Эпизод 9.
22 августа 2021 г., 11:05
Мона пыталась подкурить вытребованную у водителя сигарету, когда Джозеф вышел из квартирного дома. От минутной вспышки гнева, которую пришлось испытать мистеру Гордону по доброй воле Джейкоба Блэка, не осталось и следа: галстук затянут, пиджак застегнут, руки в карманах брюк. Его напускная манерность и выдержанность неимоверно раздражали, поскольку за безупречным видом всегда скрывалась мерзкая, безжалостная и вероятней всего в чем-то ущемленная личность.
— Я хочу, чтобы ты выставила его за дверь. Этот мальчишка дурно на тебя влияет.
Холоден, требователен и непреклонен — Мону взбесило подобное отношение к себе, несмотря на то, что иначе он никогда и не обращался с ней. Да ни с кем в принципе.
— Что, правда? — ее глаза искрились безумной истерикой, особенно сейчас, под светом уличных фонарей. — Неужели, на меня может влиять кто-то помимо тебя, Джо?
— Твои попытки вывести меня из себя выглядят жалкими.
Джозеф открыл перед ней дверцу, жестом приглашая сесть внутрь. Уличный тротуар был неподходящим местом для выяснения отношений. Но насколько холодно вел себя Джозеф Гордон, настолько упрямой была и Мона.
— Да пошел ты, Джо, — выплюнула шатенка, громким хлопком закрыв дверцу. Она развернулась в противоположную от мужчины сторону, желая уйти от него как можно дальше и как можно быстрее.
— Ты хоть раз задавалась вопросом, что бы с тобой было, если бы не я?
Эти слова будто заворожили ее, Мона остановилась, какое-то время не поворачиваясь, то ли задумавшись над его вопросом, то ли борясь с желанием выстрелить ему прямо в голову. И наплевать, что у нее не было пистолета в руках.
— Ты и представить себе не можешь, сколько раз, — она выдержала паузу, чтобы Джозеф прочувствовал, как сильна ее ненависть к нему, — и каждый раз, каждый хренов раз, я проклинаю тот день, когда ты появился в моей жизни.
— Когда ты уже поймешь, что я забочусь о тебе и желаю только добра! — глаза Джозефа сверкнули яростью.
— Не смеши меня, Джо, — горько усмехнулась Мона, — великодушие не твой удел.
Не распыляясь больше на бессмысленные разговоры, Джозеф припечатал ее к машине, смыкая пальцы на ее тонкой шее. Все, что требовалось от этой капризной и непослушной девчонки, следовать его правилам и быть за него, а не против. Но ей ведь приносило удовольствие играть на его нервах и испытывать его терпение. Что ж, малышка Мона, сейчас терпение Джозефа Гордона, наконец, лопнуло.
— Сыграем в одну игру, Мона, — шептал он над ее ухом, сильнее сжимая горло. — Ты приводишь мне аргументы, почему я не должен придушить тебя прямо здесь и сейчас, а я решаю, весомые они или нет. Постарайся, как следует. От этого зависит твоя жизнь.
Чувствуя, как дышать становится все труднее, Мона умудрилась усмехнуться Джозефу.
— Ты останешься без цента, — хрипела она, — те бумажки, что ты подсунул мне … на подпись, признают … недействительными, и ты, — она зажмурилась, потому что цепкие пальцы буквально впились в шею, готовые в любой момент сломать ее, — ты останешься без цента, Джо.
Пальцы в мгновение разомкнулись. От резкого вдоха Мона подавилась и закашлялась.
— Повтори, что ты сказала, — приказал Джозеф, расставив руки по обе стороны от ее лица.
— Думал, что я позволю тебе просто так прибрать к рукам дело моей семьи? — глядя ему в глаза, спросила девушка, после того как дыхание пришло в норму. — Черта с два, Джо.
— Ты лжешь!
Джозеф схватил ее за скулы, ища правды в темно-зеленых глазах. Они блестели и смотрели прямо на него. Она не лгала, от чего желание забрать ее никчемную жизнь становилось только сильнее.
— Я не оставлю тебя в покое. Я уничтожу вас всех.
— Я никогда тебя не боялась, Джозеф. И не собираюсь начинать.
В ярости Джозеф Гордон приказал водителю отвезти его к юристам, и машина немедля взвизгнула шинами.
Из Моны словно выбили последний дух, и она села на корточки, ухватившись за голову. Она только что разозлила бешенного пса. И он действительно их уничтожит, и первым вне сомнений будет Джейкоб. Господи, что же она натворила?
