Путь самурая

Утро встретило радостными солнечными лучами в окно каюты. Казуха зажмурился, зевнул и перевернулся на другой бок. Так приятно было спать. Свежий морской ветер щекотал кожу, и мягкая улыбка сияла на губах. Юноша слышал, как ветер шептал ему о хорошем дне. Без бурь, без штормов, без дождей, а только с лёгким ветром, свежестью и солнечным теплом. Казуха уже начинал слышать, как просыпались матросы, как их тяжёлые шаги ступали по палубе, как в сонной спешке работяги гремели снастями. Он открыл глаза, и в багровом заплескался яркий свет. Уже прошло три недели. Синяки исчезли, кожа вновь забелела, а истощённое состояние и вовсе сошло на нет. Румянец засверкал на щеках, а глаза вновь улыбались всем вокруг. Бэй Доу была очень занята приготовлениями к торговому контракту с Инадзумой и только тихо ругалась на всемогущую Волю Небес, которая так некстати решила преумножить прибыль Ли Юэ. Казуха видел Бэй Доу только вечером, когда она выходила из своей каюты подышать воздухом. Капитан обычно облокачивалась на борт и молча смотрела, как плещутся волны. Её взгляд был блёклым, а вид уставшим. Но она всё равно пересиливала себя и после нескольких минут заходила обратно в каюту. И ещё долго потом слышался тихий безудержный смех. Казуха каждый раз стоял возле двери, не решаясь войти. Он хотел успокоить, утешить, помочь. Но что он мог? Было больно смотреть на капитана. Было больно понимать, что он лишь мешается… Казуха каждый раз закрывал глаза, когда вспоминал, как даже несмотря на большую загруженность, капитан умело руководила матросами и даже распоряжалась каждое утро приносить завтрак в его постель. А он только стоял с опущенной рукой у её двери. Но это утро было другим. Казуха вышел на палубу и вдохнул полной грудью. Было хорошо. — Выспался? – Бэй Доу стояла рядом, подставляя лицо солнечным лучам. — Да, вполне. А ты? Бэй Доу хохотнула: — Всё отлично. Мне даже приснилось, как я поймала гигантского окуня и откупилась наконец от Цисин. Казуха улыбнулся и посмотрел на палубу. Работа шла оживлённо и динамично. — Казуха, – внезапно заговорила Бэй Доу, – Давай сегодня прогуляемся по гавани. Капитан ярко улыбнулась, и они оба посмотрели на яркую гавань. Там только начинала кипеть работа. Торговцы ещë зевали на своих прилавках, а жители только начинали отправляться по своим делам. — Пошли. День обещает быть хорошим.

***

Ли Юэ постепенно оживало с приходом Солнца. Во всём разгаре шёл праздник Лунной Охоты. Набережная была украшена шатрами, маленькие лавочки торговцев пыхтели от переизбытка пряностей и закусок, а фонари задорно качались на ветру, будто радостные болванчики. Бэй Доу вела вдоль лавок, попутно разговаривая с торговцами и весело смеясь. Каждый отвечал улыбкой на её задорный смех, а дальше начинались торги и шутки, ведь капитан, как никто другой умела развести на деньги и отлично знала цену на любой товар. — Эй, Бо Лай, не мелочись. Тебе жадно продать это за три сотни моры? Бэй Доу стояла, облокотившись на прилавок и пригвождая своим ярким взглядом торговца. Тот, насупившись, только произнёс: — Это стоит как минимум тысячу моры! Капитан, хоть вы и высокопоставленная личность, но я… — Что же вы..? Мой дорогой друг, давайте поговорим по душам? – её голос смеялся, а сама она была так беззаботна. – Ведь лишь единицы знают, откуда вы берёте этот товар и почему у вас так много денег. Это ведь не единственная ваша работа. Казуха стоял позади и видел, как при этих словах такой самоуверенный торговец внезапно побледнел и замолчал. — Капитан, может, не стоит ради такого… Но Бэй Доу только дружески похлопала его по плечу и вновь обратилась к торговцу. — Кстати у меня довольно хорошие связи с чайным домом «Яньшан», так что если вы всё так же хотите, чтобы об этом знали