Чувственности мир

Мне не нужно говорить вам, читатель, что «Тематический Рай» Чувственности Мира стал хитом. Я получила свое «долго и счастливо»: мужчину своей мечты и в придачу разбогатела. Линия Чувственности Мира была настолько популярна, что Джордж реорганизовал ее в отдельное ООО, где Северус и я стали его молчаливыми партнерами. Теперь у нас есть сеть магазинов, специализирующихся на эротических товарах для взыскательных ведьм и волшебников (боюсь, только для тех, кто старше семнадцати лет, так что не спрашивайте). И самая интересная часть этого – тестирование новых продуктов. У нас с новоиспеченным мужем остается время на «поиграть», а Северус, нужно признать, обнаружил завидную страсть к играм. Мы поженились двадцать первого августа. Мама и папа прилетели из Австралии на закрытую церемонию. До их приезда, утро в день нашей свадьбы мы с Северусом провели, бегая по дому, наводя порядок после нашей целой ночи предсвадебных игр с Джинни и Гарри, которые, будучи уже довольно пьяными, поспорили с Северусом, что он не сможет заставить меня кончить столько раз, сколько Гарри смог заставить Джинни. Последовавшее соревнование привело к тому, что дом был в ужасном беспорядке, мы с Джинни неудержимо хихикали, у нас было натерто все, что можно было натереть, а также мы были невероятно пресыщены и, в конце концов, немного не уверены в том, кто именно победил. Я не могла поверить, что Северус повелся на Гарри! Я все еще не могу поверить, что мы делали это в одной комнате! Вид двух темных голов, уткнувшихся нам между ног, проводящих нас от оргазма к оргазму – это воспоминание, которое я радостно поместила в Думосброс. Это было слишком сексуально, чтобы поступить иначе. Из-за того, что мужчины так и не смогли договориться о том, кто победил, – это стало ежегодным событием, и я до сих пор не знаю, кто выигрывает каждый год, и мне по-прежнему наплевать. Мы с Северусом до сих пор просматриваем воспоминание о первом состязании каждый год в нашу годовщину. Я все еще Доминантрикс для Снейпа, а он все еще мой нижний. Его вдумчивые, подробные записи в дневнике превратились в увлекательные, эрудированные эссе на тему доминирования/подчинения. С моего одобрения профессор опубликовал их, и его книги уже выходят в четвертом издании, став очень популярными с расцветом этого образа жизни. Волшебная Британия немного отстает от магглов в этом смысле, но существует огромное количество ведьм-Доминантрикс, и куча британских волшебников, которые любят подчиняться. Книги Северуса – это всего лишь справочный материал, необходимый некоторым для того, чтобы избавиться от своих внутренних ограничений и бзиков, чтобы принять свои предпочтения. Северус получал письма с благодарностями за спасенные браки, улучшенные отношения, за выход на новые эмоциональный и физический уровни, доселе неизведанные, но обнаруженные благодаря его книгам. Я горжусь им и говорю Снейпу об этом ежедневно. За день до его дня рождения я дала ему карт-бланш: – Во что бы ты хотел поиграть, мой милый мальчик? Завтра мы будем делать все, что ты захочешь. Я думала, что возможно, речь пойдет о сексе в публичном месте или игре с воском, но муж посмотрел на меня горящими глазами. – Я хочу быть Доминантом в течение завтрашнего дня. Я сглотнула. Вовсе не этого ожидала я. – Х-хорошо, – сказала я с большей уверенностью, чем чувствовала. – Завтра я буду твоей нижней, а ты будешь моим Господином. – Господином Северусом, – промурлыкал он, теребя подол моего платья. – Это звучит весьма… властно. Ха-ха. На следующее утро я проснулась в постели одна, а Северус возвышался надо мной в безупречно черном: черная шелковая рубашка, черные брюки, черные ботинки из драконьей кожи. Его волосы, которые теперь достигали плеч, были только что вымыты и свисали, как лошадиная грива, на спину. В его длинных пальцах перекатывался хлыст для верховой езды. В тот момент я промокла настолько, что вы могли бы утонуть в моих трусиках. О! В какие игры только не играл со мной этот человек в тот день! Похоже, он заключил пари с самим собой относительно того, сколько оргазмов он может мне доставить. Он был очень жестким, но