О чем говорят лилии

      Ее рука касается груди Лили, чувствует под кончиками пальцев бьющееся сердце, и тотчас Синтия понимает: юная девушка перед ней безбашенно влюблена и готова отдаться ей прямо сейчас. Лили замирает на мгновение и боится сделать лишний вдох: что, если эта прекрасная женщина перед ней испарится в ту же секунду?       Но она наклоняется и замирает в паре сантиметров от губ Лили. От кожи Синтии приятно пахнет духами, утонченными и с чуть резким послевкусием. Она замечает, как дрожат ресницы Лили и как язык проходит по нижней губе. Девушка совершенно потеряна перед ней, и Синтия догадывается, что инициатива в ее руках.       Она приближается к Лили еще немного, чувствуя, как ее горячее дыхание обжигает кожу. Синтия дразнится, то почти касаясь губ, то вновь отдаляясь, и вся эта игра вызывает в животе Лили тянущее безумие. Она прижимает ноги друг к другу, стараясь не потерять равновесие. Пальцы касаются плеча Синтии, ведут к низу, переходят в предплечье. Преподавательница подходит совсем вплотную, прижимаясь к Лили всем телом, и в этот момент в голове девушки рушатся все запреты.       Синтия резко подается вперед, целуя студентку. Та поначалу боится сделать что-то лишнее, оставляет осторожные поцелуи, но по мере нарастания они становятся все увереннее. Синтия обнимает ее за талию, прижимает к себе, спускает руки на поясницу. Лили первой переходит к более решительным действиям: прощупывает, насколько Синтия позволит ей задействовать язык.       Он беспрепятственно касается в начале нижней губы, затем заходит дальше. Синтия определенно знает толк в хороших поцелуях. Рука Лили проходит по ее талии, задерживается на животе и поднимается к груди. Девушка аккуратно сжимает ее, чувствуя, как все эти действия выстреливает ей прямо в сердце. Она сводит ноги еще сильнее.       — Лили, тебе звонят, — сквозь поцелуй она слышит голос Миранды, но не может оторваться от Синтии. Сестра подождет. — Лили, просыпайся, мне надо идти.       — Отстань, — девушка ворочается на кровати. Сон постепенно начинает сливаться с реальностью, но Лили отчаянно хватается за иллюзорные картинки. Додумывает их сама, рисует в голове возможное продолжение.       — Это не тот преподаватель, с которым ты должна созвониться?       Лили быстро просыпается и садится. Миранда держит в руках ее ноутбук с входящим вызовом от мисс Синтии:       — Может, возьмешь? Меня внизу уже ждут.       — Да, беги, спасибо, — сестра забирает компьютер, и Миранда наконец выскакивает из душной квартиры. Пока Лили собирается с мыслями и пытается привести себя в более-менее человеческий вид, звонок заканчивается.       Она перезванивает сама. Нажать кнопку кажется простым делом, но, когда начинаются протяжные гудки, Лили охватывает волнение. Мисс Синтия отвечает на звонок почти сразу, и увиденная картина окончательно выбивает почву из-под ног.       Преподавательница кажется такой… другой. В легкой белой майке с тонкими бретельками и накинутым сверху кардиганом, с более небрежной прической и в домашней обстановке, она очень напоминает образ из сна. Он до сих пор кажется таким реальным, что у Лили на секунду создается впечатление, что все это правда.       — Здравствуйте. Простите. Я случайно заснула и пропустила звонок.       — Добрый вечер, Лили. Ничего страшного. Надо было, наверное, мне написать сначала.       — О, нет. Оповещение я бы вообще не услышала.       — Ладно, — связь немного подвисает, но Лили четко улавливает улыбку мисс Синтии. — Надеюсь, Вы не сильно устали? Мы можем перенести встречу на другой день.       — Нет, все хорошо, спасибо за беспокойство. Я могу пообщаться.       Лили приятно, что мисс Синтия относится к ней с таким пониманием. Возможно, она относится так не только к ней, но ей и не обязательно быть особенной, чтобы получать от этого удовольствие.       — Отлично. Тогда приступим, — мисс Синтия раскладывает на столе бумаги, а Лили обнаруживает, что сон не проходит бесследно. Она до сих пор ощущает в животе слабеющее тянущее чувство, и разговор с преподавательницей мешает ему уйти.       — Мне нравится стиль Вашей квартиры, — чтобы отвлечься, Лили начинает разговор ни о чем. — Лофт всегда выигрышно смотрится.       — Вы разбираетесь в стилях? — мисс Синтия отрывается от чтения. В ее лице такая искренняя доброжелательность, что ее не скроет никакое низкое качество.       — Как сказать, я просто люблю посмотреть «Пинтерест» и помечтать о будущем. И время от времени погулять по «Икее».       — Понимаю. Самой очень нравится, — мисс Синтия кажется такой по-домашнему теплой в этот момент. В голове Лили рисуется спонтанная картинка: что, если между ними сейчас нет этого расстояния и видят друг друга они воочию. Эта маленькая фантазия добавляет очередной повод задуматься над своим к преподавательнице отношением. Правда, девушка быстро выбрасывает мысль из головы: покажи ей любую уютную квартиру без хлипкой ширмы — она будет представлять себя в ней в то же мгновение. Только о квартире ли идет речь?       — Правда, думаю, Вы не теряетесь там через каждый поворот, как я. Однажды я была уверена в том, что проведу там ночь. И знаете, — девушка поднимает плечи, — мне до сих пор жаль, что этого не случилось.       — Ночь в «Икее»? Звучит интересно.       — Хотите как-нибудь сходить туда? — язык бежит вперед головы, и Лили выдает очередную глупость. Порой ей кажется, что это проклятие от той сибирской бабки-шаманки, которую она лет в четырнадцать стебала на женском форуме. Порча и портрет говном в подъезде — не иначе.       — Лили, это… — преподавательница растерянно ищет на столе предмет, на котором можно сосредоточить внимание. — Мне кажется, немного нарушает субординацию.       — Поход в «Икею» во внеучебное время? Бросьте, это самая нейтральная вещь, которая существует на свете. Я, — Лили ищет любые аргументы, — хороший собеседник и умею слушать. И это «Икея»!       — Давайте отложим эту тему до лучшего времени, — преподавательница тактично отходит от темы, и студентку это, конечно, задевает. На секунду в Лили загорается огонек, когда она представляет это событие, но оно разваливается еще на стадии планирования.       — Смотрите сами, — но показывать этого Лили не собирается. Она откидывается на спинку стула. — Возможно, Уильям Гаррисон тоже откладывал все до лучшего времени.       — На что Вы намекаете? — мисс Синтия не понимает, оскорбиться ей или обидеться, однако, зная студентку, она решает уточнить.       — На то, что лучшее время — здесь и сейчас.       — Все же сейчас стоит уделить проекту, а потом, — она качает головой, — потом посмотрим.       — Идет, — девушка щелкает пальцами, не желая показывать, что ответ ее расстраивает. Она знает, что это ее большая проблема: она хочет все и сразу, а когда не получает этого, опускает руки. Быть может, отец не зря говорит, что Лили нужно научиться терпению.       Весь следующий час преподавательница говорит на пустые темы, и Лили ее толком даже не слушает: кого интересуют какие-то периоды и даты, когда кто-то молодой и взбалмошный не понимает, что с ним творится. Она впервые замечает в мисс Синтии ее интересную манеру речи, жестикуляцию, и как она поправляет волосы, когда пытается что-то вспомнить.       В конце встречи они обе словно пытаются потянуть время, только каждая преследует собственные цели. Первой сдается Лили:       — Мисс Синтия, по поводу моего приглашения, — она вздрагивает, когда слышит, как ключ поворачивается в замке. Ее время заканчивается, Золушка не успевает оставить туфельку на прощание. — Забудьте. И простите мою бестактность.       — Лили.       — Извините, мне пора, — она совершает вторую бестактность за вечер и сбрасывает звонок. Мать не успевает зайти в квартиру, как начинает возмущаться на разбросанную обувь.       Возвращение в реальность вызывает в Лили такую невероятную тоску, что хочется сбежать. Вместо разговора с той, которая смущается от слишком откровенных шуток, перед ней вновь мать, которая их попросту не понимает, сестра и отец, и видеть их совершенно не хочется. Лили надевает наушники и, когда музыка прерывается уведомлением, нехотя снимает телефон с блокировки.       «Хорошо, Лили, пойдемте».       Она обновляет диалог, чтобы удостовериться, что ей не кажется. Проверяет отправителя, еще раз перечитывает сообщение.       «Вау».       Осторожно Лили интересуется датой и временем, и не свидание назначается на субботу. Девушка вспоминает «Встречу с Ланой», запланированную на тот же день, и довольно падает на подушку. Скорее всего, беспокоиться не о чем: вряд ли мисс Синтия согласилась бы, будь у нее в этот день романтические планы. И вообще, с чего бы ей переживать? Лили просто нравится человек по ту сторону экрана, не более.       