отдавался целиком, брал всё, что Гарри давал ему, и пытался, ощущая себя на стыке реальности и бреда, не сойти с ума окончательно. Вот и теперь он впивался в его рот так жадно, будто хотел что-то доказать. Наконец стало мало воздуха, и они, запыхавшиеся, разорвали поцелуй. — Завтра последний день отпуска.., - напомнил Малфой, облизав припухшие губы. Внимательно наблюдая за движением его языка, Гарри произнёс отрешённо: — Да, в понедельник в новый отдел... — Гарри Поттер больше не кадровик? - усмехнулся Драко. Поттер цокнул укоризненно, всё ещё крепко прижимая его к себе. — Ты же знаешь, я не могу об этом говорить. Будто бы это кого-то волновало. — Но я-то могу. И мне нравится издеваться. И.., - длинный палец нарисовал томную змейку на груди Гарри, а губы изогнулись соблазнительной улыбкой. — Мы же хотели не вылезать из кровати всё воскресенье. — Значит, будем отдуваться ночью, - вернув улыбку, ответил Поттер. Он аккуратно откинул с плеча волосы Драко за спину, притянул его, уткнулся носом в висок и прошептал на ухо: — С ума по тебе схожу. Никогда не думал, что будет так.., - дальше Малфой не собирался слушать: он пополз из рук вниз, и сверху донеслось растерянное: — Куда ты? — Начинаю нашу ночь, - ответил Драко, стоя на коленях и расстегивая пуговицу на брюках. Гарри над головой рвано выдохнул. Съехала собачка молнии, брюки упали на пол, следом - бельё, и вот уже Малфой смотрит на полувставший член Поттера, обхватывает пальцами, затем губами и слышит приглушённый стон. Гарри быстро стал твердым, несмотря на то, что они трахались чуть ли не каждый день и не по разу. Плотно обхватив член, Драко насаживался на него, наращивая темп, с влажными звуками выпускал изо рта, облизывал головку с таким наслаждением, будто она была сахарной, и снова заглатывал до основания. Он стонал и Гарри стонал вместе с ним, сходя с ума от вибрации горячего горла Драко. Малфой чувствовал, что Поттер приближается к грани, и ускорялся, помогая рукой, но Гарри вдруг остановил его, поднял недоумевающего на ноги, развернул, поменяв их местами и сам опустился на колени перед Драко. О великая Магия, он ещё никогда не.. Член Драко топорщил пижамные штаны, которые он нацепил, одеваясь в спешке, Гарри снял их вместе с бельём и Малфой затаил дыхание. Поттер смотрел в нерешительности и так же в нерешительности сказал: — Я не знаю, что нужно делать. И это, блять, было совершенно очаровательно! — То же самое, что делал я, - непослушным голосом проговорил Малфой. Поттер скривился и протянул: — Так классно у меня не получится. Вот это комплимент! — Спасибо, - Драко хмыкнул. — Я много практиковался, - после этих слов Гарри вдруг побагровел, сжал губы, раздул ноздри гневно, и Малфой торопливо воскликнул: — Шутка! Это врождённый дар: у тебя летать - у меня сосать. Я считаю, мне повезло больше, - и неуверенно улыбнулся. Поттер взглянул снизу недоверчиво, но через пару секунд вернул лицу выражение непринуждённости и заявил: — Требую мастер-класс. Малфой оценил его рвение, в предвкушении повелел: — Возьми его, - и Гарри послушно обхватил пальцами член Драко. — Вот так, да.. Оближи головку, - Гарри и это выполнил: сдвинув крайнюю плоть, он несмело слизал кончиком языка каплю предэякулята, пробуя на вкус, и Драко задохнулся: — Ох, чёрт! Поттер тут же вскинул встревоженный взгляд. — Что такое? — Ничего, продолжай, - Гарри продолжил: лизнул головку ещё раз, и ещё, а Малфой проскулил: — Ох, Мерлин, - и снабдил дальнейшими инструкциями: — Обхвати.. губами.., - Гарри последовал указанию и.. — ..