К-38

Усохшие пальцы взяли чашку с чаем так манерно, от чего Леви почувствовала себя деревенской милочкой, которая сидела напротив знати, что проявляет милость одним фактом того, что они сидят за одним столом. В комнате было семь человек: трое были напуганы, один хотел убивать, второй хотел ответов, и только двое сидели, всем своим видом давая понять, что им насрать на исход разговора, всё же… Алые глаза из-под седых ресниц внимательно вглядывались в лицо Металликаны. Он не притворялся, его сердце билось ровно, он потерял всё, что мог потерять, а потому голова приравнивалась лишь к одному не сильно важному придатку, типа аппендикса. Забавный чудик, она за ним понаблюдает. — Полюшка. — тихо шепнул МакГарден старший. — То, что вы говорите… — Мне насрать, какими будут ваши решения. — холодно выдала старуха, отпивая дорогого чая. — Но ваши слова противоречат здравому смыслу! — Существование моего брата противоречит здравому смыслу, да и всем законам природы… Как и моё. Я выдала вам информацию, а как вы ей распорядитесь, мне вообще не интересно. — А зачем вы её выдали? — холодно поинтересовался Металликана. — Ладно спонсорам, но зачем вы её выдали Проектам? — … — Полюшка молчала с пару секунд, отставила кружку и глянула на Металликану, как на говно. — Акнология… Как бы это помягче выразиться… — Конченный псих. — Нет, это слишком мягко. — старуха демонстративно закинула ногу на ногу. — Если сказать без особых терминов, его несёт. У него наступают моменты, когда он уже не видит ничего, кроме цели, которую надо получить, и в такие моменты лучше завязать ему глаза. Вы думаете, он не разнесёт Магнолию? Вы думаете, он не явится в дом спонсоров с автоматами и не расстреляет всех и вся? Вы очень плохо знаете этого человека, он может всё, он всё это уже делал и сделает ещё бессчётное число раз, а потому я знаю, какими будут последствия. Он из тех, кто кидается вплавь за сорвавшейся с крючка рыбой и догоняет, а потому он сбросит ядерную бомбу на Магнолию, а потом будет думать, нахрена это сделал. Мне наплевать, как вы распорядитесь данной информацией, но если хотите жить, все вы, то вам двоим я советую съябывать прямо сейчас из Фиора, а остальным сидеть тихо и «ничего не знать». Ещё вопросы ко мне будут? — Зачем вы гоняли Тайную Канцелярию до изнеможения и седины в волосах? Сказать по правде, этот вопрос на миг заставил толпу опешить, а Полюшку замолчать. С пару секунд она совершенно невозмутимо смотрела в глаза Металликаны, как вдруг уголки губ едва заметно приподнялись, а плечи дрогнули. Сначала, едва заметно, тихо, почти невидимо, а после сильнее и громче, пока гаденькое хихиканье не переросло в истерический и очень болезненный хохот. В нём не было ни грамма рассудка, она хохотала как умалишённая, от чего почти вся толпа сжалась, и только Металликана был невозмутим. Полюшке понадобилось около минуты, чтобы смочь говорить, и в тот момент, когда она улыбнулась, Нацу смог проследить родственные черты этой семейки. — Почему гоняла? — почти давясь слюной, выдала бабка и хищно облизала губы. — По той же причине, по которой у меня появлялись те, кого можно гонять… Потому что можно. — тут алые глаза украдкой глянули на Леви и в оскале появилось что-то злобное. — Знаете, что такое Женщина второй половины девятнадцатого века? Это такая форма имущества, которая принадлежит мужчине, причём не важно кому. Она может принадлежать мужу, отцу, сыну, брату, куму — это не принципиально. Это такой своеобразный «Шпиц», который можно погладить, почесать, покормить, а можно не покормить. Его можно любить, а можно просто бить, можно выкинуть на улицу, изнасиловать, продать или прирезать, если надоел, тут на усмотрение «Хозяина». Вот тебе повезло с Хозяином — молодец, тебя можно поздравить… Обычно не везёт. А знаете, что бесит маленького «Шпица»? Вы не поверите. Намордник! Особенно когда он знает, что он Американский стаффордширский бультерьер, и может перекусить эти глотки на раз, но надо улыбаться. Но в этом и есть главный парадокс мира, которым правят мужчины: они в любой юбке видят Шпица, и всегда очень удивляются, когда, задирая её вдруг оказывается, что под ней Стаффорд без намордника. — тут Полюшка по-хозяйски расселась в кресле, свысока взирая на этих ничтожных людишек. — Мы пришли в этот мир не по воле какого-то там «Бога», а по воле Зиркониса. Он создавал нас, как идеал, и с тех пор, как мы сожгли поместье, не было на свете ни одного места, где бы мы смогли нормально существовать. Куда бы мы не пришли, где бы ни оказались, с кем бы не имели дело, нас не принимали потому, что либо боялись, либо завидовали. Что бы мы не делали, что бы не пытались, из нас хотели вытянуть всё и даже больше! Немощные старые Лектора предлагали моему брату «Зачёт на Сестричку», а потому их коллеги очень сильно удивлялись, хули этого блядуна нашли в канаве со вспоротым животом. Вокруг меня вились маразматики-деды, что ходят под себя, и им на шеи вешались молоденькие девицы, потому что «деньги не пахнут». Меня задаривали подарками блядуны, конченные мрази и женатые изменщики, которые даже не стеснялись собственных супруг, делая это! Когда мы сожгли поместье, мы думали, что вместе с ним сгорят и все невзгоды, мучения, боль, а оказавшись в «цивилизованном обществе» и «высокой аристократии», мы увидели вокруг себя тысячи «Зирконисов», но у нашего хотя бы была цель! Нами пытались помыкать, хотели использовать, просто так, ради личностного удовольствия, а брат… — тут Полюшку перекосило в гримасе брезгливости и какой-то безнадёжности. — Брат хотел помогать этим людям. Он стремился стать частью этого коллектива, верил, что мы сможем, что у нас получится… Проблемы начались сразу. «Женщина должна то», «Женщина должна это», я ничего им не была должна, но они бесконечно совали свои проклятые носы в наш маленький мир, в котором мы никого не хотели видеть! Мы жили своей жизнью, ничего не просили, ни к кому не лезли, но каждой собаке надо было вытянуть, «а почему так?», «а почему этак?». Мой брат спас больше жизней, чем кто-либо в мире, и за это его ненавидели! Я отказывалась продаваться старикам, и за это ненавидели уже меня!!! Эти мрази давились ядом, не в силах к нам подступиться, и тогда они натравили на нас Тайную Канцелярию. — а на этой ноте Полюшка оскалилась до самых ушей, и почти с любовью выдохнула. — Знаете, что самое смешное? А ведь в тот день всё должно было быть по-другому. Ко мне явился милый мальчик поболтать, предложил угостить, после чего обещал проводить до дома. По дороге домой, мальчика встретил кучер и мы поехали, правда, по пути он достал тряпку с хлороформом и зажал мне рот. Он не знал, что Зирконис топил меня в ледяной воде, а потому я могла не дышать до пятнадцати минут, а вот когда узнал, было уже поздно. Я хотела свернуть ему шею прямо в той карете, но вдруг мне стало так весело, и я ему тихо сказала: «Хочешь поиграть в Жертву и Охотника? А давай поиграем». Вы знаете, как Тайная Канцелярия общалась с девицами и какими методами доставала информацию? «Всё спишем»: так мне сказал подосланный шпион, и он не соврал, они и вправду всё списали, однако что-то по всей видимости утекло. — оскал Полюшки светился самодовольством и гадством. — Вы знаете это незабываемое и неповторимое чувство, когда ты смотришь человеку в глаза, а он не может пошевелиться? По его щекам текут слёзы, у него на лице ужас, непонимание, неверие в происходящее, что мешается с отчаянием и невозможностью даже вдохнуть. Где-то метрах в пяти лежит его замученный напарник, ещё двоих брат гоняет по лесу, они тоже скоро рухнут, а ты смотришь этому ублюдку в глаза и тихо шепчешь: «Хотел поиграть в Жертву и Охотника? Ну что ж… Беги». Он не найдёт в себе силы бежать, он не найдёт в себе силы даже отвести взгляд, но будет истошно выть, стальные напёрстки будут бить его по бокам и пяткам. Он не спит уже третьи сутки, ему осталось недолго, и ты знаешь, что сначала он окончательно поедет кукухой, а после сдохнет от изнеможения! И знаете, что вы почувствуете в этот момент? Ничего. Вот вообще. Тебе было весело, брату тоже, а Тайная Канцелярия начинает мочить штаны и высылает профессиональные отряды для твоей поимки, а это означает, что в следующий раз охота станет интереснее. Ты вернёшься домой и с чувством