Переменная

      Маленький городок Окснорд, расположившийся на побережье Калифорнии. Чудесное, тихое место, которое и городом сложно назвать. Одноэтажные домики, магазинчики и лавки местных жителей, веранды, благоухающие клумбы, выход к океану и замечательная погода почти круглый год. Большинство жителей здесь, это отдыхающие на своей заслуженной пенсии пожилые люди. Иногда к ним приезжают семьи на праздники, и все знакомы друг с другом. И многие знают Старика Логана, которого даже ровесники так и называют, "Старик".       Низенький, узкоглазый и смуглый, с длинной седой бородой, как у гнома с картинок, бесшумно появляющийся то здесь, то там словно призрак. Единственный, кого "отправили" на пенсию, когда все остальные на неё "вышли". А он никогда и не хотел уходить. Ему не нравились эти безоблачные однообразные дни, сменяющие друг друга, это безмятежное побережье с ласковыми солёными волнами. "Рай на земле" его никогда не устраивал, как и перспектива до последнего своего дня разгадывать кроссворды, читать газеты, купаться в море, не заплывая за буйки и ездить на велосипеде в своё удовольствие. Потому что не было в этом никакого удовольствия. Он был вечно мрачен и ворчлив.       Жил Старик на отшибе, далеко от моря. К нему никогда не приезжали родственники или друзья, с моряками он дружбы не водил, как и с другими жителями города. Никто даже не знал, где он раньше работал и откуда его "выгнали на пенсию". Так что большинство его соседей считали, что он просто одинок, оттого и сердит на весь этот мир.       Но с некоторых пор у него на пороге начали замечать какую-то высокую женщину в чёрном костюме, а сам Старик Логан после её появления становился куда спокойней и даже говорили, что он смеялся. Сегодня загадочная женщина оказалась в доме Старика никем не замеченная, так как предпочла переместиться сразу в дом. Когда она появилась посреди маленькой гостиной, заливаемой красным светом камина, на улице уже было темно, и над морем в чёрном прозрачном небе сверкали звёзды. Тёплая полутьма, мягкий ковёр под ногами, уютно обустроенный домик. Кто же знал, что в Комиссии найдутся люди, которые так хорошо разбираются в дизайне и создании домашней атмосферы.       Кресло-качалка постепенно замедлила свой ритмичный ход, и Логан опустил газету, посмотрев на гостью через поблёскивающие от огня очки. Карина одним движением сняла маску Лисы и молча прошла к соседнему со Стариком креслу.       — Как здоровье?       Она поставила свой портфель с выжженной на чёрной коже эмблемой Лисы рядом с аналогичным, принадлежавшим хозяину домика.       — Не жалуюсь, — он сложил газету на коленях.       — Местный климат творит чудеса омоложения? — откинулась в кресле Карина, но в её теле и разуме вовсе не было расслабленности.       — На меня так действует работа.       — Оу, тогда всегда пожалуйста, — усмехнулась женщина, закинув ногу на ногу. — В любом случае, что насчёт дела?       Узкие глаза Логана недовольно сверкнули, и он снял свои квадратные очки.       — Дела? Ты который раз отправляешь меня следить за какой-то девочкой и называешь это делом?       — Если у тебя возникают такие претензии, значит ты начал сдавать позиции, — холодно заметила Карина, прикрыв чёрные глаза. — Ты просто не знаешь, на что она способна.       — Теперь знаю.       Карина быстро открыла глаза и повернула голову к Логану.       — Что-то случилось?       — Полагаю то, что я увидел, называется "массовое убийство".       — Что? — она села ровно, остановив ногой ход кресла-качалки. — Барби мне ничего подобного не сообщала.       — Она не вездесущая, даже коммутатор не даёт всю возможную информацию. Поэтому у тебя есть я и Радха.       Он слез с высокого для него кресла, поправил красную гавайскую рубашку и немного прошёлся по комнате, поглаживая бороду и отбрасывая чёрную тень на Карину, напряжённо его слушавшую, пока трещали поленья.       — К тому же "老姜辣味大, 老人经验多", — изрёк он на родном языке с благочестивым и мудрым видом, но тут же раздражённо махнул рукой. — Полная хрень, кстати. Имбирь не вкусный.       — Логан, при всём уважении к опыту и бороде, ближе к делу.       — Я не знаю, как это точно описать, — он кивнул на их портфели, стоявшие на деревянном полу. — Проще увидеть самой.       Закатив глаза, женщина натянула на голову лисью маску, проверила время на наручных часах и подняла портфель, протягивая его Логану. Старик взял с вешалки свою лисью маску и зонтик, быстрыми привычными движениями внёс все настройки и они переместились.       Поздний дождливый вечер Далласа. Хотя дождя уже почти не было, просто мелко моросило. Странная парочка из седого старика в пёстрой гавайской рубашке и женщины в чёрном костюме, оба в жутких лисьих масках, неприметной тенью укрылись за деревьями аллеи через дорогу от бюро. Оба стояли, не проронив ни слова. Логан закрыл себя маленьким зелёным зонтом с лягушачьими глазами, Карина же неподвижной скалой стояла под дождём, не обращая внимания на холодные колючие капли. Чёрные узкие глаза почти не мигая наблюдали из-под маски за домом. Тянулись минуты, но терпения женщина не теряла. Она как никто другой знает, что такое терпение и как оно важно.       И оно окупилось сполна, когда в доме раздался взрыв. От неожиданности Карина дёрнулась назад, когда же Логан равнодушно взирал на вылетающие с рамами окна. Он это видел уже не в первый раз, просто с другого ракурса. Из одного окна вместе со стеклом вылетела чья-то… рука. Оторванная по локоть.       — 젠장... — глухо выдохнула из-под маски Карина, даже не пытаясь скрыть шока.       — Я сначала подумал, что это граната или что-то вроде, — спокойно изрёк старик. — Но сама посмотри.       Через какое-то время из дома, не смотря по сторонам и не заметив странных наблюдателей, выбежала уже знакомая Карине девушка. Её вид женщину просто поразил, и оставалось только гадать, что произошло в доме. Икс быстро скрылась из виду, и теперь Лисы были предоставлены сами себе.       — Я ознакомлен со спецификой объекта, — проводил девушку глазами Логан, — Так что думаю…       — Это была далеко не граната.       Прокашлявшись, старик осторожно дёрнул начальницу за рукав и протянул портфель. Он специально выбрал место, чтобы не пересечься с собой же, но не хотелось бы почувствовать на себе все прелести парадоксального психоза. Пора было уходить, они же не собираются торчать здесь до приезда полиции.

