4 часть
22 января 2024 г., 00:36
Примечания:
приятного чтения.
Поездка в такси прошла в тяжелом молчании. Каору то и дело поглядывал на сестру, пытаясь угадать, о чем она думает, но лицо Ады было непроницаемым. Она настраивалась на предстоящий «раунд». Девушка знала: если отец Ады — глава мафиозного клана, то сейчас начнется не семейный ужин, а допрос.
Когда машина остановилась у массивных кованых ворот особняка Уэно, Ада почувствовала, как по спине пробежал холодок. Это здание не было похоже на уютный дом Сано. Мрачный камень, безупречно подстриженные кусты, камеры наблюдения на каждом углу и охрана в строгих костюмах, застывшая у входа.
— С возвращением, господин Каору, госпожа Ада, — холодно поклонился один из охранников.
Они прошли через парадные двери в гостиную, залитую тусклым светом люстр. В центре, в глубоком кожаном кресле, сидел мужчина. Его чёрные волосы были тронуты сединой на висках, а взгляд был тяжелым и холодным, как арктический лед. Рядом на диване, сидела мачеха, Риоко. Длинные чёрные волосы, голубые глаза и вызывающее декольте, обрамлённое мехом на плечах. Она устало смотрела перед собой, держа в руке фарфоровую чашку с напитком.
Каору мгновенно напрягся; его взгляд, ставший колючим, прошёлся по присутствующим. Нахмурившись, он собственническим жестом завёл Аду себе за спину. Брюнетка, не желая оставаться в стороне, ухватилась руками за талию брата и осторожно выглянула, изучая «делегацию».
— Десять минут опоздания, — не оборачиваясь, произнес глава клана Уэно.
— Я полагаю, у вас была веская причина заставить меня ждать?
— Уж извините. Наверное, мне стоило вышвырнуть таксиста из-за руля и гнать по городу, лишь бы успеть на лекцию к папочке? — Каору дерзко усмехнулся, глядя отцу прямо в глаза. У того нервно дёрнулся уголок губ.
Отец — Джеро Уэно — медленно поставил стакан с виски на столик. Звук соприкосновения стекла и дерева в гробовой тишине прозвучал как выстрел.
Он поднял взгляд на сына, и Ада почувствовала, как воздух в комнате стал гуще.
— Твой язык когда-нибудь станет причиной твоего падения, Каору, — ровным, лишенным эмоций голосом произнес Джеро.
— Но сегодня я вызвал вас не ради твоих дешевых острот.
Женщина — Риоко — тихо хмыкнула и звонко поставила фарфоровую чашку с напитком на столик.
— Давайте уже перейдём к сути, мне осточертело здесь находиться.
Парень тяжко вздохнул и уже спокойно, вопросительно посмотрел на отца.
— Говори, что хотел, и мы пойдём. Нет желания здесь находиться, — бросил Каору. Ада тем временем смерила Риоко странным взглядом, будто анализируя. Мачеха лишь недоуменно нахмурилась и чуть склонила голову в бок.
Отец медленно снял перчатки.
— С завтрашнего дня ваши тренировки возобновляются. Расписание разнесено по вашим комнатам. Я уезжаю на неопределённый срок, Риоко останется здесь за главную.
Мужчина устало махнул рукой и направился в кабинет на втором этаже. Каору, закатив глаза, потащил Аду в свою комнату.
***
Дверь в комнату Каору закрылась с глухим щелчком. Парень тут же отпустил руку сестры и начал лихорадочно метаться по помещению, сбрасывая парадную ветровку и выуживая из шкафа привычное чёрное худи. Его руки заметно дрожали, а в глазах горел тот самый огонь, который Ада видела у людей, идущих на отчаянный риск. — Ада, слушай меня внимательно, — он замер перед ней, схватив за плечи. — Мне нужно уйти. Сейчас. Девочка спокойно подняла на него взгляд. — Шин? — Шин, — подтвердил Каору, и его голос сорвался. — Он прислал сообщение через закрытый канал. Там... там полный пиздец, Ада. В «Черных Драконах» переворот или облава, я до конца не понял, но он один, и звук на фоне был такой, будто его втаптывают в бетон. Я не могу сидеть здесь и ждать, пока отец закончит свои игры. Он с надеждой и болью посмотрел на сестру. — Если старик узнает, что я сбежал в комендантский час, он меня уничтожит. А если узнает, что я поперся к Сано помогать с их разборками — сотрет Шиничиро в порошок. Прикрой меня. Если он придет проверять — скажи, что я сплю, что мне плохо, что угодно! Пожалуйста. Влада внутри Ады быстро взвесила шансы. Глава клана только что сказал, что уезжает, но такие люди редко уходят, не убедившись, что их приказы исполняются. — Иди, — коротко бросила она. — Я всё сделаю. Будь осторожен. Каору на мгновение замер, пораженный её холодным спокойствием, затем крепко обнял её и, не говоря больше ни слова, выскользнул в окно, растворяясь в тени ночного сада.Время 03:00.