приятной неги завалишься спать, потому что устал. Почему мы гоняли Тайную Канцелярию? Потому что Тайная Канцелярия гонялась за нами! Этим шакалам мешало то, что у нас всё было хорошо, а не как у людей! Что брат не бухал, а работал, а я не мучилась от побоев пьяного супруга, потому что не вышла замуж за богатого подонка! Вот плохо этим мразям было с этого! Хорошо жили, не мучились и не страдали! Непорядок! А потому и не мучились, потому что жили так, как хотели. Нам не нужно было ничего, никто, мы прекрасно существовали вдвоём и нас всё устраивало! — Впятером. — осторожно поправил Металликана. Полюшка хотела что-то ответить, как вдруг осеклась и даже на миг опешила. Мужчина сидел совершенно спокойно, вникая в рассказ, просто поправил её, а у неё замкнуло голову так, что она вообще не поняла, что услышала. — Что? — переспросила старуха. — Вы жили не вдвоём. Вас было пятеро. Вы продолжайте, я слушаю. — от этих слов старуха опешила в край, а Металликана не стал томить и лишь профессионально выдал. — Сколько у вас было детей? О да, вы поняли вопрос! «Сучий потрох»: пронеслось в голове старухи, от чего она лишь вальяжно откинулась на спинку кресла и усмехнулась. Навёл справочки, ублюдок, а в прочем… — Я родила шестерых. — почти с гордостью выдала бабка. — Выкидыши я не считала, но те, что родились, не прожили дольше одного месяца. А, собственно, к чему этот вопрос? — … — Металликана лишь молча достал из кармана винтажную фотографию, повернул её к старухе и выдохнул. — Это вы? Бабулька смотрела на фото безразлично, но внутри неприятно зашевелилось. Аккуратные черты лица, пепельные волосы, её не пугало лицо девушки, ведь на этой фотографии она видела Анимуса. Настоящего Анимуса, того самого, которого отец полжизни держал в сарае на цепи. — Ну допустим. А что? — Да просто интересное фото. — обречённо кивнул Мета и указал в сторону затаившей дыхание толпы. — Вот они видят на этом фото двоих… А мы с вами — пятерых. Забавный эффект не находите? — Я не… — Всё вы понимаете и знаете гораздо лучше меня. — как-то виновато улыбнулся Металликана, оттопырив четыре пальца. — В вашей жизни их было четверо. Четыре мужчины, что тогда, что сейчас, ни больше, ни меньше. Четверо. Первым был Зирконис — первый мужчина, с которым вы столкнулись. Властный тиран, абьюзер, фанатик, что ставил на вас опыты и однозначно имел к вам какой-то не однозначный интерес. Это не проявлялось в физическом плане, но нить чувствуется. Это был — Хозяин, его слово — Закон, приказы абсолютны и не подлежат никакому оспариванию. — тут Мета загнул палец и продолжил. — Вторым мужчиной был Анимус. Очень страшное, агрессивное, неуправляемое, крайне тупое и безжалостное нечто, он может только убить, больше ничего. Анимус — Абсолютное Зло, без шансов и прав на реабилитацию… Третьим мужчиной был Акнология — маленький, безобидный, очень слабенький, но очень умный мальчик, который постоянно болел, не представлял угрозы, постоянно нуждался в вашем внимании и был благодарен, что вы у него есть. Акнология для вас был «Сыном», вы испытывали к нему тоже самое, что испытывает мать к своему ребёнку. Вы любили его, воспитывали, могли поговорить о чём-то, он принимал вас такой, какая вы были. Во всём этом балагане, Акнология был «островком спокойствия», куда вы могли прийти, выговориться, а также сорваться в меру допустимого, ведь он бы не смог дать вам отпор. На этом мужчины в вашей семье заканчиваются, однако в ней всё же есть Четвёртый. — Металликана опустил руку и проникновенно посмотрел в алые глаза. — Четвёртый мужчина представился именем младшего близнеца, и в принципе на этом их сходство заканчивается. Четвёртый не похож ни на кого и на всех одновременно, потому что он заключил в себе расчётливость Акнологии, харизму Анимуса и перенял модель поведения вашего Отца. Этот ублюдок заключил в себе все самые плохие качества этой тройки… Вот в этого вы влюблены до беспамятства. — демонстрируя фотографию, Металликана говорил тихо и размеренно, словно в него не стреляли несколько часов назад. — На фотографии два человека, но мы с вами видим пять, и это причина, почему вас так колдыёбит. Вы не можете однозначно отнестись к брату, потому что вы в принципе не воспринимаете его, как что-то одно, у вас конфликт с четырьмя людьми в одном, и вроде бы Четвёртый должен был выступить в качестве «собирательного образа», но вместо этого присел с краю и усугубил и без того дерьмовое положение. Подходя к спящему брату со скальпелем в руке, вы не можете определиться, чего хотите. Вы хотите макнуть Зиркониса мордой в дерьмо, перерезать глотку Анимусу, поцеловать в лобик Акнологию, укрывая одеяльцем и на радостях кинуться в объятья любимого мужчины. Любимый Мужчина — это вообще отдельная тема и уровень негативной атмосферы в семье. Ни для кого не секрет, что корнем всего зла был Зирконис, он же задал модель поведения, в первую очередь, вашему брату. Мальчики часто срутся за внимание мамы, ревнуют к отчимам и топают на разборки, хули сестру обидели. Это нормально, но ваши мужчины… — Металликана положил фото на стол. — Человек — всего лишь Млекопитающее, самый обыкновенный зверь, в котором заложены базовые инстинкты. Нормы и правила поведения — сугубо условный рефлекс! Было бы странно, если бы ящерицы знали законодательство, да и люди не знакомы, есть процент, и всё же, обычно нормативы привиты, однако история знает немало случаев, когда люди, оказавшись отрезанными от мира в замкнутом коллективе в течении считанных недель, а порой и дней, уходили по своим наклонностям ближе к общинному строю. Там нет правил и норм поведения, нет законов и устоев, особенно это усугубляется, если среда агрессивная, а поместье Зирконикса было очень несладким местом изоляции. Если у заводчика остаются котята с помёта кошки, и они разнополые, их необходимо, либо стерилизовать, либо изолировать друг от друга, так как у них нет понятия «Дочь/Сестра/Мама», и это логично. Ими движут инстинкты, которые опускают их на уровень «Две Самки, Один Самец», и это хороший расклад, потому что есть хуже — Два Самца, Одна Самка. Ваш брат не просто защищал вас от вашего отца, они возвели это в прямую внутривидовую конкуренцию, в которой у Зиркониса шансов не было вообще! Было бы странно, если бы вы встали на сторону вашего родителя, но именно с вашей подачи ваш брат начал видеть в Зирконисе не просто Садиста-Фанатика, а прямого Конкурента! Инцест — вообще «дело семейное», но я херею не с этого. Я тут повыкидывал всё лишнее, все гранты, годы, Проекты, Базы и прочее, я оставил только голый скелет и обосрался в край. Чем больше я выкидывал ненужной мишуры, тем страшнее мне становилось, потому что, избавившись от фондов, амбиций, желания править миром и излишнее пристрастие к кровосмешению, вся суть уложилась в «четыре часа». — тут Мета впервые за всё время позволил себе лютый ахер на лице. — Четыре Часа — интервал времени, с семи вечера до одиннадцати. Это — картина, простая до рвоты, и от неё хочется орать в ужасе! Всё просто. Пошарпанная панелька, возможно от родителей досталась, может в ипотеку, это не важно. Это двушка, можно трёшку, но двушки будет достаточно! Семь часов, дверь открывается! Ваш брат приходит со среднестатистической работы: «белый воротничок», офисный клерк, семейный доктор, а почему бы и нет?! Он зарабатывает, немного — не мало, ему хватает, и он приходит домой! Он не успевает войти в дом, ему на встречу бегут пиздюки, их два или три, они кидаются ему под ноги, вопят «БАТЯЧЁКУПИЛ!!!???». Оторвать их от ног невозможно, поэтому со всех этой ношей он тащиться на кухню в надежде пожрать. Там у плиты стоит заёбанная в хламину жена, в засаленном халате, она смотрит на него, как на второй столб, на ком держится ячейка общества, откладывает половник, целует в губы и выдаёт список, чтобы он съебался в магаз. Глаза виноватые, но с выражением «я извиняться не буду», продолжает свои дела. Делать нечего, пиздюки не отклеиваются, благо магазин недалеко. Где-то к восьми, голодный и заёбанный, он таки добирается до еды и начинается рутинный круговорот. Уроки, поделки, рассказы, новости, телевизор, часам к десяти всё заканчивается, пиздюки уложены, можно завалиться спать. Жена читает книжку, он ложится рядом и ждёт. Она намёк понимает, недовольно