Бездна

— Я снова видел сон, — рассказывал Финляндия брату, опустив голову на сложенные руки. Они сидели в подсобке кафе, в котором работал Фин. Он позвонил Швеции с утра, как только пришёл сюда, и брат мигом примчался к нему. — Эстония… Умрёт?.. — его плечи дрожали. Он из последних сил сдерживал слезы. Финляндия не хотел терять Эстонию. Он накрепко привязался к нему, понял, что хочет всегда быть рядом, ещё с первой секунды их знакомства во сне. И теперь он снова рисковал потерять его… — Нет, если ты ему не позволишь, — Швеция старался быть спокоен, несмотря на сильные переживания за брата и его соулмейта. — Он собирается убить себя или это будет несчастный случай? — Я не знаю, — Фин покачал головой. — Скорее всего сам. — Он поднял голову, чтобы посмотреть на шведа. — Он не испугался во сне. Ещё он явно старается не сближаться со мной и что-то как будто скрывает всё время. Что я делаю не так? — Он откинулся на спинку стула и запрокинул голову. Ладони закрыли лицо. В горле стоял ком, раздирающий изнутри, а сердце норовило разорваться на части. — Он у тебя там как взаперти, — пожал плечами Швеция. — Надо хотя бы начать с того, чтобы помочь ему наладить жизнь. Устрой его на работу сюда, — Швеция раскинул руки. — Он не хочет выходить на улицу. И работать со мной я ему уже предлагал, он тогда пообещал подумать и с тех пор не поднимал эту тему. — Фин уронил руки, и те повисли по бокам от него. Шея начинала затекать, поэтому он поднял голову и сел прямо, сложив руки перед собой. — Что… Что я могу сделать? — Ничего, — отрезал Швеция. Ему самому было больно это говорить, но такова была правда. — Если он сам не передумает, ничего уже не сделать. Ты спас его тогда. Изменилось ли что-то? Нет, он всё равно попытается снова. Фин не сдержался, в его глазах скопились слезы. Он обречённым взглядом смотрел на брата, пока на его окаменевшем лице стремительно появлялись мокрые дорожки. Он опустил взгляд на стол и прикрыл веки. Его губы искривились. Непреодолимое желание отпроситься с работы и броситься домой сжало сердце. Он хочет защитить Эстонию, но не может спасти его от него же. — Но я могу поколдовать ради любимого брата, — сказал Швеция. Он встал, подошёл к Фину со спины и обнял. — Всё обязательно будет хорошо. Хотя бы у тебя. — Ты уверен? — Фин положил на руки Швеции свои и сжал пальцы, хватаясь за брата как за спасательный круг. Ему хотелось верить в лучшее, но шанс того, что Эстония в конце концов погибнет, был. Все органы внутри точно сжимало. Фин не был уверен, что сможет работать в таком состоянии. — Попытаться стоит. Сейчас я поеду к тебе домой. Если Франция тебя отпустит, поезжай в мою квартиру. Ты же не хочешь, чтобы Эстония видел тебя таким или что-то заподозрил? — Швеция потрепал брата по волосам и поспешил удалиться. Они не могли угадать, сколько времени имелось в запасе, так что медлить не следовало. В квартире Швеция застал Эстонию за завтраком. Тот удивился, когда услышал, как входная дверь хлопнула, и выглянул, собираясь спросить, почему Финляндия вернулся домой, но так и застыл с приоткрытым ртом. В его глазах Швеция прочитал лёгкий испуг. — Привет! — весело поздоровался он с эстонцем, помахав рукой, и быстро скинул обувь. — Привет, — скромно ответил Эст, вжав голову в плечи. Он не решился выйти из-за угла полностью, но ему и не пришлось: Швеция прошёл на кухню, чем заставил его неловко отступить. Он сел за стол и кивнул на другой стул. — Не стесняйся, можешь продолжать пить чай, — он улыбнулся и подпер голову рукой. Эстония слабо кивнул и разместился на своём месте, но к чашке не притронулся. Он чувствовал себя неловко перед братом Финляндии. Они встречались всего раз — в день, когда Эстония вскрыл вены. — В общем, для чего я здесь, — перешёл сразу к делу Швеция, — у Фина через месяц день рождения. Наверняка ты ещё об этом не знаешь. — Не… Не знаю, — Эстония похлопал глазами. Он совсем не подумал об этом. Да и в принципе не старался узнать о соулмейте побольше, ибо всё равно собирался уйти из жизни. — Вот, я решил предупредить тебя заранее, чтобы ты успел найти ему подарок, ведь это дело — искать подарки — довольно трудное, особенно, когда человеку ничего не надо, верно? — он поднял указательный палец вверх и весело сощурился. — Да, — Эстония нервно улыбнулся, — точно. — Он опустил голову, не сумев продолжать смотреть на собеседника. — Эх, и всё-таки повезло моему брату, — вздохнул Швеция. Улыбка спала с его лица. Он очертил круг на столе и отвёл взгляд в сторону. — Я не смог спасти своего соулмейта. Я его даже не нашёл. Встретился во сне, а потом… Потом тьма. Несколько дней мне ничего не снилось после его смерти, что дало понять: вот и конец. Я проиграл в эту жестокую игру, в которой решает сплошная удача и случайность. — Швеция горько усмехнулся. Взгляд Эстонии невольно приковался к нему ещё в начале неожиданного откровения. — Мне… Жаль, — Эсти собрал все силы, чтобы сказать хотя бы это. Его руки задрожали, и он спрятал их под стол. — Спасибо, — кивнул Швеция. — Знаешь, Финик тебя любит. Правда. — Он посмотрел ровно в глаза Эста с нескрываемой и искренней печалью. — Береги его, пожалуйста. Так же, как он постарался сберечь тебя. — Я, — Эстония сглотнул ком в горле, — хорошо. — Он