Переменная

      — Хорошего дня, приходите ещё!       Дверь ресторанчика тихо закрылась за молодой парой, настолько увлечённой друг другом, что они даже не услышали прощания официантки. Но Астрид это не расстроило, хотя бы потому, что за то время, что она работает в «Рапсодии», стало ясно, что уж лучше пусть клиенты не обращают на неё никакого внимания, чем проявляют излишнее. Да, порой бывали и крайне приятные и вежливые люди, но стоит ли говорить о том, насколько больше зачастую приходило необоснованно высокомерных хамов. Кристина постоянно твердила, что выходки таких кадров нужно терпеть, не теряя лица. А Элис считала, что если какой-то парень решил, что может схватить официантку за задницу, то и она вполне имеет право вылить его свежесваренный кофе ему за шиворот. И Астрид, если уж на то пошло, с каждым днём всё больше уважала подход Элис, о чём раньше, в самом начале своего знакомства с «Рапсодией», и подумать не могла. Но с того дня очень и очень много изменилось.       Изменилось для Астрид. Весь остальной мир продолжал жить, как и раньше: обжигающие своим холодом ледяные глыбы северного полюса, планктон в пучинах океанов и морей, греющиеся под солнцем на скалистых склонах сосны не думали и не догадывались о том, что где-то в Америке, в городе Даллас, в одной из тысяч квартир что-то там произошло. Да чего уж, даже соседи не были в курсе. Даже сосед по квартире ни о чём, слава богу, не догадался. В таких размышлениях Астрид находила, пусть и сомнительное, но утешение — в масштабах вселенной, всего времени и пространства, словно бы действительно ничего и не произошло.       А что до неё самой, вне масштаба этой самой равнодушной вселенной? Океан жизни продолжает нести маленькую оранжевую рыбку по своим волнам, и она либо будет страдать и барахтаться, либо продолжит плыть, приняв всё, возможно, как очередное испытание, каких она перенесла уже не одно, или как урок. Какой-то. Сделать выводы из него Астрид пока затруднялась. Ну а что, в самом деле, ей остаётся? Она работает, гуляет, общается с друзьями так, словно не думала несколько дней назад, куда деть тело лучшего друга. И в целом её даже не пугает такое философское отношение к ситуации.       Казалось бы, может, пойти к Дэниелу? Чтобы не носить всё это в себе? Нет, пожалуй, не стоит посвящать его в то, насколько стали близки в повседневности путешествия во времени. Одно дело знать, что твоя знакомая прибыла из будущего, а совсем другое, когда она приходит и говорит «Хей, альтернативную версию Сэма грохнул путешественник во времени, а его потом убил другой путешественник во времени. Кстати, это было вчера. Хочешь чаю?». Нет уж, больше Астрид не хочет ввязывать в это никого из друзей. К тому же мистер Шеферд не помойное ведро для её тревог. Даже в тот раз всё рассказать её вынудили обстоятельства и то, что Икс уже стояла на краю и была в поиске хоть какой-то помощи и поддержки. Но сейчас чувствует, что всё не так плохо.       Произошедшее ударило по ней, но не так сильно, как могло бы раньше. Не самая красивая, но самая точная фраза: Астрид огрубела, начала покрываться чешуёй. И то, что раньше могло бы смести её с ног, размазать о стену, как муху, теперь лишь временно оглушает, заставляет задуматься. И вот не прошло и недели, а она уже, как ни в чём небывало, занимается своими делами. Даже новую одежду купила. Ну а что? Раз она окончательно решила, что теперь её место в Далласе, не грешно и гардероб расширить.       Колокольчик над дверью тихо сообщил о прибытии нового гостя, точнее, гостьи. Невысокая, коренастая женщина лет тридцати пяти на вид, в лёгком жёлтом летнем платье в мелкий красный горошек и с лентой в русой, жидкой косе. Вид у неё был задумчивый, немного нервный и суетливый, и, копаясь в потрёпанной сумочке, она уселась за самый ближайший к выходу столик. После, даже не взяв меню в руки, наконец, достала и развернула на весь стол карту. Астрид не из тех, кто любит мешать людям заниматься своими безобидными делами, но Кристина всегда настаивала на том, что люди должны хоть что-то заказать, а не просто сидеть. И так как в этом даже Элис была солидарна с администратором, Астрид вздохнула и, выждав пять минут, всё же направилась к женщине, которая так и не взглянула на меню, полностью поглощённая изучением карты.       — Добрый день, — лёгкой походкой приблизилась она к столику, — Вы определились с заказом? Или я могу что-нибудь вам подсказать?       Женщина, заправив выбившийся из косы локон за ухо, взглядом потерявшегося оленёнка посмотрела на официантку и спохватилась.       — А? Ах, нет. То есть, да, я… Эммм…       Суетливыми движениями она отодвинула карту, потом попыталась сложить её, но оставила эту затею, потому что чуть не уронила с колен сумку и что-то торопливо запричитала себе под нос. Наконец разобравшись со своими мелкими неприятностями, порождёнными неуклюжестью и суетой, взглянула в меню.       — Чёрный чай без сахара, пожалуйста, — нерешительно протянула она удивительно молодым для её возраста голосом, тут же задумчиво нахмурившись, — Нет, лучше с сахаром. Да, два сахара.       — Хорошо. Ещё что-нибудь?       — Нет, спасибо.       Отложив меню, она извинительно улыбнулась, вновь притягивая к себе карту.       — Понимаю, что занимаю место, но я правда ненадолго. Мне бы только понять, как выехать из города кратчайшим путём, а в машине ужасно жарко сидеть.       — Ничего страшного, — вежливо улыбнулась Астрид, — Скоро принесу ваш чай.       Вероятно, эта женщина относилась как раз к той категории клиентов, у которых и в мыслях не было грубить даже в ситуации к тому располагающей. Когда девушка вернулась к столику, ей пришлось тихонько кашлянуть, чтобы вновь привлечь внимание рассеянной клиентки. Та вновь содрогнулась, подняла круглые зелёные глаза и быстренько подняла карту, освободив место под чашку.       — Ох, извините, — она улыбнулась, кивнув на огромный лист бумаги в руках, — Ничего не понимаю в картах, ну совсем. Даже по географии оценки всегда были плохие.       Астрид молча понимающе улыбнулась. Но о факте схожести со своей клиенткой на почве непонимания карт умолчала. Разве есть смысл откровенничать с незнакомцем, который через несколько минут бесследно исчезнет из твоей жизни, а после и вовсе из города? Но, кажется, женщина придерживалась как раз противоположного мнения, и не успела Астрид поставить чашку на стол, на неё полился поток из слов:       — Я в Далласе вообще проездом, ничего тут толком не знаю, — махнула женщина рукой, неуклюже складывая карту, — Остановилась вчера в отеле переночевать, а сегодня снова в путь. Еду на свадьбу к сестре. Она завтра утром, боюсь не успеть.       — Успеете, я уверена, — ободряюще кивнула Астрид болтливой, но вроде очень милой женщине.       — Ох, дай бог! Такое событие никак нельзя пропустить. Это же моя сестра, и я буду свидетельницей! Да и с женихом мы неплохо подружились. Он, конечно, появился совсем недавно, и я не сторонница такого быстрого развития событий в отношениях, — только познакомились, и вот уже замуж, — но это другой случай! Ведь не мужчина же ей попался, а золото!       Астрид даже слова не успела бы вставить, если бы хотела перебить милую болтушку, поэтому несколько неловко стояла рядом с столиком и внимательно слушала восторженный монолог.       — Ну вы подумайте, где такого ещё найдёшь в наше время? Примерно мой ровесник, высокий, широкоплечий…       Астрид сдержала смешок, потому что найти такого не сложно. Конкретно с таким она живёт.       — А как воспитан!       А, вот и просчёт. Один ноль в пользу неизвестного публике Аполлона.       — Сразу видно, что ответственный, работящий. А какой он сильный! — на секунду остановив свой поток восхваления жениха сестры, женщина положила ладонь на грудь и кротко спросила, — Можно к вам по имени обращаться? У вас там, на бейдже, написано.       — Да, конечно…       — Астрид, душа моя, да он же настоящий Геркулес! Один, голыми руками приподнял мне машину, когда меняли колесо! И даже не вспотел, это же надо! Ну просто лев!       Черты человека, которого с таким восторгом описывала женщина, показались Астрид знакомыми. И стоило ей задуматься, на кого же похож этот силуэт, облачённый в свадебный костюм, будущая свидетельница, чуть понизив голос, выпалила:       — Правда он, как по мне, излишне волосат, но Дину, мою сестру, это, кажется, не сильно волнует.       