Ты считаешь, крылья не снимаются?

– Эмм... ты здесь живёшь? – после неудобной паузы, наконец, выдавил из себя Ичиго. – Да, с Ренджи,… а что? – Улькиорра пожал плечами. – Нет, ничего, забудь… – Ичиго уже развернулся, что бы уйти, Дурак! Как ты мог забыть, что к Ренджи уже кого-то подселили?!! [Ichigo] как вдруг почувствовал, что его схватили за руку. Он обернулся. – Улькиорра? – Что случилось, Куросаки-кун? – уже прошептал Шиффер. – Я… э… – Ичиго не мог найти подходящих слов. – У меня проблема, в общем… – Какая? – Улькиорра продолжал сжимать руку Куросаки. – Понимаешь ли, Хичиго… – С ним что-то случилось? – в голосе Шиффера промелькнули нотки демонической надежды. – Это он со мною случился, – выдохнул Ичиго. *пауза* – Бл*дь, – ругнулся Улькиорра и втащил ничего не понимающего Ичиго в номер. – Что? Что ты делаешь? – Ночуй здесь, – приказал Шиффер, включая дополнительный светильник (ведь до этого он сидел за кухонным столом, обрабатывая бумаги). – На диване. – С-спасибо, – Ичиго сел. Улькиорра как-то странно посмотрел на него. Потом медленно развернулся и открыл кухонный шкаф. Достал оттуда какой-то коричневый пакет и отправил две чайных ложки содержимого в ближайшую чашку. Рыжик наблюдал, как Шиффер достал из маленького холодильника пакет молока и налил ровно две трети стакана, который, затем, отправился в микроволновую печь. Через несколько секунд горячее молоко выливалось в кружку под звуки цокающей ложечки. – Держи, – Улькиорра протянул Ичиго дымящийся напиток. Ичиго вдохнул аромат и удивлённо спросил: – Какао? – Да. Выпей, – прозвучал новый «приказ», но как-то по-мягкому. Ичиго не понимал, чем руководствовался Улькиорра, приготавливая ему какао, но точно осознавал, что, ввиду своего состояния, совершенно не против выпить что-то горячее. Да… Улькиорра у нас оказался тонким психологом. Под зюпанье Рыжика (какао-то, горячее) Улькиорра уселся обратно за кухонный стол, на котором лежали две стопки бумаг. Одна – чуть меньше другой и это было то самое, что надо было доделать. Сбоку от Шиффера послышался звук отодвигающегося стула – рядом сел Куросаки. – Дела студ. Совета? – поинтересовался Ичиго, глотнув коричневой жидкости. – Ага… – устало протянул Шиффер. – Хочешь, помогу? – улыбнулся Рыжик. – Тебе бы поспать надо! У тебя форс-мажор ведь, – деликатно напомнив, погрыз кончик ручки Улькиорра. – Не засну я, – заявил Куросаки. – Не сегодня. А так – отвлекусь хоть… – часть бумаг переползла в руки Ичиго. – Тебе, кстати, что ни будь горячее, тоже не помешает. Улькиорра удивлённо посмотрел на гостя. Затем очень аккуратно взял со стола чашку и отпил немного какао. Вот так ночь и просидели. Меняясь. Один с бумагами работает, другой какао пьёт. Бывали моменты, когда Ичиго что-то не понимал, тогда Улькиорре приходилось ему объяснять, и работа делалась сразу обоими. Сколько чашек какао они выпили – не знаю. Много. В половину седьмого начало светать, а ребята как раз закончили. Уставшие, они уселись на диван, завернувшись в зелёные пледы. Вышедший из своей комнаты, в восемь часов, Ренджи лицезрел весьма милую картину: Куросаки дремал на плече Улькиорры, который, в свою очередь, дремал на голове Куросаки. *чпок* По лбу каждого прилетел щелбан. Оба очень смешно, проснувшись, схватились за головы, смотря то на своего соседа по дивану, то на Ананаса, который дико засмеялся. – Ренджи… мусор… – сонно промямлил Улькиорра, откидывая голову назад. – Хахах! Но вы такие уморы! – продолжал хохотать Абарай. – Не смешно, – подал голос Ичиго из-под пледа. – Ну а ты-то тут, какими судьбами, Куросаки? – смахнув слезинки, поинтересовался Абарай. – Его Хичиго из комнаты выгнал, – ответил за Ичиго Улькиорра. Ой-ё, а ведь я его закрыл… [Ichigo] – Ребят, спасибо, конечно, что