***

      Ночь района, где расположилось бюро "Обитель", потеряла всякое спокойствие, когда её тишину нарушил внезапный взрыв. Прежде, чем редкие соседи сумели сообразить, что произошло, и только задумались о том, чтобы позвонить в полицию, к бюро уже начали стягиваться машины с мигающими красным и голубым огнями. О тишине и сне можно было забыть.       Сэм вылез из машины, наспех припарковавшись недалеко от основного места действия. У ограждения его остановил знакомый полицейский.       — Сэр, вам сюда нельзя.       — Ага, и тебе доброй ночи, Стрикленд, — буркнул мужчина, и проигнорировав останавливающий жест офицера залез под ограждающую ленту.       — Мистер Уокер! — хотел было возразить молодой человек, но его прервал спокойный властный женский голос.       — Александр, пропусти его.       И офицер без дальнейших рассуждений подчинился, пропуская Уокера. Гретта с мрачным видом стояла на подъездной дорожке.       — Всё ещё молчит? — без приветствия перешёл к делу Уокер.       Полицейская коротко кивнула, поправила очки и оглянулась на дом. На крыльце, смотря в пустоту ошалевшими глазами, сидел Дэниел. Таким его Сэм ни разу не видел: взъерошенный, покрасневшие глаза широко распахнуты, словно в них ещё мелькают сюжеты недавно пережитых событий, дрожащие руки крепко сжаты в замок у побелевших губ.       — Ничего, щас исправим.       — В пределах разумного.       — Не тупой.       — Не убедительно.       Дэниел никак не отреагировал на приблизившегося Сэма, а тот в свою очередь не спешил начинать диалог. Ещё раз оценив взглядом состояние мужчины, Уокер зашёл на крыльцо и заглянул внутрь дома. После увиденного его начало немного мутить — такого месива он не видел вживую ни разу. То, что когда-то было людьми, переломанными изуродованными кучами лежало у стен в лужах крови, впитавшихся чёрными пятнами в красный ковёр. И не все кучи были, скажем так, в полной комплектации.       — Ну что, Дэниел, — собравшись, в своей притворно рассеянной манере приступил к расспросу Сэм, вновь вставая перед мужчиной, — Мы встретились раньше, чем ожидалось.       Мистер Шеферд едва заметно кивнул. Ну, он хотя бы слушает его.       — Рассказывай, какого хрена произошло.       — Я…       Гретта приподняла брови, когда упрямо молчавший всё это время хозяин бюро тихо выдавил из себя первые слова. Что ж, очевидно ему нужно было время и знакомый человек для того, чтобы начать мыслить.       — Я сам не могу понять, — просипел Дэниел, убирая руки ото рта.       — А где Астрид?       Неожиданно Мистер Шеферд поднял на них глаза, и от этого взгляда Гретте и Сэму стало как-то не по себе. Уж не сошёл ли Дэниел с ума после произошедшего? Выглядит именно так.       — Вы хоть представляете, с кем жили всё это время, Сэмюэль? — зашептал бледными губами мужчина, сверля детектива широко распахнутыми глазами.       Уокер и Гилмор переглянулись. Внутри Сэма вновь зашевелилось любопытство, которое в своё время сподвигло его на то, чтобы забрать неизвестную девушку к себе. Он задавался вопросом "Кто же она такая?" всё это время, и сейчас у Дэниела такой вид, словно он узнал ответ. И он совершенно точно не подходит под определение нормы.       — И с кем же?       — С ангелом Господнем, — ответил ему хозяин бюро.       Сэм и Гретта одновременно тяжело вздохнули и закатил глаза. Да, он определённо тронулся умом.       — С ангелом, что несёт меч силы и справедливости от имени Его…       — Так, я понял.       Уокер сел на корточки и притянул хозяина бюро к себе за ворот рубашки.       — Сэм, — возмутилась было Гретта.       — Да от него перегаром несёт, — констатировал ей в ответ Уокер, поморщившись и отпустив Дэниела. — То-то ему ангелы во плоти мерещились. Слушай сюда, праведник, отходи от своего причастия, собирай мозг в кучку и начинай исповедь.       — Я трезв, Сэмюэль, — весьма серьёзно заявил Дэниел.       — Оно и видно, — презрительно кивнул Сэм. — Рассказывай, что случилось и где Астрид.       — По какому праву вы проводите допрос?       Гретта и Сэм обернулись на строгий немного писклявый голос. На подъездной дорожке стояли два человека в костюмах. Гретта нахмурилась и встала между ними и Сэмом. Александр парень ответственный, он бы кого попало не пропустил.       — А по какому праву вы прошли в оцепленную полицией зону?       — Агенты Тёрнер и Диас, особый отдел Гаррисберга, — мужчины предоставили удостоверения.       — Первый помощник шерифа, Гретта Джоу Гилмор, — представилась полицейская, игнорируя удивлённые и пренебрежительные взгляды агентов.       — Сэмюэль Уокер, — нехотя представился в ответ на молчаливый вопрос Сэм. — Консультирующий детектив Мисс Гилмор.       — Личный? — выгнул бровь один из агентов, которому и принадлежал писклявый голос. — Интересные методы работы у вас в Далласе.       — Твоё какое дело? — он выпрямился в полный рост и скалой встал за спиной полицейской.       — Сэм, — одёрнула его Гретта.       — Они хотя бы работают, агент.       Вся компания с разной степенью удивления посмотрела на Дэниела, в лице и голосе которого произошли резкие и неожиданные перемены. С нескрываемым холодом и раздражением он смотрел на прибывших агентов. Вот теперь можно было поверить, что он трезв. А так же что он зол, чего раньше ни разу за ним не замечалось.       — Здравствуйте, Мистер Холлесен, — кивнул ему агент.       Дэниел не удостоил его ответным приветствием. Но судя по виду агента, его это не задело. Он обратился к Гретте:       — Из-за определённых обстоятельств дача показаний должна происходить только в нашем присутствии и без посторонних лиц.       Гретта понимающе кивнула.       — Уокер.       — Прикалываешься? — прищурился он в негодовании.       — Сэмюэль останется, — вмешался Дэниел. — Он мой друг и ему так же важна информация, которую я изложу далее. К тому же он знает о том, что я нахожусь под программой защиты свидетелей.       — Вы выдали ему себя? — возмущённо пискнул мужчина в костюме.       — Нет, я сам узнал, — ответил Сэм. — Не в подробностях, только сам факт.       — Не стоит удивляться, агент Диас, — пожал плечами Дэниел. — У Мистера Уокера к этому талант.       Конечно же такая загадочная фигура, как Дэниел Шеферд, не могла не вызвать очередной всплеск любопытства у познакомившегося с ним год назад Сэма. И пусть большинство информации достать было просто невозможно, ума и стараний Уокера было достаточно для того, чтобы догадаться, кем является скрытный хозяин бюро. О своём открытии Уокер конечно никому рассказывать не собирался, но и выгоду, в виде периодической посильной помощи со стороны Дэниела, получил.       — Но это к делу не относится. Я изложу вкратце произошедшее, а дальше ваша забота. Тела в моём доме принадлежат остаткам банды Паркера Филлипса. Они нашли меня через мою жену. Её тело находится в гараже, под катафалком. Она пришла ко мне прошлой ночью, чтобы убить. Но произошёл несчастный случай, она упала с лестницы.       — Почему вы не сообщили об этом? — перебил его агент Тёрнер.       — Я собирался застрелиться сегодня вечером, — равнодушно ответил Дэниел. — Мне было не до полиции.       Никто на это ничего не смог ответить. Больше поражала не сама история, а бесцветный, почти что будничный тон, которым Мистер Шеферд её излагал.       — Но меня остановила моя сотрудница, Мисс Миллиган. И к сожалению так получилось, что когда эти люди пришли за мной, она была здесь, в бюро.       Его глаза потемнели, он вновь ненадолго провалился в свои воспоминания, что сказалось на его голосе.       — Я не буду говорить, что они хотели сделать с ней. Оставлю это на волю вашей фантазии, и поверьте, она не нарисует того, чего не могло бы произойти этой ночью.       У Сэма и Гретты неожиданно похолодело внутри, когда агент Диас коротко перекрестился. И как на зло фантазия действительно начала вырисовывать страшные картины, которые не столько напугали Уокера, сколько неожиданно заставили его задать себе вопрос, раскалённым гвоздём впившийся в голову: "Как всё дошло до этого?".       — Но Мисс Миллиган защищалась и в самозащите убила напавшего на неё Грея Рузвельта. Агентам он хорошо известен, а вам, господа полицейские, я скажу лишь, что это отродье заслужило самой страшной смерти и отдельного котла в Аду. Мисс Миллиган, не желая того, совершила благое дело, отомстив этому чудовищу за всех его жертв. В том числе и за мою дочь.       Гретта понимала, что этот монолог был обращён больше к ней, чем к агентам и Сэму, не имеющим такой власти в городе. Мистер Шеферд верно догадывался, что даже за самооборону Астрид всё равно попадёт под следствие, если дело об убийстве Рузвельта будет рассмотрено, и уже сейчас пытался смягчить её участь, оправдать перед законом.       — А что насчёт остальных членов банды? — спросил агент Тёрнер.       Дэниел медлил. Он думал, что ответить, как это сказать. Он пытался понять, что вообще сам увидел в эту ночь. Это было чудом, не меньше. Но поймут ли они, те, кто не видел этого своими глазами, если он сам не может до конца понять? Воспримут ли так же, как и он, эти люди закона и трезвого ума? Стоит ли им вообще знать?       — Мисс Миллиган выбежала из дома после произошедшего, — он поднял глаза на Сэма. — Сэмюэль, найдите её. Я боюсь представить, что сейчас происходит у неё внутри, ей нельзя оставаться одной.       — Велосипед здесь, далеко она уйти не могла, — быстро включился в рассуждения Уокер. — Нужно какое-то безлюдное место, она бы захотела спрятаться от чужих глаз, насколько я её понимаю.       — Возьми рацию у Александра и сообщай мне ситуацию по второму каналу, — дала добро Гретта.       Дэниел молчал до тех пор, пока Уокер не сел в машину и не скрылся в ночи. Он прекрасно знал о таланте детектива распознавать ложь. А лгать сейчас придётся виртуозно и безбожно.       — У них были гранаты, — обратился он к агентам, продолжая рассказ. — И когда они отвлеклись на побег Мисс Миллиган, я выхватил одну у Лео Эванса и бросил в центр комнаты. Сам спрятался под одним из гробов. Возможно взрыв этой гранаты привёл к детонации ещё нескольких. Дальше вы сами знаете.       — Граната?       Агент Тёрнер нахмурился и зашёл в дом. Через несколько секунд вышел обратно.       — Какая граната способна на такое?       — Вы считаете, что я вам вру? — поднял брови Дэниел. — По-вашему, на самом деле их убила волна неведомой силы, а я с чего-то решил вам не рассказывать об этом?       — Я вас ни в чём не обвиняю, просто есть некоторые сомнения…       — Довольно.       Неожиданно он поднялся со ступенек, расправил плечи и оказалось, что он выше и визуально крепче обоих агентов.       — Я всё рассказал и не обязан больше тратить на вас своё время. Разбирайтесь теперь сами. И более того, передайте своему начальству, чтобы они шли к чёрту, потому что это вы втянули меня в эту историю.       В его глазах сверкала ярость, которую не скрыли бы даже очки, будь они на нём. Если бы здесь присутствовала Астрид, то она бы была немало удивлена той перемене, что сейчас произошла в её бывшем начальнике. Никогда он даже близок не был к такой буре, к такому смелому начальственному тону и решимости.       — Из-за вас я лишился спокойной жизни, затем семьи, столько лет жил в страхе, а в итоге вы даже мою безопасность обеспечить не смогли. Я молчу уже о том, что за восемь лет вам не удалось найти этих людей, хотя даже моя жена с этим справилась! Полиция Гаррисберга — кучка безответственных идиотов, и я больше не желаю иметь к ней какое-либо отношение.       — Мистер Холлесен…       — Шеферд. Меня, по вашей милости, зовут Дэниел Шеферд. И за всё то, что я отдал ради вашей дурацкой провальной операции, вы не имеете никакого права обвинять меня в чём-то. Заберите тела, приведите в порядок моё бюро и просто оставьте меня в покое!       В этот момент Дэниел удивил сам себя. Гнев он испытывал, конечно, и не раз. Но чтобы повысить на кого-то голос… С ним тоже что-то произошло этой ночью. Он наверное впервые за много лет почувствовал, как с рук падают оковы. Монстров, крадущихся за ним попятам во сне и наяву, больше нет. Его жизнь наконец возвращается в его руки, под его контроль. Вздохнув, он несколько взял себя в руки.       — Чем быстрей вы это сделаете, тем лучше. Мне ещё в больницу на обследование сегодня идти.       В парке темно, хоть глаз выколи. Какого чёрта никто не следит за освещением? А ещё хороший район, как же.       — Миллиган!       Он припарковал машину у центрального входа в ближайший к бюро парк и уже добрые полчаса шарил по каждому кусту с фонариком.       — Астрид!       Голос у него зычный, разносится далеко в темноту, сталкиваясь с чёрными стволами деревьев, уходящих ввысь и смыкающих над головой Уокера свои кроны. Но ответа всё так же не было. Ну где её ещё искать? Далеко уйти она не могла, на общественный транспорт бы не села в таком состоянии, попутку бы ловить не стала. Да и глухая ночь на дворе, машин на дорогах нет, тем более в этом районе.       На долю секунды в пробегающем по одинаковым стволам деревьев луче фонаря мелькнуло что-то цветное, выделяющееся на фоне мрачного ночного парка. Сэм тут же вернул свет в этом направлении.       — Астрид!       Она сидела на скамейке, обняв себя за колени и спрятав лицо за спутанными, мокрыми волосами. Подбежав к ней, Уокер услышал, как под ногами хрустит стекло. Положил фонарь на асфальт, включил второй канал на рации.       — Гретта, я нашёл её. Парк на юге от "Обители".       Через пару секунд рация зашипела и Гретта ответила:       — "Поняла, ждите меня."       — Тут темень везде, я фонарём маякну, не пропустишь, — затем он положил рацию на скамейку и вернулся к Астрид, которая так и не двинулась с места. — Хей, ты цела?       Девушка не отвечала ему. Даже в полной темноте Сэм видел, как её трясёт. Невольно он содрогнулся, увидев разорванную, окровавленную рубашку и покрытые глубокими ссадинами руки и ноги.       — Астрид?       Он положил руку ей на плечо, но девушка неожиданно отшатнулась от него и откинула руку в сторону. И он увидел наконец её лицо, заплаканное, искажённое страхом, с расплывшимся на скуле большим синяком. В этот момент внутри Сэма что-то возникло. Какое-то неприятное, гнетущее, неизвестное или давно забытое чувство. Неужели это та же девушка, которую он видел буквально вчера?       — Понял, не трогаю, — осторожно кивнул он, примирительно поднимая ладони. — Тот тип тебе ничего не сделал?       — Н-нет, — совсем не своим, дрожащим голосом всхлипнула девушка, опустив глаза. — Не успел. Сэм, я… Я его…       — Я знаю. Чёрт с ним. Главное, что ты цела.       Он не заметил вопроса в глазах подруги. Он знает? И пришёл? Зачем? Сэм снял свой тёмно-серый бомбер и осторожно, убедившись, что девушка не будет сопротивляться, укрыл ей плечи. Трясти её стало меньше, хотя дело было даже не в холоде. Астрид поймала себя на мысли, что ей стало спокойней. Не легче, но все равно спокойней, пусть даже это Сэм. Хотя он лучше, чем чёртов Реджинальд, растворившийся во тьме после её тирады.       Астрид и сама не знала, хотела ли, чтобы он ушёл или нет. Она вообще не понимала, чего хочет. Она потерялась в темноте, уплыла слишком далеко от берега, так что ни одного ориентира не осталось. Но вот пришёл Уокер, хоть кто-то знакомый, и стало совсем немного легче.       В полной тишине, возникшей между ними на несколько долгих минут, откуда-то послышался ощутимый рёв мотора и короткий визг тормозов. Сэм, дождавшись появления где-то между деревьев мелькающего света, несколько раз включил и выключил фонарь, привлекая внимание.       — Лихачишь на служебной машине?       Гретта, появившаяся из-за деревьев, криво коротко улыбнулась другу, а после обеспокоенно посмотрела в сторону Астрид.       — Как она? — шепнула она Сэму.       — Физически вроде в порядке. Морально — сама подумай, — он осторожно положил руку на плечо полицейской, прежде чем она подошла к Астрид. — Я же надеюсь ты не собираешься…       — Уокер, дай мне делать свою работу, — пресекла его Гретта, но продолжила уже без такого холода. — Доверься мне, это бесплатно.       Детектив поджал губы, шумно втянул длинным носом влажный ночной воздух и убрал руку с плеча подруги. Астрид сидела, кутаясь в куртку Сэма и разумеется отдалённо слыша, что происходит вокруг. И конечно она понимала, что её ждёт. А чего ещё следовало ждать?       — Астрид, — тихо позвала Гретта, остановившись перед ней.       — Здравствуйте, Мисс Гилмор, — упавшим, осипшим от рыданий голосом отозвалась девушка.       — Мистер Шеферд нам всё рассказал.       Девушка кивнула своим мыслям. Что, прямо всё? Интересно, как он рассказал им о взрыве, который она устроила? Хотя какая разница, не собирается же она отпираться, верно?       — Мы сейчас поедем в полицию, да?       Хорошо, что Не Реджинальда здесь нет. И уж тем более настоящего здесь не хватало. Да и любого из Академии. Какое позорное, удручающее зрелище: Номер Икс в наручниках, за решёткой. Опять за решёткой, в маленьком закрытом пространстве.       — Нет, точно не сегодня, — спокойно ответила Гретта. — Тебя вызовут для дачи показаний через пару дней.       — Показаний? — девушка чуть подняла голову, не решаясь встречаться с помощницей шерифа взглядом. — Разве я не арестована?       Вздохнув, Гретта, осторожно и нежно, как раньше на памяти Сэма никогда этого не делала, села на корточки перед девушкой.       — Астрид, послушай меня, — тихо, стараясь заглянуть ей в лицо, подступилась она. — Да, произошедшее ужасно, и оно сильно ранило и напугало тебя. Но знаешь, как это называется? То, что ты сделала?       — Убийство.       — Самооборона. Не более.       Нащупывая границы, она медленно протянула руку. Астрид не отшатнулась от этого жеста, и тогда Гретта накрыла её тонкую холодную кисть своей ладонью.       — Слышишь меня? Ты защищалась.       Сэм с немалой долей удивления слушал свою старую подругу, которая впервые за всё время их знакомства была так осторожна и нежна с кем-то. Если бы на месте Миллиган был какой-нибудь мужчина, то Уокер бы вообще решил, что это всё какой-то нереалистичный сон.       — Астрид, ты боишься, видя кровь на своих руках. Но это правильный страх. Тот самый, который предостерегает тебя, указывает путь, по которому ты не должна идти. Пока ты чувствуешь его, пока не свернёшь с пути по своей воле, эта кровь на руках не имеет над тобой никакой власти, — и она уже смелей взяла Астрид за руки, смотря на её бледное, ещё мокрое от слёз лицо. — Это всё ещё ты. И ты всё ещё хороший человек, которому я хочу помочь.       — Мы хотим помочь.       Сэм неожиданно сел на корточки рядом с Гилмор, и Икс наконец подняла на них глаза. В них её друзья отметили не только естественный для её ситуации страх, но и замешательство. Они знают, что она сделала, пусть и не во всех подробностях. Но они сейчас здесь. Почему? Почему в те дни, когда она стремилась быть символом света и силы её беспочвенно обвиняли и гнали прочь, а сейчас, когда её вина доказана, когда она сломлена… её не покидают? Почему люди, которым она не сделала ничего, за что её можно было бы любить и принимать, сейчас рядом с ней и хотят помочь?       — Тебе надо вернуться домой, — уверенно и спокойно заявил Сэм.       — Там сейчас такой кавардак, — осторожно потирая костяшки девушки своими большими пальцами задумчиво усомнилась Гретта, а потом с нерешительным вопросом посмотрела на Сэма. — Может, лучше ей к тебе?       — Я теперь живу в "Рапсодии", — тихо пояснила Астрид.       У Уокера брови взлетели вверх, и он чуть смутился. Гретта многозначительно поджала губы, не выдав никаких комментариев по поводу того, кто ещё живёт в этом ресторане. Они переглянулись.       — Ну пошли.       Вздохнув и приняв факт того, что тут ничего не поделаешь, Сэм встал в полный рост.       — Там сейчас закрыто, ты время видел? — нахмурилась полицейская.       — А мне ли не насрать? — он наклонился вперёд и осторожно, следя за реакцией подруги, положил ей руку на плечо. — Откроют. Астрид, ты как?       — Плохо.       — Понял. Можно тебя поднять? Донесу тебя до машины.       Девушка молча кивнула, и Уокер осторожно поднял её на руки. Лёгкая, как кошка. Сэм вообще не напрягался, неся её, а Гретта шла рядом. Астрид, сильней укутавшись в куртку, прерывисто вздохнула. А потом осторожно коснулась пальцами руки Сэма. Вспышка.       — Эй!       Холод, снег, ночь. В глазах плывёт, в голове словно какой-то туман. Сэм с ноги открывает двери знакомой Астрид больницы. У стойки записи остановился усатый врач с солидным пузиком. Он уже накинул на себя пальто и завязывает шарф, готовясь нырнуть в зимнюю ночь Далласа. Но у Сэма, очевидно, были другие планы.       — Ларри! — гаркнул он хриплым голосом. — Чёрт возьми, хорошо, что ты здесь.       — Господи, Уокер, это ещё что значит?       И не зря неизвестный Астрид доктор и медсестра за стойкой так таращатся на Уокера. Мужчина находит глазами каталку, оставленную в коридоре, и осторожно кладёт на неё… Астрид. Она узнаёт себя, в форме Академии, с самодельной шиной на левой руке, в ссадинах, в пыли и мокрую после снега, в котором лежала. Это ночь, когда Уокер нашёл её. Ночь, когда она переместилась после апокалипсиса.       — Я хер знает, что с ней произошло, — шатаясь, поворачивается к доктору Сэм. — Но сделай что-нибудь.       Врач быстро подходит к лежащей без сознания девушке, под плывущим взглядом пьяного Уокера осторожно снимает шину из спиц, галстука и ткани от зонта, бегло осматривает руку, заглядывает в зрачки пациентки и поджимает губы.       — Дженет, проследи её состояние, пока не придёт Доктор Грибс.       — Чего? — хрипло выдыхает Сэм. — Проследить? Ей помощь нужна, э!       — Уокер, я уже ухожу. Пойми, меня ждёт семья, а здесь всё не так критично, что не может подождать…       — Ты чо, с дуба рухнул?! — гремит Сэм так, что медсестра, шедшая выполнять поручение, отшатнулась обратно за стойку. — С каких пор ты такая сволочь? Почему я должен тебя умолять помочь человеку?       — Скоро придёт другая смена врачей. Ты не можешь подождать двадцать минут?       — Так, ясно… Сюда иди.       Сэм неожиданно ловко для своего состояния хватает усатого Ларри, у которого против двухметрового, пьяного сильного мужика и шанса не было, за плечо и тащит обратно к носилкам. Астрид ощущала, как у него внутри всё кипит и горит от негодования.       — Убери руки! Уокер, я отправлю тебя в вытрезвитель!       Но он останавливает его перед носилками и заставляет повернуться к лежащей без сознания Икс.       — Сюда посмотри. Посмотри на неё, я сказал! Девочка же ещё совсем. Ты на руку её посмотри. Не всё так критично? Да ты даже не посмотрел нихрена! Там же не кости, даже я вижу, что там фарш какой-то. А может у неё ещё что сломано, или органы там повреждены. Может ты уйдёшь, а она умрёт за эти двадцать минут. Ты жить то с этим сможешь? Клятву Гиппократа этого своего нахера давал тогда?       Доктор больше не вырывается и не возмущается, так что Сэм его отпускает. Голос его становится куда спокойней, хотя язык уже начинает заплетаться. В тепле начинает развозить. Очень хочется сесть, в глазах сильно плывёт. Но Сэм держится и стоит на своём.       — Ларри, ты меня столько раз штопал, у тебя руки железные, точные. Сейчас придёт эта твоя смена, и все врачи на меня похожие, потому что это ваше долбаное Рождество… Они же её инвалидом оставят, если она вообще выживет. А это чья-то дочь, Ларри, чья-то сестра, девушка любимая чья-то. Ты как своим девчонкам в глаза смотреть потом будешь, а?       И покачав головой и тяжело вздохнув, усатый доктор развязывает шарф и начинает снимать пальто.       — Дженнет, позови кого-нибудь из оставшихся, пусть подготовят всё для экстренного обследования. И подготовь операционную. Всех, кто придёт во вменяемом состоянии, направляй ко мне.       — Спасибо… — хрипит Сэм.       — Иди домой, Уокер.       — Я здесь посижу.       — Не проспиртовывай мне помещение. Завтра приходи.       Вспышка. Руки Сэма отпустили Астрид, контакт прервался. Девушка почувствовала, как её положили в машину. Знакомый запах. Это его машина. Голова оказалась на чьих-то коленях. Затем хлопнули двери, завёлся мотор и они поехали. Хорошо, что она лежит с закрытыми глазами, так тошнота до неё не доберётся. Тем более что Астрид почти сразу уснула, измотанная последними событиями. Больше не хотелось ни о чём думать. Хотелось просто быть в безопасности и спокойствии…

