only a little longer

Легкий ветерок коснулся спины Казухи. Входная дверь все это время оставалась открытой, открывая паре вид на все еще продолжающуюся бурю и яркую луну, которая частично показывала свой лик из-за облаков. Мягкое прикосновение заставило блондина поднять голову и посмотреть в голубые глаза, которые все это время прожигали в нем дыры. — Мне так жаль, что я оставил тебя одного, я позволил всему этому случиться с тобой. Если бы… Если бы я остался… Ты не должен винить никого, кроме меня. Бесспорно, оба были готовы взять вину на себя, и ни один из них не был готов отказаться от нее. Казуха подался прикосновению Скарамуша. Было тепло — приятный контраст с холодной кожей на его щеке, все еще влажной от ливня. — Тебе следует немного отдохнуть, — нарушил молчание темноволосый. — Мы будем искать выход из этого завтра, обещаю. И здесь спорить с ним было бесполезно. Предвестник был твердо намерен спасти своего друга, и никакие богатства в мире не могли заставить его передумать. По крайней мере, это означало бы, что они проведут оставшееся время вместе. Казуха не возражал против того, что они будут тратить свое время — пока Скарамуш рядом, он будет доволен. Он лишь кивнул, тогда Скарамуш помог ему встать. Сильные руки поддержали его, и он перенес свой вес на ноги. Хотя Казуху трясло, он сумел встать, но боль в груди все еще не ушла. Его состояние только ухудшалось, и последствия его припадков длились только дольше. Не пройдет много времени, прежде чем они вообще уйдут. Его ноги подкосились. Он не уловил, когда его колени подогнулись, и упал прежде, чем он понял это. Казуха рухнул Скарамушу на грудь, вдыхая приятный запах его одежды. Мягкая щека прижалась к грубой ткани, когда он почувствовал прикосновение к пояснице, удерживающее его. — Прости, — он лишь доставлял неудобства всем вокруг. Если бы он мог ходить и ему не приходилось каждый час выкашливать легкие, жизнь для других была бы намного проще, но теперь все должны были заботиться о нем. Они, вероятно, думали так же, но чувствовали себя обязанными помочь, потому что это было этично. — Не извиняйся. Вот, я помогу тебе добраться до твоей комнаты, — Скарамуш положил руку Казухи себе на плечи, поддерживая его. Тяжесть в ногах самурая постепенно начала уменьшаться, и стоять стало намного легче теперь, когда он делил эту ношу с другом. Они молчали, пока шли в гостевую комнату Банка северного королевства, к которой Казуха вполне привык за день пребывания там. Кровать была намного удобнее, чем на Алькоре, и напомнила ему ту, что была у него дома, до того, как он ушел бродить по миру в одиночку. То, что они хотели сказать друг другу, осталось невысказанным, но каким-то образом было понято. Оба знали, что хотел каждый сказать, но ни один из них не мог найти слов, чтобы произнести их, достаточно было оставаться в объятиях друг друга. Когда они вошли в комнату, Казуха сразу же рухнул на кровать. Он совершенно запыхался, его ноги опасно дрожали на протяжении всего пути. Сердце бешено колотилось, и пульсация, которая была видна на его рубашке, очень явно выдавала, насколько он устал. Он надеялся выглядеть хотя бы немного здоровее перед Скарамушем, но беспокойство в его глазах сказало Казухе, что его план провалился. Он закрыл глаза и сделал глубокие вдохи, чтобы попытаться успокоиться. Обычно это срабатывало, но то давление, через которое он прошел сегодня, так легко не пройдет. Его дыхание громко отдавалось в ушах, но было достаточно тихим, чтобы услышать шелест одежды и то, как открывается дверь. Блондин вскочил из последних сил, схватив своего друга за рукав. Скарамуш в замешательстве обернулся и увидел усталое лицо Казухи. Мешки под глазами стали еще более заметными, чем раньше. — Останься, пожалуйста, — сказал самурай почти неузнаваемым голосом. Глаза Скарамуша расширились, но, не желая спорить со своим другом, он подчинился и сел на кровать рядом с Казухой. По правде говоря, он не хотел проводить ни секунды вдали от своего друга, ведь время, которое они потеряли, было слишком велико, и, оставив его сейчас, он только почувствовал бы себя виноватым. — Хорошо, но тебе нужно поспать, а теперь подвинься, — Скарамуш слегка толкнул Казуху в плечо, давая знак, чтобы тот освободил ему немного места на кровати. Казуха мог только согласиться, отодвинув свое тело в сторону и позволив Скарамушу лечь рядом с ним. Прошли годы с тех пор, как они в последний раз проводили свою ночь вот так, прижавшись друг к другу, чтобы согреться, хотя такое обычно случалось, когда ни одному из них больше негде было спать, но, тем не менее, это все еще вызывало ностальгию. Плечом к плечу они лежали на шелковых простынях. Мягкий звук дождя, стучащего по крыше, был достаточно расслабляющим, чтобы Казуха начал засыпать. Даже если его кошмары вернутся, он знал, что если проснется, Скарамуш будет рядом с ним, так что ему действительно не о чем беспокоиться. Мягкое дыхание сбоку успокоило его разум, и в конце концов он начал засыпать. Прежде чем усталость полностью охватила его и он заснул, он почувствовал нежное прикосновение к своей щеке — ощущение, которое останется на его коже до конца ночи. Прикосновение настолько мягкое, что, если бы он пошевелился, оно могло бы мгновенно исчезнуть. Еще одно прикосновение, но на этот раз ко лбу, и вместо ощущения пальцев это было ощущение потрескавшихся губ. Он почувствовал бабочек в животе, чего не испытывал уже много лет, с той ночи. Он не хотел открывать глаза, слишком боясь, что это чувство станет просто воспоминанием, но не успел он опомниться, как прикосновение к его лбу исчезло, и осталось только ощущение бабочек, которое он будет чувствовать, пока не заснет.

