Сломанный механизм

Карлу очень не нравилось, когда Матерь Миранда отбирала его «игрушки», в особенности, с таким невероятным потенциалом, как последний, найденный им экземпляр. Однако, спорить с ней было не только абсолютно бессмысленно, но и чревато более плачевными последствиями для него самого. Гейзенберга сложно было назвать искусным дипломатом, но тем не менее, он всегда отчётливо понимал, когда стоит вовремя замолчать и подчиниться. По крайней мере до тех пор, пока он наконец не доведёт до совершенства свой план по свержению этой чокнутой семейки. Возможно, где-то в глубине души он понимал, что это давным-давно стало его идеей фикс - настоящей одержимостью. Но, строго говоря, Карл не слишком был склонен к самокопанию. Он просто занимался тем, что умел лучше всего: проектировал, строил, создавал. Карл делал это по инерции, подогревая себя мыслью о тех изменениях, которых всё равно не происходило уже много лет. Собственно, как и сейчас. Гейзенберг склонился над очередным чертежом, в надежде на внезапное озарение, так как ему пришлось отмести уже пять вариантов гипотетических модификаций для его мёртвых механических детищ. Но в голову Карла, так или иначе, не переставали лезть мысли о новеньком члене их «семьи». «А ведь если эта сучара Миранда не успеет запудрить девке мозги, то из неё может выйти толк, учитывая её способности» - размышлял Гейзенберг, прикуривая сигару и расслабленно развалившись на стуле. То, кем являлась эта девушка до появления в деревне, не играло для него совершенно никакой роли. Он просто нашел её истерзанное ликанами тело на пролеске, неподалёку от фабрики. «Очередная деревенская дура попала под раздачу» - заключил Карл. Однако, любопытство заставило его присмотреться к ней поближе. Какого было его удивление, когда девушка начала подавать признаки жизни, и это в её то плачевном состоянии! Левое предплечье фактически полностью отсутствовало, по всему телу красовались огромные следы когтей и клыков. Очевидно, что кровопотеря была просто колоссальной. Забрав её к себе, Гейзенберг не руководствовался жалостью, состраданием или же здравым смыслом. Но ему безумно захотелось попробовать собрать по частям настоящего живого человека, вместо тех безмозглых мертвецов, с которыми он обычно работал. - Собрал на свою голову! – злобно выплюнул Карл и затянулся терпким дымом сигары. Глаза щипало то ли от смога, то ли от недостатка сна. Он устало потёр переносицу и собрался было снова погрузиться в свои мысли, но услышал сзади себя громкое лязганье и недовольный женский возглас: - Твою мать! Гейзенберг резко обернулся и его взгляд упал на крепкую невысокую девушку, которая с недовольной гримасой потирала голень. Вместо левой руки у неё был новенький механический протез, но управлялась она с ним так, будто тот являлся неотъемлемой частью её тела. - Ты же, вроде как, руку теряла, а не ногу! Или ещё и ходить разучилась, придурочная? – Карл вскочил со стула, и подошёл поближе к девушке, злобно сверля её взглядом через очки. - Не я же раскидала вокруг себя весь этот металлолом, - ответила его нежданная посетительница, и одним лишь взмахом руки отбросила от себя подальше ту самую рухлядь, об которую споткнулась. Озлобленное выражение Гейзенберга сменилось лёгким удивлением и заинтересованностью: - Хм, а ты быстро осваиваешься. Постепенно начинаешь привыкать к преимуществам каду, а, дорогая? – лукаво улыбнувшись выдал Карл, щёлкнув пальцами прямо перед лицом девушки, заставив её этим резко отпрянуть. - Да-да, разумеется, одни сплошные плюсы, которые так же включают в себя тошноту и такую ломоту в костях, что хоть на стену лезь, - девушка поморщилась, - и слушай, называй меня по имени. Меня, вообще-то, Эйш зовут. Приятно познакомиться! - А ты не оборзела? – со смешком произнес Карл, очередной раз затягиваясь сигарой и выпуская дым, прямо девушке