Перемены
21 июля 2021 г., 02:37
Утром все мемберы суетились на кухне за приготовлением завтрака на всё голодное "семейство". Джин с Намджуном сегодня были за главных поваров, Хоби с Шугой занимались сервировкой стола и напитками, а Тэхён с Чонгуком старались не мешать старшим и тихонечко сидели, дожидаясь, когда все соберутся за одним столом.
Чонгук выглядел озадаченным, а Тэхён, с сосредоточенным видом вглядываясь в одну точку, задумался о вчерашних словах Чимина, который не торопился выходить из своей комнаты. Тэхён и раньше понимал, что его друг неровно дышал в сторону их макнэ — да что греха таить, он и сам порой невольно залипал на него дольше положенного, — но он и подумать не мог, что Чимина это настолько беспокоило. Они никогда серьёзно не говорили о своих чувствах, и Тэ ни разу не задумывался о том, что в своих высказываниях о Чонгуке Чимин был настолько искренним, насколько было способно его большое сердце. Раньше это воспринималось как нечто забавное, как то, над чем можно было посмеяться и приколоться, но чувства Чимина, как оказалось, не были шуткой, и теперь Тэхён это чётко понимал.
— Тэхён-а, пойди позови Чимина, пусть умоется, завтрак скоро будет готов, — крикнул Джин, накладывая кимчи в глубокую пиалу и отвлекая тем самым Тэхёна от собственных размышлений.
— Я уже заходил к нему, — отозвался тут же Ви и, почесав затылок, встретился с оленьими глазками Чонгука. - Он вчера немного переборщил с выпивкой и до обеда, скорее всего, будет спать.
— Чимин пил вчера? — удивился лидер. — У него что-то случилось? Почему он пил один?
— Он был с менеджером, — тут же постарался отмазать друга Тэ. — Ничего такого, хён, просто говорит, что устал.
Кажется, таких объяснений хватило Намджуну, и он быстро отступил со своими расспросами, а вот Чонгука, похоже, это не успокоило — он нервно задрыгал ногами и уставился в одну точку на полу. Он хорошо помнил вчерашние слова Чимина и теперь не мог понять, как успокоить обиду своего хёна. Да, он много времени проводил с Ви, и для Чонгука это был самый хороший друг среди всех мемберов.. не то чтобы он не любил остальных ребят, просто с Тэ они были будто бы на одной волне. Чимина-хёна он тоже любил, и ему было жаль слышать вчера о том, что он так переживал из-за недостаточного количества внимания, исходившего от него. Просто.. Чимин иногда очень смущал своими действиями и словами, а Чонгук не готов был отвечать на такого рода внимание. Чимин, конечно, был обаятельным и хорошо заботился о нём, но он всё же был парнем..
После того, как все позавтракали, Тэхён с Чонгуком прибрались на кухне, и мемберы разбрелись по своим делам. Кто-то решил навестить родителей, кто-то просто хотел пройтись по магазинам, а Чонгук решил остаться в общежитии и позаботиться о пропустившем завтрак хёне. К тому же Чимину наверняка не помешает внимание с его стороны, может быть тогда ему станет чуточку легче на душе, и он сможет отпустить свою обиду?
В гостиной было тихо, Чимин похоже всё ещё спал. Недолго побродив около его комнаты, Чонгук стал беспокоиться о том, что хёну будет слишком плохо после вчерашней попойки. Он решил, что должен хоть как-то облегчить его пробуждение, и идея похмельного супчика пришла в голову сама собой. Воспользовавшись возможностями интернета и запасами продуктов в холодильнике, уже через половину часа на столе дымилась горячая порция того самого супа, оставалось только доставить её Чимину-хёну, который всё ещё упорно не выходил из своей комнаты.
— Чимин-щи, — тихонько постучав в двери комнаты своих хёнов и не услышав никакого ответа, Чонгук решил войти без приглашения. - Хён, ты уже проснулся? Хён..
Чимин лежал на своей кровати, с головой укутавшись под одеяло. Он не спал уже около часа, но было так плохо, что ему не хотелось даже дышать. Он не хотел отвечать Чонгуку, продолжая делать вид, что спал, но Чонгук был настойчив и просто присел возле него на кровати.
— Чимин-щи, — снова позвал Чонгук и потянул за край одеяла. — Я принёс тебе покушать, Чимин-щи.
— О, Чонгук-а, — Чимин потёр глаза и повернулся к младшему, усердно делая вид, что он только что проснулся. — Не стоило так беспокоиться обо мне.. у тебя наверняка много дел.
— О чём ты говоришь, хён! Ты всегда обо мне так хорошо заботишься, я не могу игнорировать то, что хён себя плохо чувствует, — совершенно искренне сказал Чонгук и протянул тарелку с супом взъерошенному, болезненного вида Чимину. — Вот, поешь, это похмельный супчик, я сам его приготовил.
— Оо, Чонгук-и, ты такой молодец, — немного грустно улыбнулся Чимин и с благодарностью принял тарелку супа. — Это очень вкусно, спасибо, что так заботишься обо мне.
