Деда много не бывает, или Как Чайльд Моракса совращал

****

В доме довольно тихо, лишь с улицы доносятся голоса недостражей, окруживших погреб. Нет, они не пьяны в стельку, как можно было бы ожидать от подобных бестолочей, но на грудь всё же приняли, а ещё среди них затесались девушки – их кокетливый смех так поздно ночью только лишний раз подтверждает, что хозяин в отъезде. – Безобразие! А вот этот женский голос полон чего угодно, но только не смеха. Чайльд даже прячется под лестницу, заслышав его над собой. Скрип половиц редкий и тихий. Девушка в ночной сорочке и халате, словно привидение, спускается со второго этажа с керосиновой лампой в руке – никак главная горничная решила отчитать ночных гулён? Чайльд пропускает её, когда же та направляется к входной двери, проскальзывает дальше вдоль стены: кабинет Дилюка на первом этаже, но наведаться на второй тоже лишним не будет. Пусто. Ещё даже не открыв ящик стола и не начав обшаривать комоды и полки, Чайльд уже знает, что его вещей в этом помещении нет. Иначе бы он почувствовал. В конце концов, это его Глаз Бога и его Глаз Порчи. Конечно, с Порчей не всё так однозначно… но Гидро Глаз точно не здесь. "Вот ублюдок… Ну ты у меня ещё попляшешь!" Настроение всё ещё плохое, однако злость уже почти сошла на нет. Более того: откуда-то нахлынула апатия, и чтобы отделаться от неё, Чайльд снова пытается себя разозлить, вспоминая, с каким презрением аристократишка пялился на него, как постоянно хватался за меч и как при этом подчеркнуто вежливо обращался к Чжун Ли. Нет, Чайльд привык, что из-за репутации Фатуи на него часто смотрят косо. Более того, собственными действиями он, наверное, заслужил и не такого – но ведь в Мондштадте навела шорох Синьора. Почему бы огненному не направить свой гнев на неё? Впрочем, Синьора сейчас в Инадзуме. Развлекается… Покинув кабинет, Чайльд проходится по этажу, притормаживает у тяжёлых дверей. Не спуститься ли в подвал? Вдруг там есть какой-то тайник? Но тут в доме опять поднимается суета: – Почему я должна это делать сейчас?! Я хочу спать… – Вот и спала бы тогда, Хилли, а не красовалась перед наёмниками! – Да я бы и сама предпочла не красоваться перед ними! И почему мистер Дилюк не обратился за помощью в Ордо Фавониус? Мистер Кэйа бы- – Ну, хватит. Немедленно отправляйся на кухню. Чтобы к четырём утра уже было замешено тесто для хлеба! – Но, Аделинда, хозяина же не будет… и кухарке с этим обычно помогает Моко? – Ты меня слышала?! – …слышала. Похоже, у дочери Коннора выходной по уходу за отцом. Помнится тот получил пару ожогов, да и от обморожения ему тоже никто не помог избавиться, а до этого мужчину наверняка держали связанным и вряд ли кормили. Хилли проходит совсем рядом с Чайльдом, замершим в стенной нише у камина. Но далеко ей уйти не удаётся – схватив девчонку за локоток и зажав рот, Чайльд притягивает её к себе. – Ты знаешь, где сейчас Моко? – спрашивает на ушко. Одеревеневшее от страха тело явно собирается лишиться чувств. И дабы избежать этого, Чайльд встряхивает горничную, чуть ослабив хватку: – Я ничего тебе не сделаю, и ей тоже. Просто хочу убедиться, что с её отцом всё в порядке. Не знаю, что наговорил вам ваш хозяин, но спас Коннора именно я. Совсем чуть-чуть, но девушка расслабляется. Однако зато её тело начинает бить крупная дрожь. – Если пообещаешь не кричать, я тебя отпущу. Несмелый кивок – и вот Чайльд уже отнимает ладонь от её рта. Хилли набирает воздуха в грудь, но вместо крика с бледных губ срывается только вздох. – Я знаю, кто вы. И что вы сделали, – тоненький голос звучит довольно сдержанно. – Но вы должны уйти, иначе- – Хилли, – обрывает её Чайльд, наклоняясь ниже и всё ещё прижимая девушку спиной к своей груди. – Я задал вопрос. – …но вы не можете! "Тупая овца". – Считаю до трёх. Один. Два. Тр- Чайльд не озвучил угрозы, что будет, не получи он ответ до конца счёта, однако Хилли наконец прекращает лепетать не по делу, и спустя пару минут её даже отпускают. Правда, на всякий случай, наградив несильным ударом по затылку и усадив за кухонный стол. Как минимум до утра девчонки не хватятся… а значит, у него есть время, чтобы найти Моко. Выскользнув из дома через окно и обогнув притихший караул, Чайльд отправляется в сторону одноэтажных домиков крестьян. Хилли могла и обмануть, так что прежде чем постучать, он обходит нужный дом и заглядывает за приоткрытые ставни: знакомая девушка и правда оказывается внутри – сидит у кровати с мужчиной и, кажется, спит. Услышав лёгкий стук в стекло, Моко вздрагивает, вскакивает, склоняется над кроватью, схватив отца за руку… но после второго поворачивается к окну. Чайльд прикладывает палец к губам. Сжав ладошки в кулачки, девушка замирает, словно статуя, но потом несколько раз быстро кивает и тихо покидает комнату. А ещё через пару минут выходит во двор. – Господин, вы вернулись… – Как твой отец? – …у