блять. Блять! - у Драко сбилось дыхание от жара чужого рта. — Глубже, бери глубже.., - Гарри взял глубже и по неопытности саданул зубами нежную кожу; Драко зашипел: — Зубы, Поттер! Поттер возмутился: — Куда я тебе их дену?! — А ты думал, это просто? Погоди, сейчас ещё челюсть заболит, - Гарри цокнул, снова погрузил в себя член, стараясь шире открыть рот и спрятать зубы за плотным кольцом губ. — Ох, Салазар, - выстонал Малфой, едва сдерживаясь, чтобы не толкнуться во влажную гостеприимную мякоть чужого рта. — Как же ты охуенно смотришься, я готов кончить от одного твоего вида.. - он любовно убрал волосы со лба Гарри, запуская в них пальцы, и низким от возбуждения голосом произнёс: — А теперь соси, мой сладкий, - неловко, неуклюже Гарри начал сосать: он брал неглубоко и всё равно давился. — Оххх, чёрррт! - у Драко мутился рассудок от этой картины - Гарри Поттер полуголый на коленях перед ним, Гарри Поттер с его членом во рту. — Хочу, чтобы ты дрочил себе, давай.., - Поттер обхватил себя и простонал, рука на его члене двигалась в одном темпе с головой, восхитительно-пошлые звуки разносились по кухне. Гарри дрожал от желания и дрожал Драко, чувствуя, что сводящее с ума возбуждение вот-вот всплеснётся в нём оргазмом. Из последних сил он проскулил, задыхаясь: — Проклятье, ты восхитителен, Гарри. Быстрее.. Я кончу тебе в рот, Поттер, и ты всё проглотишь.., - Гарри не стал возражать, только увеличил скорость, заставляя Драко закусить губу от наслаждения. — Быстрее! - требовал Малфой, не слыша ничего, кроме оглушительного стука сердца, приближаясь к краю, пересекая край и падая в омут удовольствия с длинным сладким стоном. Он кончил в горло Гарри, послушно принимающего сперму Драко. Поттер облизнулся и проглотил всё до последней капли, и от развратного движения его кадыка снова всколыхнулось возбуждение в паху. — Ну как, вкусно? Гарри прислушался к ощущениям и вынес вердикт: — Странно. — Ты в порядке? - поинтересовался Драко, натягивая штаны обратно. — Полнейшем, - ответил Гарри, поднимаясь. Малфой привлёк к себе Поттера и со вкусом поцеловал, чувствуя, как будоражаще солоно во рту Гарри от его семени. Невероятно. — Моя очередь, - объявил он и вновь опустился на колени, взял в руку член и затребовал: — Выеби меня в рот, Поттер. — Я не хочу так с тобой... Проклятый святоша. — А я хочу, - настаивал Малфой, надрачивая Поттеру. — Я хочу, чтобы ты безжалостно трахнул мой рот, давай, - он взял ладонь Гарри и положил себе на затылок, желая, чтобы тот руководил процессом. Поттер жалобно протянул, вплетаясь пальцами в распущенные волосы: — Драко.. Малфой был непреклонен: — Без лишних слов, берёшь и трахаешь, - он пошло улыбнулся и добавил: — И кончаешь на лицо. По тому, как дёрнулся член Поттера, можно было предположить, что эта идея, несмотря на упёртый протест, ему всё же нравилась. Он мягко притянул Драко к паху, заставляя того открыть рот и взять член. Малфой положил руки на бедра Гарри, расслабил горло и вобрал его до основания, получая в награду сладостный стон и вторую ладонь на затылке. Малфой замер, а Гарри, окончательно принимая условия игры, вышел медленно и так же медленно вошёл, фиксируя руками голову Драко. Он снова качнулся туда-обратно, так же медленно, и Драко ущипнул его, требуя ускориться, требуя выполнить условия - трахать жёстко и не нежничать. Гарри повиновался: постепенно он нарастил темп, всё быстрее проталкивая член сквозь плотно сомкнутые заалевшие губы, всё громче постанывая, всё меньше контролируя себя. Малфой давился и задыхался, слюна стекала по подбородку, глаза слезились, и это было именно то, чего он хотел, это было так восхитительно, так горячо, так громко и на пределе. Поттер зверем взвыл, когда кончал на лицо Драко, когда смотрел, как белёсая сперма пачкает светлые подрагивающие ресницы, каплями падает на язык; как Драко довольно облизывается, в который раз пробуя вкус Гарри, как мурчит по-кошачьи, словно кот, налакавшийся молока. Поттер протянул руку и размазал своё семя по улыбающимся губам. — Ты невероятный, - сказал он, заворожённо глядя сверху на Малфоя. В ответ Малфой поймал ласкающую ладонь и поцеловал пальцы.