справедливым Господином, и я преклоняла колени как только могла смиренно… А когда я типа случайно ослушалась его, Снейп выписал мне наказание без злобы или гнева. Вместо этого он сел на наш диван и приглашающе похлопал себя по коленям. – Ну же, малышка. Ложись ко мне на колени. – Профессор рассеянно погладил хлыст для верховой езды и бросил на меня взгляд, от которого мои соски чуть не прожгли дырочки в лифчике. – Иди и прими свое наказание, как хорошая маленькая девочка. Нужно ли говорить, что, услышав, как Северус обращается ко мне как к ребенку и называет меня своей хорошей маленькой девочкой, практически заставило меня забраться к нему на колени? К тому времени мои ноги уже не слишком хорошо функционировали. Так вот, когда я забралась к нему на колени, он притянул меня к себе левой рукой, удерживая на месте. Я начала задыхаться, когда муж приподнял мой халат и замурлыкал от удовольствия. – Такая милая маленькая попка, которую можно отшлепать. Такая непослушная маленькая ведьма. Хотела бы я адекватно описать ощущение больших теплых рук Северуса, довольно грубо стягивающих мои трусики с бедер и снимающих их с моих ног. Если бы я умела, я бы писала эротическую литературу так, что страницы бы воспламенялись. Я услышала, как он усмехнулся, стягивая с моих ног нижнее белье, и оценивающе понюхал его. По какой-то причине мое лицо горело, особенно когда я повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как он со стоном лижет ластовицу, словно пробуя самую сладкую конфету. Снейп посмотрел на меня сверху вниз со своей «профессорской ухмылкой» на лице. Его голос был чистым бархатом, его язык скользил по тугому соску. – Х-м-м-м. Чистый мед, моя сладость. И такая мокрая. Какая плохая маленькая девочка, промокла для учителя. О, боги, это сработало. Если раньше я была не уверена, то сейчас я точно почувствовала, как мое сердце упало вниз и бьется где-то в районе моего клитора. Я никогда раньше не рассматривала возможность воплощения фантазий об отработке, но вы можете поспорить на милую задницу Северуса, что я собиралась сделать это сейчас. Снейп отшлепал меня рукой семь или восемь раз, не ограничивая себя в силе удара. Хотите знать, что этот слизеринский король сделал тогда, своими длинными, тонкими пальцами и порочно чувственным голосом? Да! Именно то, что вы себе представляете: эти прекрасные пальцы танцевали на моем влажном клиторе, и я плакала и умоляла его позволить мне кончить, когда он промурлыкал: – О да, ты собираешься умолять меня, не так ли, моя любимая? Вот и все, малышка... такая хорошая, хорошая девочка... кончи для меня... О, это мой сладкий маленький персик… кончи для меня... Я кончила, как Хогвартс-экспресс с шумом прибывающий на платформу в последнюю минуту: запрокинув голову, крича в экстазе, безразличная ко всему, кроме этих поглаживающих пальцев, этого шелкового, греховного баритона, приказывающего мне кончить для него. Меня пришлось отнести в нашу спальню, потому что я полностью отключилась. Позже в тот же день, когда он приказал мне встать на колени и поклоняться его члену, о, черт возьми, да, он познал мое поклонение. Мы с шиком отпраздновали день рождения Северуса, и, признаюсь, мне понравилась каждая его минута. Я поклялась, что на мой день рождения карт-бланш будет у меня. Позже Северус признался, что, хотя ему и понравилось говорить непристойности и шлепать меня, на самом деле идея доминировать надо мной казалась некомфортной, как плохо сидящий костюм. Общее ощущение было такое, что игровая часть этого была забавной, но реальность заключалась в том, что он не чувствовал в себе жилку настоящего Доминанта. Заключив меня в свои объятия в конце дня, мой муж сказал: – Я думаю, что оставлю Доминирование на твое усмотрение, моя любимая. Если жизнь и научила меня чему-то, так это тому, что я не умею принимать важные решения. – Он поцеловал меня в лоб и откинул мою голову назад, чтобы я могла видеть его лицо. – Более того, я горд быть твоим нижним до конца своей жизни. Я люблю тебя, Госпожа. Я заставила его опуститься ниже, пока он не оказался в моих объятиях, и начала вечерний ритуал, который мы начали в нашу