Каору ушёл два часа назад. Ада не спала. Она сидела в кресле в своей комнате, прислушиваясь к каждому шороху особняка. Тишина давила на барабанные перепонки. С каждой минутой внутри росло нехорошее предчувствие. «Полный пиздец» Шиничиро мог затянуться, а Каору слишком импульсивен, чтобы вовремя вернуться. Вдруг снизу донесся приглушенный звук — тяжелый, размеренный шаг. Отец. Он не уехал. Или вернулся проверить, как усвоили урок его «инструменты». Шаги целенаправленно приближались к крылу, где находились их спальни. — Черт, — прошептала Ада. Действовать нужно было мгновенно. Она метнулась к своей кровати, за считанные секунды сгребла подушки и свернула запасное одеяло в форме человеческого тела. Сверху натянула основное покрывало — в полумраке выглядело идеально. Выскочив из комнаты, она бесшумной тенью скользнула в покои брата. Дверь скрипнула, но звук утонул в ворсе ковра. Ада повторила маневр: куртка Каору, пара подушек, одеяло до подбородка. Шаги уже были в коридоре. Ада нырнула в глубокую нишу за тяжелой портьерой, вжавшись в стену и едва дыша. Сердце колотилось в горле, но она заставила себя «замолчать», как учили в прошлой жизни. Дверь комнаты Каору медленно открылась. Полоса света из коридора легла на кровать. Джеро Уэно стоял в проеме, его силуэт казался огромным и зловещим. Он молчал несколько минут, просто глядя на неподвижный холмик под одеялом. Воздух, казалось, заледенел. Наконец, он так же молча закрыл дверь. Спустя пять минут во дворе взревел мотор тяжелого внедорожника. Шум удалился и стих за воротами. Ада вышла из тени, вытирая холодный пот со лба. Она опустилась на край кровати Каору, чувствуя, как мелко дрожат колени от пережитого адреналина. В этот момент экран её телефона, брошенного на тумбочку, ярко вспыхнул. Вибрация заставила её вздрогнуть.Чат с «Неизвестный номер».
«Неизвестный номер» : Спишь, кошка? Брюнетка тихо хмыкнула, моментально узнав в сообщении манеру речи Манджиро. Ногти постукивали по экрану, набирая ответное сообщение.«Красноглазый боец в юбке» (Ада): Нет.
«Манджиро»: Дай угадаю, Каору ещё не пришёл?«Красноглазый боец в юбке»:
Я так понимаю, Шиничиро тоже?
После короткой переписки Ада услышала грохот на балконе. Она рванула к окну и увидела брата, который буквально на себе тащил бессознательного Шиничиро. Оба выглядели так, будто прошли через мясорубку. — Каору, отец уехал, Риоко спит. Заходи через парадную. Пока брат заносил друга, Ада вихрем пронеслась по дому: аптечка, ведро теплой воды, чистые полотенца. В комнате Каору она застала парней в плачевном состоянии. Вид у основателя «Черных Драконов» был пугающий: разбитое лицо, куртка в пыли и крови, дыхание тяжелое. Каору отделался легче, но определённо тоже был подбит. — Каору, приведи себя в порядок. Я сама займусь Шином, не беспокойся. Брюнет благодарно улыбнулся, тяжело вздыхая. Когда брат вышел, Ада подошла к бессознательному Шиничиро. Откинула черные пряди с его лба, приложила прохладную ладонь. Он едва заметно выдохнул. Девочка начала осторожно стирать кровь с его лица и шеи мокрым полотенцем. Затем её пальцы коснулись пуговиц формы «Чёрных Драконов». Разоблачив парня по пояс, она невольно засмотрелась. — «И почему девушки его отшивают, не понятно» — Ада тут же мысленно дала себе пощечину. — «Соберись, ты занята важным делом» Она коснулась полотенцем его торса, как вдруг рука Шиничиро метнулась вверх и мертвой хваткой вцепилась в её запястье, рефлекторно дернув на себя. Ада вскрикнула, заваливаясь прямо на него. Лица оказались в опасной близости. Воздух в комнате словно выкачали насосом. Взгляд Шиничиро, затуманенный и темный, сфокусировался на её губах, будто бы это единственный способ опознать кто перед ним. Сердце Ады зашлось в бешеном ритме, щеки вспыхнули. — Слезь... — хрипло выдохнул парень, зажмурившись и накрыв глаза свободной ладонью. Ада, вместо того чтобы аккуратно отстраниться, случайно всем весом уселась на него, вызвав у Шина болезненный стон. — Блять, что это было?! — она соскочила с него, отвернувшись и чувствуя, как лицо горит от стыда.***
Спустя 15 минут раны были обработаны и забинтованы. Оставив Шину чистую одежду, Ада вышла и столкнулась с чистым, хоть и помятым Каору. — Ты как? — В норме, сестрёнка. Спасибо, что выручила. — парень мягко улыбнулся и потрепал сестру по голове. Девочка ответно улыбнулась и пожелала сладких снов брюнету, наблюдаю как он уходит к себе в комнату. Закинув вещи парней в стирку, Ада вернулась к себе и открыла чат.чат с «Манджиро».
