тактильно близки

Только мой учитель французского:

8:23

Ты такой нежный и тактильный

Предатель Франции и любитель английского чая: 8:25 Олеж, мы целовались десять минут назад в твоей машине А ещё Марго залипает в мой телефон

Только мой учитель французского:

8:27

Двенадцать минут назад, прошло двенадцать минут

Предатель Франции и любитель английского чая: 8:27 Хорошо, как у тебя дела, mon amour?

Только мой учитель французского:

8:28

Просто отвратительно, семь уроков французского подряд.

А у тебя, принцесса?

Предатель Франции и любитель английского чая: 8:29 Почему ты называешь меня принцессой???

Только мой учитель французского:

8:29

Ты же сказал, что Марго читает)

Передай, кстати, что ей очень идёт этот новый пиджак

Предатель Франции и любитель английского чая: 8:30 Она сказала спасибо.

Только мой учитель французского:

8:30

Ты не рассказал, как твои дела

Предатель Франции и любитель английского чая: 8:31 У меня нет сегодня французского в расписании Я очень расстроен Ты почему не уроком занят? Звонок был

Только мой учитель французского:

8:31

Я дал тест, сижу, наблюдаю

Предатель Франции и любитель английского чая: 8:32 Фу, тест на первом уроке пятницы, ты изверг

Только мой учитель французского:

8:32

Этот изверг целует тебя в лобик, когда ты засыпаешь на его диване

Имей совесть

Сам почему не уроком занят?

Предатель Франции и любитель английского чая: 8:33 Юлии Константиновны нет всё ещё. В школе её никто не видел сегодня

Только мой учитель французского:

8:34

Странно

Предатель Франции и любитель английского чая: 8:34 Ещё бы Чувствую себя в цирке Как будто людям вокруг меня не семнадцать, а максимум двенадцать Марго вообще мне на колени улеглась и переписывается со своей Владой Помнишь, я тебе рассказывал, как она номер у барменши брала? Олеег? — Класс, доброе утро, — Олег Давидович вошёл в кабинет, прикрывая за собой дверь, школьники мгновенно разошлись по местам, Марго соизволила принять сидячие положение. — У меня для вас новость, Юлия Константиновна заболела, и её сегодня не будет. Этот урок у вас окно. — Ты на его сообщения так смущённо улыбался? — Марго отодвигает прядь Серёжиных волос и шепчет вопрос ему на ухо. Она абсолютно равнодушно отнеслась к отмене урока. В любом случае переписывалась бы все сорок минут. Воронцова последнее время постоянно была занята Владой, гуляли даже пару раз, кофе пили. Серёжа с Олегом много находился. Но Марго с Серёжей всё равно друг друга не теряли. В школе, потом на факультативах, созванивались по вечерам, говорили о всяких глупостях часами. — Серёж, выйди, пожалуйста, — Волков говорит уже не так громко, но адресно, Разумовский идёт следом, покидая кабинет. — Что такое? — парень взволновано хмурит брови, глядя внимательно в карие глаза. Олег в ответ аккуратно проводит пальцем над верхней губой Серёжи, показывает ему. — У тебя кровь, золотце, — Волков расстроено ведёт плечами и берёт своего молодого человека за руку, ведёт в свой класс. — Ого, — он растерянно хлопает глазами. — Извини. — За что, Серёж? — Волков протолкнул парня за поясницу в класс, выпуская его руку из своей. — Ты не виноват, что так получилось. Волков усадил Серёжу на парту, напихал ваты с перекисью целый нос под недовольно бурчание. Разумовский всё её вытащить пытался, потому что «ну всё, не течёт уже». — Ну не трогай ты, — Олег перехватил его за кисть, убирая руки от лица. — Я не хочу тебя с потерей крови в больницу вести. Одиннадцатиклассник прекратил капризничать, буквально не смог противостоять этому обычному, но нежному касанию. Необычному. Оно длинное, внезапное и такое уверенное. На слово «больница» никак не отреагировал, внутри что-то дернулось, но он чувствовал, что всё в порядке. — Тебе полегче? — Олег положил руки на его плечо, прислоняясь телом. Разумовский, подавив в себе ошарашенный вздох, накрыл руки мужчины своими. — Да, получше, — Серёжа выпрямился, не желая получать внимание к своим волнениям, но было уже поздно. Волков элегантно слез с парты, на которой сидел рядом с Разумовским. Серёжа развёл колени, нехватка тактильного контакта или просто желание принять наиболее удобную для них обоих позу. Преподаватель, ни капли не смутившись, зашёл между его ног, обхватывая лицо парня за подбородок. Подошёл совсем близко, упираясь торсом в его колени. Серёжа думал, что никогда не позволит кому-то, кроме Олега, себя вот так касаться, сейчас ловил момент. Разумовский вдыхал носом приятный аромат, не решаясь касаться руками сам. Боялся разрушить. — Ты чего вредный такой сегодня? — Волков не спешил отодвигаться, говорил не с упрёком, интересовался заботливо. Понимал, что Серёжа подсознательно так внимание привлекает. — Я скучал, — парень томил с ответом так долго, как только мог себе позволить, чтобы затянуть момент. Не хотел признаваться, но эти выходные, которые он провел один, потому что Олег «делал дела», ему не понравились. — Я тоже, дорогой, — Волков вытягивает ленивый поцелуй, кладя руки парню на талию, но вибрация телефона его отвлекает.

Предатель Франции и любитель английского чая:

8:45

Ты дверь запер?

Только мой учитель французского: 8:46 Сейчас. Олег разбирается с дверью, пока телефон в его кармане медленно начинает превращаться в вибратор.

Предатель Франции и любитель английского чая:

8:47

Ты мне очень дорог

Мне нравится столько чувствовать

Я никогда столько не чувствовал

— Иди сюда, — Олег забирает телефон, возвращается к парню, касается влажными губами щёк, шеи, зарывается носом в рыжие волосы. — Нее, ну не, — Разумовский пытается не выпускать из рук телефон, инстинктивно обвивая торс Волкова ногами. — Да, я сказал, — Олег по-детски искренне смеётся. — Не кокетничай. — Я твой парень, мне можно. — Такой себе аргумент. Юлии Константиновне не скажи так, если будешь ей сочинения задерживать, — преподаватель чутко гладит Разумовского по голове, позволяя на себя облокотиться, чтобы хоть немного расслабился, но то едва ли плечи перестаёт сжимать. — Вот как мне тебя порадовать? — Энергетик купишь? — Фу какой, — Олег бурчит, зная, что будет вечером ходить в пятёрочке в поисках Серёжиного любимого ягодного бёрна.