Лицо Чимина было слегка припухшим после вчерашней выпивки, а на голове, кажется, можно было бы свить гнездо, но он выглядел слишком мило даже в таком состоянии. Чонгук был рад видеть улыбку своего хёна, но то, что творилось у него на душе сейчас, было известно лишь самому Чимину. Ел он без особого аппетита, наверное, ему было слишком нехорошо — это заставляло переживать Чонгука ещё больше.
— Хён, — опустив глаза на свои руки, тихо позвал макнэ. — Я вчера сделал что-то не так?
— Нет, конечно нет, Чонгук-а, с чего ты это взял?
— Ты вчера так резко от меня отстранился, когда я тебя поймал..
— Я нехорошо себя чувствовал, только и всего, — отчасти это и было правдой.
— Почему ты выпивал вчера в одиночестве? — поднял глаза Чонгук и пытливо посмотрел на Чимина. — Ты мог бы позвать нас с Ви-хёном.
— Я был с менеджером, — вглядываясь в не пустеющую тарелку с супом, ответил Чимин. — Мне просто нужно было о многом подумать, побыть наедине со своими мыслями.
— Значит, у тебя нет на меня никаких обид? — продолжал выпытывать Чонгук.
— Нет, конечно, о чём ты? — Чимин поднял глаза на макнэ. Конечно, он на него не обижался, за что можно обижаться на такого прекрасного малыша? - Ты всё делаешь хорошо, Чонгук-а, ты большой молодец. А теперь позволь, хён ещё немного отдохнёт, а то что-то голова сильно болит..
Чимин вручил почти полную миску с супом обратно макнэ и, вновь спрятавшись под одеялом, постарался не думать сейчас о том, что его любимый малыш сидит в полной растерянности на его кровати. Сейчас ему больше всего хотелось бы затащить его под одеяло, уткнуться носом в острые ключицы и немножечко пострадать от похмелья в его тёплых объятиях. Но он обещал себе больше не допускать такой слабости, а Чонгук просто погладил своего хёна по спине и, пожелав ему скорейшего выздоровления, вышел из их с Хоби комнаты. За весь день Чимин так и не вылез из своей кровати.
Чонгук не верил словам хёна о том, что у него нет к нему никаких обид — и совершенно не напрасно, ведь шло время, а Чимин всё больше отдалялся от него в пользу Джей Хоупа. Кажется, эти двое стали ещё ближе, чем были раньше, и Чонгука это всё больше заставляло нервничать. Нечто похожее на ревность иногда промелькивало у него в голове, когда он видел, как Чимин счастливо улыбался рядом с Хоби-хёном, большую часть времени уделяя ему, а не своему некогда любимому макнэ. Он больше не говорил о своей любви, он больше не подходил обнимать его вне камер, и, что самое грустное, забота его хёна стала больше похожа на автоматизм. Чимин усердно делал вид, что всё хорошо, но Чонгук чувствовал эту образовавшуюся между ними пропасть, и теперь ему самому стало хотеться приблизится к тому, от кого прежде хотелось порой сбежать куда подальше.
Так проходили дни, и так пролетали месяца. Чонгук всё чаще обращал своё внимание на Чимина и всё меньше взаимодействовал с Тэхёном, но вновь добиться расположения хёна было не так уж и просто. С одной стороны он всегда улыбался ему, как и прежде, а с другой — предпочитал его объятия Хоби-хёну. Чонгук не знал, как ему быть, он ведь не мог просто подойти к Чимину и сказать, что тот не уделяет ему желаемого внимания. Он даже не понимал, как это можно объяснить, ведь на деле всё было вроде бы хорошо. Его не отвергали, когда он подходил первым, но в то же время контакта со стороны Чимина вне камер больше не появлялось с такой завидной постоянностью, как это было раньше.
Чимин же в свою очередь был удивлён поведению младшего мембера, который стал более внимательным к нему в последнее время, чем за все годы их знакомства. Он сам подходил к нему, чтобы приобнять, часто спрашивал, всё ли хорошо у его хёна, и иногда кидал слишком долгие взгляды, когда они с Хоби любезничали друг с другом. Чимин нравился Хосоку, и все это прекрасно понимали, включая самого Чимина, — и нужно сказать, что его внимание было иногда слишком явным и чуточку назойливым. Так ли чувствовал себя Чонгук, когда Чимин бесконечно лез к нему со своими чувствами? Наверняка. Это иногда раздражало, но для Чимина было важно чувствовать, что он был кем-то любим, пусть даже не тем, кем хотелось бы ему самому. Хосок был хорошим другом, хорошим человеком и тем, кто всегда веселил его и подбадривал, но при всех своих достоинствах, он не был его миленьким малышом макнэ, которого бесконечно хотелось тискать в объятиях. Как давно Чимин отказывал себе в этом удовольствии, не считая редких скиншипов на камеру?.. Кажется уже целую вечность.