в лицо, - мне глубоко плевать, как там тебя зовут. А тебе пора прекращать ныть и вваливаться ко мне в кабинет без спроса. Ты зачем вообще сюда припёрлась? Эйш в ответ закашлялась и ответила, отмахнувшись: - Кхм, так это помойка - твой кабинет? – но, увидев, как нейтральное выражение лица Гейзенберга снова меняется на гневливое, торопливо продолжила, - Матерь Миранда зовёт нас к себе, только нас вдвоём. Я полагаю, её интересует то, как проходит моя трансформация. - А причём здесь я? – спросил мужчина, пожав плечами. - Ну наверное при том, - едко начала девушка, - что это твои ликаны чуть не разодрали меня в клочья на дороге. И именно ты меня подобрал и вживил этот протез забавы ради, - Эйш стукнула кулаком по своей левой руке, которая отозвалась лёгким стальным звоном, - я уже и так поняла, что ты полный мудак, Карл, - она нарочито громко произнесла его имя, впившись взглядом в Гейзенберга, - можешь перестать это доказывать снова и снова своим хамством. Гейзенберг опешил от такой вопиющей дерзости. Он начал нервно расхаживать по комнате, а все металлические предметы вокруг угрожающе завибрировали: - То есть вот она, твоя благодарность? – Карл встал прямо перед Эйш, чуть наклонившись, чтобы видеть её глаза и продолжил говорить, активно жестикулируя, - то есть тогда, в этом сраном лесу, выстроилась целая очередь желающих тебя спасти и поставить на ноги, а я, мудак такой, взял и всё испортил? Знаешь что, дорогуша, а не пойти ли тебе нахрен со своими закидонами? – полушёпотом произнёс мужчина, почти вплотную приблизив своё лицо к лицу девушки, обдав её резким запахом табака. Эйш первая разорвала зрительный контакт, на один шаг отошла от Карла и тихо произнесла, скрестив руки на груди: - Знаешь, а я не думала, что у тебя настолько хрупкое эго. Но не держи меня за дуру, ведь я прекрасно понимаю, что тебе совершенно плевать на спасение страждущих. Я просто очередной твой эксперимент, сломанный механизм, который у тебя чудом получилось починить, - Карл на мгновение застыл, внимательно ловя каждое слово девушки, а та продолжала, - тем не менее, мне вполне ясны твои мотивы. Гейзенберг усмехнулся и пренебрежительно спросил, состроив ехидную гримасу: - Ишь ты, какая умница нашлась! Ну и каковы мои мотивы, по-твоему? - У тебя явно зуб на Матерь Миранду, это очевидно, - ответила Эйш, - а теперь ты нашёл еще один план «б» в виде меня, но она и это у тебя отобрала, решив сделать меня очередным сосудом. Однако, - девушка ухмыльнулась и подошла ближе к Карлу и снова сконцентрировала свой взгляд на его лице, - тебе будет просто достаточно мне подыграть. Поверь, я как никто готова к сотрудничеству. Гейзенберг снял очки, сделал шаг навстречу Эйш. Она продолжала сверлить его своими зелёными глазами. Над левой бровью у неё красовался огромный свежий шрам, оставленный на память после последней переделки. Карл внимательно всмотрелся в её лицо. Возможно, из-за роста и телосложения, девушка могла показаться довольно моложавой, но тем не менее, при ближайшем рассмотрении можно было разглядеть небольшие возрастные изменения, принадлежавшие уже довольно зрелой женщине: небольшая россыпь морщинок вокруг глаз и парочка седых прядей, которые выбивались из густой копны тёмно-русых волос. Она создавала впечатление человека, который достаточно дерьма повидал, но впервые за долгое время, Карлу стало искренне интересно - какого именно. - Кто ты вообще такая? – тихо спросил мужчина, и совершенно бесцеремонно схватил её за подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза, - ты же явно не местная деревенская простушка, которая забрела не в ту степь. Эйш нервно сглотнула, но не растерялась: - Теперь это уже не так важно, не так ли? – ответила она вполголоса, но глаза её заслезились от нарастающего напряжения, - я ведь понимаю, что произошедшее со мной подобно смерти, и к