Лорд неудачник

— Сэр Ева, что Вы творите! — вскричал Матиас, он совершенно не понимал происходящего. Отряд стоял на перекрёстке и уже был готов разделится, как вдруг конь Иста встал на дыбы, а сам рыцарь, ухватившись за гриву скакуна, направил копьё в сторону Фереля. Гельбкрест не понимал, как такое могло произойти. Они спокойно доехали почти до самого Висмута, до рассвета оставалось всего пару часов, нужно было побыстрее выполнить план. Но тут произошла неожиданность — Эрик пришпорил коня и унёсся в сторону деревни. — Что это значит? Он что предатель? — взревел Ферель. Ева, осклабившись, рыкнул: — О нет, он в разведку! — Какую к чёрту разведку? Я не приказывал! — удивился Матиас, с подозрением смотря на рыцаря, тогда в его голове пронеслось: «Неужели они хотят расстроить мои планы, потому что я не присягнул Гайбургам?». — Я приказал! — расхохотался Ева, по ночной тиши пронеслось эхо. Все всадники сделали вывод на счёт предательства рыцаря и обнажили мечи, потихоньку окружая храмовника. Матиас тоже машинально освободил лезвие из ножен. — Догнать и уничтожить! Он нас выдаст! — прохрипел Ферель, тут же паж Унгерн пришпорил коня и, унёсся за Эриком, оставшиеся не торопились. Неожиданность атаки испарилась, теперь перевес был на стороне врага. Да и как заметил капитан стражи, некоторые конники внимательно смотрели на жесты Фердинанда, который молча следил за происходящим. — Ева объясни! — вскричал Матиас, перед его глазами стояло лицо молодого оруженосца, такое верное и искреннее, в памяти всплыла правильная и набожная сестра Хелена, ну и куда без неутомимого и неунывающего рыжего рыцаря храма, который спас ему жизнь. «Неужели они все предатели?» — подумал Гельбкрест с тоской и разочарованием. Это был не первый нож в спину. На войне отец и Клод бросили его, только завидев красно-белые штандарты ордена, а он в одиночку остался сражаться. Теперь его предала не семья, а друзья. «А я только решил, что всё наладится!». — Эрик просто разведает и вернётся! Ничего такого! — холодно ответил Ева, он не достал меч, даже не снял со спины щит, нет, он просто держал одной рукой поводья, а второй древко копья. Ист смотрел Гельбкресту прямо в глаза, эти два изумруда в ночи сжигали душу лорду. Тут закралось сомнение. «А может он говорит правду? Но тогда…» — не успел Матиас додумать, как вдруг конь Евы встал на дыбы, а копьё направилось прямёхонько в сторону Фереля, стоявшего у лорда за спиной. Капитан стражи повалился с лошади с пробитым плечом, стражники испуганно отпрянули. — Сэр Ева! Что Вы творите! — вскричал Матиас, понимая, что чуть-чуть правее и он был бы мёртв и не спасла бы никакая кольчуга. «Всё таки предатель!» — подумал он с болью в сердце. Перед глазами предстала Шерра, ради неё Матиас мог убить друга. Он уже был готов замахнуться, но тут Ева приобрёл свою прошлую весёлость и уже живым голосом сказал: — Я творю волю магистра Торальта; тебя предали Матиас! Он хотел убить тебя! В эту минуту на Еву тут же бросилось несколько стражников, но он ловко размахнувшись копьём, сбил их с лошадей. Матиас отказывался верить, он повернулся в сторону Фереля, того уже не было на земле. Шлем мешал обзору. Через секунду лицо капитана стражи появилось рядом с крупом коня лорда. У Гельбкреста застыла кровь в жилах. В глазах такого родного и любимого капитана стражи была лютая ненависть, а в руках кинжал. «Не верю!» — пронеслось в голове у Матиаса. А кинжал уже готов был вонзится ему в спину. — Умри! — выкрикнул Ферель, у Гельбкреста вся жизнь пронеслась перед глазами. Так близко с костлявой он ещё не был. Даже на войне. Перед глазами была пелена. Из воспоминаний Матиаса выбросил вопль сэра Евы и звук лязга лезвия о кольчугу. — Матиас! Прыгай с коня! — орал Ева, отбиваясь от пятерых стражников, остальные кружили вокруг. Гельбкрест, не став, искать глазами Фердинанда, наклонился в право и потеряв равновесие, слетел с лошади. Больно ударившись, Матиас попытался встать, но не смог, он оказался слишком слаб, кольчуга ставшая за время пути привычной, теперь вновь обрела вес, шлем не давал поднять голову. А вокруг были крики и металлический звук