«Манджиро»: Ада? Ты спишь? Приятных снов!«Красноглазый боец в юбке»:
Не сплю я. Каору притащил твоего брата без сознания. Сейчас спит у нас, подбит, но живой.
«Манджиро»: Спасибо, что помогли ему. Кстати... завтра зайдешь? Познакомлю с дедом. Посмотришь, какой я крутой на тренировке.«Красноглазый боец в юбке»:
Я не против. Скинь время.
«Манджиро»: Тебе рады в любое время. Но так и быть, завтра скину.«Красноглазый боец в юбке»:
О, спасибо, мой господин!
«Манджиро»: Я заставлю тебя называть меня так чаще)))«Красноглазый боец в юбке»:
О, конечно. Но смотри не зазнавайся, «господин». А то на тренировке твой дед решит, что «крутой» здесь совсем не ты, и мне придется тебя утешать. Сладких снов, Майки.
Ада отложила телефон и уставилась в потолок, тихо посмеиваясь. Предстоящий день обещал быть интересным. Осталось только развесить бельё и наконец провалиться в сон.***
Всю ночь Ада металась в лихорадочном сне, напряжённо сжимая губы в тонкую розовую полоску. Призраки прошлого настигали её в царстве Морфея, не позволяя вычеркнуть из памяти прежнюю жизнь. «Это был холодный ноябрь её «первой» жизни. Владе только исполнилось девятнадцать. Она приехала в родительскую квартиру за остатками вещей — парой книг и зимним пальто, на которое копила три месяца. В кармане лежали ключи от её собственной, крошечной, но своей съемной студии. — Опять приперлась, — голос отца, пропитанный перегаром, ударил в спину, когда она открывала шкаф. — Думаешь, съехала и стала взрослой? Ты — ничто без нас. Поняла? Он схватил её за плечо, разворачивая к себе. Влада увидела его занесенный кулак — привычный жест, который раньше заставлял её сжиматься в комок. Но в этот раз что-то внутри перегорело. Ледяное спокойствие, отточенное на тренировках в дешевом подвальном зале ММА, взяло верх. Когда он ударил, она не зажмурилась. Резкий уклон вправо, перехват его тяжелой кисти и короткий, сокрушительный локоть точно в челюсть. Звук удара был глухим. Отец, не ожидавший отпора от «мелкой дряни», пошатнулся. Влада, не давая ему опомниться, шагнула вперед и нанесла классический хай-кик в висок. Огромное тело рухнуло на старый ковер, сбивая напольную вазу. Мать, стоявшая в дверях кухни, застыла с полотенцем в руках. В её глазах не было жалости к мужу — только первобытный, животный страх перед собственной дочерью. — Еще раз, — голос Влады был тихим и пугающе ровным. — Кто-то из вас подойдет ко мне ближе чем на десять метров, или хотя бы посмотрит в мою сторону — я не буду бить. Я буду ломать. Вы для меня больше не существуете. С того дня они действительно перестали существовать. Они игнорировали её звонки, не открывали дверь, когда она заходила за почтой, и обходили стороной на улице, будто она была призраком. Она победила, но эта победа оставила в душе выжженную пустыню.» Тяжелый вдох — и реальность ворвалась в сознание. Глаза Ады распахнулись, волосы слиплись от холодного пота. Сев на кровати, она нервно схватилась за голову, пытаясь выровнять дыхание. — Что за сны... — прошептала черноволосая, глядя на залитый светом балкон. Она взглянула на часы: 10:42. — Чёрт! Проспала! — девочка вскочила с кровати. Майки наверняка уже завалил её сообщениями. Девочка начала быстро собираться: черные шорты, темные колготки, белая майка с узорами и объемная черная кофта, она привычным жестом защелкнула на шее чокер. Закончив с водными процедурами и собрав волосы в небрежный пучок, захватив рюкзак, она на секунду замерла перед зеркалом. — Прошлое никак не хочет отпускать, — хмыкнула она своему отражению и бесшумно выскользнула из комнаты, направляясь к лестнице. У самой кухни она замерла, услышав приглушенные голоса. Они говорили о чем-то серьезном, и она невольно прислушалась. Каору выглядел непривычно мрачным. — Ты уверен, Шин? — голос Каору звучал неестественно серьезно. — Это не просто стычка в