Деда много не бывает, или Как Чайльд Моракса совращал

****

Путь до Мондштадта оказывается довольно близким: уже в обед они прибывают к высоким стенам, окружившим город. Но из ворот тут же высыпают стражники в форме чуть более основательной, чем у наёмников, и с пиками наголо. Причём Чжун Ли внезапно останавливается, и перед Чайльдом встаёт выбор: последовать примеру архонта или продолжить идти навстречу сверкающим пикам. "Как-то много народа на меня одного…" Наёмники, следовавшие по пятам со вчерашнего дня, тоже оживают и подступают ближе. – Кто такие?! – фальцетом выкрикивает один из стражников, тараща глаза на броский белый костюм Чайльда и явно гадая, что тот за фрукт. "Эй, тебя что, не предупредили?" – Всего лишь гость из Снежной, – спокойно представляется Чайльд. – Слышал, у вас можно насладиться лучшим в Тейвате вином. – Из Снежной? – Разве он не Фатуи? "А, нет, кто-то всё-таки в курсе. Даже не знаю, радоваться или печалиться из-за эдакой славы?" Стражники переговариваются между собой, наёмники Дилюка мнутся позади. На них поглядывают, словно ожидая объяснений, но командир отряда куда-то делся, возможно, вернулся в усадьбу, а остальные словно набрали в рот воды. – Вам жалко вина? – Чайльд выступает вперёд, почти вплотную к границе барьера. – Мне придётся пожаловаться в посольство… – Для начала вам нужно до него добраться, – выходит из-за стражников некто с повязкой на глазу и в не менее щегольском костюме, чем тот, что на Чайльде, только в сиренево-синих тонах. – Могу я поинтересоваться, почему безобидных гостей из соседней страны сопровождает так много… вооружённых людей? Тон незнакомца кажется не то, чтобы насмешливым, скорее подначивающим. Как будто совсем недавно ему было очень скучно, но приключилось кое-что забавное, чем не грех насладиться. Кстати, стража перед ним расступается, а значит, он – не случайный зевака. Оценив нового соперника, Чайльд кивает и тут пожимает плечами: – Понятия не имею… Увязались по пути, господин офицер. Может, тоже захотели выпить? За спиной поднимается возмущённый шумок, но не особенно громкий. – Боюсь, наши заведения вряд ли смогут обслужить в раз столько гостей, – щурит щёголь целый глаз. – Но парочку человек мы всё же сможем принять… Кажется или нет, но этот парень очень внимательно рассматривает костюм Чайльда. Так понравился? Или ищет Глаз Бога? – Ох, тогда мы будем первыми. – Прошу. Щёголь отходит в сторону, чуть склонив голову к плечу, словно на правах хозяина приглашая в отчий дом, но Чайльд оборачивается к Чжун Ли. Тот прикрывает глаза. Барьер исчезает. Наёмники сильнее сжимают свои топоры и мечи, но всё же напасть не решаются: поняли наконец-то, как глупо было переться сюда? Будь Чайльд хоть сто раз преступником, в Мондштадте он пока ничего не натворил, и у местных стражников нет никаких причин на него нападать, к тому же у Фатуи здесь имеется официальное посольство. То есть, конечно, у Снежной. Возможно Дилюк и приказал наёмникам держать его подальше от своей усадьбы, но у огненного явно нет такой власти, чтобы не пускать Чайльда в город. Как и у этого щёголя с прищуренным глазом. Хотя стражники поглядывают на одноглазого весьма почтительно – а значит, у него не только высокая должность в этом их Ордо Фавониус, но и неплохая репутация. – Какое именно заведение вас интересует? – раздаётся совсем рядом вкрадчивый голос, когда Чайльд проходит через ворота. – "Доля Ангелов". – Замечательный выбор, – кивает щёголь, пристраиваясь рядом. – Давненько у нас не было достойных гостей. Позволите вас угостить? – Конечно… На самом деле Чайльду всё равно, кто и что там лепечет, главное – найти Дилюка. А пока… он снова оглядывается на Чжун Ли, почему-то ещё не прошедшего через ворота. – Господин Ли? Вас что-то смущает? Если подумать, Моракс – ведь не местный архонт. Может, существует какой-то запрет на посещение чужих территорий? Но ведь это Город Свободы? К тому же Барбатос тоже расстался со своим Сердцем Бога и вряд ли сможет что-то ему предъявить. – Нет, ничего, – почти беззвучно отзывается Чжун Ли, однако вокруг стоит такая тишина, что до Чайльда его слова всё-таки долетают. "Да ладно, так я и поверил". Однако вслух Чайльд произносит другое: – Присоединитесь к нам? – Присоединюсь. Отвечает Чжун Ли, подняв голову и глядя на огромную статую, возвышающуюся над городом и видимую издалека. Кажется, он смотрел на неё ещё с тех пор, как город только появился на горизонте. Вспоминает былые деньки? Или завидует, потому что в Ли Юэ ничего подобного нет? – Не расстраивайтесь, господин Ли. Архонт бросает на него мимолётный осуждающий взгляд и подходит ближе. – "Господин Ли"? – приподнимает