единицы… — Сдаюсь! – торговец ударил руками по столу. – Довольно с меня! Забирайте, уходите отсюда и больше никогда не возвращайтесь. И Бэй Доу, хохоча, забрала наконец то, что хотела и, пройдя мимо Казухи, подмигнула ему. И он улыбнулся. — Бэй Доу, правда, не стоило этого. Они сидели на лавке возле величественной стены и отдыхали. — Он был таким злым, – воспоминание о перекошенном лице торговца всплыло в голове, и Казуха тихо рассмеялся. — Мы в городе контрактов и торговли. Здесь умение торговаться — это хобби, которое приносит удовольствие, – она хохотнула. – Я могу с тобой поспорить, что этому самому торговцу понравилось, как я его сделала! Потому что это часть бизнеса. Она подкинула вверх монетку и ловко поймала её. — Моры может быть много, но результат зависит совершенно от другого. Нужно лишь постараться. Она настолько беспечно говорила о деньгах, что Казуха вновь окунулся в те времена, когда скитался по своей родной стране без гроша в кармане. Тогда он познал единство с природой, смог услышать ветер и понять животный мир. Там не существовало такого понятия, как «деньги». Тогда жили лишь тело и душа, и всё находилось в блаженстве. Даже теперь, когда он оказался в Ли Юэ, в городе, который правил финансами — даже здесь он иногда слышит отголоски той жизни. Того единства. Прикосновение к его щеке немного отрезвило, и Казуха вздрогнул. — Тебе идёт, – Бэй Доу смотрела на него и ослепительно улыбалась, осторожно убирая светлую прядь за ухо и протягивая ему маленькое зеркало. Яркий цветок сиял в волосах, будто алая звезда. Его лепестки насыщенно дышали на воздухе, а тычинки склоняли свои головы под порывами ветра. — Это… — Кровоцвет. Цветок, который вернул его мыслями домой. Когда поля в лучах багрового солнца сияли кроваво-красным. Когда глянцевые лепестки ярко горели в лучах. И когда он стоял посреди этого поля такой же алый, как и всё вокруг. «— Это твой цветок. — Томо, ты довольно жесток. Этот цветок символизирует гибель, разве ты не знаешь? Тогда его друг громко рассмеялся и сказал одну важную вещь, которую Казуха запомнил навсегда: — Этот маленький цветок не виноват, что он растёт там, где хочет. Так и ты терпеливо иди по жизни своей дорогой, даже если вокруг будет литься кровь. Ведь однажды ты обязательно найдёшь спокойное место, где сможешь разрастись широким полем и никто не сможет тебе помешать. А пока стойко иди вперёд» — Казуха..? Казуха! Он очнулся от наваждения и перевёл взгляд на капитана. Та смотрела на него с беспокойством и удивлением. — Всё в порядке? — Да. Да. Всё хорошо. Просто вспомнил внезапно… На его губах мелькнула мягкая улыбка, такая же нежная, как первые лучи заката. — Улыбайся чаще. Ты красивый. И Бэй Доу поднялась с места, чтобы отправиться дальше. Они шли по оживлённой улице и наслаждались чудесным днём. Бэй Доу была весела и разговорчива. Она говорила про свои плавания, рассказывала анекдоты и так открыто смеялась, говоря про Нин Гуан, что люди оборачивались в недоумении, но тут же продолжали идти дальше, видя, что это всего лишь Бэй Доу в своём самом хорошем настроении. Казуха слушал её голос, её смех. Слушал ветер и говор жителей, запахи и ароматы уличной еды и ощущал себя в гармонии. Хотелось смеяться и дурачиться, забыв про статусы, отринув честь и достоинство. Сердце жаждало уйти от забот и, окрылённое, взлететь под небеса, где облака словно вата, а небо журчит голубизной. Но внезапно сладость пленила все его чувства, и он замер. — А потом кальмар ему говорит… – Бэй Доу обернулась, но не увидела рядом с собой Казухи. Нежный винный красный внезапно похолодел, и взгляд ужесточился. Кулаки капитана сжались, и Бэй Доу остановилась. «Где он?» – люди мельтешили рядом, разговаривали, улыбались. Но ей не было дела до этих жалких