него лихорадка… Хозяин обещал прислать лекаря из города… В ночи осунувшееся лицо девушки выглядит ещё более бледным и почти неживым. Сложно представить, что бы с ней случилось, не вернись Коннор домой, а ведь Чайльд сначала был уверен, что это Дилюк подослал к нему девушку. Впрочем, одно другому ведь не мешает? Но всё ещё интересно, как именно господин аристократ его выследил… Неужели шёл попятам за архонтом? – Вы же не заберёте его у меня? – вдруг подаёт голос Моко, врываясь в мысли Чайльда. – Кого? – хмурится тот. – Отца? "А-а… точно. Но на кой он мне в таком состоянии?" – Конечно, нет, малышка. Но мне нужна от тебя услуга. Даже две. – Ч-что… что вы хотите? И снова эти кулачки, прижатые в испуге к пышной груди. Чайльд невольно хмыкает, успокаивая, опускает руки девушке на плечи и как можно мягче произносит: – Мне бы хотелось прояснить всё с твоим хозяином. Знаешь… подружиться. Ты случайно не в курсе, куда именно он направился? – В бар, конечно, – удивлённо моргает Моко. – В "Долю Ангелов" в Мондштадте. Иногда хозяин даже сам встаёт за стойку… вы не знали? – Откуда же мне было знать? – ещё мягче улыбается Чайльд, чувствуя, как всё внутри клокочет от гнева: он тут в салки с наёмниками играет, Властелин Камня шастает без штанов, а господин Рагнвиндр спёр его вещи и отправился инспектировать бар! – Ещё одно, малышка: у вас в усадьбе случайно не найдётся комплекта чистой одежды, достойной аристократа? Желательно новой? – Н-но… – Обещаю, что потом всё улажу с твоим хозяином. Уговорить Моко не составляет труда, и потратив некоторое время, чтобы дождаться её возвращения из усадьбы, Чайльд испускает невольный возглас восхищения, увидев, что именно она принесла. – Ох, у него и правда в гардеробе есть такие вещи… – бормочет Чайльд про себя, рассматривая два костюма в предрассветных лучах. Один ничем не примечателен, просто тёмные брюки и рубашка, но вот второй сшит из белоснежной ткани, рукава и ворот камзола украшены серебряной вышивкой и драгоценными камнями, а рубашка и брюки из такого тонкого и нежного шёлка, что, кажется, порвутся от простого касания. – Я… н-не знала, какой подойдёт больше, – смущается девушка, явно заметив его восторг. – Этот комплект хозяину подарил его брат… но хозяин так ни разу его и не надел… – Не против, если я возьму оба? – широко улыбается Чайльд. – К-конечно… только пообещайте, что мне за это ничего не будет… Подмигнув, Чайльд хмыкает, чмокает её в ставшую розовой щечку и исчезает. По дороге он ещё раз проверяет, не очнулись ли "успокоенные" им охранники, стягивает с одного слишком изящные для простого вояки сапоги и возвращается в ущелье, когда небо окончательно светлеет. Сторожащие расщелину наёмники довольно сильно удивляются его появлению. – Вольно, господа хорошие. Никто не сбежал, так что можете расслабиться и сопровождать нас дальше. Кстати, мы сейчас как раз собираемся отправиться в путь, так что тушите костры. На него даже никто не бросается – Чайльд спокойно заходит в расщелину сквозь барьер. Словно приросший к камню, Чжун Ли поднимает на вошедшего невыразительный взгляд, который сразу несколько оживает: – Ты переоделся? – Ага. И для вас тоже кое-что принёс. – Для меня? – Или вам уже понравилось ходить босиком? Кстати, об этом. Чжун Ли слегка отстраняется, когда Чайльд вдруг опускается перед ним на колени. Точнее, он сначала бросает на землю свой чёрный плащ. Достав мешок-флягу с пополненными запасами воды и засучив рукава, Чайльд заставляет архонта поднять ногу и тщательно омывает серую от грязи ступню, а потом тщательно вытирает сухими полами плаща. Чжун Ли поджимает пальцы, когда Чайльд оттирает подошву, мышцы голени напрягаются, но архонт позволяет ему закончить с одной ногой, а потом заняться второй, ни слова не говоря. Когда же водные процедуры подходят к концу, так же молча встаёт и начинает облачаться в чистое. Брюки оказываются немного тесны, а сапоги, кажется, малы, но вместо упрёка Чайльд слышит: – Благодарю. Наблюдая, как медленно Чжун Ли одевается, Чайльд подходит ближе, расправляя ворот новой рубашки и поправляя узел галстука. В комплекте нет жилетки, и похоже, это вызывает у Чжун Ли недоумение – он несколько раз распахивает и запахивает камзол, словно гадая, чего же не хватает, пока Чайльд не ловит его руки, заставляя замереть, и не застёгивает пуговицы сам. Кстати, пуговиц всего две – так что процесс не занимает много времени. – Что мы будем делать дальше? "Мы?" Закончив с камзолом, Чайльд поднимает взгляд, но тут же опускает, отступив. У него мелькала мысль сразу отправиться на поиски "Доли Ангелов" вместо возвращения сюда. Даже более того, Чайльд всерьёз её обдумывал. Однако пришёл к выводу, что незаметно проникнуть в город у него всё равно вряд ли получится – ведь Дилюк не похож на идиота и наверняка предупредил местную стражу или кто там у них. – Войдём в город с эскортом.