морщится, её всё задолбало, она устала, пиздюков и так дохрена, она хочет просто отдохнуть, но деваться некуда! Она выбрасывает книжку, смотрит на мужа, как на говно, и выдаёт: «у тебя десять минут! Не уложишься — вали в ванную!». Он на радостях, видя «зелёный свет», кидается во все тяжкие! Ему хватит и трёх минут, но ему дали десять! Мелочь, а приятно. Он укладывается в свои законные три минуты и, с чувством выполненного долга, отворачивается к стенке. Сон подкатывает, но тут его тыкают в бог и злобно шипят со спины: «я сказала: «десять минут!!!». Желания нет уже у него, он хочет спать, но теперь увильнуть он не сможет, а потому приходиться найти в себе силы на ещё «семь минут». В общем, с горем пополам, он выжимает из себя все соки, но семь минут выдерживает без сердечной недостаточности и вызовов скорой. Дело ближе к одиннадцати, завтра на работу, на выходных они поедут на дачу, и с этими думами ваш брательник отрубается, дабы завтра повторить алгоритм с нуля. С этими словами Металликана слегка откинулся в кресле, взял кружку чая, плеснул туда утащенный у хозяина коньяк и отпил, не сводя глаз с на удивление притихшей Полюшки. Она была очень недовольна, но что-то не давало ей просто перебить Металликану. Ну что сказать, профессионал. А вот сам рассказчик лишь тихо продолжил: — Всё. Четыре Часа, рутина до рвоты, которая сводит женатые пары с ума, от которой бегут к любовницам и на рыбалку, лишь бы не видеть этого… Вот эти Четыре Часа были пределом мечтаний вашего брата, ему ничего больше не было нужно. Ни деньги, ни женщины, спонсоры, амбиции, ничего, если бы ему дали это… И это действительно страшно, потому что это нормально. Психика мужика построена очень простым и невероятно надёжным образом, посредством «треноги». Три столпа психики, что удержат любого человека в любой ситуации, но, проблема в том, что, если хоть одна «ножка» подвернётся — последствия могут быть фатальные. Эти столпы идут из каменного века, и будут до конца существования человечества, которые можно условно обозвать: «Мамонт», «Баба» и «Пиздюк». Мамонт — это то, что мужик добыл. Это может быть всё: деньги, машины, повышение на работе, признание, медали, рекорды, вся материальная и социальная жизнь средь «племени». Ахрененный «охотник», крутой лидер, без него наша община голодает. Второй столп — Баба. Это может быть жена, любовница, подруга, друг, мальчик, спонсор, не исключён вариант педофилии, это неважно. Это уже не момент «предложения», а «спроса». Я самый крутой мужик в племени, со мной хотят спариваться все бабы, мужики, охотники соседнего племени, о вкусах не спорят. Вот эти два столпа, «Мамонт» и «Баба», обществом высоко котируются, а вот про третий обычно забывают. Организмы мужчины и женщины работают по-разному, и реакция на потомство у них отличается. У женщины есть физиологический момент необходимости родов, вплоть до гормонального выброса в принудительном порядке организма. У мужчины — психологический. Это не значит, что крутой альфа-самец, что блядовал всю жизнь, вдруг воспылает любовью к своему потомству, будем реалистами… Но скажите такому альфа-самцу, что у тридцати разных женщин от него родились дауны, и скорее всего, он засмеётся. Он может вас обматюкать, послать в жопу, сказать: «сам даун», он сделает всё, что угодно, только не проигнорирует. Он будет абстрагироваться от этой информации, вплоть до физической агрессии, потому что это столп психики, который вот-вот рухнет вместе с ней. Мужчине, даже самому отбитому и отмороженному, очень важно знать, что он может дать здоровое потомство или, хотя бы, жизнеспособное, и некоторые женатые пары, а именно, мужчины, на полном серьёзе едут на этой почве кукухой. Обычно это алкоголь и скандалы, но в крайних случаях доходит до побоев, разводов, а бывает, и до маниакальных наклонностей. А теперь вернёмся к вашему брату и золотым «Четырём Часам». Если опустить весь пиздец, что творился в поместье вашего отца, то у вашего брата было абсолютно нормальное желание — семья и дети. В роли жены он хотел видеть родную сестру, это нихуя не нормально, но в целом посыл был естественным. И вот ваш брат, с вами наперевес, попадает в город, в социальную среду, и, как любой нормальный «охотник каменного века», начинает доказывать «Племени» из чего он сделан. С «Мамонтом» проблем не возникло! Красивый, сильный, умный, врач, приносит пользу, мальчик нарасхват, не придраться, Племя в восторге… Первые проблемы начались с «Бабой», хотя бы потому что браки между родственниками церковь не разрешала, а общество и вовсе косилось и непонятно что шипело. Ситуация была неприятной, но ваш брательник не отчаялся и приспособился! Он не женился на вас, да ему и не надо было, вы и так были рядом, а что ещё нужно? Всё было в пределах допустимых нормативов… Пока природа не сказала: «пошёл нахуй». — тут Металликана слегка подался вперёд и упёрся локтями в колени. — Вот есть «Чудовище доктора Франкенштейна», а есть «Чудовище доктора Зиркониса», и поверьте, разница невелика. Вы родили от брата шестерых, а выкидыши вы не считали. Нет, вы не торопитесь, вы сядьте и вдумайтесь в эти слова… Вы родили… От брата… Шестерых… А выкидыши вы не считали… Это не тот случай, когда речь идёт о родственниках, которые в стрессовой ситуации словили моментное помутнение и вступили в разовый перепихон. Это тот случай, когда фраза: «пришёл вдрызг пьяный, не отдавал себе отчёта, набросился и никого не спрашивал» звучит не так страшно, как: «никого не обижал и не насиловал». От нарушений развития плода не застрахован никто, ваш брат это знал, а потому, когда первый ребёнок отъехал, он не растерялся и решил пробовать дальше. Один выкидыш, второй, третий, мёртво-рождённый, дефект несовместимый с жизнью, шестой, десятый, а вот уже ручки дрожат, и ваш брат, только потому что это ваш брат, вместо того чтобы взять бутылку и тупо спиться, начал копать, и только потому, что он ваш брат — докопался. Это вы выкидыши не считали, а он считал, и я даже уверен, что где-то записывал. В отличии от вашего очень умного, но крайне недалёкого родителя, его сын… Или сыновья… Это вообще считается сексом втроём? А впрочем, неважно. В отличии от своего отца, ваш брат понимал, что он не Совершенство, а грёбаная химера, сшитая из двух уродцев под конкретный стандарт. Анимус и Акнология — это не какие-то там эфемерные «половинки одного целого», а два совершенно самостоятельных инвалида. Анимус имел определённый ресурс физический, но априори не мог дать здоровое потомство, и от того, что ему закинули в черепушку чужие мозги, генетика осталась непреклонна! Мало было дурной наследственности, так ещё и близкородственные связи, и не успел он возвести столп «Пиздюк», как начал сыпаться столп «Баба». Тайная Канцелярия строит заговоры за спиной, соседи шушукаются, какие-то жирные ублюдки в высокой аристократии распускают слухи, кровосмешение всё ещё порицается, а очередной выкидыш окончательно сносит ширму! Вот что должен сделать мужик, когда психика идёт по пизде?! Нормальный пойдёт бухать, кто-то начнёт избивать жену, особо впечатлительные лезут в петлю, но ваш брат переплюнул их всех!!! Он бросил столп «Пиздюк», демонстративно послал всех, кто клеветал на столб «Баба», и бросил все силы, на единственное, что у него стояло твёрдо — Мамонта, да так увлёкся, что аж преуспел, причём ТАК ПРЕУСПЕЛ, что тут только понять, простить, отпустить грехи, застрелить и сжечь нахуй!!! — Металликана не стал дожидаться колкого комментария, а демонстративно показал два пальца. — «Альфа» и «Омега», первая и последняя буквы греческого алфавита. Тупая ванильная школота, давящаяся розовыми соплями, что старика Фрейда знает по учебнику биологии на теме «Опыление», опустила аббревиатуру «АΩ» до уровня дерьмовых слеш фанфов на фикбуке. Вбей в любой поисковик — в лучшем случае выкинет камасутру, а в худшем — дерьмовый слеш фанф на фикбуке. Этим пубертатным дегенератам невдомёк, они видят одну букву спереди, вторую — сзади, ассоциация у них аналогичная, но дело в том, что истинный первоначальный смысл сочетания букв «АΩ» гораздо глубже и значимее очка семпая из дерьмового слеш фанфа на фикбуке. — Металликана притих, не сводя глаз с женщины напротив. — Аббревиатура «АΩ» в своём первозданном значении — это цикл. Начало