людей. «Подвинься, уйди, исчезни наконец!» Кто-то толкнул плечом, другой наступил на ногу. — Капитан, извините… — Капитан… — Я тороплюсь, прошу прощения… — Капитан! Доброе… – хозяйка магазина нежно улыбнулась прославленной героине, но жёсткий взгляд заставил её замолчать. Спина покрылась мурашками под этим холодным острым взглядом, который прошёл насквозь, осматривая толпу. Но когда он наконец наткнулся на яркое красное пятно, то тут же смягчился, засиял нежным бордовым, пьяной вишней и лёгким вином. — Захотелось перекусить? – Бэй Доу приблизилась и положила руку на плечо Казухи как ни в чём не бывало. Тот выглядел задумчивым. — На моей родине точно такое же продаётся. Капитан посмотрела на прилавок, на котором лежали шарики данго, моти с сакурой и яблоки в карамели. —Откуда? – спросили они в один голос, но как различались интонации! Казуха — с волнением и восхищением, капитан — с подозрением и холодным ожиданием. «Вкус родины». «Незаконная перевозка» — Я вспомнила некоторые рецепты из моего дома, – Ацуко дружелюбно улыбнулась. И мир вновь засиял. Бэй Доу звякнула мешочком с морой, и они от души взяли сладостей каждого вида и сели на корабельные ящики на пристани, поставив лицо лучам солнца. Моти с сакурой нежно пленило все пять чувств, трёхцветные данго пряно рассыпались во рту многообразием вкусов, а сахарная сладость карамели сливалась с яркой свежестью и кислотой яблок. — А ты у нас сладкоежка, – Бэй Доу усмехнулась. — Я не привередлив в еде, – Казуха посмотрел на море, – Но мой друг очень любил сладкое. Хоть иногда у него не было моры и он ел простой хлеб на завтрак, обед и ужин, он всё равно каждый раз, как выдавалась возможность, покупал сладость и был так счастлив… – Казуха тихо рассмеялся. Бэй Доу замолчала, а потом проговорила: — У тебя хорошее настроение. Есть вдохновение? Казуха улыбнулся и прикрыл глаза. Бэй Доу любила, когда он читал ей стихи, а сам он… был рад чувствовать себя свободным. И слова полились, как мёд: Яркое солнце, синее небо, Лёгкость в сердце моём. Я чувствую сладость, чувствую негу И думаю ночью и днём. Я помню поля и красоты закатов, Фиалковую траву, И вкус, что пленяет меня только взглядом, Я мыслю, а значит, живу. Они сидели некоторое время на ящиках в полном молчании. Бэй Доу восхищённо вздохнула и хлопнула Казуху по спине: — Ты невероятный. Идём. Она легко спрыгнула вниз и протянула руку. Лодка уже ждала на пирсе, качаясь на волнах. Казуха ступил, и та пошатнулась. Такая хрупкая, это не корабль. — Не волнуйся, просто поплаваем. Бэй Доу лихо запрыгнула в лодку и взялась за вёсла. Они отплывали от Ли Юэ. Величественный, прекрасный город сиял в лучах, горел красками и дышал жизнью. Волны подмывали скалы, а он всё стоял неподвижный. Вода плескалась о борт лодки, и лёгкая качка убаюкивала. — Давай я помогу, – Казуха потянулся к вёслам, но Бэй Доу покачала головой. — Это мой подарок. Город уже почти полностью исчез за скалами, и стало тише. Только сейчас, вдали от шума, Казуха начал отчётливо слышать плеск волн, пение птиц на деревьях скал, рычание животных в кустах. Он ощущал себя центром этого природного умиротворения. — Мне нравится, как здесь уютно, – Бэй Доу положила вёсла и откинулась назад. – С огромным кораблём сюда не подплывёшь, да и ощущения уже будут не те, – она задумалась, и на её лице промелькнула тень бывшей усталости. — Теперь ты можешь отдохнуть, – Казуха положил ладонь на её руку. На душе стало так тепло, когда капитан улыбнулась и, протянув к нему руки, заключила в нежные объятия. — Такого не позволишь перед командой, правда? — Правда. Было приятно осознавать, что он нужен, что он важен для кого-то. «Капитан…» – Казуха ближе прижался к ней. — А теперь… давай-ка перекусим! – Бэй Доу достала удочки и улыбнулась. Казуха