переулке. — Уверен, — отозвался Шиничиро, и в его голосе слышалась сталь, которой не было вчера вечером. — Нас подставили свои же. Тот звонок... это была ловушка «Драконов» из внутреннего круга. Они хотят слияния с другой бандой и мы для них — помеха. — И что теперь? — Каору с силой ударил кулаком по столу. — Ада, Майки, Эмма... Они ведь под прицелом, Шин! Если эти ублюдки решат ударить по самому дорогому... — Поэтому мы молчим, — отрезал Шиничиро. — Не пугаем их раньше времени. Но глаз с них не сводим. Теперь каждый из них в опасности, пока я не зачищу «Драконов» от предателей. Ада прислонилась лбом к холодной стене. «Значит, не только мой "отец" — проблема. Теперь еще и бандитские разборки будущего», — мрачно подумала она. Девочка привычно сжала кулаки. Бежать было некуда, оставалось только стать сильнее. Она вышла из укрытия, потягиваясь. Каору тут же проффесионально сменил тон, предложив ей моти и её любимую вишневую газировку. Через полчаса, покончив с завтраком, они отправились к дому Сано. Гул моторов, ветер в лицо и адреналин окончательно прогнали остатки сна о прошлом. Ада спрыгнула с сиденья, поправляя волосы. Воздух здесь пах старым деревом и потом — запахи, которые для Влады были роднее домашних. У входа их уже ждали. Эмма, завидев подругу, радостно замахала руками, а Майки, сидевший на ступеньках, лениво поднял голову, расплываясь в той самой «королевской» улыбке. Рядом с ними стояли двое. Девочка с длинными светлыми волосами, собранными в высокий пучок и дерзким взглядом — Сенджу, и мальчик с короткими волосами и очень спокойным, почти безжизненным лицом — Харучиё. — Опа, пришла всё-таки! — Манджиро вскочил на ноги. — Познакомься, Ада-чан. Это Сенджу, она постоянно пытается меня победить, но безуспешно. А это её брат — Хару. Сенджу подошла ближе, бесцеремонно разглядывая Аду. — Так это ты та «кошка», о которой Майки всё утро уши прожужжал? — хмыкнула она. — На вид обычная. Ада не повела и бровью. — Внешность часто обманчива, Сенджу. Манджиро тоже не выглядит как тот, кто может за секунду снести челюсть в свои одиннадцать, но мы же здесь не из-за внешности. Харучиё лишь слегка кивнул Аде, не сводя с неё изучающего взгляда. — Всё, хватит болтать! — Баджи, уже переодетый в форму для тренировок, выскочил из зала. — Майки, ты обещал показать класс! ***
Внутри додзё было прохладно. Друзья Сано расселись по краям матов. Ада присела рядом с Эммой и Сенджу. Манджиро и Баджи вышли в центр. Кейске выглядел сосредоточенным, он первым сорвался с места, пытаясь нанести серию быстрых ударов. Но Майки... Майки двигался так, будто танцевал. Он с легкостью уклонялся, то и дело бросая быстрые взгляды в сторону Ады. — Смотри внимательно, кошка! — крикнул он, делая эффектное сальто назад, уходя от захвата брюнета. — Сейчас будет фишка! Баджи взревел, размахнулся для мощного удара, но Майки, используя инерцию друга, закрутился в своем коронном «ядерном» ударе ногой. Он специально замедлил движение в конце, чтобы зафиксировать ногу в сантиметре от лица Кейске, демонстрируя идеальный баланс и контроль. — Ну как тебе? — Сано не убирал ногу, продолжая смотреть прямо в красные глаза Ады. Его губы дрогнули в победной усмешке. — Впечатляет? Ада скрестила руки на груди, сохраняя невозмутимый вид, хотя внутри она признала: этот ребенок — настоящий гений. — Неплохо для начала, Манджи. Но ты слишком много открываешься ради красоты момента. В настоящем бою тебя бы уже подсекли. Майки спрыгнул на обе ноги, его глаза вспыхнули азартом. — Подсекли бы? Хочешь проверить? — он сделал приглашающий жест рукой. — Покажи, на что способна дочь мафиози в додзё семьи Сано. Баджи фыркнул, вытирая пот: — Давай, мелкая, покажи ему, что значит «подсекли». А то он слишком уж задрал нос перед тобой! Ада медленно поднялась с татами. В додзё мгновенно воцарилась такая тишина, что было