и Конец, Жизнь и Смерть, Первый и Последний. Сочетание двух этих букв встречается в библии и на иконах… Это аббревиатура Бога. Мне очень жаль, Полюшка, но вашему брату помочь нельзя… Он возомнил себя Адамом, а вас — Евой, и если для вас этого мало, то он сделал это потому, что ему не дали ДВУШКУ В ПАНЕЛЬКЕ!!! Ваш брат хотел пошарпанную хату средней степени паршивости, пятидневку семейным врачом, вас у плиты и трёх пиздюков!!! Ему не дали ни то, ни другое, ни третье, но ваш брат ТАК хотел стать отцом, что решил ПЕРЕПИСАТЬ ГЕНОФОНД ЧЕЛОВЕЧЕСТВА!!! Даже то, что «Альфа» и «Омега» это — разные Проекты, лишь показывает то, что ваш брат учёл ошибки. Гораздо рентабельнее было бы делать взаимозаменяемых доноров, это удобнее с родственниками, но такие «связи» природа не прощает, и ваш брат уже погорел на этом, но меня пугает не столько ваш брат, и даже не ваш отец, сколько вы… Вот что должна сделать ответственная сестра, когда к ней приходит брат и выдаёт: «сестрёнка, тут такое дело, в общем, как ты смотришь на то, чтобы завести нам с тобой малыша»? Вот правильная сестра в такой ситуации улыбнётся, посадит братика на стульчик, скажет: «я сейчас отойду на пять минут и сразу назад», выйдет на улицу, убедиться, что дверь закрыта снаружи, как и окна, неспешным шагом направится в сторону, скроется из виду, после чего рванёт со всех ног до ближайшего отделения полиции или психушки, влетит внутрь и с порога выдаст: «моего брата не спасти, но меня ещё можно»! Вот так должна поступить любящая родная сестра! Вы поступили не как «любящая сестра», вы поступили как «супруга». Ваш брат вам сказал: «хочу детей», а вы ответили: «говно вопрос, снимай штаны». Вашему брату перешили черепушку «от» и «до», у него не было шансов остаться нормальным, но он был у вас, который вы целенаправленно откинули. Вы могли ему помочь, но предпочли сойти с ума вместе с ним… С последним… С Четвёртым… На самом деле, ваш отец не «перенёс сознание» Акнологии, а собрал совершенно другую личность, причём крайне дефектную, потому что в нём были заложены недостатки обоих! Ваши братья, что Анимус, что Акнология, были убиты вашим отцом в тот день, когда он сшил их в одно, а те проблески «личности», что периодически выстреливают, это не «запертое сознание», а «остаточная конвульсия нейронных связей», которая простреливает в момент опасности и каких-то ментальных ситуациях! Ваши братья давно мертвы, да и раз уж на то пошло, «Четвёртый» тоже уже век, как отъехал, сразу, как приказал засунуть свои мозги в голову первого «Альфы»! Ваш брат — это «баг в Матрице», самовоспроизводящийся, и вы, кстати, тоже! — тут Мета вновь показал фотографию. — Одно лицо, и я уверен, что «Омега» будет такой же. Это никакое не бессмертие, люди на этом фото давно мертвы, он так хотел… Прожить жизнь. Вся ваша Северная База была создана с одной целью… «Четыре Часа», интервал времени с семи до одиннадцати вечера, рутина, от которой бегут к любовницам и на рыбалку. Ваш брат хотел прожить жизнь, которую он не мог себе позволить. Ни одному «Альфе», да и другому Проекту в голову не пришла бы такая дичь, но ваш брат ТАК этого хотел, наитупейшее и такое естественное желание… Что он создал «Альфу» для себя и «Омегу» для вас. Он знал, что он не успеет, да и тело ему не позволит… Но это уже давно не ваш брат, а вы — не его сестра. Вы такие же Проекты Северной Базы, как Гажил, Нацу и Люси, вас вырастили в колбах, пичкали Препаратом, а когда пришло время, с вами сделали тоже, что и с предыдущими! В этом и есть ваша суть и главное достижение ваших создателей, потому что вы оба — Глюк. Людей на фото пытали и мучили, их тела были покрыты шрамами, а нейронные связи «от» и «до» видели опасность везде. Это была их жизнь, а вам всего лишь передали впечатления от них, и установку решить конфликт. У вас никогда не было брата, и если Альфа-896 ещё имеет очень крохотную, но хоть какую-то связь с Акнологией, то у вас её нет априори. Эти люди уже больше ста лет мертвы, они умерли с целым вагоном нерешённых проблем, которые так боялись унести в могилу, что в прямом смысле, заложили вам в головы установку: «Закончить Начатое»! Но вся абсурдность заключается в том, что, пытаясь добыть время, дабы разрешить конфликт… Они поставили жизнь на «вечный реплей», потому что выковырять из мозгов идея фикс невозможно, особенно молодых, и мы получаем очень прикольную вещь. Примерно с интервалом в двадцать лет, на Базе зреет подходящий по параметрам Проект «Альфа», которому в голову засовывают инструкцию с эмоциональной привязкой и очень жёсткими рамками. Подбирается всё до мелочей, мы же не хотим, что бы он вдруг выдумал, что хочет быть юристом, и вот тут вот самое интересное. Поцик, а на деле пустышка без воли, выращенная в колбе, снятая с Препарата в последний момент, вдруг видит очень яркие воспоминание и ощущает доселе невиданные прежде эмоции. Сравнить ему не с чем, его мозги почистили, да и не было там ничего конструктивного, а потому происходит то, что должно произойти. Он смотрит в зеркало, видит лицо, как ему кажется, впервые, чувствует небывалый спектр ощущений, и принимает за чистую монету тот факт, что «перенос сознания удался». На деле ему просто пересадили кусочек мозга, в котором содержится необходимая информация и удалили «ненужное». Так сказать, закачали на жёсткий диск и почистили, но прикол в том, что компьютер не поменялся вообще. И вот пацанчик, грамотно подобранный, свято верит, что он — основатель Северной Базы, который должен закончить начатое, а цель у него поставлена недосягаемая, потому что «Переписать Генофонд Человечества» невозможно, хотя бы потому что их, по меньшей мере, почти восемь миллиардов, а дальше Северной Базы он редко суёт свой нос. Каких бы высот он не достиг, у него установка: «улучшить», но не только «Альфа» этим страдает. У «Омеги» ситуация аналогичная, правда цель несколько иная и более интересная. Перед ней задачи четыре: плюнуть в рожу Зирконису, перерезать глотку Анимусу, защитить ценой своей жизни Акнологию, и успеть под бочок к любимой химере, от которой только «номер» и остался! Доноры подобраны филигранно, сценарий отработан за полтора века, соблюдены все условия, чтобы не было никакого исключения, вплоть до физического влечения, а потому основатели сделали всё, чтобы проблема не решилась никогда. Закладывая из раза в раз одну и ту же установку, «Альфа» и «Омега» продолжают играть сценарий, который даже не ими был написан, свято уверяя себя, что это их решение, но к огромному счастью, и это действительно к СЧАСТЬЮ, у Полюшки была ещё пятая цель, и единственное желание, которое шло наперекор Зиркониса и Акнологии: разорвать этот порочный цикл и вырваться из этого нескончаемого безумия любой ценой. Полюшка, та самая, что основала Северную Базу со своим братом, вопреки амплуа «холодной недоступной суки», была настолько сломленной женщиной, что в жизни бы не посмела сказать отцу что-то поперёк, а учитывая, что любимый родственник имел морду Анимуса и перенял модель поведения Зиркониса, в которой прекрасно обосновался, перечить брату она могла очень условно, и только пока он это позволял, а это наталкивает на мысль, что процесс расслоения памяти уже необратим… Вы — не Полюшка, вы — Омега-273 с установкой в голове, которую вам заложила предыдущая «Омега», но в отличии от своей предшественницы, и уж тем более, Основательницы, вам хватило духу уйти на пятьдесят четыре года. Вы вернулись, потому что этот устой не сломать, Полюшка хотела, чтобы вы закончили её дело, однако ваше отклонение от привычного сценария говорит о том, что всё же «Омега», как и «Альфа», подлежит деформации личности. На вас нет шрамов, грань между воспоминаниями Полюшки и «Омеги» становится шире, с «Альфой» и Акнологией так же. Вопрос, максимум, десяти поколений, когда Акнология и Полюшка встанут друг напротив друга и осознают, что перед ними стоят два абсолютно не связных между собой Проекта Северной Базы, которые априори друг другу ничего не должны… Да и Основателям тоже. Даже тот факт, что вы пришли, говорить о том, что вы ближе к Проектам, нежели к «брату», потому что истерзанная, замученная, озлобленная на весь белый свет Полюшка никогда бы в жизни не опустилась до каких-то Проектов, если бы это угрожало Акнологии или шло