Проект «Омега»

      Сутки прошли довольно быстро. Мел ожидал бессонной ночи, но пиво расслабило и позволило молочному туману поглотить мысли. Сегодня всё решится. Дик либо расскажет, либо они с Мелом больше никогда не встретятся. Стоит ли говорить, какие чувства испытывал Мел в этот момент, проходя очередную процедуру досмотра, которая виделась ему будто последняя дорога на эшафот, где свершится его казнь?       Мел ждал в комнате для длительных, когда на пороге появился Дик. Выглядел тот не лучшим образом. Темная щетина покрывала впалые щеки. Уставший взгляд из полураскрытых прищуренных век, обрамленных густыми ресницами, которым наверняка завидовали все омеги, встречающиеся Дику на пути. Пересохшие, покрытые тонкой корочкой кожи, губы и доселе белоснежные зубы, ставшие сейчас желтыми от чифира. Дик вполне себе напоминал натурального заключенного. Мел даже побоялся находиться один на один с преступником. Ещё вчера Дик был совсем другим. И Мелу стало так не по себе, что он весь сжался в крошечный комок и шагнул назад, к стене. — Может, для начала ты примешь душ и переоденешься? — предложил Мел. Дик посмотрел на себя, свой внешний вид, увидел испуг в глазах омеги и кивнул, взяв с кровати пакет с футболкой и длинными штанами.       Обычно на длительных осужденным разрешали переодеваться в домашнее, дабы родственники не акцентировали внимание на заключении. Раньше Дик просто стягивал верхнюю куртку, оставаясь в черной футболке и тюремных штанах, но сейчас он решил переодеться полностью. Бывало, он видел долгий взгляд Мела, рассматривающего его одежду, но раньше он не придавал ему значение. Сейчас всё, что касалось омеги, имело смысл. Даже крошечный. Мел носил их ребенка, поэтому Дик ни в коем разе не хотел его ни пугать, ни стращать, ни как-либо выводить из себя. Он скрылся в душевой, принял душ, побрился и умылся.       Когда посвежевший Дик вышел, Мел уже сидел на краю кровати. Дик подошел ближе и устроился на полу, между ног Мела. Он долго собирался с мыслями, но понимал, что всё это глупо. Не скажет сейчас, Мел когда-нибудь выяснит сам. С его связями это будет раз плюнуть. Так рассудил Дик. — Так-то лучше, — улыбнулся Мел, потрепав Дика по влажным волосам. Тот сразу глубоко выдохнул. Витавшее напряжение сдулось, словно воздушный шар. А Мел стал прежним. Дик поудобнее устроился в ногах, взял стопу Мела в большие ладони и начал её мять. Ему казалось, что на полу ему самое место. Там было холодно и твердо — самое то, чтобы начать рассказ, и самое то, чтобы не видеть разочарованного лица своего омеги. — Я тебе уже рассказывал про Алана, — заговорил Дик. — Паренька из приюта, которого я считаю своим младшим братом. Он омега. И крупно влип в прошлом. К сожалению, чтобы что-то доказать и как-то самоутвердиться в обществе некоторые омеги совершают безумные глупости. Алан, как раз один из таких. Он крепко связался с наркотиками. Не только подсел, но и начал приторговывать. Партии были мизерными, на одну-две дозы, поэтому полиция всегда отпускала его, конечно не без моей помощи. Я был ответственным за него, Мел. И каждый раз он мне обещал, что это в последний раз. Но, когда ему стукнуло двенадцать, Алан попался с крупной партией героина. Это срок. И не малый. К тому моменту, он уже плотно сидел на нем. Я знал, что если Алан попадет в тюрьму, живым он оттуда не выйдет. А законы в тюрьмах знаешь какие? Он омега, Мел. За дозу его бы затрахали во все щели. Опустили, сломали. Но прямо перед судом со мной связался один человек, который обмолвился, что одно его слово и Алан будет в безопасности, но мне надо кое-что сделать. Этот человек сразу поставил условие, вернее показал фото одного политика с красной мишенью на черепушке. Я быстро понял, что требуется и согласился. Да, было глупо. Но я не мог позволить Алану сесть. А потом этот «благодетель» назвал реальную цену. Миллиарды. Бросив мне крупную пачку денег