приютили, но думаю, пора мне возвращаться… – Провожу, – констатировал Улькиорра. – Да не обязательно, вовсе… – Провожу! Второй раз Ичиго возразить Улькеорре не решился. В конце концов, мне будет спокойнее, если кто-то будет рядом, что бы Хичиго ничего опять не учудил… [Ichigo] Поднявшись на второй этаж в тапках Ренджи, Ичиго, подойдя к двери своей комнаты, прислушался. Ничего. – Наверное, спит ещё… – прошептал Рыжик, вставляя ключ в замочную скважину. – И вовсе нет… – подошедший сзади Улькиорра повернул ключ... В следующий момент всё произошло очень быстро. Обиженный на весь белый свет, Хичиго пинком ноги открыл дверь, которую теперь не сдерживало ничего вроде железных затворок. Мало того, он ещё успел нанести удар кулаком. Улькиорра, схватив Ичиго одной рукой за плечи, отскочил назад, впечатавшись в стену, но смягчив собой столкновение для Куросаки. Удар Хичиго пришёлся как раз в выставленную вперёд ладонь Шиффера. – Улькиорра-кун?!... – обеспокоенно прошептал Куросаки, вцепившись в держащую его руку. – Это так говорят «С добрым утром», правильные существа? – Шиффер проигнорировал Ичиго (только ещё больше прижал к себе), обратившись сразу к архангелу. – А ты-то, что здесь забыл, мразь? – прошипел Широсаки. – Да так, лицо одного очень важного мне человека спасаю от удара неуравновешенного кретина, – ровным голосом описал ситуацию Шиффер и в следующую же секунду грубо оттолкнул Широсаки. Да так, что тот снова оказался в двести семнадцатой комнате. Надеюсь, это он про себя любимого,… хотя, надеюсь что… [Ichigo] – Мразь! – вновь зашипел Хичиго. – А разве ангелочки ругаются? – в вопросе Улькиорры прозвучала издёвка. – Может, всё же позволишь Куросаки-куну одеться? А то ведь занятия скоро начнутся… – Улькиорра отпустил плечи Ичиго и направился к лестнице, бросив через плечо: «Ты же не хочешь, что бы по твоей вине ему поставили прогул?» Надавив на жалость архангела, Шиффер скрылся. Хичиго, бросив злой взгляд ему вслед, убежал в ванную и не выходил оттуда, пока не посчитал, что Куросаки уже собрался и ушёл. Так и вышло. Комната оказалась пуста. Хичиго, на самом деле, злился по большей части не на Улькиорру-куна (хотя злился он на него ой как сильно). Он злился на самого себя. На то, как себя повёл. На то, что потерял, возможно, единственный шанс… – Похоже, у моего Кватро всё налаживается… – Гин мягко укусил Тоширо за крыло. – Эй! – ангел отмахнулся от него вторым. – Не зарекайся, ты, демон!! – АРХИдемон, с твоего позволения… – появившись с другой стороны, Гин лизнул Тоширо в щёчку. – Ах, ты!!! – Хицугая выдернул четыре пёрышка из крыла Ичимару и, к своему удивлению, задержал на них взгляд, они ведь так красиво блестели на восходящем солнце, переливаясь тёмным перламутром. – Снежок – плохой ангелок… – закатав губы в трубочку, обиженно пробубнил Гин, потирая пятнышко боли. Но тут же вернул лисью мордашку. – Тебя надо наказать, шалунишка! – Да что тебе неймётся-то всё?! – Тоширо запрыгнул на ограждения-перила крыши университета. – Действительно, почему? – Гин тоже запрыгнул на железки и поцеловал ангельский носик. – Да твою мать!!! – от неожиданности Тоширо навернулся вниз. Гин схватил Хицугаю за талию и вернул на крышу. – Не сбежишь ведь, Снежок… – архидемон, соединив руки Тоширо над его головой, прижал сопротивляющегося ангела к холодной плитке. Наклонился. Тоширо почувствовал, как Гин прикоснулся губами к его шее. Немного защипало. Ичимару резко отстранился, усевшись, как ни в чём не бывало, неподалёку от ошарашенного Хицугаи. – И… и всё? – подрагивающим голосом спросил Тоширо, смотря куда-то в пол и держа себя за горло. – А тебе одного засоса мало, что ли? – заулыбался Гин. – ДЕМОН! – Хицугая, с малиновым лицом, запустил в Ичимару чёрным мороженым пером.