вразрез с его интересами. В вас же, помимо установки «спасти брата любой ценой», есть ещё кусочек сознания «Омеги», до которого не добрались лабораторные ножи, и которое помнит вкус физраствора и цвет колбы изнутри. Своего брата вы давно не воспринимаете в первичном понимании, вы видите Проект «Альфа», и запертое в нём безумие, и где-то даже согласны с тем, что ни от вашего брата, ни от вас уже давно ничего не осталось. Живёт «Идея», живёт «Установка», живёт запущенный процесс, но вся Северная База и всё, что там творится… Это — Призрак давно умерших людей, который существует больше ста лет, и будет жить ровно до того момента, пока до «Альфы» и «Омеги» наконец не допрёт, причём, до обоих… Что никакие они не Основатели… И никогда ими не были. — Вы однозначно не прогуливали лекции в университете. — неожиданно ехидно выдала старуха и откинулась в кресле. — Если у вас появится желание присоединиться к коллективу Северной Базы — позвоните мне лично. — А вы уверены, что я смогу там кому-то помочь? — Конечно нет, но собутыльник вроде вас мне бы пригодился. — Я думал вы блюдёте ЗОЖ. — Брат блюдёт, а я просто блядь. — Полюшка перекинула ногу на ногу и высокомерно усмехнулась. — Насколько бы абсурдно это не звучало, но мы создавали Северную Базу как Рай, куда мог прийти каждый, кому не было места на земле, именно поэтому мы и стали предлагать Политическое Убежище. Нам казалось, что если… — Вы — Глава Северной Базы. — Да. Я являюсь одной… — И единственной. — резко перебил Металликана, который даже не собирался давать этой женщине слово. — Северная База — это творение Полюшки, а не Акнологии. Зачем вы её основали и что вас гложет настолько сильно, что вы хотите заложить там ядерное оружие, но приходите в ужас и бьёте во все колокола, когда по стенам бегут незначительные трещины? Зачем вы это сделали? Надо признать, таланту лицедейства этой женщине было не занимать, но даже на её изъеденном морщинами лице начала медленно таять гаденькая ухмылка. Она была спокойна, как удав, даже если бы на неё направили автомат, она бы даже не дрогнула, разве что брезгливо вздёрнула бровь. Но этот вопрос… Зачем? Зачем она это сделала? С какой целью? Почему? Мало кто мог достучаться сквозь закалённый панцирь, однако этот вопрос заставил истошный женский крик отозваться из глубины памяти и разнестись по извилинам. — ЗАЧЕМ!!!??? ЗАЧЕМ ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ!!!??? Она бы даже не вспомнила, сколько им было лет, но это было где-то на рубеже, когда Акнология заканчивал медицинский, а она грозилась съехать с катушек окончательно. Она стояла в дверях покосившейся хибары, которую они ласково называли «домом», и кричала навзрыд сама не слыша себя. Её когти едва не вырвали косяк, горло осипнет недели на полторы, с совершенно чёрных глаз ручьём текли слёзы, она хотела бежать, но не могла сдвинуться с места, а потому упорно продолжала кричать, что есть мочи. — ЗАЧЕМ ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ!!!??? ПРОСТО СКАЖИ МНЕ, ЗАЧЕМ!!! — Выйди и закрой дверь! — повелительный голос брата заметно дрогнул, как и скальпель в руках. — Не мешай мне! С этими словами парень просто отвернулся от сестры и продолжил то, чем занимался. Он сидел за обычным столом, и пытался не вслушиваться в истошные вопли старшей сестры, которые только набирали оборы. Единственное, на что он надеялся, что не придётся отбиваться, не хотел он её бить, а вот у блондинки был совсем другой настрой. — Почему?! Что ты сделал?! ЗАЧЕМ!!!??? — Поля, не кричи, я прошу тебя! — Я буду кричать, пока ты мне не ответишь!!! — Что я должен тебе ответить?! — Зачем ты раскопал могилу нашего ребёнка и сейчас РАЗДЕЛЫВАЕШЬ ЕГО НА СТОЛЕ!!!??? Вопрос крайне простой и односложный, требующий конкретного ответа, который молодой гений всё никак не мог сложить у себя в голове. Голубые глаза немного виновато и даже как-то болезненно глянули на бездыханное тельце под скальпелем, от чего к горлу подкатил тошнотворный ком безысходности. Ему было шесть месяцев, когда случился выкидыш, малыш умер ещё в утробе, и вроде бы хотелось рыдать, но ничего кроме лютой злобы несостоявшийся отец не ощущал. — Я хотел… Узнать. — ЧТО ТЫ ХОТЕЛ УЗНАТЬ!!!??? — Почему он умер? Почему они все умирают? — Для этого ты выкопал его из могилы?! — Да! — уверенно выдал парень, резко поднялся и повернулся к сестре. — Если есть Болезнь, значит есть и Лекарство!!! Почему они все поголовно умирают?! Почему именно у нас?! Что мы делаем не так?! — Ты сейчас серьёзно это говоришь?! — Абсолютно!!! История знает тысячи случаев кровосмешения, может рождаются не самые красивые и не самые умные, но они выживают и живут! ЖИВУТ, ПОЛЯ!!! Два ребёнка и восемь выкидышей, все мёртвые, либо в утробе, либо после!!! ПОЧЕМУ!!!??? — Потому что Природа не прощает таких вещей!!! Она не прощает таких союзов, и ты не перепишешь её законы! — … — Акнология на миг затих, после чего лицо перекосило от злобы, и тот сквозь зубы процедил. — Я не то, что «перепишу» эти законы… Я сожгу их к ебеням и напишу свои собственные, если мне это понадобится!!! Я перепишу законы Природы, Морали и Физики, перерою все кладбища в мире, и выпотрошу каждый труп в зоне досягаемости, но я найду ответ, «почему они умирают», после чего найду ЛЕКАРСТВО!!! А теперь выйди из комнаты и не мешай мне работать!!! Никогда прежде он не позволял себе такой тон, и, надо признать, в тот день она его не на шутку испугалась. Его трясло от напряжения и отчаяния, он ничего не мог сделать ни с трупами, ни с живыми, а потому лишь молча развернулся и продолжил препарировать маленькое тельце. Девочка. Она могла вырасти прекрасной дочерью, точной копией его любимой сестрички… Но Мать-Природа не прощает таких союзов, ведь она ещё более безжалостная, чем их отец. Этот скандал не был причиной, но он стал отправной точкой, после чего брату становилось только хуже. Он ничего не мог сделать, как бы не пытался, а вот Полюшка… — Племя Мужиков крайне интересно устроено. — лицо старухи выражало высшую степень брезгливости и какого-то обречённого смирения. — В них как-то природой заложено бабам чего-то доказывать, причём даже если прожжённый асексуал будет один в поле, он найдёт себе овцу или корову, которой будет рьяно вдалбливать, что она ему не нужна. Наверное, это безусловный рефлекс, когда тебе хреново, завалиться под бочок мамочки, найти сиську и тихонечко заснуть, однако не у всех он развит, и тут очень интересный парадокс. Чем сильнее и самодостаточнее мужчина, тем легче им управлять, и это, вопреки ожиданиям логично. Слабому мужику нужен сильный лидер, который вечно будет его пиздить и мотивировать на подвиги, Сильному же нужна «тихая гавань», и ради этого он пойдёт на всё. Говорят, мужики ради пизды готовы наизнанку вывернуться… Я вас умоляю, вы просто никогда не видели, с каким остервенением и аппетитом они лопатой жрут землю, лишь бы где-то в районе плеча была та, что тихо шепчет на ушко: «Ты мой самый хороший, самый красивый, самый умный… Никого, кроме тебя мне не надо». Вот если шептать эту мантру достаточно долго, то мужик перестаёт резать труп вашего ребёнка. Главное шептать это спокойным тоном и не смотреть на тело, а то голос может дрогнуть и эффект пропадает. Золотое правило: «если в башке каша — займи руки», и поверьте, оно работает. Кто-то даёт расстроенным мальчикам компьютер и сладости, а я дала «конструктор» и сказала: «собери мирок, в котором всё хорошо». Разница между Мальчиком и Мужчиной в размере их Игрушек, но если недоглядеть за ребёнком с набором инструментов, он может засунуть гвоздь в розетку, и последствия будут довольно серьёзные. Однако никакие амперы и щитки с выбитыми пробками даже близко не встанут с тем пиздецом, который учудил мой братик. Когда я положила на стол проект Северной Базы, забросив стройку к чёрту на рога, лишь бы быть подальше от мерзких мразей, которых любовно обзывают «цивилизацией», я думала, что в этих стенах будет открыта панацея. Я думала, что это место излечит нас обоих и всех, кто сюда придёт. Свежий воздух, никаких машин, суеты, тишь да благодать, на проекте это выглядело как санаторий для особо буйных, которым нужен покой, и, самое страшное… Что все мои желания исполнились. Брату реально полегчало, он нашёл себя, смысл жизни, к нам