Ты считаешь, крылья не снимаются?

*хлоп* Улькиорра вошёл в свой номер и доплёлся до дивана. Ему не было плохо, ему было совсем чуть-чуть стыдно. Ну, сравнимо с тем, как годовалому ребёнку чуть-чуть стыдно, когда он разбивает чашку. То есть, никак. Так… я уложил Мацумото-сан на диван. Пледом накрыл? Накрыл. Записку с извинениями? Оставил. Забыл что-то? Нет. Что?! Уже половина первого?!! [Ulquiorra] Электронные часы на кухонной полке выжигали зелёным светом острые цифры в темноте. Улькиорра медленно поднялся с дивана и побрёл к себе в комнату. Но тут, как ни кстати, из ванной на втором этаже, в облаке пара (слава богу), появился Абарай. – О! Вернулся! – А ты ожидал чего-то другого? – Да нет, я… – Ренджи, успевший поравняться с Шиффером на лестнице, вдохнул. – Охохо! Ну и аромат! Ты где алкоголь-то достать успел?! Да ещё и напиться так, что мама не горюй?! – Неважно, – коротко отрезал Шиффер, поднявшись на пару ступеней вверх. – Спокойной ночи. – Невяжьно… спакойной ночи... – попытался сымитировать голос своего соседа Ренджи, когда Улькиорра скрылся в своей комнате. – Это был наверняка дорогущий саке, раз от тебя пахнет сразу и виноградом, и яблоками, и бананами. На следующий день от Мацумото-сан пришёл «посыльный» – её секретарь. И оставил Шифферу маленький свёрток. Развернув его, Улькиорра обнаружил… да-да! Повязку на руку, на которой чёрным по красному написано: СТАРОСТА. – Да ну?! – не поверил Абарай, выпучив глаза на этот предмет власти. – Не верю! – Ну не верь, – довольный Улькиорра аккуратно положил повязку на полку у входной двери. А затем сел за кухонный стол и начал что-то рисовать. За этим занятием он провёл около получаса, потом опять куда-то ушёл. Ренджи, дочитав свою фантастику, со скуки решил зайти к Ичиго и Хичиго, но те делали домашнее задание по математическому анализу, поэтому наш Ананас оттуда по-быстрому съ*бался. Вернувшись в номер, он узрел Улькиорру, как ни в чём не бывало нямающего кексы. – Где был? – поинтересовался сосед. – Налаживал контакты с верховной властью, – улыбнулся Шиффер. – Оказывается, люди не такие уж и сложные создания. Нужно просто найти к каждому свой подход и тогда, когда твоей цели покажется, что она особенная, ты получишь абсолютно всё, что тебе нужно. – Ох… – Абарай шлёпнул себя по лбу. – Честное слово, Шиффер, какого лешего ты забыл на Юридическом?!! Тебе в психологи надо! Лечить богатенькую и состоятельную власть от всяких стрессов!... Человека я тут забыл, который меня полюбить должен. Ну и архангела, которого надо на место поставить. [Ulquiorra] А внешне Улькиорра только доел очередной кекс. *возвращаемся в понедельник, когда весь класс оказался обескуражен* – Как это, староста факультета???!!! – Для самого это недавно стало новостью, – Мадараме-сан почесал лысую макушку. – Так вот, – продолжил Улькиорра. – Согласовав несколько пунктов с деканатом, я пришёл к выводу, что наш класс не организован для работы. Психологически – особенно. На лицах студентов отразилось недоумение. – Поясняю: месторасположение некоторых личностей (не будем тыкать пальцем) плохо влияет на настрой всей группы учиться. И для того, что бы решить эту проблему, я получил разрешение у наших учителей на принудительную пересадку. – Что?! – гром разразился в аудитории. – Осуждению не подлежит, – отрезал Улькиорра. Прошу всех встать со своих мест и подойти ко мне, что бы взять «Схему Постоянного Местоположения» на весь учебный год. Что в результате вышло? Ну, с боем, но все были рассажены по схеме Улькиорры. Ренджи оказался на первом ряду, между черноволосой девочкой по имени Рукия и очкариком Урю. Хичиго же, наоборот, сдвинулся на самый задний ряд, и к нему была подсажена рыжеволосая заучка Орихимэ, постоянно едящая что-то несуразно несъедобное. Ичиго оказался на втором ряду, а по соседству (ну вот совсем под боком) устроился наш хитрый демон. Положение остальных студентов Улькиорру как-то не волновало, поэтому их он рассадил абы как. Мадараме, не врубаясь, чем новая рассадка ребят поможет их толстокожему мозгу настроиться на учёбу, начал новую тему по праву. Не, ну, Шиффер не был настолько идиотом, что бы, пообещав улучшение работоспособности класса, её не обеспечить. В какой-то степени, «разговорчики в строю» прекратились, потому что, по большей части, все сидели со своими «неприятелями». Но и это было в какой-то мере хорошо. Сплочённость класса и т.д. и т.