ловко схватил удочку и рассмеялся в ответ: — Давай! Целый день они провели в лодке, ловя рыбу и веселясь вовсю. Вся одежда промокла насквозь, а почти вся рыба была выпущена обратно в море. В какой-то момент Бэй Доу радостно выдохнула и достала таганок. Оба переглянулись и, причалив к берегу, развели огонь. Неясно откуда, но в руках у Бэй Доу оказались перец, соль, пучок ароматной зелени и разделочный нож. Наловленная рыба весело шкварчала на костре, разнося чудесный запах по округе. — Здорово пахнет. — Конечно, Сян Лин меня научила. Она сегодня участвует в конкурсе кулинаров среди всех поваров Ли Юэ. У неё невероятный талант. – Бэй Доу посолила рыбку и выдохнула. — Хорошо! Тем более, что сегодня праздник Лунной Охоты — все готовят свои любимые блюда и радуются вкусу еды. Я знаю, что ты любишь такое, – она подула на горячую рыбку и откусила кусочек. – Ах, хорошо! — Бэй Доу, ты как всегда права. Казуха наблюдал за тем, как капитан осторожно пыталась приготовить рыбу по всем правилам. Во время плаваний не особенно заботишься о том, что ешь. В основном само наличие еды — уже ценность. Но здесь она старалась добавить вкуса с помощью изящных ноток свежей зелени и тщательно приготовленных специй. «Так подготовилась к этому дню?» – в глубине души что-то кольнуло и разлилось теплом. — Капитан. Бэй Доу перевела на него взгляд. — Спасибо… Лицо Казухи было озарено солнечным светом, в котором улыбка ярко сверкала, а глаза-рубины нежно переливались багряным. Бэй Доу только усмехнулась и протянула ему его долю. И вот уже день подходил к концу. Солнечный диск уходил в водную гладь, пылая алым и опуская свои лучи на богато украшенную гавань. Становилось прохладнее, тепла больше не было, и Казуха поёжился. — Интересно, как там прошёл конкурс кулинаров..? – Казуха мечтательно выдохнул. — У Сян Лин много оригинальных идей. Я не сомневаюсь в её силах, – Бэй Доу хлебнула из бутылки. – Но это её единственное оружие против опыта и сноровки. Если такой повар ей попадётся... будет нелегко. — И она справится? И Бэй Доу тут же ответила: — Безусловно! А затем глубоко задумалась и поставила бутылку. — Кстати насчет конкурса... На Алькоре скоро состоится празднование в честь окончания Лунной Охоты. Там соберётся вся элита Ли Юэ, чтобы попробовать блюда финалистов. Также будут гости из других регионов... – Бэй Доу замолчала, будто не решаясь сказать. – Я не хочу просить тебя об этой услуге, но... — Бэй Доу, говори, – Казуха доверяюще положил ладонь ей на плечо. — Их нужно обслужить. Казуха замер. «Обслужить? Мне снова придётся...» – мелкая дрожь прошла по телу, и голова мигом похолодела. Снова возвращаться туда. Снова делать это. Снова. Снова. Сно– — Только подносить им еду, – Бэй Доу накрыла его руку своей. И Казуха выдохнул. — Хорошо, Бэй Доу, я буду рад тебе помочь. На душе сразу стало легче, а взор вновь наполнился красками и засверкал счастьем. Они ещё некоторое время пробыли на берегу, высушили мокрую одежду возле костра, а потом неспеша отправились обратно в гавань на лодке, рассекая солнечную воду, прямиком к горящему огнями Алькору. Скоро будет слышаться смех. Скоро солёный воздух наполнится ароматами пряностей и высококлассной еды. Скоро заиграет музыка, и палуба оживится разговорами. — Скоро начнётся празднование. Парень в меховой накидке усмехнулся, стоя на балконе гостиного дома. — Ты, как и я, с таким же нетерпением ждёшь этого праздника, правда? Ледяные фиалковые глаза недовольно посмотрели на него. — Ты знаешь, зачем мы здесь. — Ха-ха-ха, конечно! Нашим лекарям пришлось изрядно попотеть, чтобы привести тебя в порядок от укуса котёнка, – холодные синие глаза смеялись. — Замолчи уже и пойдём. — И правда… Он задумчиво посмотрел на море и сияющий Алькор. — Лунная Охота, да..?