слышно, как жужжит муха у открытого окна. Каору, сидевший у стены рядом с Шиничиро, резко выпрямился, его лицо напряглось. — Майки, полегче, она только вчера с отбросами сцепилась, — предостерегающе бросил Каору, но по его глазам было видно: ему и самому до безумия интересно, что сделает сестра. Ада прошла в центр круга. Она не встала в классическую стойку карате, которой обучали в этом додзё. Её поза была расслабленной, почти небрежной: чуть согнутые колени, руки опущены, подбородок слегка приподнят. Это была стойка человека, который привык не к правилам соревнований, а к грязи уличных драк. — Ладно, «господин», — Ада едва заметно улыбнулась, и в её тёмных глазах вспыхнул тот самый холодный огонь из сна. — Попробуй коснуться моей головы. Даю тебе одну попытку. Майки задорно хмыкнул. Он не привык, чтобы ему бросали вызов так открыто. — Сама напросилась! Манджиро сорвался с места. Он не стал бить в полную силу, но его скорость всё равно была поразительной. Он замахнулся для высокого кругового удара ногой — своего фирменного приема. Баджи и Сенджу подались вперед, ожидая, что брюнетка просто отлетит к стене. Но в момент, когда подошва Сано должна была коснуться её виска, Уэно не отпрянула. Вместо этого она сделала резкий, почти незаметный шаг вглубь его атаки, сокращая дистанцию до минимума. Это был риск: если бы она опоздала хоть на долю секунды, удар бы её снес. Она поднырнула под его ногу, одновременно выбрасывая ладонь вперед. Майки, чья инерция уже несла его тело по дуге, оказался в ловушке. Ладонь Ады мягко, но уверенно уперлась ему в опорное бедро, лишая равновесия. В следующую секунду «Непобедимый Майки» неуклюже приземлился на пятую точку, а Ада, изящно развернувшись, замерла над ним, глядя сверху вниз. — Красота требует жертв, Майки. В данном случае — твоей устойчивости, — спокойно произнесла она. Баджи вытаращил глаза, а Сенджу непроизвольно присвистнула. — Офигеть... — выдохнул Харучиё, впервые за всё время подав голос. Майки сидел на матах, растрепанный и абсолютно ошарашенный. Он посмотрел на свои руки, потом на Аду. В его голове сейчас происходил настоящий взрыв. Никто из сверстников никогда не делал с ним ничего подобного. Это не была грубая сила, это был чистый расчет. Внезапно Майки заливисто расхохотался. Он вскочил на ноги и, прежде чем Ада успела отреагировать, схватил её за плечи, вплотную дёрнув к себе. — Ты! Ты видела это, Эмма?! Она меня свалила! — его глаза сияли первобытным восторгом. — Ада, ты официально самая крутая девчонка, которую я знаю. Я хочу, чтобы ты тренировалась с нами. Всегда! Я от тебя не отлипну, слышишь!? — Она не будет ни с кем тренироваться, если вы её до инфаркта доведете, — встряла Эмма, хотя сама смотрела на подругу с нескрываемым восхищением. Шиничиро, наблюдавший за сценой, прищурился. Его беспокоило не то, как Ада дерется, а то, откуда у одиннадцатилетней девочки такие рефлексы. Но разговор о «большой игре» и опасности, нависшей над ними, всё ещё тяготил его. Каору подошёл к сестре, положив тяжёлую ладонь ей на плечо. Несмотря на внешнее спокойствие, Ада почувствовала, как слегка подрагивают его пальцы — он всё ещё переваривал увиденное. — Это было... эффектно, мелкая, — негромко произнёс он, и в его голосе проскользнула законная гордость. — Утереть нос Манджиро на глазах у всех Сано — это достижение, которое войдёт в историю этого додзё. Но, Ада... — Он наклонился к её уху, понизив голос до шепота, так, чтобы Шиничиро не услышал. — Будь осторожнее. Не показывай всё сразу. Чем больше ты умеешь, тем больше от тебя будут ждать. В этом мире сила — это не только щит, но и мишень. Поняла? Ада едва заметно кивнула. Она понимала это лучше, чем кто-либо. Каору легонько подтолкнул её обратно к центру татами, где атмосфера уже накалилась от азарта.
Примечания:
как вам? напишите мнение в комментариях.