***

And when the broken-hearted people

Living in the world agree

There will be an answer, let it be.

      Мягкое, тёплое одеяло приятно давит сверху, так не хочется ни шевелиться, ни тем более выбираться из-под него. Постельное бельё пахнет свежестью, уставшей голове так хорошо на мягкой подушке, в которой, кажется, можно утонуть. Под до боли знакомые звуки музыки девушка медленно открыла глаза.

For though they may be parted,

There is still a chance that they will see.

There will be an answer, let it be.

      Тонкая иголка проигрывателя бежала по поверхности виниловой пластинки. Сонливость резко испарилась, сердце девушки забилось быстрей. Сначала она узнала запахи, сливающиеся в один единственный, родной и неповторимый. А затем, откинув одеяло, увидела комнату: резной шкаф, рабочий стол с лампой, полки с книгами, мягкий ковёр, тумбочка, на которой стоит подаренный Роджером проигрыватель. Она дома, в своей кровати, в своей голубой пижаме с эмблемой зонта. Она в Академии.

Let it be, let it be,

Let it be, let it be.

There will be an answer, let it be.

      Не может быть. Неужели всё это было сном? Покушение, апокалипсис, Даллас? Стало даже как-то некомфортно от мысли о том, что все эти события и люди, повлиявшие на неё, на самом деле не случались. Но радость от возвращения домой и полученного второго шанса заглушала все другие мысли.       — Мисс Икс.       Голос, при воспоминании о котором душа сжималась от боли и тоски, а сейчас лишь ликует от возродившейся надежды. Икс повернулась в постели и конечно увидела Пого, сидящего на стуле рядом с рабочим столом.       — Пого, — со счастливым всхлипом выдыхает она.       Старый друг тепло улыбается и кивает в ответ. Икс выпрыгивает из постели и чуть ли не бежит к нему. Скорее обнять, почувствовать тепло шерсти, услышать биение сердца под костюмом и тихий добрый смех. Поверить, что он жив.       Но девушка остановилась, всего на секунду подняв взгляд к окну за спиной Пого. Всё в этой комнате было так же, как и в любое утро, которое Номер Икс встречала в Академии Амбрелла. Каждое утро она подходила к окну, отбрасывала в стороны белые лёгкие шторы и открывала его настежь, чтобы комната заполнилась хоть ненадолго зимним ночным ветром, утренней весенней или летней свежестью или тяжёлой, пахнущей жёлтыми листьями влажностью осени. Она смотрела на город перед ней, дорогу, магазинчики, клумбы или огоньки. На изменяющее каждую минуту свои краски небо, в котором коротко крича пролетали городские птицы.       Но сейчас этого не было. Не было вообще ничего, кроме белого, непроглядного тумана, словно её комната поднялась высоко в линию кучевых облаков. Растерявшись, Икс хотела открыть окно, понять, что происходит. Пальцы левой руки неповоротливо и медленно потянули в сторону ручку, и девушка прекратила пытаться, осенённая догадкой. Если она сейчас в Академии, если ничего не было, то почему… Она подняла к глазам копну своих рыжих волос, и среди отливающих медью волн блеснула серебром седина, оставленная силой Номер Семь.       Иголка проигрывателя дошла до конца пластинки и песня оборвалась, оставив только тихий шум механизма под диском. И как она сразу не поняла? Как легко она поверила, что всё это безумие было сном. Нет, это происходящее вокруг всего лишь сладкий, на секунду окрыливший, а затем жестоко ранивший сон.       — Мисс Икс, — вновь позвал Пого, всё это время молча наблюдавший за её исследованием комнаты.       Астрид, сама того не желая, через плечо одарила его взглядом полным горя и раздражения. Но мудрый шимпанзе вовсе не расстроился, смотря на свою подругу глубокими карими глазами. Она могла и раньше догадаться, что всё вокруг не настоящее, хотя бы потому что Пого здесь не такой, как до покушения на Икс. Он уже седой, в очках и с тростью, каким стал после её прыжка во времени. Но девушка не заметила подвоха, ослеплённая облегчением и отравившей её надеждой.       — Вы не рады видеть меня?       — Прости, Пого, но я бы больше обрадовалась, будь ты жив, — вздохнула Икс, оттолкнувшись от стола и проходясь по воскрешённой в памяти комнате. — А эти игры разума мне надоели.       Смирившись, Астрид упала на кровать, раскинув руки в стороны и смотря в белый потолок. Пусть это обман, но даже так оказаться дома уже приятно.       — Но ты, разумеется, это лучше, чем опять видеть Реджинальда.       — Время идёт, а вы всё ещё ссоритесь и в молчании расходитесь по разные стороны, — покачал головой Пого.       — Только теперь я в раздоре сама с собой, — девушка прикрыла глаза ладонью и поморщилась. — И обсуждаю это сама с собой. У меня действительно едет крыша, да?       — Разум каждого человека уникален и непостижим даже для него самого. Грань между познанием себя и безумием почти что невидима.       Астрид открыла глаза и села на кровати. Он такой же, каким она запомнила его. Но что бы сказал настоящий Пого, увидь её сейчас? Навряд ли смог бы повторить "А вы совсем не изменились", да? Она и сама это чувствует. Чувствует, как запуталась и устала, как что-то внутри неё потухло.       — Пого, я…       — Не надо, Мисс Икс, — он покачал головой, с какой-то горечью смотря на свою младшую подругу. — Там, в реальности, вам ещё много раз предстоит столкнуться с последствиями и тяжёлыми мыслями. А пока не терзайте себя. Вы здесь, дома, со мной. В безопасности и тишине.       — Я не могу не думать об этом, Пого, — Астрид нервно зачесала пальцами назад волосы, не в силах посмотреть ему в глаза. — Не могу. Кем я стала? Или кем только становлюсь, что ещё хуже?       — Ваша знакомая, Мисс Гилмор, сказала верно — вы защищались. А выброс силы, увы, предсказуемое последствие, через которое прошла и Мисс Ваня. Всё это — череда ужасных случайностей, в которых нет ни капли вашей вины.       Астрид не стала ничего возражать, смотря перед собой и задумчиво кусая тонкие бледные губы. Но Пого знал, что всё не так просто. Как и всегда он чувствовал, когда девушке нужно было немного времени, чтобы собраться.       — Меня пугает ещё кое-что, — наконец она медленно начала излагать свои мысли, подбирая слова к тому, что происходило внутри, — Понемногу проходит мой шок после совершённого. Я всё ещё понимаю, что поступила неправильно, что пусть и в самозащите, но я убила. Я предала свои принципы и боюсь даже представить, как на меня посмотрели бы ребята из Академии. Совершённое мной ужасно, и вряд ли я прощу себя за это.       Её глаза внезапно расширились от мелькнувшего осознания, и она посмотрела на Пого.       — Но, кажется, мне не жаль этих людей. Мне не жаль жизни этого Ру. Я будто слышу в голове голос, который говорит "Они заслужили. Лучше их смерть, чем твоя". А это неправильно, не мне решать, кто заслужил жизни, а кто нет. Это то, что сказал бы Реджинальд.       Замотав головой, Астрид зажмурилась, словно отгоняя знакомый, лезущий ей в мысли, навязчивый голос, идущий в разрез с принципами, на которых построила свою личность Номер Икс. Да, хозяин и создатель Академии был умён, даже гениален, имел сильный характер, опыт и власть. В своё время Икс уважала его, ценила, не хотела даже думать, что бы с ней было без него. За своё спасение она всегда была безмерно благодарна, стремилась быть в милости у Мистера Харгривза. Но быть такой же, как он — никогда.       — Я не хочу становиться похожей на него. Но всё чаще вижу его в отражении своих мыслей и слов. Даже эта фраза про смерть Дэниела… — Астрид покачала головой, стыдясь самой себя. — Не могу поверить, что я могу быть такой циничной.       — Иногда мы не тот человек, каким хотели бы себя видеть, — понимающе покачал головой Пого, без доли осуждения смотря на девушку поверх очков. — Мы не идеальны. Ошибаемся, даём волю своим плохим чертам. Они есть у всех, здесь ничего не поделаешь.       — Даже у тебя? — с доброй усмешкой удивилась Астрид.       — Мне льстит то, как вы меня идеализируете, — кряхтяще посмеялся в ответ на это Пого. — Да, даже у меня. А насчёт Мистера Харгривза… У вас с ним своя большая история, которую нельзя стереть. Пусть далеко не во всём, но вы действительно схожи, это неизбежно. Какая бы фамилия ни стояла у вас в паспорте, вы Харгривз до мозга костей, — он развёл руками. — Остаётся только принять это. Как и свою неидеальность.       Для Астрид это не звучало, как хороший, устраивающий её план. Сдерживая непонятное раздражение, которое Пого ничем не заслужил, она встала с кровати и наконец одним даже излишне резким движением остановила работу проигрывателя.       — Если бы подсознание не выкинуло фокус с "Реджинальдом", то я бы и не столкнулась с этой неидеальностью.       — Столкнулись бы, — мирно, но уверенно ответил старый друг. — Это ведь новый мир, который гораздо сложней, чем мир внутри Академии. С ним и вы становитесь сложней, открываете в себе новые грани.       С какой-то насмешкой и укоризной Пого посмотрел на Икс исподлобья, чуть наклонив голову набок.       — И ведь весь этот "фокус" вы придумали сами для себя, разве нет?       Астрид, поджав губы, обречённо кивнула. В её голове происходит чёрт-те что и без её ведома. И либо она сможет разобраться в этом запутанном клубке эмоций и мыслей, либо действительно сойдёт с ума посреди придуманных ей же образов и теней.       Сэм молча вёл машину, не включая радио. Он сосредоточенно думал, анализировал, пытался раскрутить свой внутренний клубок из вопросов и сомнений. От чего ему так не по себе от всей этой ситуации? Он глянул через зеркало заднего вида на Гретту, равнодушно смотрящую в окно и осторожно поглаживающую волосы спящей у неё на коленях Астрид. Он никогда не видел свою подругу такой… нежной к кому-то. Даже её не очень привлекательные черты лица в такой момент как-то изменились и смягчились, что уж говорить о вечно суровом взгляде.       — Гретта, вопрос есть.       — Валяй.       Сэм немного помялся, чуть крепче сжал руль.       — Можешь не отвечать, если не хочешь. Короче…       Полицейская даже удивилась. Чтобы прямолинейный, плюющий на всё и всех Уокер так собирался перед каким-то вопросом? Это что же он такое хочет знать?       — У тебя такой характер и отношение к мужчинам, ну, своеобразные, сама знаешь. Я сегодня как-то из-за всей этой фигни задумался… Ты такая, потому что тебя когда-то… ну…       Он посмотрел на неё через зеркало, не закончив вопрос, суть которого была и так очевидна. Гретта поджала неестественно бледные губы и холодно чётко ответила:       — Нет.       Сэм быстро кивнул, вернувшись к дороге. Не врёт. Однако он видел в ней сострадание к Астрид не как полицейского к жертве. И даже не совсем как женщины к женщине. Это что-то другое. Это было понимание, желание поддержать, потому что знаешь, что чувствует человек перед тобой. Или он опять ошибается в своих выводах?       — Я тебя предупреждаю, — строго и даже с угрозой после некоторой паузы сказала ему в спину полицейская, — Если мне хотя бы покажется, что ты решил рыться и в моей жизни, то не то что на мою помощь и покровительство не рассчитывай, я тебя сама упрячу далеко и надолго.       — Я, вообще-то, за пятнадцать лет ни разу не пытался ничего о тебе нарыть, — без особого веселья усмехнулся он. — Так что расслабься, не полезу.       — Не сильно верится.       — Я бы себе тоже не верил. Но сама знаешь, чем моё любопытство всегда заканчивается, — в этот раз он улыбнулся честно и на секунду повернулся к Гретте. — А куда я без тебя?       Женщина покачала головой на это заявление, и чуть улыбнувшись продолжила смотреть на спящую на коленях Астрид, перебирая в руках её серебряные на висках локоны. Сэм тоже мельком посмотрел на девушку, свернувшуюся калачиком на заднем сидении его машины. И наконец он начал понимать, почему ему так погано на душе.       — Знаешь, я тут подумал… — вздохнул он, игнорируя светофор на перекрёстке, ведь машин вокруг всё равно нет, — А если бы я не полез тогда к ней в сумку? Она бы тогда не ушла из дома, да?       — Точней, ты бы её не выгнал.       В ответ на это замечание Сэм недовольно поморщился. Правда глаза колет. Но цепь рассуждений вела его всё дальше. В ту Рождественскую ночь он взял на себя ответственность за эту девушку. Одна, в неизвестном городе, явно с чем-то тяжёлым за плечами. Предлагая свою помощь он вроде как гарантировал ей спокойствие и безопасность, а что в итоге? Ведь действительно, если бы он сдержал себя, если бы она не ушла из дома, то никогда не познакомилась бы с Дэниелом. Она не оказалась бы в эту ночь у него в бюро, ей бы не пришлось пережить этот ужас… Напрямую Уокер не виноват, но понимает, что цепь событий запустил своими руками. И подобное коснулось не только Астрид. Его действия имели последствия гораздо больше, чем он думал прежде.       — Тебе что, жаль? — искренне удивилась Гретта, следившая за его выражением лица.       — Не знаю, — он снова чуть поморщился и повёл плечами. — Но как-то… неправильно всё вышло.       — Взрослый мужик, а мозгом пользоваться только учишься, — покачала головой полицейская. — Но уже что-то.       Сэм не ответил. Не хотелось спорить с Греттой, на душе и без того кошки скребут. Да, им действительно нужно в "Рапсодию". Ему нужно в "Рапсодию".       — Оказавшись здесь, вы не верили, что справитесь в одиночку, без кого-то "главного", "направляющего".       Мимо открытого настежь окна проплывали густые белоснежные облака, через которые всё так же не было видно ни единой черты города за пределами Академии. Астрид полусидела на краю стола, скрестив руки на груди и внимательно вникая в рассуждения созданного её разумом Пого.       — "Мистер Харгривз" эта та часть вас, которая строга и требовательна, и которую вы сами в себе воспитали.       — Чтобы соответствовать и быть достойной, — понимая, о чём он говорит, тихонько кивнула своим мыслям Икс.       — Увы, в Академии по-другому с вами быть не могло, — Пого выдержал печальную паузу. — Но, боюсь, вы перегнули палку. Он, а точней вы сами, слишком давите на себя. Помните ту ночь в больнице? Вы отсекли варианты со мной и Адель.       — Пого, прости, но как я могла выбрать кого-то из вас в роли "направляющего"? — всплеснула руками Астрид, виновато смотря на друга. — Реджинальд был прав, вы — моя слабость, а мне нельзя быть слабой. У меня миссия, во мне нуждались.       — Я понимаю.       Пого спокойно выслушал её оправдания, хотя даже ни в чём и не обвинял свою подругу. А потом, по старческий пожевав губами, положил ей на руку свою тёплую волосатую обезьянью ладонь.       — Но и мы были вам нужны. Мы видели то, чего, к сожалению, никогда не видел Мистер Харгривз, и вы это знаете, — он с теплотой и какой-то печалью посмотрел Астрид в глаза, стараясь достать до самого сердца. — То, что вы, как и ваши подопечные, тоже ребёнок.       — Пого, ну какой я ребёнок? — с горькой иронией она окинула себя взглядом, отшучиваясь. — Посмотри на меня.       — Да, вы повзрослели раньше всех, но разве у вас был выбор? Вы всегда хотели получить любовь, а не войну. Вы до сих пор этого хотите, только не можете себя остановить.       Она хотела улыбаться в ответ на его слова, словно он ошибается и ей лишь по-доброму смешно с его догадок. Но это были не догадки, а её собственные, глубоко запрятанные мысли, и сейчас она столкнулась с ними в том обличии, которое не сможет прогнать. Слова Пого больно резонировали где-то внутри, однако Астрид не хотела показать этой слабости даже себе самой. Но ведь Пого всё понимает, и потому только крепче сжимает её ладонь.       — У вас ещё есть шанс на счастливую, спокойную жизнь. Воевать теперь ни к чему, ни к чему мучить себя тренировками и чувством долга изо дня в день, — догадываясь о её реакции он всё же собрался с силами и сказал. — Академии больше нет.       — Нет, это…       — Вы сделали очень много, чтобы найти хоть кого-нибудь, если бы они были в Далласе. Вам не охватить весь мир, всё время и пространство. Увы, вы не всемогущая.       — Вот и мой первый недостаток, с которым предстоит смириться, да? — горько усмехнулась Икс, опуская заблестевшие глаза.       Она осторожно вытащила свою ладонь из морщинистой руки Пого и встала, не спеша проходясь по комнате.       — Я только что избавилась от силы Номер Семь. Понимаю, что поступила правильно, ведь больше, осознанно или нет, я никому не смогу навредить в порыве своих эмоций. Но это был последний якорь между мной и Академией. Осталась только моя теперь бесполезная сила. Я старалась вернуться, но меня так далеко унесло течением, что я вижу родной берег только во сне. Я устала и больше не знаю, что делать.       — Может, взглянуть получше на тот берег, куда вас принесло?       Астрид удивлённо нахмурилась на это заявление Пого и развернулась к нему. Он предлагает ей осесть здесь, в шестидесятых в Далласе? От Академии, тренировок, супер-сил перейти на… что? Что у неё здесь есть, кроме постоянного выживания? Да и в принципе думать о будущем у неё уже нет сил. Встречать это будущее, бороться с ударами судьбы. Ей и так кажется, что ещё пара таких поворотов, и она не сможет всего этого вынести.       — Решение только за вами, — очевидно понимая её сомнения, подытожил Пого. — Но одно я знаю точно, Мисс Икс — сейчас вам никак нельзя быть одной. Говорить только со своими же проекциями — не выход.       — Мне больше некому довериться, кроме себя.       — И вовсе нет.       В голове быстрыми картинками пролетели лица людей, которых Астрид встретила здесь и моменты, пережитые с ними. И она не то чтобы осталась довольна итогом.       — Пого, эти люди меня не знают, что наверняка лучше для них. А я совсем не знаю их. И мне не нравятся сюрпризы, которые они мне преподносят.       — Я помню как Мистер Харгривз порицал вашу доверчивость. И как назло ему и всем ударам судьбы вы хотели верить.       Пого многозначительно посмотрел на проигрыватель за спиной Икс. Она печально проводила его взгляд своим, но отвернулась от такого родного памяти предмета, похороненного под руинами Академии.       — А может здесь он был прав?       — Может, — Пого, опираясь на трость, поднялся со стула. — Но лично я не видел в вашей открытости и дружелюбии ничего плохого. Увы, мы никогда не в безопасности, доверяясь кому-то. Но прошу вас, вспомните то время, ту себя. И попробуйте ещё раз.       Общежитие "Рапсодии" проснулось мгновенно, когда внизу, в ресторане, раздались громкие стуки в дверь, так что казалось, что она сейчас вылетит. Элис, накинув шёлковый халат вышла в коридор. Из противоположной комнаты выглянула Венди в серой пижаме, но Элис, держа в руках свой дамский пистолет, тут же шикнула на неё:       — Ты куда высунулась? Иди в свою комнату, мы разберёмся.       Раскатистый стук в дверь ресторана повторился, из комнаты вышла Кристина в ночном платьице до колен и мягких тапочках.       — Что происходит?       — Не слышишь? Ломятся к нам.       Все женщины замолчали, когда быстро открылась дверь напротив комнаты Кристины, и с ружьём в руках вышел Гай. Солдат, не проронив ни слова, спустился по лестнице в ресторан. За ним быстрыми чёткими шагами пошла Элис, держа пистолет за спиной. Венди и Кристина остались в коридоре, ожидая, что будет дальше.       Сэм, держа Астрид на руках, ударил ногой в низ двери.       — Сэм, хватит, — шикнула на него Гретта.       — Что? Они не слышат твоих постукиваний.       — Если ты вышибешь дверь, то мне тебя придётся увезти за хулиганство.       — Но ты не увезёшь.       — Но я не увезу, — устало признала полицейская.       Дверь открылась и прямо на них уставилось дуло ружья.       — Чего надо? — коротко спросил крепкий коротко стриженный мужчина в майке и домашних штанах.       Гретта быстро встала между Сэмом и ружьём и достала полицейский значок.       — Лейтенант Гилмор, полиция Далласа. Это ресторан "Рапсодия"?       — На вывеске так и написано, мэм.       — Это ваша сотрудница?       Гай чуть опустил ружьё и посмотрел на девушку на руках неизвестного ему громилы. Потом позвал из-за плеча:       — Элис.       Женщина тут же выглянула из-за его широкой, покрытой шрамами спины, оценила ситуацию и кивнула.       — Пусть зайдут, Гай.       