Как очистить историю перерождений

      — Почему считается, что у Хэйсинь нет сердца? — спросила Тао Сянмэй. — Если для перерождения нужно Демоническое сердце?       — Демоническое сердце сжигает человеческое и замещает его, — ответил Сюань Юнь. — Хотя само по себе не является настоящим сердцем.       — Настоящее или нет… Сердце — это всего лишь орган, обеспечивающий работу других органов. Демоническое или нет…если что-то выглядит как сердце и функционирует как сердце — значит, это и есть сердце! — не сдавалась Тао Сянмэй.       — Это не так-то просто понять, — произнёс Сюань Юнь. — Демоническое сердце не просто обеспечивает работу органов, как обычное человеческое, оно полностью перестраивает все органы и заполняет тело, делая его практически неуязвимым. Если пронзить твоё сердце или лёгкое, ты умрёшь, если разрубить меня на куски, это лишь принесёт мне неудобства.       — Невероятно… — выдохнула Цин Шань.       — Дружище Сюань, — вмешался Чжуан Шэнкай. — Должен отметить, твоя способность к регенерации бесподобна. Любому другому Хэйсинь это принесёт очень большие неудобства. Хотя это правда, что Хэйсинь может возродиться пока цело его чёрное духовное ядро. Что касается повреждений, они могут заживить довольно серьёзные раны и даже прирастить отрубленную голову к телу или восстановить конечность. Но если разрубить Хэйсинь на куски, он будет вынужден искать себе новое тело.       — Хм, думаю, это индивидуально, — не стал спорить Сюань Юнь. — Мне никогда не приходилось искать новое тело, и я не представляю как можно сделать это без посторонней помощи.       — А тебя разрубали на куски? — спросила Тао Сянмэй.       Сюань Юнь оставил этот вопрос без ответа.       — Даже если так — бессердечными ведь называют не тех, у кого в буквальном смысле нет сердца, — подложила рассуждать девушка. — Так говорят о черствых и бесчувственных людях. Я бы не сказала, что ты бесчувственный. Ты так беспокоишься о Сэн Гу, а еще о своем цине…       Сюань Юнь снова промолчал.       — Наш дорогой друг — урожденный Хэйсинь, — заметил Чжуан Шэнкай. — Думаю, он отличается от тех, кто принес жертву ради перерождения.       — Вот оно что! — воскликнула Тао Сянмэй.       — Не стоит воспринимать все так буквально, — добавил Ма Цинсюй. — Бессердечие — это лишь метафора.       — Если я правильно уловила суть, кое-кто заинтересован в том, чтобы взять старейшину живым? — сменив направление беседы, уточнила Цин Шань.       — Если сумеете его убить, это будет большая удача, — с радостью воспользовавшись возможностью, переключился Сюань Юнь. — Потому не сдерживайтесь и не жалейте его.       — Он хочет сказать, что убить старейшину не так уж и просто, — пояснил Чжуан Шэнкай. — А тем более уничтожить его черное духовное ядро. Поэтому лупите со всей силы! Чем сильнее его покалечить, тем лучше.       — Верно, — подтвердил Сюань Юнь. — Я заинтересован в том, чтобы захватить его черное духовное ядро и выведать кое-какую информацию, но если случайно уничтожите его — ничего страшного.       — Хм, понятно! Со всей силы, так со всей силы! — обрадовалась Тао Сянмэй. Ей не терпелось испытать свои новые умения.       Оставив единственного смертного на постоялом дворе, четвёрка заклинателей и один демон отправились на долгожданный аукцион. Он проходил на палубе «Чёрного солнца» — главного корабля, вокруг которого и вырос этот невероятный плавучий город. «Чёрное солнце» был огромным, на нём располагался дворец главнокомандующей, а палуба напоминала дворцовую площадь. Люди стекались к ней со всех сторон и их становилось всё больше.       — Сколько же здесь народу! — воскликнула Тао Сянмэй.       — О! Бра… кхм… дружище Цзинь! — заметив знакомый узор души, позвал Чжуан Шэнкай.       — Чжу… — Цзинь Шэ поперхнулся на полуслове, увидев Чжуан Шэнкая в женском наряде. Взяв себя в руки, он скривился и произнес: — Барышня Чжу-Чжу, какая встреча!       — Что еще за барышня Чжу-Чжу? — кокетливо надув губы, возмутился тот. — Великая прорицательница Чжу!       — Одинаково омерзительно, — отрезал Цзинь Шэ.       — Ай-а, теперь, когда я знаю о твоем происхождении и тяжелой судьбе, я могу еще снисходительнее относиться к твоему скверному характеру, — выдохнул Чжуан Шэнкай.       — Старейшина Цзинь, — поприветствовала его Цин Шань. — Вижу, вы тоже замаскировались? Я вас не узнала.       — Он замаскировался?! — воскликнул Чжуан Шэнкай. — Как же он выглядит? Расскажите!       — Неужели в этот раз ты не сделал себе марионетку? — удивился Цзинь Шэ.       — Конечно сделал, полсотни моих марионеток следят за городом, но это место сейчас не в приоритете, — пояснил Чжуан Шэнкай. — Ну же! Кто-нибудь! Цинсюй!       — Он всего лишь изменил прическу и сменил одежды, — отозвался тот. — Вроде бы ничего особенного не сделал, но я настолько привык к его обычному образу, что тоже не узнал бы, если бы вы его не окликнули…       — От тебя не скрыться, — выдавил Цзинь Шэ.       — Конечно! Я же великая прорицательница! Кстати говоря, это твой маленький ученик?       Ребенок держался за спиной заклинателя, стараясь не привлекать внимания.       — Кажется, я уже видел этот узор души… — протянул Чжуан Шэнкай.       — Конечно, ты его видел! Ты дал ему камень духа и надоумил найти заклинателя в черных одеждах. Еще и сказал ему назвать твое имя! Хорошо хоть он подошел ко мне! Все еще думаешь, что твое имя может принести удачу? Подойди он так к кому другому — избили бы!       Ребенок решительно не понимал, почему старейшина Цзинь высказывает все это какой-то женщине, ведь камень духа ему дал совсем другой человек… Однако высказаться на этот счет он не решался.       — Не говори глупостей, — отмахнулся Чжуан Шэнкай. — Я ведь объяснил ему к кому именно стоит подойти. В конце концов все сложилось именно так, как я и полагал.       — Ага, удобно, когда полагаешь все и сразу! Спихнул на меня ребенка и свалил! Как всегда, безответственный!       — Нечего на меня наговаривать!       Со стороны эти двое выглядели как муж и жена. Будто жена сбежала странствовать по Цзянху, бросив ребенка на мужа, а тот отправился ее разыскивать и теперь ругал за недостойное поведение, но и та не желала сдаваться.       — А сам то! Притащил ребенка в такое опасное место! И о чем ты думал?!       — И что мне было с ним делать?! Я вообще-то торопился! У меня не было времени возвращаться в орден! И оставить его не на кого.       — А на аукцион зачем потащил? Оставил бы на постоялом дворе!       — В этом месте?! Да его прямо с постоялого двора бы и продали! Глаз да глаз нужен! Куча подонков кругом! Со мной ему безопаснее!       От этих доводов Сюань Юню стало не по себе. Он тряхнул головой, отогнав нелепые мысли. В конце концов, Сэн Гу не ребенок и может за себя постоять.       — Ну хватит уже! — вмешалась Тао Сянмэй. — Квохчете как сварливые старики, которые уже сто лет женаты!       Ма Цинсюй даже не стал ее одергивать.       — А вы не практиковали парное совершенствование? — вдруг спросила Цин Шань.       — Ч-чего?! — хором выпалили и тот и другой.       Она немедленно пояснила:       — Ваша энергетика только на первый взгляд несовместима, на деле же может получиться что-то очень интересное. Причем для вас обоих.       — Что?! Парное совершенствование?! — воскликнула Тао Сянмэй. — Они же — огонь и вода! Противоположности!       — Тебя только это смутило?.. — кашлянув в кулак, поинтересовался Ма Цинсюй.       — Противоположностям всего лишь нужен общий катализатор для взаимодействия, — как ни в чем не бывало пояснила Цин Шань и ушла вперед.       Вспомнив как на острове она пропускала через себя энергию озера и отдавала ему мощнейшим потоком древесной энергии, Чжуан Шэнкай понял, что она имела в виду.       — Ах ты проказница! — бросил он ей вслед. — И не надейся! Только не с ним!       — О чем это они? — поморщился Цзинь Шэ.       — Лучше остановиться прямо сейчас и не думать об этом, — предупредил Ма Цинсюй.       — А? А что так можно? — спросила Тао Сянмэй. — У меня тоже водная основа духа! Эй! Слышите?!       — Ш-шимэй! — все же не выдержал Ма Цинсюй.       Сюань Юнь пересекся взглядом с совершенно потерянным ребенком, хвостиком бредущим за Цзинь Шэ, вцепившись в полы его одежд. Он выглядел как тот, чья жизнь совсем недавно сделала слишком крутой оборот.       На площади собралось немыслимое количество народу. Над морем голов возвышался пьедестал, на нем был установлен роскошный трон. На троне сидела женщина, которую легко можно было принять за мужчину, хоть и очень красивого.       — Видимо это и есть главнокомандующая Цзе, — заключила Цин Шань.       — Она на уровне ядра, — произнес Чжуан Шэнкай. — Готова к перерождению.       — Старейшины не видно, — произнес Сюань Юнь.       — Наверняка наблюдает из укромного места, — предположил Ма Цинсюй.       — Людей главнокомандующей не меньше сотни, — быстро оценил Сюань Юнь.       Гул голосов стих, когда ударили в гонг.       — Начинается! — зашептались вокруг.       Главнокомандующая встала со своего трона и заложив руки за спину, окинула взглядом толпу.       — Приветствую, — произнесла она. Голос её, усиленный с помощью магической техники, разнёсся над площадью и достиг самых её окраин. — Сегодня здесь собрались поистине выдающиеся представители мира совершенствующихся и мира боевых искусств. Это честь для меня.       — О? Она такая величественная, но не высокомерная! — восхитилась Тао Сянмэй.       — Будьте осторожны, — предупредил Чжуан Шэнкай. — Она использует технику манипуляции сознанием. Ей нужно, чтобы все расслабились и доверились ей. Тогда, если мы нападем, многие встанут на её защиту.       — Вы все здесь ради Жемчужины вечной жизни, — произнесла главнокомандующая и толпа одобрительно загудела в подтверждение её слов.       — Жемчужина вечной жизни? — усмехнулся Чжуан Шэнкай.       — Я знаю-знаю, — усмехнулась главнокомандующая Цзе. — Это сокровище сегодня достанется кому-то из вас. Но у нас есть и другие чудесные диковинки. Наберитесь терпения, некуда спешить. Поверьте, мне есть чем вас удивить!       На этих словах грянули фейерверки, под барабанный бой на площадь выскочили танцоры и трюкачи, жонглеры и глотатели огня, началось грандиозное представление. Два слона вынесли на спинах широкий паланкин с роскошным ложем, а на нем вальяжно раскинулась первая красавица Черного сердца моря — дева по имени Жу Юэ. Из толпы послышались восторженные возгласы и признания в любви.       — Сколько желаете за деву Жу?! — выкрикнул кто-то. — Отдаю все свое золото и душу в придачу!       Этого находчивого господина поддержали одобрительным смехом, а кто-то даже выразил желание с ним побороться. Сама дева Жу тоже нашла это забавным. Она рассмеялась и воскликнула:       — Уйду с тем, кто заполучит Жемчужину вечной жизни и изволит подарить ее мне!       — Вот так запросы!       — Дева Жу знает себе цену!       — Ну надо же, сколько отвлекающих маневров… — прокомментировал Чжуан Шэнкай. — Главнокомандующая великодушна, устроила настоящий праздник овцам на закланье!       Дева Жу Юй оказалась вовсе не лотом, она была ведущей аукциона. Погонщик уложил слонов, огненное шоу завершилось и тогда красавица, наконец, презентовала первый лот. Начались торги. В качестве ставок принималось и золото, и серебро, и драгоценные камни, жемчуг и парча, земли и рабы, но более всего ценились сокровища мира совершенствующихся — будь то оружие, духовные камни, техники, таинственные артефакты. Сюань Юнь внимательно следил за каждой сделанной ставкой, было много удивительного и весьма ценного, но никто не торопился предлагать диковинный двухструнный цинь из земель демонов.       — Никак не пойму по какому принципу Главнокомандующая выбирает победную ставку, — обсуждали в толпе. — Уж точно не по ценности… Три тысячи лян золотом и целый арсенал проиграли какой-то деревянной шкатулке? Да что там за шкатулка?..       — Наверное, нам не дано понять ее ценности…       Чжуан Шэнкай довольно скоро определил, откуда приходят указания о принятии ставок. Старейшина расположился на восточной террасе дворца, откуда открывался хороший обзор на площадь, при этом его самого невозможно было увидеть с площади. Марионетка в виде маленькой птички была уничтожена мгновенно, едва она приблизилась к этому месту.       Старейшине поднесли шкатулку. Осмотрев её, он заключил:       — Мусор.       Под воздействием тёмной ци шкатулка почернела и рассыпалась прахом.       — Зачем сломал?! — возмутился Маленький хвост, одним укусом проглотив сразу два пирожных. — Разве это не редкое сокровище?!       — Говорю же — просто мусор, — повторил старейшина.       — Зачем тогда одобрил ставку и отдал за него такой хороший меч?!       — Жуй свои пирожные.       Старейшина Гуанминь осмотрел толпу.       — Если он уже здесь и обнаружил меня, то почему не нападает? — пробормотал он себе под нос.       — Ты про того Жан-как-его-Кая? — спросил Маленький хвост. — Он здесь? Где? Я его отделаю!       — Не переоценивай свои силы. Бай Сычжао и Бай Ичжао были старше и сильнее тебя, но они не справились. Жуй пирожные и не лезь на рожон. У меня есть план. Я сам со всем разберусь.       «У старейшины есть план… — подметил Чжуан Шэнкай. В то время, как его птичка была уничтожена, бабочке все же удалось скрытно подобраться к врагу и затаиться. — Не может быть, чтобы он полагался только на своё магическое построение. Наверняка он подготовил пару ловушек. Но и мне есть, что ему показать».       — Цинсюй, — позвал он. — Небесная огненная клеть.       — Вы нашли его? — спросил тот.       — Восточная терраса. Он знает, что мы здесь и готов к нападению. С ним еще кто-то, по голосу — ребёнок.       — Ребёнок? — переспросил Ма Цинсюй.       — Я не уверен, но это и не важно. Создадим Небесную огненную клеть и тогда атакуем.       — Разве мы не будем ждать окончания аукциона? — спросила Тао Сянмэй.       — Старейшина тоже чего-то ждёт, боюсь, мы можем потерять преимущество, — пояснил Чжуан Шэнкай. — Постараемся держаться в стороне от площади, но если не получится… Я как-нибудь заглажу вину перед Сюань Юнем.       Техника «Небесная огненная клеть» заключалась в формировании барьера вокруг поля битвы, тем самым ограничивая размах сражения. Кроме того этот барьер не позволял противнику сбежать или призвать подкрепление. Использование этой техники требовало заблаговременной подготовки — расстановки, специальных устройств. Готовясь к битве со старейшиной Чжуан Шэнкай и Ма Цинсюй не только сеяли рис, но и подготавливали поле боя. Оставалось только и добавить несколько устройств, чтобы отделить восточную террасу от площади.       Ловким и быстрым движением Ма Цинсюй проделал все необходимое. Чжуан Шэнкай принялся возводить Небесную огненную клеть, активировались магические устройства и тонкие алые линии взмыли в небеса, сходясь к общей точке, образуя некое подобие птичьей клетки. В последний момент Цзинь Шэ, успел проскочить внутрь барьера, за шиворот втащив за собой маленького Янь Си.       — Дружище Цзинь, ты с нами?       — Зачем бы ещё я сюда притащился? — хмыкнул тот.       Старейшина почувствовал момент активации барьера и поспешил вырваться за его пределы, но не успел. Он плавно опустился на крышу беседки. Пятеро бессмертных взмыли над площадью, одним прыжком достигнув восточной террасы дворца. Взгляды Чжуан Шэнкая и старейшины Гуанминя встретились.       — Мертвец! — выкрикнул старейшина.       Разворотив деревянные перекрытия из-под пола на террасу вырвался здоровенный свирепый мертвец. Это был Чэнь Чжэн — некогда глава клана Чэнь, пленник тайной тюрьмы Палаты по уголовным делам, названный отец Ли Фэна и родной отец барышни Чэнь, чье тело все так же, уже многие годы, занимал старейшина Гуанминь. Чэнь Чжэн, обращенный старейшиной в свирепого мертвеца, продолжал служить ему, окончательно лишившись свободы воли. Он совсем уже не походил на себя прежнего, он превратился в настоящее чудовище. Сжимая в каждой руке по клинку, он ринулся в атаку. Ма Цинсюй не задумываясь взял его на себя. Когда-то этот мертвец уже одолел его и рассек его грудь, едва не убив, но с тех пор Ма Цинсюй стал намного сильнее.       — Эй! Ты и есть мой глупый недоразвитый братец, что одолел Бай Ичжао?! — вдруг выкрикнул какой-то мальчишка и со скоростью молнии атаковал Цзинь Шэ.       Увернувшись, тот забросил бедолагу Янь Си на крышу флигеля.       — Спрячься и сиди тихо, — приказал он, а сам поспешил увести нападавшего подальше.       — Сянмэй, у тебя много энергии, но слабые техники, — произнесла Цин Шань.       — Чего?! — возмутилась та.       — Займемся поддержкой. Я буду пропускать через себя твою энергию и передавать Чжуан Шэнкаю. Если потребуется, вступим в бой.       — А… Х-хорошо… — согласилась Тао Сянмэй.       — Тогда повторяй за мной, — Цин Шань принялась обучать ее новой технике.       — Чжуан… Шэнкай?.. — взглянув на своего извечного врага, произнес старейшина. — Что это за вид? Побить не выходит, так решил меня соблазнить?       — На себя посмотри! — усмехнулся Чжуан Шэнкай. — На мне всего-навсего женский наряд, а ты как влез в это женское тело, так и разгуливаешь в нем. Что, оно больше соответствует твоей истинной сущности?       — Чжуан Шэнкай явился на битву со старейшиной Гуанминем в платье! Хоть песню слагай! Твои поклонники будут в восторге.       — Так и знал, что это все ты придумываешь! Ночами не спишь?       Чжуан Шэнкай призвал Жаньфэй и ринулся в атаку.       — Ты! Трус!!! Дерись как мужик, хватит уклоняться! — яростно прокричал Маленький хвост.       Цзинь Шэ не атаковал его, только уворачивался от ударов, заложив руки за спину.       — Ты — еще одна часть Байцзиня, но ты все еще ребенок, — хмуро произнес он. — Отпустить тебя я не могу, но и убить рука не поднимается.       — Нечего меня недооценивать! — прокричал Маленький хвост. — Я не ребенок! И я не слабак! Вечно все недооценивают хвост! А ведь изначально Байцзинь был змеем! У него только и было — две головы и хвост! Хвост всегда был его главной силой! Это потом он отрастил эти бесполезные лапы!       — Хвост? — переспросил Цзинь Шэ. — Так ты был со мной до того, как Байцзинь ступил на темный путь?       — Ну и что с того?!       — Хм. Хвост следует за головой. Бай Тоу больше нет, но есть я. Почему бы тебе не последовать за мной? Ты еще не стал Хэйсинь. Можешь стать последователем Небесного пути.       — Чего?! С какой стати?!..       Эти слова прозвучали немного неуверенно. Хвост никогда не задумывался каким путем ему следовать.       — Я не шучу, — произнес Цзинь Шэ. — Ответь на вопрос — чем ты хочешь заниматься в жизни?       — Хочу биться! И стать самым сильным!       — Прекрасно! Но разве для этого тебе нужно становиться злодеем?       — А?! А какая разница?!       — В том-то и дело. Ты можешь стать сильнейшим героем на страже справедливости.       — Ты… — Маленький хвост запутался. — Сначала одолей меня! А потом я подумаю!       Люди на площади не заметили ничего необычного, а те, что заметили — не подали виду, потому что они были достаточно умны, чтобы не вмешиваться в чужие дела. Сюань Юнь понял то произошло — Чжуан Шэнкай решил вступить в битву раньше времени, но провернул все так, чтобы не прерывать аукцион. Между тем, о цине не было, ровным счетом, никакой информации, и Сюань Юнь уже начал чувствовать себя не в своей тарелке. Пустая трата времени.       Главнокомандующая заметила сработавшую у восточной террасы духовную технику. До гибели Бай Ичжао и Ши Чэна она не сомневалась в способностях старейшины, но в последние дни ситуация стала напряженной. Ее бестолковые подчиненные даже не смогли найти Карася и это занимало все ее мысли.       Если все и дальше пойдет не по плану? Если старейшина проиграет? Не видать ей вожделенного бессмертия? Ради чего тогда все это было?       Лотов становилось все меньше. Вот-вот пора будет начинать вторую часть аукциона, да только с ее началом должно быть активировано магическое построение. И кто же, скажите на милость, его активирует?       Неожиданно над площадью разнесся звон храмового колокола. На помост прямо перед главнокомандующей, окутанный золотым светом, опустился буддийский монах.       — Амитофо, — произнес он с мягкой улыбкой на губах. — Почтенная главнокомандующая Цзе, довольно фарса. Этот скромный монах готов сделать ставку на, так называемую, Жемчужину вечной жизни. Уверен, у вас найдется одна и для меня.       Он говорил так, что понять его могли лишь те, кто был хорошо осведомлен об истинной природе «Жемчужины». Главнокомандующая внимательно посмотрела в его узкие, кажущиеся закрытыми глаза, и поинтересовалась:       — Что же ты можешь мне предложить?       Снова раздался звон колокола. С неба опустился сияющий золотой гроб. Он ударился о землю и крышка отлетела. Из гроба, прямо к ногам главнокомандующей вывалился человек.       — Кто это? — шептались в толпе. — Кто этот монах и кого он приволок?..       Волшебный гроб обернулся золотыми цепями, вмиг опутавшими загадочного пленника. Главнокомандующая застыла. Человек в цепях медленно поднял голову.       Сюань Юнь не поверил своим глазам.       — Сэн Гу?!