Адская комедия Данте.

Я хочу терзаться, хочу постоянных перемен, мне кажется, в перемене мое спасение, и еще мне кажется, что такие небольшие перемены, которые другие совершают как бы в полусне, я же с напряжением всех сил разума, смогут подготовить меня к перемене большой, в которой я, по-видимому, нуждаюсь. Франц Кафка. Дневники.

Абиссо. Подземка.

Надо жизнь сначала переделать, переделав — можно воспевать. В. В. Маяковский. Сергею Есенину.

Зелотэс мерил неровными шагами до омерзения чистый пол. Сидящие в небольшой, но светлой комнатушке молчали уже тринадцатую минуту: Дима уютно расположился на старом диванчике у стены с кружкой свежего, горячего чая; Имир и Пайтонис, облокотившись на старый покосившейся шкаф, «играли в гляделки»; пожилая женщина, хозяйка помещения, с красивыми, сочно-зелеными глазами, трогательно взирала на обнимающихся Елену и высокого голубоглазого блондина, откровенно смахивающего на фрица. - Может, хватит, нэ? – резко подскакивая к молодым людям, скрипнул Зел. - Они столько пережили, пусть порадуются, - тихим ласковым голосом проговорила женщина в летах. - Боги! Да мы все тут СТОЛЬКО пережили, давайте теперь все обнимемся! Ну-ка! Данте, подымайся! Иди, облапай меня пару раз! Ну? Что сидишь? Иди жмакаться будем, мы же столько пережили! Тут каждый второй… Да какой второй? Тут каждый, если смог пережить, столько пережил, что можно целый трехтомник написать! Данте! Ты меня будешь тискать или нет? Что глазами хлопаешь, как пятилетка перед первым минетом, м? – грозно нависая над бывшим журналистом, замахал руками рыжий. - Ну вот, понесло кобылу в щавель… - поучительно изрек старую поговорку Дима. - Когда на площади прогремел взрыв, я думал, они тебя ко всем чертям подорвали… Я… Мне было тяжело, в ту минуту. Что у вас там случилось? Почему центр? Почему не сцена? Потом началась суматоха, я попытался увести отряд от вас, а мне потом передали, что ты и ещё пару твоих людей скрылись в метро, я тогда решил, что дела совсем плохи, раз ты пошла на такие… крайние меры… - продолжая держать девушку за руки, как-то «неуклюже-правильно» начал блондин. - Я бы в жизни сюда не полезла, но… Если честно, я бы никогда не узнала об этом чудном месте, точнее о том, что оно действительно существует. Слишком большой риск, мы чуть не погибли, но это того стоило, - ласково улыбнулась девушка. - А я так смотрю, у нашего-то Великого дела идут не так уж и хорошо. Подданные его ненавидят, его приближенные – предатели… - усаживаясь на подлокотник дивана, ощерился рыжий. - Они его, может, и ненавидят, но никогда не пойдут против него. Страх – самая сильная и самая крепкая узда, которая когда-либо существовала у власти. Тем более, его смерть ничего не решит, на его место придут другие, и нет гарантии, что их правление принесет Абиссо какие-то положительные изменения. Может стать и хуже, - вдруг подал голос Пайтонис. - В моей группе не так много людей. Остальная часть беспрекословно подчиняется Рэджену. Если он прикажет – они, не задумываясь, растерзают меня на части! – оборачиваясь к желтоглазому пареньку, раздраженно изрек блондин. - Хех, Юголо, так? Я смотрю, эта девка неплохо тебя натаскала в лексиконе интеллигентов… - едко оскалился Зелотэс. - Закрой пасть, гнида, - рявкнул разгневанный Актавиан. - Ах-ах, не-е-е, белобрысик, я заткну её лишь в том случае, если мне её зашьют! - Неси нитку и иголку, я исполню твое пожелание… - Заткнитесь оба! У нас, наконец, появилась возможность все исправить! Позволить людям жить спокойной жизнью, а вы орете друг на друга, как местные забулдыги! – встав между разошедшимися парнями, прикрикнула Лена. - Обожаю, когда ты такая, - сверкая небесными зеркальцами, наклонился ближе к девушке блондин. - Тави, не сейчас, - сердито буркнула девица. - Вы еще не поняли? Мы не сможем ничего