Лес кровавой полуночи

      Они двигались через заснеженный лес, набирая обувью снег. Поначалу пытались растапливать его, но вскоре обмерзли руки и пришлось эту затею прекратить. Всех за собой вёл Дмитрий, примерно понимая, где находится граница между четырьмя землями. Он был хмур, а в лицо летел редкий снег, из-за чего оно всё стало мокрым. За ним уверенно шёл бодрый Александр, сосредоточенный на окружении. Дальше, осторожными шагами недавно одолженных ведьмой туфель, хлюпающих по мокрому снегу, шла зверолюдка. Она старалась улавливать все шорохи спереди и сзади, чтобы, в случае чего, успеть защитить своих временных союзников, хоть и чувствовала себя не очень хорошо. Линию замыкала Мария. Безразличная и чуть сердитая, она пыталась развеять наступившую скуку разговорами с Александром. — Ну так что? — Всё равно, как будто я чего-то не понимаю. Может, ты помнишь, что говорил этот Виктор, когда вы с Полиной подошли к нему? — Он не хотел нам подчиняться, говорил, что мирный договор всё равно не останавливает зверолюдов от нападения на них. Также, он представился главой клана «Отложников». — А тут можно и поподробней. Что за «Отложники»? — Да я сам не знаю. — Звучит как ещё одна новая тайна, которую всем лесом придётся разгадывать уже без книг, потому что кто-то не сказал об этом раньше, да, лучник? Александр проспустил мимо себя замечание ведьмы и продолжил размышлять вслух: — У тебя есть предположения, что название значит? — Так ты же всем этим дровяником руководишь, а не я, — удивилась и насторожилась Мария, что было слышно по её интонации. — Ты, кстати, моё раритетное витражное окно вдребадан разбил, как возвращать будешь? — При всём желании, ты можешь подумать сейчас о другом? — Не жалеете еще, что связались с бережливой неприветливой ведьмой? — женщина мерзко усмехнулась, поднимая глаза в небо. — Ладно, разберёмся. Что ожидаешь найти в этом подземелье? — прямо спросил у женщины посерьёзневший Александр. — Ну, точно не остатки своего народа. Скорее всего, от того города союза ничего не осталось. Как-никак, Полина сказала, что книге, которую нашёл маг, лет больше, чем нашим прадедам. Шансы на то, что там сохранилась цивилизация или хотя бы что-то от союза рас — чертовски малы, — разъясняла Мария. — А что за раса была на болотах? — Не читаешь историю? — с насмешкой спросила женщина. — Редко. Что у тебя осталось от народа?       В ответ, она бесшумно отстегнула крошечную синюю серьгу и, подняв над головой, бросила вперед. Быстрая рука бдительного лучника перехватила камешек, не задев зверолюдки и не перелетев Гольма. Рефлексы молодого охотника поражали; точность, с которой он поймал серьгу, немного даже испугала ведьму. Александр принялся разглядывать вещицу. — И что это? — Ну, во времена родителей, места были сапфировые. Почти герб болотный, сапфир вот этот. Но и про это, может, ещё расскажу.       Из-за спины Александра послышалось недовольное «хватит», обращённое обоим переговорщикам. — Ворожея, растопи, будь добра, дорожку. Ещё один разок. Ноги вымокли неимоверно. — Жалко ты, гном, рукавицы мне не основал, — проговорила Мария и, выставив вперед ладонь, заставила исчезнуть десятиметровую дорожку снега перед путниками.       Не успела она пройти и пяти шагов, как увидела на расчищенной полосе чернозёма поблескивающую пластинку, с привязанной к ней синелью. Она присела на корточки и вгляделась в изображение, высеченное на ней. «перевёрнутая Иса» — пронеслось у неё в голове. Замешкавшись и на секунду отстав от остальных, она вопрошающе подозвала их обсудить находку. — Руна это, перевернутая. Означает застой и временную остановку, но, чёрт, я уже не помню все трактовки, если до книг доберёмся, может, поточнее скажу. — А о чём ты думала? — спросила Полина. — О наблюдении за нами.       От фразы Марии, всех бросило в холод. — Наблюдении? — Я считаю, что Виктор вряд ли нас потерял, он, скорее, наблюдает. Глаза мои не видят, душой чувствую — послал за нами кого-то, еще у дома своего почувствовала. — Мария завязала на своей шее шнурок с пластиной и жестом скомандовала гному продолжать ход.       Через пару часов деревья начали встречаться чаще, чем каменистые возвышенности. В проталинах виднелась зелёная низкая трава, клочки шерсти, где-то на снегу яркими бусинами лежали маленькие капли крови. Широкие облака прорезали верхушки сорокометровых кипарисов и сосен, кружащих голову своими запахом и высотой. — Снег редеет, — подметила Полина и вгляделась в алебастровое небо.             Гном, не отпустивший ни одного слова за экскурсию, вдруг остановился и обернулся лицом к существам. — Ну, молодые авантюристы, здесь мы и остановимся. Дальше я вас не поведу.