за убийство и новую фотографию. Да, я мог заработать иначе, но когда ты уже убил — остальное не имеет значение как. Буду ли я горбатиться за гроши на складе или стану тем, кем стал? К тому же у нанимателя были доказательства первого убийства. Он мог спокойно сдать меня в полицию, а оттуда я бы вряд ли смог как-то помочь Алану. Так или иначе, выбор был только один — убивать дальше по его приказу. И с каждой жертвой петля на шее затягивалась плотнее. Я знал тех, кого убивал. Не лично, конечно, но пообщавшись тут и там, понимал, что смерть — это действительно выход. И, когда вы меня поймали, я вздохнул. Будто камень свалился с шеи. — Два вопроса, — хрипло перебил Мел. — Кто? И где сейчас Алан? — Алан в реабилитационной клинике в соседнем городе. Помнишь дока, что выписал тебе липу? Он первоклассный хирург в частной клинике. Мы познакомились, когда Алан пытался покончить с собой. Выпрыгнул из окна. Да вот высота покачала — ногу только сломал и кисть вывихнул. Док поставил его в два счета на ноги. Тогда-то мы и подружились. Алан слишком буйствовал, так что я помогал его держать, когда док вытаскивал из раны мусор и зашивал раны. А кто? Это был Итан Бейксвилл. Ты можешь делать с этой информацией, что хочешь, Мел. Теперь она твоя. — Спасибо за доверие, — едва слышно выдавил Мел, переставая перебирать пряди. Мел хотел сказать еще что-либо, чтобы успокоить, как-то приободрить, но язык не ворочался во рту, а руки налились свинцом.       Итан. Тот самый, что устроил им с Диком свидание? Тот, что является их куратором? Тот, который теперь наверняка шантажирует беременного Адама? Вся эта информация просто не укладывалась у Мела в голове. Оборотень в погонах. Фу! Аж, мерзко.       Дик продолжал гладить Мела по ноге, поднявшись от щиколотки до колена. Он понимал, что в его руках была бомба, и детонатор он отдал хрупкому омеге, тут же перекладывая груз ответственности на него. Но это ведь Мел его вынудил, правда? Дик даже не догадывался, что Итан является начальником Мела. И что это с его подачки Дика поймали.       Мел сокрушенно рухнул на кровать в ворох одеяла и, спустя несколько секунд, почувствовал, как Дик прижимает его к груди. Тепло и нежно. Словно родитель своё дитя. Дик гладил по волосам и едва заметно цеплял губами волосы, вдыхая родной запах. Мела начало трясти, а после он стал задыхаться всхлипами. Внутри рушились все устои, вбитые Джеком в голову о законе, сотрудниках и прочем. Давно его так крупно не накрывало. Очередной обретенный мир разрушился, словно карточный домик. И даже теплая ладонь Дика на затылке не смогла унять эту боль. Мел вновь вернул мысль:       «Почему жизнь так к нему несправедлива?»       Он доверял Итану, хоть и не особо его любил. И этот поступок был сродни предательству. Мел был не из робкого десятка. Он выплакал напряжение и уже спустя час сладко храпел на груди Дика. А утром пообещал Дику во всем разобраться и извинился за сорванное свидание. В очередной раз. Но им обоим было ясно, что сдерживающая стена рухнула в эту ночь. Дальше должно быть проще. Если Мел выживет во всей этой ситуации. На прощание Мел поцеловал Дика сам. Крепко впиваясь в губы. Чужой запах заполнил ноздри, но Мелу нравилось, как пах Дик. Ментолом и хвоей. Дик приоткрыл рот, чтобы углубить поцелуй, но Мел плотно сомкнул губы, не пуская Дика в свой рот и продолжая прижиматься губами к губам Дика. — Мел… — укоризненно выдохнул Дик, когда парень отстранился. Дик был старше и уже перерос подростковые гормональные всплески, но Мел буквально вталкивал его в эту бурю снова одним невинным жестом. Зачем было целовать, если не хочешь продолжения? Дик не понимал. Но у Мела был свой ответ. И этот ответ был — «Да, теперь я готов дать тебе шанс».       После пережитой ночи, Дик думал, что всё потеряно. Но Мел не играл с ним. Никогда. И когда значение этого поцелуя дойдет до Дика, Мел уже будет обсуждать план с Адамом.