Бывший военный опустил ружьё и отошёл в сторону, пропуская незваных ночных гостей. Элис открыла дверь для персонала и крикнула:       — Крис, это к тебе!       С лестницы за открытой дверью послышались быстрые шаги, а затем в ресторане появилась Кристина. Девушка замерла на пороге, потому что в темноте помещения первым делом заметила и несомненно узнала громадную фигуру Сэма.       — Что здесь происходит? — тут её взгляд упал на девушку на руках Уокера. — Боже, Астрид!       Крис быстро подошла к ним.       — Что с ней?       — Она живёт здесь? — спросила Гретта.       — Да, наверху.       — Отнесите её, — кивнула она Сэму, но Гай мужчину не пропустил.       — Посторонним туда нельзя.       — Тебя забыл спросить, — огрызнулся Сэм, собираясь обойти военного, который хоть и был крепко сложён, но всё ещё низковат на фоне детектива.       — Уокер, не спорь, у него оружие, — спокойно заметила Гретта.       — Напугала. Это Техас, здесь у всех оружие.       — А тебе как и обычно только повод дай для конфликта, да? — со сдерживаемой язвительностью заметила Кристина.       Сэм умолк и мрачно обвёл взглядом присутствующих. Затем упёрся глазами в Гая. Видимо произошёл какой-то молчаливый мужской диалог, потому что Гай не глядя протянул ружьё Кристине, и Уокер нехотя осторожно передал ему на руки Астрид. Повар тоже был не в восторге от своей ноши, что было заметно по его лицу, но в сопровождении Элис он двинулся в сторону двери для персонала.       — Что с ней случилось? — повторила вопрос Кристина, обращаясь к Гретте.       — Оказалась не в том месте не в то время, — коротко ответила помощница шерифа. — Но не пострадала.       — Разве что эмоционально, — добавил Уокер, провожающий взглядом закрывающуюся за красоткой Элис дверь. — Я заеду проверить её завтра.       — Нет уж, спасибо, этого мне ещё не хватало, — возмутилась девушка.       — Крис…       — Как у тебя совести хватило сюда явиться? Про Астрид я вообще молчу! Прекрасная девушка, а в итоге ночует чуть ли не на улице! И даже не надо мне заливать, что не по твоей милости!       — Я, пожалуй, пойду, — поджав губы и поправив очки проворчала Гретта. — В ближайшее время полиции может понадобится поговорить с Мисс Миллиган.       — Хорошо, я дам ей выходные, — раздражённо указала ружьём на Уокера Кристина. — Его вот тоже с собой заберите.       — Крис, я…       Одним движением взбесившаяся девушка передёрнула затвор ружья. Гретта, уже развернувшаяся к выходу, выхватила из-под бесформенного пиджака пистолет, готовясь направить его на Фернандес. Сэм рефлекторно поднял руки перед собой.       — Я сказала пошёл вон, — медленно отчеканила каждое слово Кристина.       — Дашь мне сказать, и я уйду, — спокойно ответил Сэм.       — Говори.       — Когда опустишь ружьё. Не хочу, чтобы ты думала, что я говорю это из страха.       — А ты испугался?       — Ну так, знаешь, поджало чутка.       Немного подумав, девушка поставила оружие прикладом на деревянный пол. Гретта, оценив ситуацию, так же убрала пистолет обратно в кобуру, поглядывая то на Кристину, то на спину друга. Тот опустил руки и, собираясь с мыслями, почесал в затылке.       — Ну, я… Короче, я… Блин, Гилмор, — он нервно повернулся к Гретте. — Будь другом, подожди у машины. Это личное.       Полицейская закатила глаза, но всё же вышла, прекрасно понимая, что долгого разговора не будет, но чтобы там ни было, Сэму он нужен.       — Ничего "личного" у нас с тобой больше нет и не будет, — холодно заметила девушка, когда дверь за полицейской закрылась. — После всего ты почти два года не появлялся, только один раз прислал своего бомжа нигера узнать, что вообще со мной!       — Крис, прости меня.       Девушка, кажется, собиралась продолжить свою тираду, но слова застыли в приоткрытом рте. Весь мир замер на секунду, погрузившись в тишину. Сэм, ожидая приговора, смотрел на свою ошеломлённую бывшую девушку сверху вниз.       — Что? — наконец тихо и растерянно выдавила она.       — Мне жаль, что у нас с тобой так получилось. Точней, что ничего не получилось. Ну в общем… я должен был отказаться от тебя тогда, чтобы твои родители не ставили тебя перед выбором. Я не смог и похерил тебе жизнь. Мне жаль. Мне следовало думать о последствиях и твоём будущем, в том числе и когда мы расставались.       — Ты здоров? — без доли былого гнева и даже несколько испуганно смотрела на него Кристина.       — Лечусь, — устало посмотрел куда-то перед собой Сэм. — По мере возможностей.       — Мне тебя так не хватает, Пого. Не важно, что ты лишь моя фантазия, что настоящий ты этого никогда не услышит.       Они сидели друг напротив друга, и Астрид всё сильней хотела, чтобы этот сон не заканчивался.       — И я не думаю, что смогу найти тебе замену в этом новом мире.       — Разве можно найти кому-то замену, Мисс Икс? — прищурился Пого, чуть улыбнувшись. — Как по мне, это прямой путь к разочарованию. Ведь люди не могут быть чьей-то копией, даже если вы видите в них схожие с кем-то черты.       — Это точно, — поджала губы девушка, вспоминая свои разочарования одно за другим.       — Но ведь они не становятся плохими от этого, верно? Они лишь другие, по-своему сильные и по-своему слабые. И они могут стать вам близки так же, как прежние друзья.       — Не уверена, — вздохнув, покачала головой Астрид.       — Никто не заставляет вас забывать старое. Но пустить в свою жизнь кого-то нового это не значит предать того, кого в этой жизни больше нет. Вам не к лицу вечный траур, моя дорогая, — улыбнулся Пого.       Девушка, задумавшись над этими словами, опустила глаза на мягкий ковёр под босыми ногами. Неужели это всё может храниться и создаваться в её голове? Эти мысли, выводы, решения? И откуда что берётся?       Но тут к ней пришла неожиданная мысль, и Астрид, уперевшись локтями в колени и сцепив пальцы в замок, посмотрела на старого друга.       — Пого, что случилось с Роджером?       Морда старого шимпанзе быстро потеряла улыбку.       — У Реджинальда любимая игра "ответь как угодно, но не напрямую". Может хоть здесь я пойму, что не так?       — В своё время вы запрятали это воспоминание очень глубоко, Мисс Икс, — обеспокоенно смотрел на неё Пого. — Вы уверены, что хотите вспомнить?       — Нет. Но я терпеть не могу, когда от меня что-то скрывают. А если я сама от себя что-то скрываю, то это уже совсем бред.       — Я тоже часть вашего сознания, Мисс Икс, — как и всегда старался подобрать слова старый друг. — От меня прямого ответа вы тоже не получите, прошу меня простить. И, боюсь, эта история задела вас слишком сильно, чтобы вы преодолели все барьеры памяти самостоятельно.       Астрид не злилась на Пого, но сама ситуация вызывала раздражение. Она встала с кровати и подошла к окну, за которым непрерывной пеленой плыли облака. Там, где-то внизу, когда-то давно они виделись с её другом в последний раз. И она помнит этот день, этот момент как вчера, слово в слово. Но неужели это не всё? Неужели, словно вырванные и спрятанные страницы из дневника Реджинальда, где-то под носом скрыта ещё какая-то важная часть истории?       — Так много обмана…       Астрид отшатнулась от окна. Из-за бесконечных облаков, откуда-то далеко до неё донёсся голос. И тихий-тихий свист.       — Пого, ты слышал?       — Всё не то, чем кажется…       Как по щелчку, светлая комната Академии исчезла. Астрид, чувствуя настоящую, физическую усталость в теле и головокружение, открыла глаза. Это ещё что за место? Да что же её штормит от причала к причалу? Борясь с желанием вновь провалиться в сон, девушка села, и с её плеч упало тонкое, заправленное в свежее белое бельё одеяло. Небольшая комната, по размеру как их с Сэмом гостиная. Судя по обстановке это точно не тюремная камера, что уже радует. В прямоугольное окно падает свет только что зародившегося над Далласом рассвета, и в этом свете Икс увидела вторую кровать у противоположной стены. На этой кровати, сложив ноги по-турецки, клевала носом девушка, в которой Астрид узнала Венди.       — Привет? — хрипло поприветствовала она соседку.       — Ой! — тут же дёрнулась бариста и уставилась на Астрид широко распахнутыми голубыми глазами. — Ты спи, спи, всё хорошо.       Но это девушку не сильно убедило, так что она, придерживая кружащуюся голову, села на кровати, спустив ноги к полу.       — Я в "Рапсодии", да? — продолжила она беглый осмотр комнатушки.       — Да, — кивнула Венди, зевнув. — Элис сказала, тебя принесли полицейская и бывший Кристины. Я тебя немного умыла и переодела в своё, ничего? — она тут же заволновалась и затараторила. — Я старалась не смотреть куда не следует, если что, но не оставлять же тебя было в таком виде.       Астрид посмотрела на свою одежду и действительно, на ней была незнакомая ей розовая майка с кружевами у ключиц и клетчатые красные штаны на завязках. Удивительное дело, но одежда была почти в пору. Неужели нашёлся человек, у которого с ней хотя бы приблизительно один размер? От крови не осталось ни следов, ни запаха. Только воспоминания.       — Я, конечно, не привыкла, чтобы меня переодевали, но спасибо большое, — она устало улыбнулась Венди. — Который час, почему ты не спишь?       — О, у меня бывает бессонница. Это нервное, — искренне улыбнулась девушка, даже скорей девочка. — А твои друзья так долбили в дверь, что мы тут все на уши поднялись.       От чего-то это вызвало у Астрид короткий смешок. Да уж, похоже на Сэма, но куда смотрела Гретта?       — Извиняюсь за них.       — Ничего, — махнула рукой Венди. — Ты ложись, ложись. Я немного посижу и, глядишь, тоже смогу уснуть.       — А мне не надо завтра на работу? Или в полицию? Гретта ничего не говорила?       — Хей.       Венди встала со своей кровати и села рядом с Астрид. Девушка не привыкла так быстро сокращать расстояние между незнакомцами, но постаралась не отшатнуться, чтобы не обидеть милую бариста.       — Ложись спать и ни о чём не думай, ладно? — тепло и нежно посоветовала ей девочка. — Утром всё решится, вот увидишь.       Астрид кивнула и легла, укрываемая заботливой бариста, хотя не была согласна с её точкой зрения. Утром ничего не решится. Всё только продолжится.