То ли Гай уронил на кухне что-то тяжёлое, то ли это действительно гром, поразивший Астрид среди ясного, безоблачного дня.       — Волосат? — почти прошептала она. — То есть… Причёска?       — Причёска? — не сразу поняла женщина, но после просияла, — А! Да нет, пострижен он коротко. Ну, на теле у него, понимаете, волос много, уж извините за подробности. Это, конечно, дело вкуса, но… Что с вами, милая?       — Я, возможно, знаю этого человека, — тихо ответила Астрид, даже не задумываясь, что конкретно в её внешности натолкнуло эту женщину на мысль, что что-то не так. — Знаю и давно ищу.       У клиентки расширились глаза, и приоткрылся и так не закрывающийся рот.       — Что? Правда?       — Я… Я могу ошибаться.       Не задумываясь ни на секунду о том, что скажет Кристина, Астрид опустилась на стул напротив клиентки. Ноги не держали. Девушка старалась задушить зародившуюся в груди надежду, боясь, как и все предыдущие разы, ошибиться. Но она не желала сдаваться, стучась в дверь ускорившимися ударами сердца.       — Как зовут жениха вашей сестры?       — Лютер, — с готовностью выпалила женщина, тут же обеспокоенно засуетившись, — Господи, дорогая моя, вам плохо?       У Астрид действительно закружилась голова от наплыва чувств. Не может это снова быть совпадением, как в ситуации с пророком Августом, ну не может. Всё идеально совпало.       — Так, выпейте, — подвинула к официантке чай женщина.       — Благодарю, — она взяла чашку и сделала обжигающий глоток, тут же относительно придя в себя. — Простите, как вас зовут?       — Гвендолин, дорогая.       — Гвендолин, скажите, у этого человека есть какие-то близкие друзья или родственники?       — Да, — круглыми, совсем растерянными, но радостными глазами смотрела на неё женщина, обмахиваясь сложенной картой. — У него есть два брата.       — Господи, два...       Астрид чуть не разрыдалась от нахлынувшего счастья. Когда-то она молила судьбу, чтобы та позволила ей найти хотя бы одного из своих подопечных. И стоило ей сдаться, опустить руки и, казалось, оставить всё позади, капризная судьба передаёт ей прямо в руки сразу трёх.       — Прошу вас, Гвендолин, — поставив чай на столик, Астрид взяла свою собеседницу, которая сейчас словно была объята божественным светом, за руку с обручальным кольцом и заглянула в глаза, — Прошу, возьмите меня с собой. Я знаю этих людей, они очень дороги мне. Вы не представляете, как это важно для меня.       — Ну, если всё так серьёзно, то конечно, о чём речь! — с готовностью накрыла её кисти свободной рукой женщина, светясь изнутри.       — Я сейчас освобожусь! — вскочила со стула Астрид, уже развязывая фартук, — Ох, ваш чай, я забыла…       — И не вспоминайте, — добродушно махнула рукой Гвендолин. — До чая ли теперь?       — Венди!       Астрид подлетела к барной стойке, столкнувшись с удивлённым взглядом бариста.       — Мне надо уехать. Сейчас.       —  Что? Что-то случилось?       — Потом расскажу, обещаю, — она сняла фартук и передала подруге через стойку. — Скажи Кристине, что мне жаль, может меня оштрафовать или что она там ещё может сделать.       — С таким счастливым видом о штрафах мне ещё не говорили, — заразилась улыбкой от коллеги Венди. — С той женщиной поедешь?       Получив утвердительный ответ, бариста коротко пробежалась по будущей спутнице Астрид глазами.       — А, вот оно что, — покачала она головой с выражением лица, которое Астрид, даже если бы была в трезвом рассудке, не смогла бы расшифровать. — Хорошо, я поговорю с Кристиной. Удачи.       — Спасибо, — нетерпеливо кивнула девушка и сорвалась с места в сторону Гвендолин, уже ожидавшей её у выхода.       — Астрид, сумка!       — Ох, точно. Спасибо.       — Пристегнуться не забудь. На дорогах всякое бывает.       — Обязательно!       — Вы карту забыли! — бросила Венди им в спину, но её уже не слышали.       Машина у Гвендолин была как новая, но не броская, темно-синего цвета.       — Садитесь на переднее, — доброжелательно предложила хозяйка машины, и Астрид с радостью согласилась.       — Оу, я забыла вас предупредить, — остановилась она, уже открыв дверь, — Меня может укачивать в машинах.       — Ничего страшного, — рассеянно махнула рукой женщина, — Моего сына тоже тошнит, так что в салоне есть пакеты.       — Надеюсь, до такого не дойдёт, — посмеялась Астрид, села и захлопнула дверь.       Мотор тут же заворчал, словно ожидал всё это время, когда же девушка сядет, и автомобиль тронулся с места. По салону можно было сразу определить, в каком этапе жизни находится его хозяйка: прямо под ногами Астрид обнаружила резиновую уточку. Взглянув на задние сиденья, взглядом она наткнулась на новенькое детское кресло, упаковку бумажных пакетов и пару мягких зайцев, тоже новых.       — А сколько лет вашему сыну?       — Семь, — удивительно коротко ответила Гвендолин, вероятно, сосредоточившись на вождении.       Она усмехнулась, и Астрид почему-то показалось, что смех этот был полон не только умиления, но и печали.       — Мы его так ждали. Питер, мой муж, очень заботливый отец, так что я не беспокоюсь, как там мои мужчины без меня. Хотя всё равно очень скучаю, — она содрогнулась и с улыбкой посмотрела на Астрид, — Хотя я в пути всего два дня.       — По тем, кто дорог, начинаешь скучать и через меньшее время, — с пониманием и теплотой ответила на улыбку девушка. — Но вы всегда можете им позвонить.       Гвендолин, на удивление, ничего на это не ответила, и вернулась взглядом к дороге. С тех пор, как они сели в машину, между ними повисла неожиданная тишина. А ведь Астрид готовилась к тому, что весь путь до сестры, Гвендолин будет засыпать свою спутницу вопросами или историями из жизни. Однако они уже приближались к выезду из города, а после короткого разговора о сыне женщина не предприняла ни единой попытки к возобновлению диалога. Её светлое лицо постепенно посерьёзнело, глаза потухли, неуклюжая суетливость растворилась в чётких, спокойных движениях. Хотя это, вероятно, такая реакция на вождение — это Сэм водит, словно жить надоело, а остальные люди, наверное, ведут себя за рулём куда внимательней и собранней.       Мимо мелькали улицы, люди и другие машины, которых со временем становилось всё меньше. На очередной развилке, которую Гвендолин преодолела без сомнений или раздумий, Астрид задумчиво протянула:       — Вы уверены, что это лучшая дорога?       — Да, самое то.       — И никаких указателей, бывает же, — проворчала Астрид, — А где ваша карта?       — Забыла в кафе, — спокойно ответила женщина. — Ничего, вы всё равно в них не ориентируетесь.       После этого она круто, со знанием дела повернула на очередной развилке, и машина, достаточно неожиданно для Астрид, оказалась сначала в менее заселённой части Далласа, а через несколько минут и вовсе мчалась по широкой дороге, оставляя город позади. Девушка начала чувствовать своим нутром что-то странное, какое-то беспокойство. Вероятно, её начало мутить. Она опустила стекло.       Гвендолин, всё так же молча без тени улыбки смотря перед собой, ловко вырулила из редкого потока машин на более узкую дорогу, уводящую куда-то в сторону, куда ни одна другая машина больше не ехала.       — А куда…       — Там заправка, — перебила её вопрос Гвендолин, — Вы разве не видели указатель?       — Нет, — смутилась Астрид, — Не следила как-то за этим.       — Ну, вы же не водитель, вам это и не обязательно, — доброжелательно успокоила её водитель, ненадолго став прежней.       Главная дорога отдалялась. Когда её совсем уже не было видно, а ничего, хоть отдалённо напоминающего заправку, на горизонте так и не появлялось, Гвендолин кивнула на бардачок.       — Скучновато что-то в тишине, согласны? Там лежит кассета с моей любимой музыкой. Поставьте, может, вам тоже понравится.       Астрид, которая уже не то что скучала в тишине, но даже начала чувствовать из-за неё некоторое напряжение в воздухе, с радостью извлекла из бардачка кассету без каких-либо надписей или обозначений и вставила её в кассетоприёмник. В недрах магнитолы что-то щёлкнуло, и тишина, наконец, исчезла, уступив место музыке:

I'm taking my ride with destiny,

Willing to play my part,

Living with painful memories,

Loving with all my heart…

      — Какой знакомый голос, — размышляла вслух Астрид. Может, слышала что-то похожее по радио или в машине у Сэма?       — Конечно, это же Фредди Меркьюри.       А, ну да, конечно. Разумеется, она знает этот голос. Сколько приятных воспоминаний… Погодите-ка. Они обе замолчали. Машина начала ощутимо набирать скорость. Астрид скользнула рукой в сумку и к счастью нащупала револьвер.       — Я же не говорила вам, что не понимаю карты, — тихо заметила она Гвендолин, только сейчас поняв, что угодила в ловушку, которая захлопнулась вместе с дверями машины.       — Да? — равнодушно удивилась женщина, продолжая разгонять машину.       — И до выпуска этой песни ещё лет двадцать.       Тихо щёлкнул взведённый на ощупь курок.       — Вы меня обманули.       — А ты не такая сообразительная, как о тебе говорили, — ухмыльнулась женщина.       Астрид резко повернулась к ней, выхватив из сумки револьвер.       — Остановите машину.       Не моргнув глазом, агент вдавила педаль тормоза. Астрид тряхнуло и резко потянуло вперёд, так что ремень безопасности  выбил воздух из лёгких и болезненно впился в кожу ключицы. Гвендолин же, ни на секунду не потеряв ни управления, ни самообладания, с удивительной скоростью и лёгкостью выхватила из пальцев Астрид револьвер. И когда визг тормозов смолк, а пространство вокруг стабилизировалось, девушка, ощущая возросшую в разы тошноту, встретилась взглядом с дулом своего же оружия в руках Гвендолин. И это больше и близко не была та очаровательная, забавная женщина, которой она притворялась ранее.       — Я беспокоилась, что паранойя Сэра Реджинальда Харгривза отпечатается на тебе, — с самым спокойным видом, который только может быть у похитителя, Гвендолин выключила музыку и заглушила мотор, — Но всё же ты наивная до неприличия.       Затем она с некоторым приятельским беспокойством заглянула Астрид в распахнутые в шоке глаза.       — Ты слушаешь? Всё нормально?       Нормально? Какое тут может быть «нормально»? Астрид кое-как пыталась отойти от тошноты и накатившего страха. Но вопрос, очевидно, был задан для приличия.       — Отлично, тогда к делу, — удовлетворённо кивнула головой женщина. — С вербовщиком ты сталкиваешься не в первый раз, так что условия тебе известны. Но на всякий случай напомню, что при отказе от сотрудничества объект уничтожается.       — Поняла, — медленно, старательно пытаясь собрать мысли в кучу и что-нибудь придумать, ответила Астрид. — Время на размышление у меня есть?       — Нет, — как строгая воспитательница отрезала Гвендолин. — Решай здесь и сейчас.       Как же быстро меняются события в жизни. Вот только ты спокойно работаешь, а через пятнадцать минут тебя уже похитили и угрожают оружием. Стоит ли говорить, что, не смотря на страх смерти, Астрид собиралась так или иначе вернуться сегодня домой, а не попасть в Комиссию. Нужно потянуть время, хотя бы немного, чтобы что-нибудь придумать. Но попробуй под таким напором что-то сообразить.       — Какие-то методы у вас не гуманные, — нервно скривилась девушка, ища в салоне хоть что-то, что могло бы помочь.       — Не испытывай терпение человека с пистолетом.       Невольно у Астрид вырвался нервный смешок.       — Я столько раз выживала в ситуациях и похуже, что пистолет уже не так и пугает.       — Переплыла океан, но утонула в луже, — не оценила шутки вербовщица. — Слышала такую поговорку? Я не Брайан, распинаться и беседовать не стану. Да или нет, Номер Икс?       Смотрит в упор, почти не моргая, и даже если говорит тоном спокойным и повседневным, каждая мышца в теле готова к сопротивлению жертвы и атаке. Это не тот случай, когда можно было бы указать пальцем в сторону, крикнуть «смотри, там птичка!» и выбить пистолет.       — Неужели вам так сложно оставить меня в покое? — поддалась отчаянию и раздражению Астрид.       Дуло револьвера резко приблизилось, так что девушка вздрогнула, вжавшись спиной в сиденье. Показывать свой характер и недовольство сейчас не самый лучший вариант, понятно.       — Да или нет? Переспрашивать вновь не буду. Или ответ, или пуля.       И в ту же секунду судьба решила всё за Астрид. Пуля. Пуля, с коротким звенящим треском пролетевшая сквозь лобовое стекло, вошла в висок Гвендолин, как горячий нож в масло. Астрид не успела даже осознать, что произошло, когда женщина обмякла всем телом и уронила голову на бок. Револьвер выскользнул из её пальцев и упал куда-то под сидение Астрид. Девушка тут же потянулась за ним, попутно спрятавшись от возможной следующей пули. Изловчившись, достала оружие и прислушалась.       После пары минут затишья, всё же решилась медленно разогнуться и взглянуть за лобовое стекло, по которому от пулевого отверстия потянулась во все стороны небольшая, плотная паутина трещин. Смутно, на уровне предчувствия, основанного на опыте, девушка предполагала, кого увидит, если увидит вообще. Но верность её догадки не сдержала холодок, пробежавший по спине, а даже усилила. Стрелок стоял на приличном расстоянии, однако достаточном, чтобы можно было чётко разглядеть яркую, оскалившуюся в улыбке маску Лисы.       Ситуация вызывала неоднозначные мысли и чувства. Она посреди пустой дороги, один на один с этим человеком. И скрываться в неизвестном направлении на этот раз он не собирается. Более того, поняв, что Астрид смотрит, стрелок демонстративно, широким жестом убрал винтовку за плечо, демонстрируя, что больше выстрелов не будет. Не это ли знак и повод, чтобы, наконец, сделать шаг навстречу тому, кто столько раз ей помог? Хотя бы для того, что узнать, зачем. К тому же рано или поздно выйти из машины придётся. И учитывая соседство с трупом Гвендолин, которая распахнутыми в недоумении зелёными глазами смотрела на Астрид, уж лучше рано, чем поздно. Хотелось бы девушке испытывать жалость к вербовщице, но в голову непрошено постучала мысль, каким низким способом она заманила свою жертву в сети, на что надавила. И сочувствие растворилось.       Астрид, удостоверившись, что Лиса неподвижно стоит на своём месте, сделала глубокий вдох, взяла сумку и не спеша вылезла из машины. Знойное солнце вновь взялось за своё дело, начав припекать плечи и голову. И это ведь девушка ещё в лёгком голубом платье и балетках, а какого Лисе в этом чёрном костюме?       — Цела? — раздался из-под маски громкий женский голос.       — Да, благодарю! — так же громко ответила Астрид, нерешительно сделав несколько шагов от машины и вновь остановившись. — Кто вы?       — В данную секунду тот, кто вновь спас тебя.       Резонно и даже не поспоришь. Решившись, девушка продолжила приближаться к Лисе, сжимая револьвер. Может, это несколько нечестно? Лиса своё оружие убрала, может и Астрид стоит сделать то же самое?       Когда между ними осталось несколько шагов, девушка остановилась, не решившись сокращать дистанцию больше. Этого вполне хватило, чтобы впервые за всё это время рассмотреть своего спасителя в относительно спокойной обстановке. И оказалось, что она не такая жуткая, какой являлась Астрид в давних кошмарах. За исключением маски, конечно — ей самое место в книге ужасов. Даже у Хейзела и Ча-Чи маски были сравнительно милые. На высокой, — выше Астрид на голову с лишним, — стройной женщине был чёрный костюм-тройка, на фоне которого выделялся алый галстук с золотой вышивкой. Она не похожа на тех агентов, каких Икс приходилось встречать ранее. Рядом с ней стоял стандартный чёрный портфель для перемещений.       — Вы из Комиссии?       — В каком-то смысле, — расслабленно качнулась маска. — Из той её части, которая очень не по душе действующему Куратору. Номер Пять не посвящал тебя в её характеристики?       — Вы знакомы с Пятым?       Где-то в животе Астрид вспыхнул огонёк, радостно заметавшийся в темноте при упоминании Пятого, но в этот раз она его затушила куда решительней. Её сегодня уже провели, используя имя родного человека, и пусть даже Лиса, вроде как, не собирается причинять вреда, больше оранжевая рыбка на эту приманку не клюнет. К любым заявлениям и словам подобного рода ей теперь стоит относиться с подозрением и не более. А то что-то зачастили играть на её чувствах.       — Наше общение длилось меньше, чем хотелось бы, — изящно махнула рукой в кожаной перчатке женщина, постучав по виску. — И он не знал меня в этой маске.       Хорошо, это объясняет то, что Пятый ничего не смог сказать Астрид о знаке на записке с таймингом, которую прислали, как теперь очевидно, Лисы — он просто не знал о них. Если так подумать, он даже ни разу не видел их: в боулинге его на момент их появления не было, а все остальные встречи проходили с Икс тет-а-тет.       — Он ничего не рассказывал мне о Кураторе, да и в целом о Комиссии мало говорил, — мрачно заметила девушка, пытаясь разглядеть за глазами маски глаза её обладательницы. — Только то, что не стоит с ней связываться.       — Что ж, его можно понять.       Равнодушно пожав плечами и поправив ремень снайперской винтовки на плече, женщина развернулась и прогулочным шагом пошла по дороге.       — Ваш портфель! — окликнула её Астрид.       — Ах, да, — мельком обернулась Лиса. — Не могла бы ты его немного понести? Он не особо тяжёлый, да и тебе так будет спокойней, не находишь?       Пусть Астрид и не совсем поняла, что именно должно было её успокоить в том факте, что портфель будет у неё, она всё же подняла его и пошла следом за Лисой. Когда они поравнялись, женщина, пару раз оглянувшись на машину, заговорила:       — Да, с Номером Пять долгого общения, к сожалению, не вышло. Он был крайне занят вашим спасением, а любую помощь принимать отказывался.       — Да уж, это про него, — печально хмыкнула себе под нос Астрид.       — А ведь мы с ним смогли бы сдружиться. Как говорится, «Враг моего врага — мой друг».       — Пятый не любил вашего Куратора, как я понимаю, из-за того, что она мешала ему предотвратить апокалипсис.       — Хо-хо, «не любил» это мягко сказано, — весьма бурно отреагировала Лиса. — Он её подорвал гранатой.       — Что?!       — Что? Ты в нём сомневалась?       — И она… ещё жива?       — Отделалась шрамом на лице. Поверь, мы все были в шоке. Но Кураторы очень живучий народ, их так просто не возьмёшь. Тут нужен профи покруче твоего Пятого.       Казалось, это она говорила уже самой себе, размышляя и прикидывая, но после, уже громче, вновь обратилась к Астрид, посмотрев на неё сверху вниз.       — Но, поверь, апокалипсис это не единственное, за что Номер Пять ненавидит Куратора. Всех тонкостей их общения я не знаю, так что скажу по своему опыту: она вертихвостка, желающая власти и почитания. Зачастую, любой ценой. А ещё ей нравятся уникальные, диковинные игрушки. По типу пистолета Гитлера или Номера Пять.       — Пятый не игрушка, — огрызнулась Астрид, зыркнув на спутницу.       — О, я такого же мнения, — примирительно подняла ладонь Лиса, — Я лишь говорю, под каким углом видит этот мир Куратор. Являясь одним из управляющих Комиссией, она тешит себя мыслью, что весь мир, всё время и пространство в её руках. Представляешь, как сильно нарушил её душевное равновесие Номер Пять, дважды не пожелавший подчиняться её воле и переигравший по всем фронтам? — женщина с искренним удовольствием рассмеялась, запрокинув голову назад, — Ах, я фанатка вашей семьи, ей богу. Так обломать клыки этой змее ещё никто не мог. Как руководитель, она, может, была не так плоха, но её личностные качества — дерьмо вперемешку с ядом, и всё это под толстым слоем пудры и пафоса. Так и просится обратно на гильотину…       Она махнула рукой, как бы обрывая саму себя на половине мысли.       — Ну, основное ты поняла.       — Пожалуй. Но что вы хотите от меня?       — Ты же понимаешь, что Гвендолин отправила Куратор?       — Да, понимаю. И Брайан был от неё.       — Да, было дело, царство ему небесное, — кивнула женщина. — Понимаешь ли, Номер Икс, уйти от вербовщика дело крайне сложное, а уж от двух — я бы даже сказала историческое. На такое глаза не закрывают. Да и ты ведь понимаешь, что такое активное внимание к твоей персоне не просто так.       Да и как тут не понимать. В такой ситуации как с клиентами в «Рапсодии»: уж лучше пусть игнорируют, чем обращают излишнее внимание.       — И что меня ждёт?       — Встреча с главным злодеем, — мрачно, но при этом так же расслабленно вынесла приговор Лиса. — Я не знаю, где и как, но жди к себе в гости Куратора собственной персоной.       — И думаете, я приму её предложение? — скептически выгнула бровь Астрид.       — Номер Пять принял.       — У него не было…       — Выбора, да, да, — миролюбиво перебила маска, легко коснувшись плеча под лёгкой тканью. — Это философское понятие, не находишь? Зависит лишь от точки зрения, — путь Икс не выказала недовольства от тактильного контакта, женщина убрала ладонь, лениво жестикулируя. — И как по мне, у Номера Пять выбор был — прожил в апокалипсисе сорок пять лет, продержался бы ещё пару десятков. Быт налажен, флора и фауна в мире потихоньку начала восстанавливаться. Свои расчёты он завершил бы в любом случае, вопрос лишь во времени. Но он всё же пошёл за Куратором. Потому что она нашла подход, а он нашёл выгоду.       Остановившись, она повернулась всем телом к Икс, добавив голосу заметной ноты серьёзности.       — Опустим то, что было между ними дальше, ведь теперь дело касается тебя. Брайан и Гвен были профи своего дела, но и Куратор не промах. Люди сильно недооценивают действие шарма на умы.       — Ей нечего мне предложить, — крепче сжала ручку портфеля Астрид, с вызовом вглядываясь в черноту узкого зрачка.       — Уверена?       Даже через маску Астрид почувствовала испытующий взгляд, полный насмешки. А когда маска многозначительно повернулась в сторону оставленной машины, превратившейся за это время в маленького синего жука, Икс была вынуждена признать, что найти к ней подход действительно крайне просто. Раньше она бы без раздумий попросила вернуться назад, в Академию. Но сейчас знает достаточно, чтобы понимать, что ей там не место, что Комиссия просто сживёт её со свету ради апокалипсиса. Так что эту идею пора отпустить вместе с прошлым, которое теперь приносит проблемы. Но всё же у неё есть желание, с исполнением  которого Астрид, как показала жизнь, не справится сама — вновь когда-нибудь встретить подопечных, хоть кого-нибудь. Её нечем подкупить? Да как же. Она бросилась в машину к незнакомке, согласилась поехать неизвестно куда, что сейчас кажется таким неразумным, стоило ей сказать, что она отвезёт Икс к Лютеру. Обещания Гвендолин были ложью, но ведь Куратор действительно может исполнить это желание. Вопрос лишь в том, какую цену она предложит и будет ли Икс готова заплатить.       — Многие думают, что откажутся от сделки с Дьяволом, — с пониманием восприняла задумчивое молчание девушки женщина. — А потом без раздумий жмут ему руку, если услышат пару правильных слов.       — Если вы часть Комиссии, значит, тоже когда-то пожали руку.       — Не то слово! — тряхнула маской Лиса, — Я схватилась за неё, как утопающий за край лодки. И в целом, была тем редким примером работника, который ни о чём не жалел... До момента смены власти.       Вновь повернув голову в сторону машины, Лиса неожиданно выбросила вперёд руку и схватилась за ручку портфеля, накрыв своей рукой в чёрной перчатке ладонь Икс. Девушка только успела дёрнуться от неожиданности, когда мир на долю секунды вспыхнул, погрузился в темноту, вновь вспыхнул голубыми искрами и приобрёл новые очертания. Астрид тут же вырвала руку из хвата своей, кажется, очередной похитительницы, и отступила назад, врезавшись в кого-то.       — Hej, Var försiktig! — недовольно прикрикнул высокий мужчина в гавайской рубашке, чуть не разливший содержимое своего бумажного стакана.       — Jag är ledsen, — автоматически ответила Астрид, только после осознав.       — О, а ты не теряешь навыков, — похвалила Лиса, — Родной язык не забыла.       Астрид начала растерянно озираться.       — Где мы?       Помещение, погружённое в оранжевую полутьму и похожее на спортзал Академии, освещалось яркими огоньками диско-шара, медленно вращающегося под потолком. Где-то стояли длинные столы с закусками и графинами, полными напитков, на самодельной сцене расположились музыканты с флейтами, гитарами и смешными джембе. Музыка играла, исходя из специфичного набора инструментов, своеобразная, самобытная, но это не исключало того, что уху она была приятна.       Но больше внимания Астрид привлекли люди вокруг, и даже не их обилие, а внешний вид. Одеты все были, по большей части, ярко и празднично, это навряд ли может кого-нибудь удивить. В отличие от того факта, что почти все из них носили разнообразные маски: обычные тонкие тканевые, венецианские, маски Арлекина, пластиковые, дешёвые маски животных и прочее. Разнообразие было велико, кто-то даже просто нанёс грим, но и несколько людей без спрятанного лица, в число которых теперь входила и Астрид, взглядом можно было найти.       И что немаловажно и просто было нельзя проигнорировать, это то, что язык, на котором говорили здесь все поголовно, был знаком Икс — шведский, язык страны, где она была рождена. Не сказать, что этот факт вызвал приступ ностальгии или тёплые чувства любви к родине, но тем не менее странные, противоречивые чувства Астрид определённо испытывала.       — Марстранд, Швеция, — возникла рядом Лиса. — Я подумала, что ты давненько не соприкасалась с корнями, но перемещаться в Варберг не рискнула.       Наверное, так даже лучше. Кроме стен больницы и прочих ужасов Астрид с Варбергом ничего не связывает. Лиса прошла мимо своей уже подневольной спутницы к чудом освободившемуся столику у стены. Астрид, понимая, что в незнакомом месте, в незнакомом городе и непонятно, каком времени, о побеге думать бесполезно, так что настороженно последовала за ней и села напротив.       — Извини, что без предупреждения, — поставила в угол портфель и винтовку женщина, — Уговаривать и убеждать тебя у меня нет времени. За телом Гвендолин придут, и, вероятно, скоро, а мне не желательно попадаться на глаза людям Куратора.       Было не особо сложно предположить, почему она выбрала для этих специфичных посиделок именно эту странную вечеринку. Здесь никому не придёт в голову коситься на человека с головой Лисы.       — Не хотите снимать маску?       — Тебе это нужно? — она скинула и небрежно повесила на спинку своего стула пиджак.       — Ну…       — Тогда нет, — следом сняла перчатки, и Астрид заметила на пальце кольцо-печатку со знакомым изображением головы лисы.       — Ну, хоть имя уже назовите.       — Тоже пока нет, — она перехватила у проходящего парня с подносом два бумажных стакана с соком, которые навряд ли предназначались им.       — Пока?       — Пока я не буду уверена, что это не обернётся против меня.       Астрид свой стакан приняла, но отпивать из него и не думала. На территории Швеции ей пока ничего дельного выпить не предлагали.       — То есть пока вы не будете уверены, что я на вашей стороне? — испытующе посмотрела она в глаза маски.       — Ничего подобного я не говорила.       — А разве не очевидно? — достаточно смело для своего положения спросила девушка, — Что бы ни происходило в Комиссии, вы с Куратором явно не друзья, и моей вербовке противитесь не просто так. Так что могу предположить, что между вами и Гвендолин сейчас разница в том, что вы не угрожаете мне пистолетом в машине.       — Что ты, я не вербую тебя, Икс. Я хочу предупредить об ошибке, которая пагубно обернётся для всех: тебя, меня, моей команды… — выдержав акцентную паузу, она чуть качнула головой, — Не исключено, что для Номера Пять. Если он ещё жив, разумеется.       Ну вот опять начинается жонглирование важными именами. Как ей это уже надоело. С раздражением и усталостью Астрид поставила стакан на стол, так что содержимое едва не выплеснулось, и откинулась на спинку деревянного жёсткого стула.       — Я просто хочу спокойной, обычной жизни.       — Мне это говорит член Академии Амбрелла и путешественник во времени? — кажется, лицо под маской снисходительно улыбнулось.       — Это в прошлом, — отрезала девушка. — Я не Номер Икс, а просто Астрид. И даже силой больше не пользуюсь. Просто незачем, нет повода.       — И зря, — Лиса задумчиво постучала пальцами по дереву столика. — Уж я бы нашла ей применение в быту.       — У меня работа, хобби, друзья, собака, — не замечая тона собеседницы, распалялась в перечислениях и жестикуляции Астрид. — Я сама покупаю одежду и еду, готовлю, иногда даже удачно. За квартиру плачу, на велосипеде катаюсь и прочее, что там делают люди. Обычные люди в своей обычной жизни.       — Для тебя ли такая жизнь?       — А чем я хуже других? — оглянувшись на людей вокруг, она понизила тон. — Я устала от поисков, борьбы, перспектив спасения мира.       — Поэтому не оставляешь тренировки? — с видом нисколько не поверившего в чужие слова человека спросила женщина напротив, — Отрабатываешь удары на груше Сэма Уокера? С радостью учишься у него вскрывать замки и наручники, выбираться из пут разной сложности? Выбираешь обувь и одежду не столько по красоте, сколько по удобности активного передвижения?       Астрид тяжело вздохнула, с явным недовольством посмотрев на собеседницу. Не сказать, что она удивлена такому повороту, но это не значит, что она не испытывает возмущения и негодования.       — Вы за мной следите.       — Это не раз спасло тебе жизнь, а остальное просто побочные знания.       Она осторожно подцепила низ маски длинными пальцами и потянула её вверх. Внутри Астрид загорелся огонёк любопытства, желание узнать этот секрет. Но Лиса освободила лишь небольшую часть низа лица, показав свету только свои тонкие губы и острый подбородок. Сделав несколько больших глотков из стакана, женщина вернула маску в прежнее положение.       — Не бойся, в туалете за тобой не подглядывали, под кроватью и в шкафу не прятались. Так или иначе, оставим твои мотивы и внутренние дилеммы и вернёмся к делу. Ты ведь понимаешь, чего именно я от тебя хочу?       Как тут не понять. Ясное дело, что по какой-то причине Лисам совершенно не выгодно, чтобы Куратор забрала Номер Икс под своё крыло в Комиссию. Допустим, Астрид тоже к такой перспективе тёплых чувств не испытывает, но это не повод бездумно соглашаться на планы странных личностей в масках. «Враг моего врага — мой друг» здесь пока не работает по многим причинам. Хотя бы потому что Астрид пока не может разобраться в себе и понять, кто в этой схеме враги и может ли она позволить кому-то стать её другом. Нужно ли это кому-то, или её хотят использовать как пешку в неизвестном плане.       — Разве Куратор не попытается убить меня, если я откажусь от сделки?       — Попытается, — утвердительно качнулась маска. — И тут вопрос уже в её характере, а не в политике Комиссии.       Превосходно. Ну вот что им всем не сидится спокойно в своих Комиссиях? Почему обязательно нужно выползать и портить чью-то только наладившуюся жизнь? Стоит ли говорить, что помимо очевидного раздражения Астрид ощущала страх от той перспективы, которую ей рисовала очередная вербовщица.       — И? — требовательно сверлила взглядом Лису девушка. — Рекомендации будут? Или вы снова появитесь в последний момент?       — Нет. Ни я, ни мои люди в этот раз не придут тебе на помощь. Убить Куратора мы пока не можем, как и попадаться ей на глаза.       — Почему? — она язвительно указала взглядом на винтовку в углу. — Вам, вроде, не сложно кого-то убить.       — Если бы был такой вариант, я бы не предупредила тебя о её приближении, — кажется, спокойствию Лисы тоже постепенно приходил конец, и она приказным тихим голосом попыталась прекратить разгорающуюся дискуссию с упрямой девчонкой. — Твоё дело отказаться. И выжить, по возможности.       — Замечательно, — всплеснула руками Астрид, искрясь сарказмом. — Она меня убьёт, если я откажусь, но я обязана отказать, потому что вы так сказали? Потому что это негативно повлияет на вас и какие-то ваши цели?       — И на тебя.       — Это всё по вашим словам.       — Тебе мало того, что ты знаешь о Кураторе?       — Мне мало того, что я знаю о вас. То, что вы против Куратора не значит, что вы лучше.       Кажется, любому терпению приходит конец. И, кажется, только что Астрид пустила в ход слова, порвавшие последнюю нить терпения Лисы. Встав и перегнувшись через столик, женщина схватила забывшуюся собеседницу за ворот платья и потянула на себя. За секунду расстояние между их лицами сократилось настолько, что Астрид разглядела очертания человеческих глаз за маской. И эти чёрные глаза, горящие гневом, ничего хорошего не предвещали. Астрид почувствовала, как внутри скрутило, и запоздало решила, что стоит порой думать, что говоришь, когда находишься на эмоциях рядом с человеком с винтовкой.       — Её люди только и делали, что пытались убить тебя и твоих близких, — её голос и интонации напоминали приближающийся поезд, когда ты лежишь связанный на рельсах. — Мои только и делали, что спасали вас. Номер Пять умирал у тебя на руках от раны, нанесённой этой сукой. Её имя идёт рука об руку с апокалипсисом и всем, что с ним связано. Знаешь, сколько людей находится в неволе под её началом, хотя они тоже, как и ты, хотели бы нормальной жизни? Не шпионить, не убивать, не пытать, не сжигать трупы или отмывать кровь с рук и стен? Получить свободу не в бегах, какую получил твой знакомый Хейзел, и не на пенсии, когда жизнь уже считай кончена?       Хватка ослабла, и Астрид отпрянула, вжавшись спиной в дерево стула. Лиса, нисколько не беспокоясь о том, что подумают случайные свидетели их диалога, продолжала нависать над столом, уперевшись в него напряжёнными руками.       — Хочешь знать больше? Я много лет иду к тому, чтобы отобрать у Куратора корону, а твоя сила под её контролем разрушит всё, что я сделала. Я тут проявляю чудеса терпения, уговариваю тебя, убеждаю, прошу, хотя было бы проще, гораздо проще, убить тебя. Или, например, не спасать в любой из тех раз, когда я выбрала помочь.       Видеть разгневанным человека, который до этого вёл себя как тот, кто держит всё под контролем и уверен в этом, зрелище, не в положительном смысле, впечатляющее. Пожалуй именно это и имела в виду Лиса, говоря о ярости Куратора в сторону Пятого, отказавшегося так легко играть по правилам. Но сейчас Астрид точно была уверена в искренности человека перед ней. А искренность открывает двери к пониманию мотивации.       — Вы всё же вербуете меня, — отдышавшись и найдя смелость на продолжение дискуссии после такой гневной речи, бойко констатировала девушка. — Если бы хотели, чтобы я не досталась Куратору, то вам действительно было бы куда проще не спасать меня все эти разы. Но я нужна вам живой не меньше, чем ей, так?       Слушая её, Лиса так же взяла себя под контроль и медленно, не теряя напряжения в теле, села. Она явно ожидала куда более простого решения вопроса.       — И чего вы теперь хотите? — презрительно скривила губы Астрид, скрестив руки на груди. — Чтобы я в знак благодарности за вами, как собачка бегала? Команды выполняла, по типу "фас" или "умри"?       — Говоришь так, словно для тебя это в новинку, — как прежде расслабленно съязвила Лиса, потянувшись к своему стакану с недопитым соком. — Или я чем-то хуже Реджинальда Харгривза?       Будь у Астрид сейчас сила Вани, диско-шар наверняка разлетелся бы на сотню мелких сверкающих кусочков под испуганные крики празднующих. Но сейчас она лишь подавилась своей яростью, без страха и раздумий прорычав в лицо жуткой маске:       — Следи за языком.       — Ох, какой взгляд, — театрально положила ладонь на грудь Лиса, явно довольная произведённым эффектом. — Мне даже стало страшно. А, нет, показалось.       Астрид больше не желала продолжать этот диалог. Свою позицию она поняла и будет её придерживаться. Встав со стула, девушка выпрямила спину и твёрдо произнесла:       — Я не приму предложения Куратора, но лишь потому, что не желаю связываться с Комиссией. В любом её проявлении, —  посыл последнего заявления был однозначен и понятен. — А теперь верните меня домой.       — Ты даже не представляешь, на что способна, — сделала очередную попытку вразумить девушку Лиса, поднимаясь со своего места. — Не догадываешься, насколько высокое место можешь занять в пищевой цепи общества благодаря своей силе, которую не используешь, но за которой теперь охотится Куратор.       — Просто признайтесь уже, что тоже участвуете в этой охоте. Она о вас ничего не узнает. Ни слова. Верните меня домой и оставьте в покое.       Приняв факт того, что переубедить Астрид не получится, Лиса надела пиджак, забрала из тёмного угла своё оружие и портфель.       — Я-то могу оставить, — показательно разочарованно протянула она девушке ручку портфеля. — Посмотрим, не пожалеешь ли ты об этом.       Хотела бы Астрид сказать что-то на подобии того, что и без чужой помощи справлялась раньше, но после этого разговора ошибочность подобного заявления была очевидна. Справлялась ли она вообще хоть с чем-то без чужой помощи? Теперь она в этом не уверена.       Вновь вспышка, рассеявшаяся и оставившая странную парочку в пустом подъезде какого-то дома.       — Твоя работа в паре улиц отсюда, — равнодушно пояснила женщина.       — Спасибо, — скорей из привычной вежливости, чем из искренней благодарности ответила Астрид.       — До встречи, Номер Икс, — на недовольный, колючий взгляд девушки она лишь пожала плечами. — Тут ничего не поделаешь. Эта история затягивает тебя всё сильней.       Не попрощавшись, Астрид покинула подъезд, хлопнув деревянной дверью. Лиса выждала несколько секунд, словно в надежде, что Икс вернётся и диалог продолжится, а после села на бетонные ступеньки, устало стянув маску. Ну какая же жара на улице, чёрт возьми. Надо бы обдумать это всё, а заодно остудиться где-нибудь. Как вариант на побережье Перу, там климат куда приятней.       — О, Астрид!       Венди удивлённо вскинула брови, когда подруга появилась в дверях ресторанчика. Вид у неё был, скажем так, недовольный.       — Я думала ты уедешь на весь день.       Обе девушки синхронно посмотрели на часы, и Астрид поняла, что для бариста с момента, как её коллега уехала в неизвестном направлении, прошло всего чуть больше получаса.       — Я тоже, Венди, — вздохнула она, протягивая подруге сумку и принимая в ответ фартук, — Я тоже.       — Только я уже с Крис поговорила…       — Злилась?       — Ну, так…       — Понятно, — кивнула Астрид, завязывая фартук, и слабо улыбнулась подруге, — Пойду замаливать грехи.       — Всё хорошо?       — Укачало в машине.       Отходя от стойки, официантка запустила руку в карман, где лежал блокнот с карандашом, но помимо этого стандартного набора нащупала ещё что-то. Извлекла небольшой квадрат белого тонкого картона, на котором от руки был написан номер телефона, поставлена красная печать с головой лисы и подпись:

«Если вдруг передумаешь. Карина»

***

      В Комиссии практически негде остаться наедине с собой, обязательно с кем-нибудь да пересечёшься. Но работа на коммутаторе, слава богу, не предполагает частые личные контакты с представителями других отделов, потому что запросы на обработку приходят в письменной форме утром или, если дело срочное, на отдельный компьютер в углу кабинета. Единственной проблемой для Барби всегда оставался Кристиан. Ну, до недавних пор. Сейчас он лежит дома с переломом ноги. Кто знает, как это он так умудрился так упасть, но Барби даже из вежливости справляться об этом не стала. Так, отправила коробку конфет, подаренную ей очередным поклонником из менеджмента, и хватит с него.       Теперь хотя бы можно спокойно работать, не делая вид, что ты то и дело промахиваешься по кнопкам или забываешь, куда вставляется этот проводочек. А ещё большим плюсом было то, что когда позади тебя раздаётся короткий знакомый звук перемещения, ты наверняка знаешь, кто к тебе пожаловал.       — Ну, что? — не отрываясь от экрана, спросила красавица.       — Я её недооценила, — ответила Карина, заперев дверь и упав на соседний стул.       — Звучит многообещающе, — сосредоточенно поправила очки Барби. —  Что же она такого сделала?       — Послала меня.       Пальцы с безупречным маникюром промазали по кнопкам, и изображение сменилось на какой-то артхаус.       — Чего?! — повернулась всем телом девушка, не скрывая паники в больших глазах.       — Куратора тоже, не бойся, — задумчиво отмахнулась Карина, сняв перчатки и ослабив галстук.       — Куратор к ней ещё не пришла, чтобы так заявлять, — немного успокоилась Барби.       — Она послала Комиссию вообще. Не задумываясь, — откинувшись на спинку кресла, женщина медленно зачесала короткие чёрные волосы пальцами назад. — Не думала я, что она будет такой упрямой, учитывая, как она бездумно была предана Харгривзу.       — Короче, повторение истории с Номером Пять, — параллельно с диалогом приводила в порядок экраны девушка, поджав пухлые губы.       — Не скажи. Пятого я понимаю, а её, как оказалось… не до конца. Надо ещё подумать.       — Если бы мы не вмешивались изначально, то голову вообще не приходилось бы ломать.       Оставив свои рассуждения, Карина переключила внимание на подругу, быстрыми резкими движениями бьющую по кнопкам. Вместе с её сладкими духами по комнате коммутатора распространялось напряжение, и для достойного лидера было бы преступлением его игнорировать.       — Что с настроением?       — Настроением? Серьёзно? — фыркнула девушка, в последний, самый сильный раз ударив пальцами по клавиатуре. — Ты ещё скажи, что фаза цикла не та.       — Хорошо, поняла, — желая выслушать, она упёрлась локтями в колени. — В чём дело?       — У нас всё шло нормально, медленно, но верно: ты получила специалистов во всех сферах Комиссии, поддержку среди совета директоров. Ты действовала медленно и расчетливо, не показываясь лишний раз из тени. Но стоило Куратору подключить в игру Харгривзов, и у тебя словно башню сорвало: сама выходишь на задания, появляешься в офисе чуть ли не под дверями Куратора, тратишь наши ресурсы и время на спасение жизни Номер Икс, и этим неоправданным риском подставляешь нас всех! — Барби с осуждением и негодованием вгляделась в лицо Карины. — Неужели тебе мало того, что у нас уже есть? Тоже хочешь себе игрушку с суперсилами? Посмотри на Куратора, сколько раз она уже оступалась из-за своего желания заполучить Номера Пять? Ты себе такого позволить не можешь, потому что мы все повязаны и полетим в пропасть следом.       Чёрные, как дно колодца, глаза Карины мрачно впились в Барби, с каждой секундой молчания после этого монолога всё больше туша её уверенность в своих выражениях. День у лидера Лис и так не задался, не хватало ей ещё и возмущений среди команды. Бунт на корабле стоит пресекать раньше, чем у него появится хотя бы мысль стать таковым.       — Прекрасная речь, — наконец сухо произнесла она, распрямившись. — Но стоило бы следить за собой в первую очередь. Не подскажешь, за каким это лешим ты отправила Смоллета на ранчо Боттомов? Без моего ведома и приказа.       От розовых щёчек Барби заметно отлила кровь, а после вернулась в большем количестве.       — Он помог Номер Икс, — отведя в сторону ясный взгляд тихо попыталась оправдать она свой поступок.       — Это тебя извиняет, — казалось бы благосклонно заметила Карина, — Но включи свой одарённый мозг и подумай, что будет, если кто-то капнёт глубже. Даже самый тупоголовый менеджер сможет понять, что бы случилось, если бы Номер Икс не появилась вовремя на той поляне. А это прямой дорожкой ведёт к тебе.       Затопив корабль негодования в море стыда, Карина встала с кресла, медленно обходя работницу коммутатора сзади. Она не любила выяснять отношения или жёстко строить своих агентов, но по-другому иногда не получается. Такова цена за то, чтобы работать с ценными личностями, а не податливыми пустышками.       — Да, я рискую, и прекрасно понимаю, насколько, — гораздо мягче продолжила она, положив руку на плечо подруги. — Но я это делаю ради общего дела, Барб, а не из личных мотивов. Понять тебя не сложно, так что в этот раз я закрою глаза. Но не теряй голову.       Во внутреннем кармане пиджака что-то едва слышно запищало, и Карина, не отпуская плеча девушки, извлекла на свет прямоугольный предмет с экраном и миниатюрной клавиатурой.       — Пейджер? —  схватилась за новую тему Барби, чтобы закрыть предыдущий разговор.       — Ага, — расплылась в доброй улыбке Карина, передав прибор в изящные руки. — Логан на пенсии развлекается. Я доставила ему запчасти из старых моделей портфелей, а он собрал пейджер, работающий через время.       — Удобно, — искренне оценила агент.       — Не то слово, — усмехнулась женщина, забирая обратно пейджер и читая сообщение. — Жаль, пока только у нас с ним такие есть. Обязательно введу эту штуку в использование, когда…       Мечты вслух прервались, когда она прочла текст, светящийся зелёным неоном на чёрном экране. На лице Карины отразилось замешательство.       — В чём дело?