п. Абарай вроде сдружился с Кучики и даже проникся вышивательским духом Исиды,… чего совершенно нельзя было сказать о Хичиго, перемены которого теперь состояли из сплошных отказов желе и селёдке Иноэ. А Шиффер смотрел на всё происходящее и радовался в обществе Ичиго. А что? Здесь кто угодно будет смеяться. В общем, налаживание контактов шло полным ходом. Широсаки и Улькиорра постоянно собачились в столовой (и не только из-за места рядом с Ичиго, вообще по любому поводу). А вечером все расходились по своим комнатам. В такие моменты Улькеорре очень не хотелось, что бы он был старостой, так как к вечеру скапливалась кипа бумаг, которые надо обязательно привести в нужный вид. – Что я делаю?! Я профессиональный мучитель душ, я не предназначен для работы с канцелярскими предметами! Приборы для пыток – пожалуйста, но ЭТО?! Сколько ещё раз моему мозгу придётся переносить эту лоботомию… – причитал обычно Улькиорра, впечатавшись лицом в оставшиеся три бумажки на кухонном столе, где-то… часа в два ночи. Как ни странно, Ренджи, разбуженный таким жалостливым голосом, утаскивал полусонного или полумёртвого Шиффера в его комнату. Вознося просьбы, что бы этого не повторялось (ага, ЩА). Не знаю, дотаскивал ли он его до кровати, но совершенно точно – утром Улькиорра, пока наводил порядок с лицом, успевал доработать несчастные три бумажки. Случилось так, что кипа бумаг, объёмом чуть больше, чем обычно, приплыла в сто тринадцатый номер, не известив об этом владельцев. Поэтому, вернувшись с лекции о человеческой психике, Улькиорра был, мягко говоря, в ах*е. Но, взяв себя в руки, уселся на очередные 2 часа (как он думал). А на втором этаже Хичиго смотрел на Ичиго, который совсем недавно вышел из ванны. В одном полотенце. Надо добавить, что когда Улькиорра «обошёл» Широсаки в общении с Чистой душой на уроках и переменах, он постоянно думал, в чём сам может «обойти» противника. Но в голову ничего дельного как-то не шло. А теперь, когда Хичиго увидел Куросаки в таком привлекательном виде, в голову вползло одно единственное слово, которое вытеснило из черепной коробки абсолютно всё. Хочу [Hichigo] Совесть, конечно, попыталась вставить свои пять копеек, типа: «Не опускайся до уровня демона»,… но кому, какая разница? В любви, как на войне, а на войне все средства хороши. Ичиго стоял около раскрытого платяного шкафа, выбирая футболку, как вдруг почувствовал, как его сзади обняли. Одной рукой Хичиго провёл по животу Куросаки, другой – по всей грудной клетке, остановившись на ближайшем плече. Проведя языком по шее Ичиго, Широсаки укусил того за затылок. – Стой! Хичиго!! – запаниковал Ичиго. – Что ты творишь?! – Стою… уже… – с замогильным придыханием ответил Широсаки, ни на секунду не собираясь прекращать ласк (если вы… понимаете, о чём я). Ичиго попытался высвободиться из хватки Широсаки, но ещё более усугубил свою ситуацию. Полотенце решило, что хочет высохнуть, поэтому медленно сползло с бёдер Ичиго на пол. Теперь двух парней разделяли две жалкие тряпки. Джинсовая и хлопковая. И обе принадлежали Широсаки, который, кстати, уже успел поставить засос, и не собирался останавливаться. В голове у Ичиго всё смешалось. Какие-то фразы, мысли, в глазах вся мебель крутилась в вальсе вместе со звёздочками… – Это не правильно! – наконец вскричал Рыжик, ударяя кулаком в живот Хичиго. Тот сделал шаг назад и смерил «обидчика» недовольным взглядом, а потом рывком прижал Ичиго к шкафу, больно впечатав того в полки. – Аймм… – поцелуй не дал Рыжику возразить. Отчаянно пытаясь освободить свои губы и язык ото рта Широсаки, Ичиго понял, что ему вскоре придётся спасать не только верхнюю часть своего тела, потому что руки Хичиго уже мягко сползали по торсу подростка вниз. Последнее усилие. Немного свободного места. Загнанный в угол (шкаф) Ичиго, пытаясь совладать с дрожащим телом, отбросил от себя Хичиго, а затем, схватив первое, что попалось под руку из одежды, бросился к входной двери, по пути натягивая то, что удалось схватить. Насилу поняв, в какую сторону поворачивать ключ, Ичиго открыл дверь и оказался в коридоре. Оглянувшись, Рыжик увидел, что Хичиго намеревается его вернуть обратно в комнату, поэтому не придумал ничего умнее, как захлопнуть дверь и запереть архангела в собственном номере. Твою сырокопчёную… Кха… Господи, за что? Куда теперь? К кому? Что сказать? Что делать с ЭТИМ?! Бл*. Ксо. Ксо-ксо-ксо!!! *мозговая пауза безысходности* Наверное, стоит попроситься переночевать у Ренджи. У других просто места не будет. А Абарай – единственный друг, у кого двухэтажный номер… Ладно, надеюсь, он меня не выпихнет… хотя, в три ночи-то?... [Ichigo] Куросаки тихонько спустился на первый этаж и прошёл в конец коридора. Темно. Дойдя до знакомой двери, Ичиго протянул руку, что бы «прочитать» ею номер, на всякий случай. Единица. Единица. Три. Всё верно. Глубоко вздохнув, Ичиго робко постучал. И очень удивился, когда через три секунды увидел на пороге Улькиорру. На нём были белые штаны и халат, который закрывал лишь руки, позволяя любоваться прекрасным торсом, идеально-гладкой грудью и красивым изгибом шеи. Улькиорра же, в свою очередь, смотрел на Ичиго, который был одет в спортивные штаны а-ля «Adidas» и в помятую чёрную рубашку, которую даже не потрудился застегнуть. Оба – босые. – Что случилось, Куросаки-кун?