прошлой жизни мне уже никогда не вернуться. Придётся привыкать к нынешней страшной сказке, с её монстрами и фанатиками. Гейзенберг хмыкнул и резко отпустил подбородок девушки, слегка оттолкнув. Та попятилась назад, растирая участок кожи, который только что сжимали грубые кожаные перчатки. - Ведёшь ты себя точно так, будто у тебя девять жизней, как у грёбаной кошки, - ответил Карл и хрипло рассмеялся, но снова состроил серьёзную мину, - но, как бы то ни было, у меня нет никаких оснований тебе доверять только потому, что ты прилипла ко мне, как банный лист. Девушка нервно хихикнула и ответила Карлу, театрально разводя руками: - Ну ты уж прости, из всей твоей весёлой семейки только ты не хочешь меня сожрать или кому-то скормить. Да и диалог с тобой вести куда как проще, чем с вашим ходячим карпом или бешеной куклой. - Ха! С этим даже я не могу не согласиться, - весело и с одобрением отозвался Карл. Он подошёл к столу, невесомо проводя по поверхности одного из чертежей, на котором красовался очередной набросок киборга с сердцевиной генератора на всю грудь. Карл, конечно же, не шибко верил высокопарным высказываниям девушки про новую жизнь. И даже догадывался, кто мог её отправить и для каких целей. - А теперь, - начал Гейзенберг, громко прочистив горло и снова развернувшись к девушке, - отвечай мне честно. Тебя прислали BSAA? Было видно, что Эйш замешкалась. Глаза нервно забегали: - Откуда ты… - неуверенно начала девушка, но Карл грубо её перебил. - У меня свои источники. Матерь наделала здесь немало шума за последние несколько лет. Да и мы тоже. Её сраные марионетки, - злобно гаркнул Гейзенберг и со всей силы пнул небольшую металлическую пластину, которая валялась на полу. Замолкнув буквально на мгновение и глубоко вздохнув, он продолжил, - итак, я полагаю, что цель у нас одна, но есть парочка нюансов: мне нужно уничтожить Миранду, а тебе и твоим людям необходимо всех нас стереть с лица Земли. Второй вариант, как ты и сама догадываешься, мне не слишком по душе, да и в твоём положении у тебя вряд ли будет право голоса. Эйш внимательно слушала всю эту тираду, слегка нахмурившись. Она подошла чуть ближе к Карлу и неуверенно заговорила: - Ты прав. Меня действительно прислали BSAA, чтобы разведать обстановку, - Эйш горько улыбнулась, - но, как ты и сам видишь, разведка успехом не увенчалась. И выбора у меня правда нет. Хоть у меня и нет оснований доверять тебе, а у тебя не может быть доверия ко мне – я хочу, чтобы ты выполнил одно моё условие. Карл удивленно вскинул бровь и усмехнулся: - Условие? Ты серьёзно? Что ж, давай послушаем! Эйш устало вздохнула и начала: - Довольно скоро здесь начнется приличная заварушка. И то, что в меня вживили эту хрень, в мои планы, конечно, не входило, - девушка закашлялась и резко побледнела. Карла это насторожило, и он было собрался приблизиться к ней, но Эйш жестом остановила его и продолжила, слегка охрипшим голосом, - тем не менее, я должна поддерживать связь со своей группой, что несколько проблематично из-за того, что эта сука Миранда следит за каждым моим шагом. Ты прикроешь меня, когда мне необходимо будет доложить обстановку своему отряду, отвлечёшь внимание Миранды. - А мне с этого какая выгода? – спросил Гейзенберг. - Голова Матери Миранды на блюдечке и долгожданная свобода. На мгновение, Карл задумался, мысленно предвкушая падение чудовища, которое держало его в плену долгие годы. Это вселяло в него хлипкую, но сладкую надежду на новую жизнь. Однако, союз с малознакомой женщиной, ещё и из BSAA, вызывал у него большие сомнения. - Но почему я должен верить тому, что твои люди меня возьмут и отпустят на вольные хлеба без боя? – усмехнулся Карл. - А тебя и не отпустят, - невозмутимо ответила Эйш, - но я дам тебе фору. День-два, чтобы ты убрался отсюда куда подальше. Гейзенберг некоторое время неотрывно смотрел на