***

Драко смотрел в зеркало и улыбался. Вода шумела, прозрачные капли падали с подбородка, а он выглядел совершенно шальным: губы припухли, покраснели, блестели влажно, взгляд расфокусировался, глаза, заволоченные оргазменной негой, сияли, лицо было расслабленным и свежим. Он ещё раз плеснул воды, умылся, стирая остатки чужого семени. Поднял взгляд в отражение и на мгновение застыл - Тень стояла позади, колыхалась мрачным зыбким эфиром и молчала. — Проваливай, - злобно бросил Драко. — Мне не до тебя сейчас. Зато мне всегда до тебя. — Мне хорошо с ним, чего ты пристала? А ему с тобой хорошо? Дура. Грёбаная дура. Малфой упрямо сдвинул брови. — Я его не обижаю. Это пока. Драко вцепился мокрыми руками в край тумбы, капая водой на кафель пола. — Я никогда его не обижу! - дыхание стало тяжелым, а губы задрожали. Ты сам себе веришь? Тень приблизилась, и Малфой напрягся, не отводя взгляда от зеркала. Ты веришь, что с тобой он в безопасности? Что ты сможешь контролировать себя? — Ты издеваешься? - процедил Малфой. — Именно ты делаешь меня жестоким! Из-за тебя я становлюсь зверем! Драко затрясло, в глазах заблестели слёзы, а Тень всё надвигалась, тянулась к нему, шептала: Я всего лишь часть тебя. Мои желания - это твои желания, в которых ты боишься признаться. И место моё всегда было и будет в твоём сердце. Её руки легли на плечи, колючий холод обжёг Драко, и слёзы жгли, скользя по щекам, и жёг страх, сковавший непослушные мышцы. Малфой с ужасом наблюдал, как чёрные пальцы ползут на грудь, подбираясь к сердцу, как тьма клубится над рёбрами и проникает внутрь, взрезая льдом кожу. Острая боль ускорила пульс, магия вскипела в венах, вырываясь наружу, лопнула лампочка - её случайный осколок вспорол скулу, и Малфой вскрикнул, превращая крик в протяжный высокий вопль. Тень кромешным мраком сгущалась вокруг, окутывая Драко, стискивая сердце жестокими пальцами, поглощая звуки и свет, расползаясь по нервам, выворачивая рёбра. Пытка стала невыносимой: Драко кричал, задыхаясь, захлёбываясь слезами, его трясло, а тьма всё пожирала изнутри, заставляя биться в агонии, заставляя желать смерти, лишь бы прекратить мучения. Казалось, что конец уже близок: Драко слышал голос, знакомый любимый голос; Драко не помнил, чей он, он даже себя не помнил - боль заполнила прошлое, настоящее и будущее, словно ничего не существовало в его жизни, кроме боли. Другие руки, горячие, вцепились в плечи, встряхнули; голос стал близким, громким, он всё нарастал, вытесняя гул в голове, и в итоге из приглушённого зова превратился в отчаянный крик: — Драко! Драко... он знал Драко. Кто же.. Точно. Он сам был Драко. Преодолевая сопротивление, Драко открыл глаза и увидел перед собой бесконечную зелень, напоминающую сочный цвет свежих листьев, молодой травы и тёплого лета. Драко даже показалось, будто сквозь смрад подступающей смерти он уловил тонкий запах лаванды; и всё это - голос, зелень, лаванда - слились воедино и стали.. — Гарри?.. Это был Гарри, Гарри, которого он любил, который смотрел на него с паническим беспокойством и понемногу обретал чёткие линии, вытесняя собой страх, успокаивая болезненные спазмы. Драко наконец смог вдохнуть, понял, что лежит на полу ванной, а Гарри держит его на руках, что всё в порядке и Тень ушла вместе с агонией. — Драко, что произошло?! Мерлин, ты так кричал! Я думал, что потеряю тебя! - Поттер был на грани истерики, он дрожал и убирал нервными пальцами налипшие на лоб Малфоя тонкие пряди волос. Драко еле смог разомкнуть губы, горло саднило, во рту был отчётливый вкус крови, и пахло металлом; голос пропал, даже шептать не получалось - лишь тихо надсадно шипеть: — Всё хорошо, - произнёс он едва слышно. — Я в порядке. — В каком ещё, блять, порядке?! - чуть не вскричал Гарри, сжимая пальцы на его плечах. — Ты орал, будто тебя живьём резали! Ты валялся на полу и бился в припадке, когда я прибежал! У тебя кровь носом, ты весь в чёртовой крови! - под конец он разошелся, рассвирепел, а Драко понял, почему пахнет металлом и почему так невкусно. — Всё хорошо, Гарри, - повторил Малфой, улыбаясь. — Правда. Я же с тобой.