первую брачную ночь. Все началось с моей любви к его мелодичному, глубокому завораживающему голосу. Это не было ни спланировано, ни отрепетировано; просто слова, которые лились из нас тогда и с тех пор каждую ночь. Мы повторяли это каждую ночь, прямо перед сном, это стало нашей своеобразной сказкой на ночь, успокаивающей и такой необходимой: – Кому ты принадлежишь, Северус? Его сладкие слова слетали с его губ, как шоколад. – Я принадлежу вам, Госпожа, Гермионе Грейнджер-Снейп. Богине, которой я поклоняюсь. – Кто ты, Северус? – Я – твоя любовь, твой свет, твое самое ценное сокровище. Я твой ребенок, твой возлюбленный, твой отец, твой муж. Я прекрасен, потому что ты заставила меня поверить, что я такой. – А кто я, Северус? Он всегда улыбался, когда произносил эти слова, и они всегда вызывали у меня слезы на глазах. – Ты маленькая девочка, за которую я несу ответственность. Ты – богиня, которая спасла меня от самого себя. Ты мое сокровище, моя надежда, мое счастье. – Потом он целовал меня нежно, затем страстно. – Ты владеешь моим сердцем, разумом, телом и душой. Без твоей любви – я ничто. Я отвечала на его поцелуй. – Тогда знай, мой милый, драгоценный мальчик. Я люблю тебя больше жизни. Счастлива ли я? – У меня красивый муж, который буквально боготворит меня, и я могу заставить его кончить почти по команде. Он безумно страстен, ненасытен в постели и сделает все, чтобы сделать меня счастливой. Когда он смотрит на меня своими сверкающими темными глазами, он знает, что может просто заставить меня встать перед ним на колени. Он может удержать меня там тихим словом и ощущением его теплых губ, прикасающихся к моему лбу. И когда он обнимает меня ночью, я могу позволить себе стать ребенком в его объятиях; и я чувствую себя в безопасности, в тепле и под защитой. Счастлив ли Северус? Я могу сказать вам только одно: каждое утро я смотрю на него, за столом напротив, когда мы завтракаем. И вижу довольно ворчливого, растрепанного мужчину с маслянистыми спутанными волосами, утренней щетиной, в старой серой ночной рубашке; он пьет чай, чашку за чашкой, чтобы взбодриться. Северус – не утренняя пташка. Если сегодня моя очередь готовить завтрак, я ставлю перед ним тосты, сок, бекон и глазунью из двух яиц и целую его слегка блестящий лоб. Он смотрит на меня затуманенными глазами. Каждый день на завтрак одно и то же. Сварливый Северус любит однообразие. После десяти утра он уже в полной боевой готовности к новому дню. Аромат бекона достигает его больших, чувствительных ноздрей, и он с наслаждением вдыхает. Все его тело приподнимается, и глаза закрываются. Когда они снова открываются, он – Северус Грейнджер-Снейп, невозмутимый, спокойный и счастливый; и он приветствует меня мягкой улыбкой и возвращает мой поцелуй, прежде чем пробормотать: – Спасибо, Госпожа. Профессор набрасывается на еду, ест с удовольствием и наслаждением, и, разобравшись с завтраком, взбегает по лестнице и идет в душ, готовый начать день. Мгновение спустя из-за двери ванной раздается особый звук. В первый раз, когда я это услышала, я взлетела по лестнице, думая, что что-то не так. Это было так чуждо, так странно, я была уверена, что мои уши сыграли со мной злую шутку. Но нет. Это Северус, в душе. Поет. – Когда я просыпаюсь утром, любовь, и солнечный свет режет мне глаза; и что-то неожиданно печалит меня, но стоит лишь мне посмотреть на тебя – и все прекрасно сразу, всего один взгляд на тебя, и я знаю, что это будет... Прекрасный день... прекрасный день... Как я и говорила, он обожает однообразие. Из всех его рутин, эта – моя любимая. Моя рутина состоит в том, чтобы снять халат и войти в его теплые, влажные объятия, а он заскользит своими красивыми, большими мыльными руками по моей груди, и мы вместе споем последний куплет. – Когда день, который ждет меня впереди, кажется невозможным, и кто-то другой, а не я знает, что делать, мне стоит лишь посмотреть на тебя, и все сразу в порядке… Всего один взгляд на тебя, и я знаю, что это будет... прекрасный день... Если я могу заставить Северуса Грейнджера-Снейпа петь, я знаю, что он счастлив. И я тоже. ~ФИНАЛ~ Закончено 3 Марта 2011 Года