***

      Дождливая тёмная аллея исчезла, и Карина почувствовала, как в ботинки быстрым холодным потоком заливается вода.       — Логан, чёрт возьми!       Он переместил их на пустое побережье, прямо в накатывающие на берег волны. И теперь Карина стояла мокрая по щиколотки, увязая в серебристом от лунного света песке.       — Сегодня хорошая погода, — спокойно ответил старик, который был в шлёпках и шортах, так что ему морская вода никакого урона не наносила. — Погуляй, отдохни, подумай.       — Я только и делаю, что думаю. Некогда мне отдыхать.       Она стянула с себя маску, а затем кожаные ботинки с острыми носами и носки. Всё это с досадой полетело на песок, куда не доставали чёрные волны. Логан поставил портфель рядом и сел, смотря вдаль на горизонт, едва различимый между бездонным небом и бескрайней водой моря. Карина, успокоившись после выходки своего пожилого подчинённого, подвернула до середины икр штаны, сняла пиджак и положила его на песок, усевшись сверху. Она расслабила красный узкий галстук и тяжело вздохнула.       С моря приходил лёгкий, прохладный ночной бриз, приносящий с собой шепчущие волны, накатывающие на чистый пустой берег одна за другой. Эти волны ласкали пальцы ног, а ветерок осторожно перебирал чёрные пряди Карины и седую бороду Логана. На глади воды играл свет особенно белой сегодня луны. Всё же целой она нравилась Карине куда больше, чем расколотой на части, еле заметными булыжниками летающими в небе после апокалипсиса. Блики на море переплетались с отражением ярких звёзд, каких нельзя увидеть в большом городе даже в безоблачную ночь с самого высокого здания.       Какое-то время странная парочка молча впитывала в себя шум прибоя и спокойствие ночи.       — У девочки большие проблемы с головой, хочу тебе сказать, — прервал тишину Логан, впервые за долгое время чувствуя себя на своём месте, на работе. — Это так, общий вывод по наблюдению за всё это время. Если тебя интересует дальнейшая её сохранность, то проверь ближайшие исходы по коммутатору.       Карина не ответила. Легко ему говорить, он-то здесь в безопасности, ведь Комиссии абсолютно наплевать на тех, кто вышел на пенсию и никому не придёт в голову следить за ними. А Барби каждый день в самом сердце волчьего логова, при добыче информации для Карины и уж тем более при личных встречах рискует своей жизнью. Карина не может дёргать её при первом же желании. Сейчас в голове женщины происходила работа, равная по силе несущемуся поезду. Всё шипело, крутилось, тряслось и соединялось железными нитями в её черепной коробке.       — Линии времени меняются, а массовые убийства всё так же в её списке достижений, — она закусила губу и резко мотнула головой. — Нельзя, чтобы Куратор узнала.       — Узнает. У слепой змеи всё ещё есть нюх и опыт, — его наполненное мудростью лицо резко скривилось. — А эта коза ещё и видит, чтоб её. Кто-нибудь донесёт, будь уверена. И учитывая, какой силы событие, дело может дойти до отправки корректоров.       — Или вербовщика.       Не в силах больше сидеть на месте, Карина встала и начала нервно мерить шагами расстояние от их привала до места, где набегающая солёная вода доставала до её щиколоток. Логан бы закурил, да его трубка осталась на другой стороне города, в домике на отшибе.       — Слушай, есть очень простой способ, как не дать Куратору добраться до девчонки.       Карина остановилась в воде и, положив руки в карманы брюк, посмотрела на старика.       — Просто перестань спасать её, и проблема решится сама, — он пожал плечами. — Я понимаю, что предотвратить резню в Варберге было вопросом тактики, но остальное…       Не закончив предложение он многозначительно посмотрел на Карину.       — Жалко выкидывать такой материал на ветер, — покачала головой женщина, вернувшись к задумчивому созерцанию чёрной воды под ногами. — И нет, проблему так не решить.       — Ты как собака на сене. Жалко? Забирай себе. А нет, так и не сри на это сено дальше. Столько сил и риска. Ну вот зачем она тебе?       — Мне она не нужна, — отрезала Карина, и после паузы добавила. — Пока что. Но главное, чтобы Номер Икс не досталась ей. Это слишком большой перевес сил. Троих особенных ребят в её штате я не вывезу.       — После всего Куратор не сможет переманить Номер Икс на свою сторону, — он вздохнул. — Секунду…       Логан взялся за ручку портфеля, переместился, а через несколько секунд вернулся, уже пыхтя большой, для него так вообще огромной деревянной изогнутой трубкой.       — Ты недооцениваешь Куратора, — словно ничего не произошло, продолжила диалог Карина, — И переоцениваешь свой объект. У Номер Икс много слабых сторон, воспользоваться ей ничего не стоит. Нужен только верный подход. Во всех взаимоотношениях она всегда занимала пассивную роль: защитник, ученик, помощник, напарник. Она привыкла к тому, что над ней, над её мнением доминируют.       Женщина, поглощённая изложением рассуждений, вновь начала мерить шагами пляж, жестикулируя в такт своим мыслям.       — Если Куратор вцепится в неё, то намертво и надолго, и рано или поздно заставит сделать то, что ей нужно. С этой стервой даже Номер Пять не справится, — предупреждая вопрос, застывший на языке Логана, она рассеянно махнула рукой. — Да-да, поверь, их история ещё не закончена. И вряд ли закончится, пока оба живы. Не суть. Номера Пять из лап Куратора не вырвать, остальная семейка в её поле зрения не попадала и ей не интересна. Но теперь мы не сможем прятать Икс, скоро она вновь попадётся Куратору на глаза. И тогда она явится к ней. А место доминирующей фигуры пустует.       — И что планируешь делать? — выпустил вместе с вопросом кольцо дыма Логан.       Карина остановилась, скрестив руки на груди и смотря куда-то сквозь зыбкий чёрный горизонт.       — Нужно опередить её.       — Ты думаешь, что она пойдёт за тобой, если не за ней? — усмехнулся старик, от чего по его лицу проступили ещё более глубокие морщины.       — Я собрала великолепную команду. По-твоему, не справлюсь с одной потерянной одинокой девочкой?       — Кто я такой, чтобы сомневаться в своём Кураторе? — с уважением наклонил вперёд корпус Логан, прикрыв глаза.       Кивнув больше своим мыслям, чем старику, Карина достала из-под босых ног плоский небольшой белый камешек. Одно ловкое резкое движение, и камешек запрыгал по чёрной глади волн, уносясь в даль, к горизонту, где вода сливалась со звёздами.       — Нужен только удачный момент и правильный подход.       Но через семь прыжков он всё же был поглощён солёной водой и безвозвратно ушёл на дно.       — Мне нужен план.