«У меня конкурент»

      — За Икс, кажется, установили слежку, — отпустив плечо подруги, женщина с досадой потёрла нижнюю часть лица.       — На кой чёрт? — выгнула аккуратную бровь Барби, прокрутившись на стуле.       — Не понимаю, — призналась она, похлопав прибор о ладонь, активно раздумывая, — Это нервирует. Что эта дрянь задумала? Ей бы сейчас губы красить и наряд выбирать перед встречей.       — Решила разведать обстановку? — предположила Барби, — После смерти Гвендолин ей не помешало бы подстраховаться, прежде чем приближаться к Икс.       Никак не прокомментировав мысли девушки, Карина пожевала губы и набрала ответное сообщение.

«Разберусь. Нужно фото»

      Да уж, если отбросить все личные интересы, то девочку можно понять. Облепили со всех сторон.

***

      Без особого труда добыв тихое пламя из своей медной зажигалки, Теодор в очередной раз за прошедший час закурил. Конечно, он знает о пресловутом вреде сигарет, ведь уже давно не школьник. И, может, когда-нибудь даже сможет бросить, но пока что затянуться очередной отравой в бумажке для него один из лучших способов сосредоточиться и как следует подумать.       Он только что вернулся из Далласа. Куратор, неугомонная женщина, похоже, действительно вбила себе в голову, что ему придётся — язык не поворачивается сказать — привязать к себе Номер Икс в романтическом плане, когда та вступит в ряды Комиссии. Ему претит эта мысль, но таков приказ. И вообще, как она себе это представляет?       Сегодня он следил за Номер Икс, наблюдал на расстоянии за тем, как она гуляла по парку со своим огромным псом и огромным другом, иногда общаясь с прохожими. Начальница утверждала, что Тео может почерпнуть таким образом для себя что-то, что можно использовать в дальнейшем. И это полный ванильный бред. И можно было бы, конечно, сказать, что это самое бесполезное времяпровождение в его жизни, но нет. Ему не нравилась придуманная Куратором цель этой слежки, не более. Во всяком случае, пока он гуляет по пятам за этой девушкой, его не отправляют на задания, после которых надо отмывать руки от пороховых газов и крови. В это время он может подумать. Вот только вид Номер Икс наталкивает размышления на определённые рельсы.       Погода портилась на глазах, и стоя у безликого фасада Комиссии, скрывающего невероятные и ужасные тайны, Теодор уже чувствовал приближение грозы. Правда буря в голове в последнее время была куда страшней. Все боятся, когда чувствуют, что грядут перемены и не знают, как повлиять на это, да и стоит ли.       — Я... Я не знаю. Я не думал об этом.       — Ты шёл убивать, не задумываясь, ради чего?       Было бы глупо отрицать, что их встреча не прокручивалась в голове у Теодора раз за разом. Было бы глупо отрицать, что он не начал задаваться вопросами, прежде в его мировоззрении недопустимыми. Он всю жизнь был солдатом, и до Комиссии, и в ней. А в армии хорошим, а главное, живым солдатом считается тот, кто не задаёт вопросы, а делает то, что сказано или предписано. И делать-то Тео всегда делал, но...       — Моя работа совсем не приносит мне удовольствия, но промахи редко кому прощают.       Он сказал это вслух. Впервые в жизни озвучил то, что грызёт столько лет. И ему стало легче. Не на много, но стало. Он так долго притворялся, что гордится своей работой и педантичен во всём не из страха расправы, а из профессионализма. И впервые эта маска треснула, когда он столкнулся со своей выжившей жертвой, с последствиями своего промаха, которого так боялся всю карьеру. И это больше не была безликая мишень, подобные которой порой приходили во снах и молили о пощаде.       — Что изменит твоё сожаление? Пусть ты и солдат, но выбор на самом деле всегда лишь за тобой.       — Выбор? Зная о том, что кто-то может править судьбы целых стран, ты всё ещё веришь в выбор?       — Не знаю. Но у тебя он был.       Это был живой человек, девушка, которая пошатнула уверенность киллера во многих вещах, с которыми он давно смирился, к которым привык. Правда ли у него может быть выбор? Или это лишь дорожка, ведущая на эшафот? Номер Пять, да и Номер Икс так яростно сопротивляются тому, что им предначертано рукой Комиссии. Но смысл? Апокалипсис случился, легендарный промах Куратора в шортах пропал без вести, а Икс со дня на день должна оказаться в рядах агентов. Может, это всего лишь трепыхания рыбы, выпрыгнувшей на берег из-за упрямого нежелания плыть по течению, которые закончатся самым плачевным образом?       Или же это не та рыбёшка, которой суждено задохнуться, а та, что положит начало новой главе в судьбе мира благодаря тому, что выползла на берег? Теодор не знал, чему довериться — привычке и страху, которые как идеальные вышколенные солдаты твердили о регламенте, или сердцу, которое тихо, чтобы не заметил разум, хотело надеяться на другую, совсем другую жизнь. Жизнь, в которой он больше не киллер Теодор, которого считают за расходник и которого можно подложить под кого-то, как проститутку. В которой он... Нет, нельзя вспоминать жизнь до Комиссии.       В последний раз взглянув в серое, потяжелевшее небо, из которого вот-вот норовили полететь колючие ледяные капли, Тео бросил сигарету в мусорку, снял пальто и через высокие двери нырнул в глубины машины, управляющей временем и пространством. Машины, в которой он лишь мелкий винтик.

***

      — Всё, я пошёл!       — Давай.       Схватив камеру и сумку с ночным перекусом, Сэм потрепал Шерлока по мохнатой голове, даже расщедрившись на поцелуй в холодный нос, и, коротко приобняв Астрид, вылетел из квартиры.       — Спокойной ночи!       — Очень смешно!       Очередной заказ, требующий неустанной ночной слежки. И почему люди так много изменяют друг другу? Хотя грех жаловаться, всё же эти измены составляют большую часть заработка Сэма.       Астрид убирала со стола после быстрого ужина, когда зазвонил телефон. Ну, если это к детективу, то придётся вновь поработать секретаршей и записать человека на приём. Бог знает, сколько клиентов упустил Уокер только из-за того, что ему звонили в момент, пока его нет дома. Сняв трубку, девушка самым доброжелательным тоном начала диалог:       — Слушаю.       — "Детектив Уокер дома?" — с улыбкой сладким глубоким голосом, который показался Астрид знакомым, спросила женщина на другом конце провода.       — К сожалению нет, мэм. Он буквально только что ушёл. Я могу записать вас к нему на консультацию в удобное вам время.       — "Нет, не нужно, Мисс Харгривз, — всё с той же улыбкой ответила женщина, — Ведь я хотела поговорить именно с вами."       — Ч-что? — чуть не выронив трубку, переспросила Астрид.       Как бы девушке хотелось, чтобы она ослышалась, чтобы ей показалось.       — Здравствуй, Номер Икс.       Она уже знала, кого увидит, если повернётся на голос за спиной. Она уже поняла, что время пришло. Время встречи с главным злодеем.