исправить. Это не в наших силах, не в нашей компетенции! Единственное, что мы можем, это ждать! Ждать и помогать тем, кто нуждается. Ни к чему тонуть всем, нужно спасти тех, кто умеет плавать, - приближаясь к молодым людям, строго проговорил Пайтонис. - Он прав, не стоит лезть в дерьмо, можно самому запачкаться и потом так и не оттереться, - поддержал своего приятеля Имир. - Можно силой захватить власть! Также, как и он! Держать все под контролем! Запретить кровопролитие, разврат! Карать за это! – надвигаясь на темноволосого юношу, напористо начал Юголо. - Запретить? Карать? И чем же вы тогда лучше? И когда это вы успели встать на сторону «добра»? Откуда такое рвение? – тихо проговорил Дима. - А это его твоя сучка, небось, совратила! Понарассказывала ему всяких баек о светлом будущем и счастье, да? Или ты сам хочешь сесть на трон, м? – саркастично заметил Зел, сверля предводителя Падальщиков янтарными зеркальцами. - Не смей так отзываться о ней, ты, рыжая ублюдина! Мне не к чему власть, я… - Что, решили поиграть в войнушку? Казаков и разбойников, да, господин Падальщик? Так знайте, в этой войне не будет победителей! Большая часть подохнет ещё у ворот, а те, кто выживут, будут распяты на стенах палатиума! Надо действовать без шума, без ваших бомб, дорогая моя Елена, и провокаций. Надо пробраться, тихо, ночью, к нему в спальню и перерезать глотку, а на утро поставить весь мир на колени перед фактом, что власть сменилась. Вот и вся стратегия! Но при этом не стоит кричать о морали, правосудии и таких лживых словах как равноправие и счастье. Надо просто все поменять без спросу и разрешения, а тех, кто против – да в топку их… Медленно, но верно Абиссо будет меняться, те кто захотят жить – выживут, остальных же поглотит их собственная чума! – как-то страшно и дико прошептал Зелотэс. - Ты безумец… - одними губами проговорила повстанка. - Он прав, - решила высказаться пожилая женщина, которая все это время предпочитала отмалчиваться. Теперь она уже не выглядела такой спокойной и добродушной - женщина нахмурилась и решительно продолжила: - Есть только два варианта. Первый – надо очистить метро от Кротов и предложить безопасный дом всем желающим, со временем Абиссо само поглотит себя. Но это произойдет очень нескоро, мы уже не доживем до этих дней. Или второй – без войн, как сказал рыжий, прикончить Рэджена и посадить на трон своего человека. Так, медленно и постепенно, он будет менять порядок наверху, пока мы будем помогать нуждающимся внизу. Надо собрать армию, защищать людей, установить порядок. - Мама, эти люди, им все равно, кто сидит на троне, им все равно, кого боятся! Они просто любят убивать и мучить! Они просто аморальные уроды! Их не исправить! – подошел ближе к пожилой даме Пайтонис. - Все поддается исправлению, абсолютно все можно изменить. Уж я-то знаю. Главный вопрос – как именно… Спор так и не был решен в тот вечер, каждый тянул край обглоданного и проеденного молью одеяла на себя. Все прекрасно понимали, что надо действовать, и на счету каждая, пролетающая сквозь костлявые, иссохшие пальцы минута, но стратегия не складывалась, планы отвергались и рушились один за одним, идеи сгорали - казалось само обстоятельство, сама система, сам Ад, Абиссо были против «лучших» перемен. Гниль так просто не сдавалась. Она проела восприятие каждого, кто здесь обитал и даже тех, кого волей нелегкой судьбы сюда забросило. Она не давала здраво мыслить, беспристрастно возводить логическую цепочку. Все рассыпалось, как старая деревянная труха, коя раньше была крепким фундаментом добротного дома. Так, проклиная друг друга и сложившиеся обстоятельства, собравшиеся разошлись по разным углам, скрылись в разных норах. - Знаешь Дант, это бесполезно, - вдруг вновь начал рыжий, когда они с журналистом дошли до места их ночлега