***

Теплый солнечный свет, просачивающийся сквозь занавески, окрасил лицо Скарамуша. Свет ударил ему в глаза, заставив сесть. Теплое тело прижалось к нему, пока они спали, и необходимость отлепить Казуху от своей талии была почти душераздирающей. Все еще одетый со вчерашнего дня, он направился в сторону главного офиса. Хотя он только что проснулся, было уже позднее утро. Чайлд определенно уже проснулся и был готов посмеяться над Скарамушем. Он неохотно открыл дверь, чтобы увидеть, как 11-й из предвестников, сидя за своим столом, просматривает горы бумаг, которые Скарамушу придется разобрать позже, но это может подождать, ведь у него были более важные дела, которыми он должен был заняться. — Чайлд, мне нужно поговорить с Мораксом, — Скарамуш с грохотом распахнул дверь, заставив Чайлда подпрыгнуть на сиденье и пролить чернила, которые были аккуратно положены прямо рядом с его рукой. — Чжун Ли? Зачем? — в глазах Тартальи виднелось замешательство. Он продолжал вытирать чернила со своего стола салфеткой, даже не потрудившись начать спор со своим коллегой-предвестником. — Не твое дело, но я предполагаю, что он не так уж занят сейчас, когда вышел на пенсию, — в комнате воцарилась тишина, когда Чайлд просто уставился на парня перед собой, все еще очень дезориентированный внезапной просьбой. — Или я мог бы просто пойти в ритуальное бюро Ваншэн сам, — добавил Скарамуш в качестве последнего варианта. Он собирался поговорить с Властелином Камня или как он там себя сейчас называл, так или иначе, и Чайлд мог либо помочь ему, либо сделать бизнес бюро намного менее популярным. — Ладно, хорошо, — со вздохом сдался Чайлд. — Тебе не нужно быть таким агрессивным, знаешь. — Так быстрее, — зачем ему тратить свое время на подлизывание к людям, чтобы они думали, что могут использовать его для любых целей, в которых они нуждаются. Лучше было просто покончить с этим как можно быстрее, и кого волновало, был ли используемый метод немного суровым. — Мы все равно собирались пообедать вместе. Не хочешь присоединиться к нам? Казуха тоже может прийти, если ты предпочитаешь устроить двойное свидание, — добавил предвестник с ухмылкой. — Лучше обед, — он не хотел ссориться с Чайлдом, у него не было на это сил. Он предположил, что его товарищ-предвестник был достаточно уступчив, чтобы попытаться быть милым. — Отлично! Встретимся в ресторане Вань Минь в час дня! — ухмылка не сходила с лица Чайлда, когда он махнул Скарамушу. Темная ткань его шляпы почти касалась пола, но не совсем.