ударов. «Вот и всё! Скоро они убьют Еву, а потом и меня!» — решил Матиас, вставая на четвереньки, ему захотелось уползти на обочину, подальше от боя. Как вдруг звук мечей перекрыл громкий приказ: — Хватит! — это был голос Фердинанда и тут же к звуку десяти клинков, прибавилось ещё десять. А через минуту рядом с Матиасом рухнуло чьё-то безжизненное тело. Лорд повернул голову и ужаснулся — это был Ферель, вернее только его голова. «А он мне в детстве из лука стрелять учил…» — подумал Гельбкрест, сдерживая рвоту и слёзы. Ему наконец удалось разорвать лямку на подбородке и сбросить шлем. В ноздри тут же ударил запах крови и стали, его всё-таки вырвало. — Вставайте мой лорд! — послышалось со спины. Матиас, схватив, лежащий рядом меч перевернулся на спину, падая прямо в лужу своей блевотины. Над ним склонился улыбающийся Фердинанд, по мечу его стекала кровь. Звук битвы внезапно прекратился, послышался топот копыт, это предавшая часть стражи уносилась в замок, лишившись головы, они предпочли драпать. — Фердинанд, а ты не предатель? — прохрипел Матиас, не убирая меч. — Нет, я за Вас! Как и сэр Ева! — сказал стражник, обтирая кровь об штанину, убирая клинок в ножны и протягивая Гельбкресту руку, тот недоверчиво взял её и поднялся. Он поверил Фердинанду, в глазах того была искренность и верность. — Ну что понял теперь, кто свой кто чужой? — поинтересовался Ист, Матиас боялся смотреть ему в глаза. Плащ храмовника был изодран, на красном кресте были следы крови и по подбородку тоже текла кровь. — Я ничего не понимаю! — честно ответил Гельбкрест, смотря на оставшихся стражников, он знал их всех — это были ветераны воин и старейшие защитники замка и все они не предали его. — Объясню по дороге! — крикнул Ева и, пришпорив коня, понёсся в лес. В это время со стороны дороги на Висмут появились огни, звук металла и марширующих десятков ног. — Сэр Матиас, езжайте с ним! Мы их задержим! — улыбнулся Фердинанд. Гельбкрест, продолжая ничего не понимать, вскочил на коня, но перед тем как бросится догонять Еву искренне, чуть не плача, сказал: — Спасибо Вам! — Пожалуйста мой лорд! — растроганно выкрикнули стражники. Гельбкрест нёсся за Евой, голова его раскалывалась, он был в смятении, но знал одно — при всех этих предательствах, он должен спасти Шерру. Тем более он был рад что всё-таки оказалось, что Ева Эрик и Хелена не предали его, а наоборот оказались самыми верными. Вот только куда поехал Эрик и жив ли он и что будет с сестрой Хеленой? Этот вопрос не давал рыцарю покоя. *** Вильдефорса разбудил Вильгельм, вбежавший в шатёр с страшным лицом. — Брат! К нам приехал оруженосец от Фереля! — И что? — продирая глаза, спросил Шварцкопф, обнажив меч, он давно не видел брата-великана таким взволнованным. — А то! Он сказал Матиас обнаружил измену и убил Фереля! Теперь они на перекрёстке рубятся с стражей! Двое против двадцати, но ты знаешь они рыцари, против стражи устоят! — прохрипел Вильгельм, отчаянно добавляя: — Если он сбежит, то может обратится за поддержкой к магистру Торальту! Тогда они вернут ему феод силами храма! — Срочно собирай людей и веди их на перекрёсток! Я останусь, буду Шерру с Мари сторожить! — приказал Вильдефорс, накидывая плащ. Вильгельм тут же выбежал из шатра и заорал: — Арус, собирай наших! Пойдём Шматиаса встречать! — А где этот оруженосец? — поинтересовался Вильдефорс, на выходе из шатра. — Уехал к леди Сирене; она должна быть готова! — не моргнув глазом, ответил великан и добавил: — Он ещё сказал — что Унгерн нас предал и приедет к нам отговаривать! Он с Матиасом сговорился! — Убить! — коротко сказал Шварцкопф, выходя из шатра в ночную тьму. В лагере началась суета и крики, авангард начал собираться на главной площади. Вильдефорс недовольный, что всё пошло по такому сценарию раздавал указания: — Алебардиров пустите в арьергарде! Лучники и Арус остаются! Авангард поведу я! Вильгельм с капитаном наёмников внимали и подгоняли своих сонных подчинённых кнутами. Вдруг в деревню внёсся конь, на спине которого еле держался юный паж с выпученными глазами. — Череп и кости! Сэр Вильгельм! План сорвался, нас предали, не ходите на