потянулся народ, что был близок нам по духу, и когда мне уже показалось, что, наконец-то, наша жизнь обрела черты спокойствия, поколение «Альфа» и «Омега» дали первые и действительно потрясающие результаты. Меня не столько пугали эти дети, сколько цель, с которой их создали, но брат заверил, что всё под контролем. Он не соврал, он действительно всё контролировал, проблема была лишь в том, что его контролировать уже было невозможно. Северная База, наш маленький мирок, в котором каждому могли найти место, с каждым годом всё больше напоминала поместье Зиркониса, где все улыбаются, потому что за кислую рожу можно неслабо так огрести. Мы не хотели этого, мы хотели другого, но мы другого не знали, потому что другого у нас не было. Можно сбежать из поместья Зиркониса, но куда бы мы не пришли и где бы не обосновались, оно словно уже ждало нас. Я дала брату игрушку, чтобы занять руки и голову, но мне даже мысли в голову не приходило, что он преуспеет. Он видел результаты анализов, видел прогресс, глаза горели, а в голове зрел самый страшный порок, из всех возможных — Надежда. Она ослепила его настолько, что он больше ничего не видел, а его окружение смотрело на всё сквозь пальцы, потому что его безумие давало им хлеб и кров. Отверженные миром и брошенные, нашедшие свой покой только в катакомбах, где творили беспредел, эти люди были настолько истощены морально, что сами были готовы верить в великое будущее человечества. Мы всю свою жизнь искали людей, которые нас поддержат и поймут, но получив их я поняла, что ещё никогда прежде психика брата не летела в тартарары с такой скоростью. Он сходил с ума, народ хлопал, а я поняла, что это надо остановить прямо сейчас. Словами, криками, побоями, Надежду было выбить невозможно, и когда мне казалось, я перепробовала уже всё… В этот момент, впервые за последние полгода точно, в алых глазах мелькнула самая настоящая вина и раскаяние. Да, то, что случилось, все эти Проекты, Базы, Препараты, это только на её совести, и больше не чьей. В голове вновь всплыл образ из прошлого, настолько далёкого, но такого яркого, что казалось она чувствовала, как в руках дрожит окровавленный скальпель. Ей было уже около сорока, Тайная Канцелярия и богатые маразматики остались там, наверху, за пределами Северной Базы, но скальпель она держала так крепко, словно готовилась к атаке их всех. С холодного инструмента капала ещё тёплая кровь, белый халат был в нескольких алых пятнах, а карие глаза, полные решимости и ужаса смотрели, как брат корчится от боли, зажимая рану на боку. Она не задела жизненно-важных органов, но это только временно. Не сказать, что он был удивлён или напуган, скорее расстроен, беспомощно глядя на сестру. Так смотрят дети на маму, которая не разрешает совать гвозди в розетки. Она ударила его скальпелем в бок три раза, она сделает это снова и снова, он не сомневался, но всё же нашёл в себе силы немного виновато улыбнуться. Эта улыбка заставляет скальпель в руке дрожать ещё сильнее, а ноги — подкашиваться, от чего она слегка отшатнулась и упёрлась спиной в стену. — Акнология. — тихо шепнула блондинка, не в силах больше ничего сделать. — Это безумие надо остановить. — Зачем? — ласково поинтересовался брат, словно у него не было три проникающих ранения в бок, а халат не промок от крови. — У нас же всё так хорошо. У нас наконец-то всё хорошо! — Какой «хорошо»?! Это безумие! — Результаты невероятные, Поля! — Акнология выпрямился, игнорируя боль в боку и широко, почти по-детски улыбнулся. — Я всё рассчитал, ошибки быть не может! Через каких-то десять лет мы доведём это до совершенства, и тогда мы сможем воплотить то, чего так сильно хотели! — Если ты сейчас же… — Поля, опусти скальпель. — Нет. — Пожалуйста. — НЕТ!!! Тут Акнология притих, после чего как-то странно переменился в лице. Он был спокоен, как удав, казалось, он ничего не чувствует, но это не помешало ему широко расставить руки и медленно подойти к сестре. От этого действа девице перебило дыхание, а тело оцепенело, ведь всё в этих движениях и мимике было… От Зиркониса. — Поля. — одними губами шепнул мужчина, медленно выбирая из рук блондинки скальпель, после чего запустил окровавленные пальцы в пепельные волосы, притянул к себе, поцеловал в губы и прижал оцепенелую сестру к себе. Перебирая белоснежные пряди, частично окрашивая их в алый, Акнология поцеловал женщину в макушку, прильнул к уху и тихо шепнул. — Это шанс для всех нас. Шанс сделать что-то новое, помочь тем, кому нельзя… Прожить жизнь… Которой у нас не было. «Альфа» и «Омега» это — только начало нашего длинного и великого пути, бессмертие — не миф, мы это докажем. — Акнология вновь поцеловал сестру в макушку и прижал сильнее. — Ты нужна мне, сестрёнка… Я один не справлюсь. Она должна была взять скальпель и всадить в печень либо ему, либо себе, но вместо этого, она лишь обречённо прикрыла глаза, прижалась к брату и тихо всхлипнула. Она перебила всю Тайную Канцелярию, но вырвать корень всего зла в своей жизни ей духу не хватило. И вот уже больше ста лет Северная База совершенствуется и творит весь этот беспредел лишь потому, что ей не хватило духу. — Чего вы хотите, Полюшка? — голос Металликаны заставил алые глаза обрести прежнюю остроту и злобно посмотреть в лицо мужчины напротив. — Джин должен сидеть в бутылке. — злобно выдала старуха, медленно поднимаясь на колени. — Если он выходит за её пределы, это всегда приводит к неконтролируемой пьянке и, как правило, фатальным последствиям… В восточных сказках аналогично. Мой брат хочет сделать мир лучше, и неважно, хочет этого мир или нет. Этим двоим выпала возможность думать своей головой, так пусть они воспользуются этой привилегией. Я хочу, чтобы брат вернулся на Базу и продолжал играть в «Бога», лишь бы не начал играть в «порядочного гражданина и члена общества». Свалите вы или нет, знайте одно: эти шакалы придут даже к вам, они достанут этих двоих из любой норы в Фиоре, а потому, в ваших же интересах избавиться от Проектов в ближайшее время. — А Люси? — рвано выдохнул Нацу, которого уже распирало от услышанного. — Что с Люси? — Забудь о ней. Её не спасти. Мой брат никогда не повторяет одной ошибки дважды, а потому она не выберется с Северной Базы. С этими словами старуха медленно направилась в сторону выхода, как вдруг её окликнул Металликана: — Он не ваш брат… А вы не его сестра. Полюшка резко остановилась в дверях и замерла. С пару секунд казалось, что она даже не дышит, как вдруг этот «Титан Бытия» медленно повернулся, и казалось, на этом лице было собранно отчаяние и безысходность всего человечества. — Я знаю. — сипло выдала Омега. — Но я останусь с ним, даже если он захочет этот мир уничтожить. Металликана совершенно безразлично смотрел в спину дорогого пальто, что удалялось от них не прощаясь, пока оцепеневшая толпа не знала ни что делать, ни что думать. Совершенно незаинтересованно в ушедшем госте, Металликана достал сигаретку, подлил ещё коньячку себе в чай, затянулся и выпустил клуб дыма. — Артур, я надеюсь у тебя в доме нет сигналки на дым. — Отключим. — рвано выдохнул мужчина, утирая пот со лба. — Сегодня можно. — Так, я не понял! — подорвался Нацу с винтовкой, который хотел всем втащить. — Что делать будем?! План какой?! — План?! — ахренел Мета и закинул ноги на кофейный стол. — У нас на Севере Фиора есть объект! Там тусят двое: молодой пацан двадцати трёх лет отроду и старая бабка семидесяти шести! Оба свято уверены, что они — реинкарнация основателей, причём до такой степени, что дай им волю, они бы ебались во все щели! Им и сейчас ничего не мешает, но у Омеги хоть какие-то морально-этические нормы присутствуют, на благо рассудка всего сущего!!! На этой Базе выращивать сверхлюдей, готовят хрен пойми что, предоставляют политическое убежище и ликвидируют любой материал, который не подходит по параметрам! Из «неподходящих детей» варят кашу «подходящим детям», а «подходящих детей» маринуют в физрастворе, чтобы не портились и лишнюю активность не разводили!!! И всё это потому, что какому-то хрену сто пятьдесят лет назад не дали двух пиздюков, выебать сестру и ДВУШКУ В ПАНЕЛЬКЕ!!! Вот этот косматый ублюдок по две недели не может выкинуть из холодоса макароны и каждый раз у него новая отмазка! А тут какой-то хрен посрался с