тонкие брови щёголь. – Вы из Ли Юэ? Меня зовут Кэйа, а вас, уважаемый гость из Снежной? – Зови меня Чайльд. – Хорошо, – ещё раз скользнув заинтересованным взглядом по воротнику его камзола, расшитому серебром, щёголь наконец сдвигается с места: – Я покажу дорогу. – Что-то не так? – интересуется Чайльд, ступая по выложенной камнем мостовой и любуясь выставленными на продажу цветами. – Всегда где-то что-то не так, – легкомысленно улыбается одноглазый, чья накидка из перьев больше подходит какому-нибудь барду или танцору, но только не рыцарю. – Вы действительно прибыли к нам, лишь чтобы выпить? – Такова была моя первоначальная цель… Чайльд не перестаёт крутить головой: дома здесь слишком отличаются от того, что он видел в Ли Юэ, хотя архитектурный стиль Мондштадта показался близким ещё в усадьбе Дилюка, однако там не было столько каменных зданий и не чувствовалось такой атмосферы. Городок будто бы затаился. Но жители не попрятались, испуганные суматохой у ворот, а собрались в группки и теперь с любопытством провожают гостей глазами. – Как мирно… – И должно таковым оставаться, – странным тоном отзывается Кэйа. – Мы почти пришли. Солнце ещё стоит высоко и неудивительно, что столы, расставленные на улице у входа в заведение, пусты. На самом деле, узнай Чайльд, что все бары пока что закрыты – совсем бы не удивился, однако Кэйа уверенно распахивает дверь: – Прошу. Стоит им зайти в отделанное деревом помещение, как бармен с собранными в хвост красными волосами тут же втыкает острый взгляд в одноглазого: – Разве я не говорил, чтобы ты не смел здесь появляться? – Не стоит так злиться, Дилюк… Я всего лишь сопровождаю гостей. Бармен ничего не отвечает, продолжая натирать бок довольно презентабельного вида бутылки, однако его взгляд довольно красноречив, и читается в нём одно: "Сгинь с моих глаз". "Как интересно", – хмыкает Чайльд, ничуть не задетый демонстративным игнором. – Давно не виделись, – усаживается он на высокий стул и ставит локти на стойку. – Где мои вещи? – Мы закрыты, – угрюмо процеживает Дилюк, продолжая смотреть на щёголя-офицера. – А что тогда тут делают все эти люди? – кивает Чайльд на пару-тройку посетителей, несмотря на обеденный час явно собравшихся тут, чтобы принять на грудь. – Работники заведения, – сужает глаза Дилюк, всё-таки переводя на него взгляд. – Да ладно тебе, – встревает Кэйа, тут же вальяжно приземляясь на свободное место слева от Чайльда. – Разве у нас та́к принято встречать почтенных гостей? Кажется, само присутствие этого человека действует владельцу бара на нервы, и всё же тот с плохо скрываемым раздражением предлагает: – Могу налить почтенным гостям виноградный сок. – Соки для детей, – морщится Чайльд и тут же ловит на себе ещё более заинтересованный взгляд Кэйи, чем удостаивался из-за костюма. Даже одобрительный. – Пинту Игристого, – вдруг делает одноглазый заказ. – И три – Одуванчикового. – Ничего не треснет? – перестаёт натирать раритетную бутылку Дилюк. – Не должно. Пока парочка буравит друг друга глазами, Чайльд косится направо, где совершенно незаметно уселся Чжун Ли, а потом через плечо: на тех нескольких человек в форме, что вошли следом и остались у дверей, а-ля почётный караул. – Ну, раз посторонних тут нет, мне же лучше. С этими словами Чайльд стягивает с руки единственную перчатку и бросает на стойку. Взгляды всех свидетелей притягивает к ней, словно магнитом. – Впервые вижу, чтобы безоружный вызывал кого-то на дуэль… – совсем отставив бутылку, Дилюк приподнимает брови, однако из-за густой чёлки их всё равно почти не было видно. – А я впервые вижу, чтобы уважаемый аристократ занимался воровством, – парирует Чайльд. – Мне нужна её пара. И не думай, что отсутствие оружия меня остановит. – О, так проблема в этом? – вновь без спроса, но с большим энтузиазмом встревает Кэйа. – Могу одолжить свой меч. Щёголь разворачивается на стуле и призывает ослепительно белый клинок-одноручник, такой же блистательный, как и его сиренево-синий костюм с пушистой накидкой. Клинок вряд ли прост, как и любое призываемое оружие… особенно, если использовать в связке с Крио Глазом Бога, однако для Чайльда он сейчас мало чем отличается от заточенной палки. – Вы серьёзно? – А как же. Голубой глаз искрится предвкушением и странной симпатией, однако Чайльд не настолько простодушен, чтобы не заметить острого, как бритва, предупреждения: "Если явился поиграться с этим парнем, играйся, но стоит тебе только попытаться что-нибудь натворить…" – Отлично. Приняв меч и взвесив его в руке, Чайльд значительно веселеет. И в свою очередь жёстко прищуривается, переводя взгляд на Дилюка: – Как насчёт того, чтобы выйти?