перекрёсток! — прокричал он. Вильдефорс подошёл к коню и протянул пажу бурдюк с водой. — Пароль помнишь — молодец, — холодно проговорил Шварцкопф, — Мы уже знаем что нас предали! И мы знали что ты придёшь отговаривать нас! — сказав это, Вильдефорс быстрым движением пронзил юношу насквозь. Унгерн, только присосавшийся к бурдбюку, захлебнувшись кровью, страшно посмотрел на лорда и, не успев ничего сказать, упал с коня. — Бедный жеребчик, на твоей спине ездил Иуда! — грустно проговорил Шварцкопф, стряхивая с меча кровь, — Вильгельм садись на него и скачи! Нужно помочь людям Сирены убить этого ублюдка… Вильгельм подчинился и громко приказал: — Наёмники мои! За голову Матиаса Гельбкреста назначаю награду сто серебрянных, кто его убьёт получит клок земли в этом захолустье! Воины встретили эту новость громким довольным криком. Толпа из тридцати солдат выдвинулась из Висмута. Вильдефорс же направился к башне. — Арус, лучников расставь по периметру деревни, мало ли! — приказал Шварцкопф, оставшемуся в лагере капитану наёмников. Тот ринулся выполнять. Сам же лорд скрылся в башне. *** Вопли в деревне и звуки битвы невдалеке разбудили Мари и Шерру. Они вскочили с узкого ложа и прильнули к решётке, пытаясь в свете луны разглядеть, что происходит. — Что случилось? — спросила Шерра и испуганно добавила: — Бой всего в полумили отсюда! — Это наверное Матиас! — испугалась Мари, — Спасать нас едет! — А разве он не в плену? — тоже испугалась и удивилась Шерра, схватившись за сердце. — Ну вообще-то по плану матушки его должны были освободить и привезти в феод, где бы от него и избавились; всё для процветания земель наших… — пояснила Мари и тут же добавила: — Прости что не рассказали! Просто мама боялась что ты будешь против… — Идиот! — прошептала Шерра, по щекам её потекли слёзы, — Не надо меня спасать Вильдефорс уже спас меня… почему рыцари не могут решить свои дела без крови? — Шерра отошла от окна и вдруг резко развернувшись, к сестре добро улыбнувшись, обняла её и прошептала: — Не надо извинятся! Я всё понимаю… вот только я бы не стала противостоять матушке! Она же меня с малых лет воспитывала; подняла со дна, я есть только благодаря ей! — То есть, Матиаса тебе не жаль? — радостно спросила Мари, тоже заплакав. — Ни чуть! Он сам выбрал этот путь! — прошептала Шерра. Тут дверь отворилась, на пороге стоял Шварцкопф. Девушки испуганно отпрянули к окну. От лорда пахнуло кровью и смертью. — Я пришёл пораньше, прости Шерра! Но я не могу ждать! — прошептал он, падая на одно колено. — Ты кого-то убил? — тихо спросила Шерра прижимаясь к Мари, она не могла себе представить, что увидит его таким, с глазами убийцы и свежей кровью на щеке. — Предателя! Чёртов Унгерн сговорился с Матиасом! — виновато прошептал Вильдефорс и тут же упав на оба колена прохрипел: — Здесь опасно! Нужно уезжать! Я признаю вину и искуплю грех! — Кроху Унгерна? — всхлипнула Мари и приготовилась падать в обморок, Шерра удержала её, хотя сама была не прочь упасть. Шварцкопф, поняв что его вряд ли простят и послушают, встал и сказал: — Да! Он предал леди Сирену, Ферель убит, Фердинанд наверное тоже! Всё этот ублюдок Матиас! Глаза обоих девушек расширились. Мари зашлась в рыданиях, по щекам Шерры потоком понёсся водопад слёз. Вильдефорс, неловко прикусив губу, отошёл к двери. — Ферель… капитан стражи Ферель… он был добрым! А Франда! Франда был самым лучшим стражем! — плакала Мари, а Шерра успокаивала её. — Примите мои соболезнования! План леди Сирены не удался из-за этого предателя Унгерна! — проговорил Вильдефорс, который чувствовал себя в этой ситуации беспомощным. — Будь проклят этот противный мальчишка… он мне никогда не нравился! — проревела Мари. Шерра прижала её к своей груди и спросила: — Сэр Вильдефорс Вы клянётесь отомстить за души Фереля и Фердинанда? — Клянусь! — уверенно сказал рыцарь, вставая на одно колено. — Будь проклят Матиас! — всхлипнула Шерра. Как вдруг снизу по лестнице послышался топот и через минуту дверь распахнулась и в комнату упал страж с рассечённым горлом. Девушки онемели от страха. На пороге стоял Матиас с окровавленным мечом и горящим взором.