Матерью-Природой, и, бляха муха, теперь это её проблемы!!! — Нам надо достать оттуда Люси! — Нам надо достать ещё одну бутылку коньяка, хорошо накатить и поспать! Мой бар сожгли, и мою кукуху вместе с ним! Тут уже не прокатит с вариантом «утро вечера мудренее», так как после того, как я высплюсь и всё осознаю, скорее всего мне придётся на недельку вернуться в дурку, но, если мы не поспим — нам точно хана! — Пока мы дрыхнем, они могут сделать с Люси всё, что угодно! — Они и сейчас могут сделать всё, что угодно, а ты — ещё больше! Успокойся, Гитлеровец, и напряги отдел мозга, отвечающий за логику. Ты сейчас на таком взводе, что кинешься в самое пекло, а они этого и ждут! Тут малейшая ошибка, и ты опять безвольная кукла, а потому усади пердак, накати коньячку и… Не успел Металликана договорить, как Нацу просто взял бутылку коньяка и осушил до дна в пару глотков. Чёрт подери, он даже не сморщился, а тут же потянулся за следующей. Он бы выжрал весь спирт в доме, если бы Гажил не забрал бутылку с фразой: «не так буквально». — Почему вы её отпустили? — уже не скрывая обиды, выдохнул Нацу, указывая на дверь. — А ты предлагаешь взять Полюшку в заложники? — ехидно выдал «доктор медицинских наук», у которого уже заметно плыло в глазах и заплетался язык. — Связать и потребовать выкуп у Акнологии в обмен на его псевдо-сестричку? — Да! Именно так! — А ты забавный. — Я абсолютно серьёзно! — «Сила есть — ума не надо»: это всё, что надо знать про Проект «К». — Металликана тоскливо глянул на пустую склянку. — А теперь представь себе картину, если, гипотетически, тебе удастся скрутить Полюшку и потребовать Люси. Этот ебанат в погоне за вами двумя перестрелял половину ментов Магнолии, а в погоне за вами двумя и «сестричкой» он скинет на город ядерную бомбу, и это при хорошем раскладе, а есть плохой. Он натравит на Магнолию Проекты, которые вырежут всё, до чего смогут дотянуться. Ты имеешь дело с ебанутым фанатиком, которого «Альфы» скосили совсем не туда. — В смысле? — опасливо подала голос Леви, что доселе сидела тише воды и ниже травы. — «Перенос Сознания» невозможен. — холодно и твёрдо, как отрезал, выдал Металликана. — Что бы ни пиздела научная фантастика, она не переплюнет биологию, а потому перенести «Сознание» из одного тела в другое, нереально по одной простой причине. Если сравнивать человеческий организм с компьютером, то «Сознание» можно сравнить с «Материнской Платой», потому что сознание, это не только Воспоминания и идеи, это ещё и свойство мышления: там дохренища нюансов, и за это всё в нас отвечает Мозг. Разница только в том, что Человек — не Компьютер, а потому достать из башки мозги и засунуть в чужую голову тупо нереально, во всяком случае пока. Поэтому эти ублюдки придумали другой финт ушами: они выращивают идентичную «Плату», с максимальным совпадением «Характеристик», после чего тупо перебрасывают «Информацию». На самом деле брат Полюшки, никакой не Акнология, а Анимус, которому пересадили информацию о том, что он якобы был другим. Если бы сознание Анимуса было достаточным для того, чтобы хранить в себе воспоминания, он бы слетел с катушек с таким свистом, что разорвал бы Зиркониса с Полюшкой на части, пытаясь идентифицировать, кто он в этой каше. Именно дефектность мозга Анимуса позволила воспоминаниям Акнологии «убедить» его в том, что он и есть младший близнец. Акнология же умер сразу после того, как ему вскрыли черепушку. Надо отдать должное, этот ублюдок учёл ошибки, хотя, наверное, Зирконис их как раз таки не допускал. «Идеального Донора» тоже не существует, всегда присутствует «Погрешность», даже клонирование подразумевает разные течения болезней и прочего. Погрешность — то, чего Основатели не ожидали, ведь она сделала «Альфу» и «Омегу» ближе к Зирконису, чем их самих, причём обоих. — Металликана достал сигарету и закурил. — Полюшка — это сломленная женщина, у которой никогда бы не хватило духу пойти против воли брата. А Акнология — не менее сломленный духом псих, которому не дали двух пиздюков, выебать сестру и ДВУШКУ В ПАНЕЛЬКЕ, от чего он ебанулся в край, и от горя решил ПЕРЕПИСАТЬ ГЕНОФОНД ЧЕЛОВЕЧЕСТВА!!! Обоими Основателями двигали страх и отчаяние, это одна из причин, почему они так рьяно держались друг за друга, но «Альфой» и «Омегой» движут не они. Их интерес друг к другу чисто «программный», уже допускающий разрыв в отношениях на пятьдесят четыре года. «Омега» не испытывает ту ненависть и страх перед обществом, что мучали Полюшку, «Альфа» же, в свою очередь, не одержим таким отчаянием и заинтересован в прогрессе. Силясь «жить вечно», эти ребята создали то, о чём их полоумный отец и мечтать не мог, а потому этот молодой упырь стал точной копией Зиркониса, а его «сеструха»: цербером на побегушках, что очень скоро перегрызёт глотку своему «хозяину»! Бессмертие — Миф, прорыв Зиркониса не в «переносе сознания», а в «переносе информации», но не больше, и его дети лишь довели его до совершенства. — тут Металликана вновь глубоко затянулся и тяжело вздохнул. — Я думаю, нам всем пора спать, а завтра будет жопа. Силы нам понадобятся. Возражений не нашлось, а потому гостей мобильно раскидали по комнатам. Селин и Артур ещё очень долго беседовали, всю ночь, укрывшись подальше в кабинете, они не хотели лишних ушей, да и разговор был не из лёгких. Металликана вырубился на раз, Нацу начищал винтовку, а Гажил сидел в своей комнате и думал о том, что узнал. Всё казалось таким футуристическим, непонятным, странным, далёким от реальности. Он так бы просидел до рассвета, если бы в комнату не вошла миниатюрная хозяйка особняка и слегка виновато не поглядела на парня. — Можно войти? — Леви даже сейчас соблюдала такт. — Знаешь, Леви. — немного криво усмехнулся брюнет. — Мне кажется, что после сегодняшнего уже можно всё. — Я хотела тебе сказать, что это — самое отбитое свидание, что у меня было. — У меня тоже. — Рэдфокс болезненно почесал затылок. — Не так я себе представлял продолжение сего вечера. — И как же ты его себе представлял? — Без пуль, без крови, без огня и лишней активности… Хотя нет, «активность» была в планах. Леви лишь как-то обречённо вздохнула, подошла к Рэдфоксу, без малейшего зазрения совести, в наглую уселась к нему на колени, обвила руками шею и посмотрела в эти алые глаза, как на говно. О том, как в этой маленькой девочке помещается столько наглости, внутреннему Физику брюнета оставалось только гадать, а Леви лишь тихо и недовольно фыркнула: — Не свиданка, а черти что. Выдернули на самом интересном, чуть не сожгли в баре, обстреляли, угнали! Какие-то мутанты, непонятные «Проекты», заговоры… Я не поняла, я вот ради этого своё лучшее бельё одевала? — … — Гажил с пару секунд смотрел в эти задолбавшиеся глаза не менее задолбавшимся взглядом, после чего обвил талию девушки руками и обречённо выдохнул. — Знаешь, что мне в тебе нравится больше всего? — И что же? — Ты как Металликана. У тебя мир ебанулся в край, трещит по швам, какие-то радиоактивные колорадки удирают от картофелины, что рьяно пытается их сожрать… А тебя волнуют трусы и то, что их никто не видел. — Тебе чего-то не нравится, Рэдфокс? — Я в полной боевой готовности! У меня в прямом доступе винтовка, пара гранат, пачка презервативов, мятные конфеты, личный Нацу, марихуана, паспорт и бухой Металликана на раздолбленной тачке, который страшнее всего, что я перечислил до. Я готов ко всему! — Из твоего арсенала понадобится только пачка презервативов. — Прекрасный выбор! Одобряю! *** Пречт сидел в своём кабинете и уверенно листал внезапно перепавшую ему столь важную и совершенно уникальную информацию. Ошибки быть не могло, такого шанса ему более никогда не представится, а потому всё надо было сделать до одури точно, что в подобного рода делах практически нереально. — Думу думаешь? — раздался уже привычный голос Варрода. — Малейшая ошибка и мы все — трупы. — со всей серьёзностью выдал Пречт. — Такого ублюдка нельзя просто взять и повязать, а брать штурмом Северную Базу — очень опасное занятие, даже если у тебя есть все ключи и данные. У меня почти железная уверенность, что это не все планы Базы, более того, я не просто уверен, что эти сволочи готовы к подобного рода мероприятиям. Я не знаю, как далеко они зайдут, но думаю, что, имея на руках таких «солдат», они