и недавнего приюта. - Почему же? – измотанно выдохнул Дмитрий, которого сегодняшние споры успели выбить из спокойного и в меру умиротворенного состояния аж четыре раза. - Потому что все эти ребятки и твоя Лена с её прынцем – люди! Как это у вас говорится… демократы. Их интересуют простые смертные, права, законы… Здесь, в Абиссо, другие правила и пора бы их уже выучить, но они упорно продолжают играть в справедливость и гуманизм. Понимаешь, здесь власть захватить может только подонок, а помогать ему должны аморальные свиньи! Тогда это мероприятие, возможно, слушай внимательно, ВОЗ-МО-ЖНО, пройдет успешно. Храбрых убивают, выживают трусы! Здесь никому не нужны герои, этому миру нужен ублюдок с кинжалом в руке и атомная бомба под боком, чтобы не мучиться, - усаживаясь на выгнутую трубу, которая служила заборчиком для псевдо-клумбы, рассудительно изрек Зелотэс. Дима сел рядом и тяжело вздохнул, складывалось ощущение, Зелотэс был абсолютно прав, и это до чертиков пугало. Оставалось два варианта: сохранять как можно дольше подземный мир и переправлять нормальных граждан в подземку, или подорвать наверху все к едрене фене, а потом на горах из трупов и кучках костях выстроить новый, чистый город. Но так не хотелось этого, желание все устаканить мирно, почти без крови, так грело душу… - Вот если бы не эта сучка, что продырявила мне плечо, я бы уже был полноправным правителем… - нервно дергая заостренным носом, буркнул рыжий. - И чтобы ты сделал первым делом? – слабо улыбнулся Данте. - Обожрал бы императорский склад со жрачкой, а потом бы улегся на мягкую, скорее всего, громадную постель, - блаженно прикрыл желтые глаза плут. - Что еще для счастья надо, да? – риторически изрек Дмитрий, потирая уставшие виски. - Я не мечтаю зря, как вы. Эта убогая жизнь научила меня выбирать из того, что имеется. К чему мне все эти байки про светлое будущее, которое я не смогу увидеть? - Возможно… Это смогут увидеть твои… дети? - Дети? Данте! Ах-ха-х, да ты рехнулся! Какие к черту дети? Я не сегодня, завтра буду зарезан где-то в подворотне! На кой черт мне дети? Чтобы они, как я, остались совсем одни на этой помойке жизни? Мечтали о быстрой смерти или о куске заплесневелого хлеба? - Возможно, поэтому и стоит попытаться хоть что-то изменить, чтобы таких детей больше не было, чтобы у них появился выбор, возможность вырасти и не голодать? – философски изрек Дима и медленно направился ко входу в «дом». - Это ты специально, да? Пытаешься задеть меня, да? Так напрасно! Мне срать на детей, на чужие проблемы и горе! – дергая Дмитрия за плечо, злобно прошипел Зел. - Так раз тебе все равно, так что ты завелся? Чего злишься, раз считаешь, что ты прав, твое суждение единственное верное, и все, что ты делаешь, это на твоей… хм… совести? – усмехнулся журналист, глядя на взбешенного приятеля. - Да пошел ты, утырок, - не желая давать объяснений, грубо толкнул Диму Зелотэс и первым зашел в помещение. - Все твои дружки погибнут, а затем Рэджен уничтожит и оставшихся «мирных» в этой дыре… А знаешь, почему? Потому, что он не глупец, и первым делом поймает кого-то из выживших. Потом будет пытать… Таким образом узнает «очаг бунта» и пошлет сюда свои отряды. Они быстро разберутся с этими праведниками, которые никогда не использовали топор или нож по назначению, тому самому, для которого эти предметы и были созданы! – будто в отместку, язвительно произнес рыжеволосый парень. - Так ты считаешь, что это бесполезно? – прикрывая за собой дверь, спокойно проговорил Данте. - Да! Наконец и ты это понял! Да! Да! И еще раз, да! Посмотри на них! Они и двух шагов не сделают! Я и мои насквозь пропитанные алкоголем приятели и то справимся с этим лучше! – не глядя, плюхаясь на диван, оскалился Зелотэс. - Точно! Зел! – вдруг, будто током ударило Дмитрия. - Чевой? – непонимающе