Нравится то, что видишь, Поттер?

      Пейринг или персонажи: Гарри Поттер/Драко Малфой;       Рейтинг: PG-13;       Жанры и предупреждения: ПостХог, Рождество, AU, ER       Вы никогда не задумывались, какого черта волшебники празднуют Рождество, если это религиозный праздник, а церковь всегда выступала против магии? И, казалось бы, при чем здесь Инквизиция       Криво.       Драко прищурил один глаз, немного наклонил голову, но гирлянде это не помогло — как висела криво, так и продолжила. Он переглянулся с Грейнджер, и та выразительно округлила глаза, умоляя промолчать. Малфой цыкнул, но просьбу выполнил. В этом была доля рациональности: если крякнуть, что гирлянда снова висит неровно, Уизли разорется и вообще откажется украшать дом. А это расстроит Поттера. Расстраивать своего мужчину, особенно под Рождество, Драко не хотел, поэтому отхлебнул немного зеленого чая и вернулся к распутыванию гирлянды из разноцветных лампочек.       Украшать дом к Рождеству вручную было идеей Грейнджер и Поттера, которые уверяли, что в этом есть своя «магия» и так лучше удается прочувствовать дух праздника. И если украшением фасада обычно занимался Рон, превращая дом в яркое мигающее нечто с помощью магии, то внутреннее убранство украшалось непосредственно хозяевами, членами семьи и гостями, заглянувшими «на огонек». В этом году было принято решение встречать Рождество вчетвером: Драко с Гарри и Гермиона с Роном — поэтому они уже второй час возились с гирляндами, шариками и всевозможными рождественскими подвесками и бубенцами. Драко, как самому ответственному, поручили распутывать гирлянду из огоньков и следить за равномерностью украшения гостиной. Так что, пока Грейнджер хлопотала на кухне, он искренне наслаждался предпраздничной суетой, притопывал ногой в такт музыке, льющейся из радио, и с улыбкой наблюдал, как Поттер и Уизли уже пятнадцать минут пытаются прикрепить пятиметровую гирлянду к карнизу. Тот был против, и украшение падало каждый раз, стоило обоим парням слезть со стульев.       — Гарри сказал, ты не празднуешь Рождество, — Гермиона протянула ему тарелку с лимонными кексами, и Малфой благодарно взял один. — Почему?       — В смысле — не празднуешь? — тут же материализовался возле тарелки Рон — вытер ладони о штаны и сгреб своей лапищей угощение. — Вы ж уже третий — третий?.. — год его вместе встречаете.       Малфой кивнул и аккуратно отогнул край бумажной формы от румяного бока кекса. Куснул еще раз и, прожевав, протянул:       — У нас в семье не принято отмечать Рождество. Но мне нравится, каким восторженным Поттер…       — Когда ты уже начнешь называть меня по имени на людях?       — …становится во время праздников, поэтому я наслаждаюсь «торжеством» вместе с ним, — Малфой красноречиво показал пальцами кавычки, проигнорировав возмущение своего парня.       — В смысле — не принято отмечать Рождество? Это какие-то загоны высшего общества? Весь мир празднует Рождество!       Малфой ухмыльнулся и терпеливо выслушал причины, по которым стоит отмечать этот праздник, как он важен для сплочения семьи и в целом — «кто же отказывается от халявных выходных». К этому времени он успел доесть кекс и прислониться спиной к подошедшему сзади Поттеру. Тот сцепил руки в замок у него на животе, и Драко почувствовал блаженное умиротворение.       — Отправь заявку в Министерство: пусть тебя утвердят амбассадором Рождества, — хмыкнул Малфой и с ужасом представил портреты Уизли по всему городу с громогласным: «А ты празднуешь Рождество?!». Бр-р-р-р.       Гермиона задумчиво нахмурилась:       — Это как-то связано с инквизицией? Кажется, я читала что-то подобное. Из-за преследований церкви магическое сообщество на несколько веков открестилось от всего, что бы было связано с религией, в том числе от празднования Рождества. Этот день был посвящен памяти магов, сожженных на кострах или подвергшихся жестоким пыткам.       — Верно, — Драко кивнул.       — Но почему тогда мы снова празднуем Рождество?       — Все просто, Уизли. Любая скорбь со временем стирается, а большой приток магглорожденных приводит к неизбежной трансформации культуры. Выбирая между праздником и днем памяти, большинство предпочтет расслабиться и повеселиться. Осталось слишком мало семей, чьи родственники подверглись гонениям церкви, для остальных отказ от празднования становится драмой ради драмы. Поэтому для большинства это праздник, и лишь некоторые помнят истинную суть вещей.       — У тебя кто-то в семье пострадал из-за инквизиции? — тихо спросил Поттер.       — Моя пра-много-раз-прабабка. Она единственная из Малфоев, на кого пала тень подозрений в те годы. Так что да, Поттер, ее сожгли на костре.       — Ох, мне жаль, — тот виновато ткнулся носом в чужой затылок и взъерошил там волосы, пока Малфой со снисходительной улыбкой смотрел на притихших Грейнджер и Уизли.       — Да ладно. Подружился бы со мной на первом курсе, еще успел бы с ней познакомиться. Заодно бы Францию посмотрел.       — В смысле? — невпопад ошарашенно воскликнули остальные.       — Вы серьезно думаете, что Малфоев можно вот так взять и сжечь? Все-таки моя бабка была первоклассной волшебницей, так что навлечь морок на присутствующих и спастись из пламени ей не составило труда, — он сделал глоток чая и с торжественной улыбкой продолжил: — Потом у нее еще был бурный роман с Фламелем, и они общались на протяжении долгих веков, так что на жизнь она точно не жаловалась.       — Блин, Малфой! Я ведь поверил! — всплеснул руками Уизли и потянулся за третьим по счету кексом, но получил легкий шлепок по пальцам от Гермионы. — Что? Мне нужно заесть стресс.       — Так я и не соврал.       — Но преподнёс все крайне драматично, — на расслабленном выдохе проговорила Грейнджер.       — Нужно же было до вас как-то донести, что это не простая прихоть, — он пожал плечами и высвободился из объятий Поттера. — Но раз уж я здесь, давайте закончим уже с этой треклятой гирляндой, у нас еще две коробки с шариками не распакованы!