девушку, но потом вдруг зашёлся диким хохотом. Эйш недоумённо подняла бровь. - То есть, ты серьёзно думаешь, что я должен верить тебе на слово? - отсмеявшись и выдохнув спросил Карл. - Ну, у тебя ведь не было никаких вопросов, когда ты подобрал в лесу полуживую незнакомку, - ответила ему девушка, пожав плечами, - да и в конце концов, моё положение в данной ситуации тоже весьма незавидное. В тот же момент, Гейзенберг заметил, что Эйш начало становиться хуже. Её лицо приобрело сероватый оттенок, вены на шее начали вздуваться, дыхание участилось. Ему показалось, что сейчас она вот-вот свалится с ног и поэтому инстинктивно рванулся вперёд, чтобы вовремя её подхватить, но в тот же миг, Эйш резко развернулась, и её вырвало прямо на пол. - Пиздец, дорогуша! - выругался Карл, хватая Эйш за плечи, чтобы та могла удержаться, не свалившись в собственное содержимое желудка, - надеюсь, ты не пошла по стопам моего сводного «братца» Моро? - Если проигнорировать это небольшое недоразумение, - отдышавшись ответила Эйш, - то я скорее пошла по твоим стопам, что не менее прискорбно. Их разговор резко прервал громкий и настойчивый звон старого телефона, висевшего на одной из ржавых колонн, которые находились в так называемом кабинете. Собеседники одновременно обернулись на этот неприятный для обоих звук. Они сразу поняли, кто должен был находиться на том конце провода. Гейзенберг медленно, будто нехотя, оторвался от девушки, подошёл к телефону и взял трубку. Эйш, тяжело дыша, наблюдала за каждой реакцией Карла, вслушиваясь в разговор. - Я слушаю, - хрипло ответил Карл. Лицо его было встревоженным и крайне сосредоточенным, - да, Матерь Миранда, всё в порядке. Мы выдвигаемся. Он повесил трубку резко, с громким щелчком. Устало вздохнул и снова повернулся к своей нежданной гостье. - Кажется, у этого исчадия заканчивается терпение, - злобно ответил Карл, сверля девушку пустым и отрешённым взглядом, - нам пора. Но я с тобой ещё не закончил, - продолжил он, указав пальцем на свою собеседницу, - нам ещё многое следует обсудить после этого собрания. Эйш вытерла рот тыльной стороной ладони. Она выглядела измотанной, но всячески старалась не показывать своей слабости. Её поношенная красная рубашка прилипла к телу, короткие волосы были спутаны и всклокочены. Эйш явно мучил жар. - Что ж, - тихо пробормотала она, - давай-ка выслушаем вердикт этой твари насчет меня. Бьюсь об заклад, я ей точно не подойду. - Как пить дать, - парировал Карл и его лицо тут же исказилось отвращением, с примесью горечи, - мне ли этого не знать. Ты сама как, в состоянии будешь до неё доковылять? Эйш печально улыбнулась: - Ну, как ты верно заметил, я всё же потеряла руку, а не ногу. Так что да, пожалуй, мы доберемся до собрания без последствий. Гейзенберг медленно подошёл к девушке и тихо спросил, уже смягчившись: - Точно помощь не нужна? Выглядишь очень скверно. - Спасибо за комплимент, но я пока что в состоянии себя контролировать. Она медленно направилась к выходу из помещения. Гейзенберг не спешил следовать за своей подопечной, прибывая в небольшом ступоре. После разговора с Эйш, у него было достаточно пищи для размышления над тем, в какую авантюру его затянула случайная «находка» в лесу, и к каким последствиям это может привести их обоих. Из раздумий его вывел отдалившийся женский голос: - Ну и где ты застрял? - Да иду уже! - рявкнул Карл и ворча добавил, уже тише, - нашлась командирша. Гейзенберг протянул руку, раскрыв ладонь и привычным движением поймал рукоять своей кувалды. Он небрежно закинул оружие себе на плечо, будто оно совсем ничего не весило и вальяжной походкой направился в сторону своей спутницы. Спорить с Мирандой по поводу его «игрушек», возможно, было бесполезно, но в этот раз дело начинало приобретать интересный оборот, ведь сама «игрушка» имела очень высокую ценность для обеих сторон.