скривился желтоглазый. - Твои ребята! Не надо искать героев, надо позволить «падшим» вершить судьбу. - Тебе что, дурно? Совсем припекло головку? - Зел, подумай сам. Ты прав, такие как Пайтонис не способны исправить положение «снизу» - восстания, бунты, саботажи, диверсии и прочее-прочее бесполезны! Нужны уже «пропитанные» этой мерзкой жизнью люди! Если им назначить цену, они будут ради неё по головам идти, лишь бы получить желаемое. А что надо жителям Абиссо? Еда, выпивка и место, где можно «бросить кости»! Все на самом деле проще, чем кажется! – радостно развел руками брюнет. - А ты, не такой уж паинька я смотрю. Мне это нравится! Настраивает на нужную волну! Кажется, я даже на секунду тебе по-ве-рил, - довольно щерясь, пропел рыжий. - Я журналист, - повел плечами Дима. - Но ты уверен, что за твоей «приманкой» пойдут? Они не такие наивные, как эти «светлячки». С чего ты взял, что я соглашусь? Буду тебе помогать? - Я тебе жизнь спас… - Мне плевать. - Неужели ты не хочешь убить того, кто угнетал тебя всю жизнь? - Лично меня он не угнетал. Он меня просто… Раздражает. - Не коси под идиота, Зел, ты пытался его убить, хотел перемен, значит ты умнее, чем кажешься, значит, ты понимаешь всю суть проблемы… - Но я не собираюсь подыхать из-за этого… И что ты предложишь ребятам, м? Веру в добро? - Я им предложу пищу из запасов императора, его дворец и власть. А дальше уж, по ходу разберемся. - Ну а я? - А ты получишь, что хотел. - Твою душу? – наигранно зловеще прошептал анархист. - Нет. Место наверху пищевой цепочки. - Неплохо, неплохо… Давай так, - проговорил Зелотэс поднимаясь. – У меня есть монетка. Выпадет решка – я даю тебе коленом в поддых и ты забываешь об этой затеи… - Зачем в поддых то? - Для профилактики. Так вот, а если орел – то я помогу тебе уболтать своих, м? - Так просто? Все решит монетка? Случай? - Всегда все решает случай! Запомни это! Случай, случайность, обстоятельства – именно они и никто другой! Сила рока, мой друг. Ну, по рукам? – приобнимая Дмитрия за шею, подмигнул Зел. - Ладно… Раз так… Хорошо, будь, что будет! – кивнул Данте. - И так… - выуживая из кармана штанов потертую бронзовую бляшку, скомандовал черт. – Давай Эбису*, крути! Монетка была резко подкинута в воздух, у Димы противно ёкнуло сердце, Зел хищно облизнул пересохшие губы. Дима хотел поймать её до того, как она со звоном шмякнется на пол, но Зелотэс не позволил, ухватившись цепкими пальцами за Димины ладони: - Нет-нет, в этом вся соль… Железка брякнула и покатилась, описала небольшой круг и шмыгнула под старое кресло. - Ну и что ты наделал? – сердито выдохнул брюнет. - Я позволил судьбе решить все самой, - отцепляясь от чужих рук, проговорил рыжий. Он прошел к креслу и присев начал шарить под ним: - Я её не буду поднимать, я её протащу так, чтобы она больше не переворачивалась, чтобы точно знать. - Хорошо. Зел аккуратно подтащил монетку и поднял ладонь. - Что там? – пытаясь приглядеться, поинтересовался журналист. Зел помолчал с секунду, а потом едко засмеялся: - Знаешь, Дим, ты везунчик! Кажется, мы все же сдвинем этот несчастный камень преткновения! - Орел? – не поверил широкоплечий парень. - Орел, орел. Не получишь ты сегодня по почкам от меня. Ну, ничего, ещё выдастся возможность, - хихикнул рыжий. - Даже не верится. - Сегодня боги на твоей стороне. Пошли, изложим твой план этим чертовым «философам», - подталкивая Диму к выходу, иронично изрек мошенник. Данте радостно улыбнулся и шутливо подмигнул своему собственному Мефистофелю. То, что Зелотэс его бессовестно обманул, и на самом деле монетка предательски показала решку, ему можно было и не знать. Как считал Зелотэс – знания вообще были очень коварной и опасной штукой. *Эбису — один из семи богов удачи, бог рыбалки и труда, а также хранитель здоровья маленьких детей.