кинутся в атаку моментально. Это не будет классическое нападение и отражение, я уверен, а потому, наш единственный шанс — ударить уже изнутри и обезглавить начальство, главное знать, где оно находится. А учитывая, что этот ублюдок перемещается по Базе, это даёт нам шанс. — Мне даже интересно, какой? — Давать команды он будет из пункта связи и управления, а к тому моменту, когда он до них доберётся, мы уже будем внутри. Это муравейник, бетонный гроб, зарытый на несколько миль под землю, а потому бежать им некуда, если не считать «воздушные коридоры» под землёй, однако если мы их перекроем, шансов свалить им нет. — Что-то в твоей интонации меня напрягает. — Меня терзают смутные сомнения, Варрод. — Пречт уверенно вглядывался в миллионы подземных ходов, которые были у него на руках, как на ладони. — Всё выглядит так красиво, но есть одна деталь, которая меня раздражает в этом плане. — тут мужчина ткнул пальцем куда-то в самый низ сооружения. — У них все блоки питания сосредоточены в двух местах: почти снаружи Базы и в самом низу. — И что тебя тут напрягает? Вполне логично, что, если один источник питания рухнет, есть запасной. — От чего он питается под землёй? — От воды. — словно идиоту выдал Варрод. — Грунтовые воды и геотермальные источники. Не забывай, База в горах, а в пятидесяти километров — море. Пречт, почему мы вообще об этом говорим?! Какое отношение этот источник питания имеет к штурму Базы, тем более, если у тебя есть все ключи от всех дверей?! — Я не знаю! — Пречт со всей силы ударил кулаком по столу. — Я не знаю, Варрод! Не знаю!!! Но если мы хотим взять эту сволочь за яйца, мы должны учесть все нюансы!!! — Ладно. — Варрод резко присмирел. — Давай так, сейчас анализ, а дальше по обстоятельствам. В конце концов, лишняя кровь нам не нужна, а если такой объект будет принадлежать Фиору, страна получит такое лютое оружие и влияние, так что надо просто прийти и взять. Тихо, мирно, всех людей и работников «ассимилировать» и жить долго и припеваючи. Ферштейн? Пречт молчал и смотрел в эти проклятые источники питания, и они его люто напрягали. Их не должно быть там, или же тогда не должно быть тех, что наверху. Так или иначе, вопрос штурма Северной Базы уже утверждён и в ближайшее время вступит в силу, но что-то Пречту подсказывало, что этот муравейник поведёт себя очень и очень нехорошо. *** Солнышко поднялось над прекрасной Магнолией, коньяк и адреналин выбили все силы и мозги у несчастного бармена, но Нацу не просто так прошёл не только «естественный отбор», но ещё и отбор Северной Базы, а потому у Металликаны шансов не было. Мало того, что его нещадно растормошили, так ещё и накричали. Заплывшие глаза открывались по очереди, как и моргали, но Нацу было плевать, как и винтовке, которую упёрли в опухшую морду. — Нам надо вытащить Люси! — рычал парень, грозясь окрасить стены в цвет пропитых мозгов. — И тебе с добрым утром. — лениво выдал мужчина, вновь откинувшись на подушку. — Я так понимаю, ты бодрячком. — Мне не до шуток! — Нацу, я вчера просрал дело своей жизни, одни мутанты с автоматами сожгли мой бар, вторые мутанты — отстреливались из моей машины, третьи мутанты — сто пятьдесят лет практикуют инцест, четвёртые — верят, что они «Реинкарнация» тех, которые практикуют инцест. И вот, когда я уже поверил, что этот блядский день закончился — пятый мутант будет меня с лютейшего похмелья и тычет мне в рожу моей же винтовкой. Нацу, вот честное слово, если у тебя сейчас нечем похмелиться, то, или съебался отсюда нахуй, или стреляй!!! Не дожидаясь ответа, Металликана просто отвернулся на другой бок и тихо засопел. Нацу же не сводил мужчину с мушки ещё полтора часа, упорно дожидаясь, когда тот проспится, а когда Металликана таки подал признаки жизни, парень всё так же держал полную концентрацию внимания. — М-да, ты такой же конченный, как и твой «Создатель». — жалобно протянул бармен, украдкой глянув на часы, что уже показывали полдень. — Убери винтовку. — Нам надо вытащить Люси! — Или стреляй или убери это говно! Надо признать, Металликане показалось, что он слышал скрип, с которым Нацу убирал дуло, но взгляда бешенных серых глаз не сводил. Ну вот что за людь такой?! Точно МУТАНТ!!! — Ну и долго ты собираешься на меня пялить?! — Пока ты не поднимешь свою жопу и мы не поедем вытаскивать Люси! — Я так понимаю, логическое мышление — не конёк Проекта «К»! Как ты себе это представляешь?! — Не знаю! — Нацу снова вскинул винтовку. — Ты умный и додумался, как оторваться от Группы Захвата, придумай и тут!!! — Я так понимаю, если на Северной Базе появляется «супер-сильный» Проект, то он автоматом и «супер-тупой». Золотой середины не существует. — Мне не до шуток! — А по тебе не скажешь. Как ты себе представляешь двух студентов и психа на тачке, которые берут штурмом Северную Базу!!!??? — Мета, ну сделай же что-нибудь!!! — Могу сделать Маргариту, если тебе от этого станет легче!!! — Это не смешно!!! — А я и не смеюсь!!! Да будь у тебя хоть с десяток винтовок и Проектов, гранат и атомных бомб, это тупо нереально!!! — Ты сказал, что ты психиатр!!! — Ты хочешь, чтобы я полечил Акнологию?! Спешу тебя огорчить, но там лечить надо было сто пятьдесят лет назад, причём Зирконса! Этих долбоёбов, как и их последователей, уже генетическими ебанатами в пробирке замешивали!!! Тут лечить нечего, только понять, простить, застрелить и сжечь нахуй, чтобы наверняка!!! — Тогда давай застрелим и сожжём!!! — Я так понимаю, вариант «понять и простить» отпадает. — МЕТАЛЛИКАНА!!! — Что «Металликана»?! Что ты от меня хочешь?! Чтобы я сгрузил вас на тачку и увёз на сверх охраняемую Базу, которая находится где-то в горах на Севере Фиора, где каждый второй — супер мутант с автоматом, которого пичкают всю его жизнь хер пойми чем, что отрубает башку?! Этого ты от меня хочешь?! — ДА!!! — … — Металликана с пару секунд пялил на Нацу, как на лютейшее говно и тихо выдал. — Ты точно не самый умный Проект Северной Базы. — Зато один из самых сильных! — Сила есть, ума не надо: это про тебя, однозначно. — Просто отвези меня туда! — А дальше что, Нацу?! За вами по всей Магнолии бегают суки с автоматами, которые и сами тебя туда доставят! Вам отсюда валить надо, а ты лезешь на рожон! Хочешь на Северную Базу — выйди на улицу и помаши ручкой, тебя туда доставят уже к вечеру!!! — Я не оставлю Люську на той Базе! — Так иди и составь ей компанию! Тебе своей шкуры не жалко, побойся хотя бы за Гажила! А теперь катись отсюда нахрен! — … — Нацу с пару секунд молчал, после чего отвёл дуло винтовки и как-то весьма неоднозначно посмотрел в глаза взбешённого мужчины. — А если бы повязали Гажила, а не Люси… Ты бы тоже ничего не сделал? Надо признать этот вопрос не то, чтобы разбудил какую-то совесть, Металлкана давно изжог в себе подобные чувства, но он лишь на миг заставил мужчину задуматься. Отвечать на этот вопрос почему-то не хотелось, и всё же бывший бармен лишь тяжело вздохнул. Что, блять, происходит?! — Помоги мне. — почти с ощутимой болью попросил Нацу. — Я не могу тебе помочь, Нацу. Я просто не могу этого сделать, никак! — Пожалуйста. — Ты вообще слышишь, что я тебе говорю?! — Но должен же быть хоть какой-то выход! — Я начинаю понимать, почему вы работаете в паре. — Мета, ты не можешь мне помочь, но может есть кто-то, кто может?! Металликана посмотрел на Нацу так, словно это он выбежал перед машиной в той аварии. Столько ненависти и злобы парень не видел даже в глазах Акнологии, но мужчина не торопился отобрать винтовку и всадить в эту розовую башку всю обойму, хоть и хотел. Медленно, с ярой ненавистью и не моргая, Метаталликана поднялся на ноги, подошёл к Нацу и выдохнул амбре из вчерашней попойки прямо в лицо: — Я сейчас в душ, а ты идёшь искать мне чистые носки и пол-литра крепкого. Будет это коньяк, бурбон или водка, если ты принесёшь мне какую-то бадягу, я засуну тебе её в задний проход. После того, как я выпью пол-литра, я сяду на кресло и подожду минут двадцать пока картинка перед глазами не начнёт сливаться в одно пятно. Когда это произойдёт… Я позвоню Эрику. — А почему тогда сразу не позвонить? — опрометчиво поинтересовался Нацу. Металликана молчал и с полминуты буравил Проект испепеляющим взглядом, как вдруг прорычал сквозь зубы: — Потому что, пока трезвый… Ты идёшь нахуй.