неловко повёл плечами. — А можно… Номер твоего телефона? Поможешь подобрать подарок ко дню рождения? И я хотел бы дату уточнить. — Конечно, — Швеция слабо улыбнулся. Ему не стоило вспоминать собственную боль, так и не утихшую спустя время, но это было обязательной частью его плана. Он надеялся, что история его жизни откроет глаза Эстонии на то, какая радость, что они с Финляндией могут быть вместе, и брат обретёт счастье, которое ускользнуло из рук шведа. Швеция медленно продиктовал Эстонии ряд цифр, и тот сохранил номер. — «Что я делаю?» — безостановочно вопрошал в мыслях Эстония, пока вбивал номер телефона. Однако после слов Швеции внутри заиграла совесть и желание отказаться от планов на эту жизнь. Ещё и внезапная новость о дне рождения Финляндии. «Подарок» в виде своих похорон Эстония не хотел оставлять, а после праздника — тем более неправильно было так поступать. Дрожащими руками Эстония убрал телефон на стол, пока не уронил его на пол. Он схватился за сердце и опустил голову, надеясь, что Швеция чудом не заметит его состояние. — Ты в порядке? — прозвучал добивающий вопрос. Эстония рвано выдохнул и осторожно глянул на шведа. Тот смотрел выжидающе. Ровно на него. — Д-да? — ответил эстонец дрожащим голосом, и по его щекам стремительно побежали слёзы. Он судорожно подбирал слова в голове для оправдания, но с каждой секундой всё больше понимал, насколько бесполезно будет отпираться. — Думаю, мне следует оставить тебя одного? — в вопросительной форме сказал Швеция и встал из-за стола. Уже через несколько секунд Эстония услышал, как в коридоре хлопнула дверь. Он стукнулся головой о стол и зарыдал. Вечером Финляндия вернулся немного раньше обычного. Франция, как и предугадал утром Швеция, отпустил его, потому сейчас Фин пришёл не с работы, а из квартиры брата. Тот не стал много говорить о встрече с эстонцем, лишь предупредил, что приврал насчёт дня рождения финна. Финляндия не понял, как это может помочь делу, но молча согласился и не стал допытываться. Эстония, на удивление, не вышел его встречать. Фин на мгновение испугался — подумал, что Эстония ушёл из дома, и день икс именно сегодня, либо Швеция из желания помочь только ускорил процесс, — но до его слуха донеслись звуки воды из ванной. Фин выдохнул с облегчением. Он прошёл на кухню, где обнаружил готовый ужин и только что вскипевший чайник. Эстония готовил по вечерам для них, Финляндия делал завтраки. За спиной послышались шаги. Финляндия обернулся, и на него бросились с крепкими объятиями. — Я ожидал тебя чуть позже, — тихо сказал Эстония, укладывая голову на плечо финна. — Ты не рад видеть меня пораньше? — сам не зная, зачем, спросил Финляндия. Он сложил руки на спине эстонца и привычно поцеловал его в голову. — Рад! — возразил Эстония и прижался ближе. Сегодня он много думал о них и об их отношениях. С тех пор, как Швеция ушёл, Эстония долго плакал, лишь иногда успокаиваясь на некоторое время, но для того, чтобы после снова залиться слезами. Он много представлял картины того, как Финляндия остаётся один, как сидит рядом с его безжизненным телом и горько плачет. Возможно, даже уходит за ним в мир иной… Эстонии было до боли жаль его. Фин старался, сделал всё возможное, чтобы спасти Эста, вырвать из лап отчаяния и смерти, забрать из дома, где ему были не рады. — Посмотри на меня, — попросил Финляндия. Он почуял неладное, когда Эстония тихо всхлипнул. Эсти неуверенно отстранился, показывая покрасневшие глаза. Взгляд его был направлен в сторону. Фин мягко положил ладони на его щеки и невесомо провёл большими пальцами по растёртой коже. — Почему?.. — Фин не смог закончить вопрос. Он обнял эстонца и прошептал: — Всё хорошо, я рядом. — Ты не заслужил такого, как я, — взвыл Эстония, цепляясь за одежду Фина. — Не говори такого, — полушепотом произнёс Финляндия и зарылся рукой в волосы эстонца. — Ты мой маленький лучик света. Я люблю тебя. От его слов Эстония сильнее разрыдался, несмотря на то, что только недавно смог успокоиться и привести себя более-менее в порядок. Ноги подкашивались. Фин осторожно сел вместе с ним на пол. Он был в растерянности и не знал, что сделать, дабы успокоить эстонца. Он поглаживал его по спине, пока Эстония плакал в его плечо, и шептал, как сильно дорожит им и что Эстония — настоящее сокровище. Отыскать его было счастливейшим событием в жизни Фина. Эсти молчал и слушал тёплые слова, такие желанные и оттого кажущиеся нереальными. Он боялся. Боялся потерять и Финляндию тоже. Этот проблеск в плотном слое туч, сошедшихся над его жизнью столь внезапно. Кроме того, сегодня он осознал, насколько же глупо будет убивать себя тогда, когда спасение пришло к нему. Жизнь продолжалась. У Эстонии были долгие годы впереди, полные радости и света. Неужели он серьёзно собирался лишиться всего, и Фина в том числе, даже не попытавшись выбраться из бездны, в которой очутился? И тем самым сбросить с обрыва в ту же бездну Финляндию… Эсти тщетно старался успокоиться. Он хотел многое сказать, извиниться и выложить всё, что терзало его душу всё это время, и при этом не мог издать ни звука. Слова застревали в горле комом. Вместо этого он упёрся в плечи Фина и отпрянул для того, чтобы в ту же секунду прильнуть к его губам.