Всю ночь она не может заснуть и представляет, чем запланированное ей обернется. Эйфория проходит, и вполне логические другие варианты начинают посещать ее голову: а что, если мисс Синтия придет, просто чтобы тактично донести до своей студентки, что такое поведение неуместно? Или и вовсе — пригрозит проблемами, если подобное продолжится. Последний вариант, правда, Лили откидывает почти сразу: это не в характере преподавательницы.       Девушка часто ловит себя на мысли, что задает своему мозгу слишком много «а что, если». Любой серьезный шаг она просчитывает во всех вариациях: от самого удачного до того, в котором ее лицо в закрытой группе колледжа, где студенты обсуждают друг друга. Только в случае с мисс Синтией Лили неожиданно решает пустить все на самотек: у нее больше нет никаких моральных ресурсов, чтобы бояться.       В назначенный день она в волнении путает автобусы и чуть не проезжает нужную станцию метро. Эта безумная встреча кажется поначалу желанной, но чем ближе она становится, тем сильнее мысль сбежать. Лили боится накосячить, все испортить или услышать то, что слышать совсем не хочется. Но на подходе к торговому центру она все же набирается решимости: сейчас или никогда, а если и рисковать несуществующей репутацией, то пока молодая.       С этими мыслями она входит внутрь. «Икея» располагается прямо у широких стеклянных дверей, и мисс Синтию она замечает сразу. И наконец-то осознание бьет Лили прямо в ее бестолковую голову: это чувство она знает — она помнит его со времен Роуз и их первого свидания. Правда, женщина, к которой направлены эти эмоции, разве нравится ей?       — Мисс Синтия, — Лили подходит к ней, и нервозность кидает ее руки из стороны в сторону, из-за чего жестикуляция становится неественной и излишне активной, — рада, что Вы пришли.       — Да, — преподавательница немногословна и смущена. Эта неловкость предсказуема, и Лили к ней готова, поэтому решает все взять в свои руки.       — Не воспринимайте это как что-то серьезное. Мы не в колледже, и эта встреча не несет в себе никаких намеков. Можно просто погулять и пофантазировать, дальше меня это никуда не уйдет.       — Лили, давайте на чистоту, — как только эта фраза срывается с губ мисс Синтии, начинается обратный отсчет. Она сейчас либо скажет то, чего опасается студентка, либо преподнесет сюрприз. — Вам будет гораздо интереснее провести время со своей ровесницей.       — Вам, возможно, тоже, но Вы ведь почему-то пришли, — легко принимать поражения не в характере Лили. Она закидывает назад длинные пряди, которые цепляются за рюкзак. — И, может, все-таки сделаем то, ради чего мы здесь, не думая о чем-то большем?       — Вы очень напористая девушка, и мне кажется, я догадываюсь, в чем дело, но, — мисс Синтия подбирает максимально тактичные слова, — это не очень хорошая идея.       — Можно откровенный вопрос? — абсолютное неумение ждать подстегивает Лили на быстрые решения, а оттого они зачастую смелые и необдуманные. Получив согласие, она спрашивает куда-то в сторону. — Раз Вы догадываетесь, в чем дело, зачем соглашаться?       Лили хорошо понимает людей, которые входят в ее окружение. Когда с детства по шагам умеешь определять, кто идет, читать других потом не составляет труда. Она догадывается, что согласиться на эту авантюру — возможно, один из самых смелых шагов мисс Синтии.       — Потому что вчера это казалось хорошей идеей.       — Что изменилось сейчас?       — Можно теперь мне личный вопрос?       Девушка чуть сбавляет обороты:       — Можно.       — Лили, Вы предпочитаете женщин?       — Я лесбиянка, если Вы об этом, — ее ответ уверенный и резкий. С девятнадцати лет она больше ни перед кем не извиняется за это.       — Значит, я верно думаю.       — Вы, наверное, думаете, что я по уши влюблена в Вас, но то, что я лесбиянка, не делает любые мои контакты с женщинами с подтекстом. Мне просто хочется пообщаться, вот и все.       Напряжение между ними нарастает с завидной скоростью. Ни прохожие люди, которые обходят их стороной, ни торговые объявления через каждые пять минут не кажутся сдерживающими факторами. Все пространство словно сужено до двух человек.       — Вряд ли из этого общения получится что-то хорошее.       — Может быть, но я предпочитаю пробовать перед тем, как говорить о чем-то наверняка.       Мисс Синтия мнется перед входом и не находит ответа. Лили смотрит на нее в ожидании хоть какого-то решения.       — Хорошо, давайте попробуем, — она машет рукой на правила, которые очевидно сидят в ее голове, и закидывает сумку на плечо. — Только не воспринимайте это как что-то большее.       Лили с усмешкой поднимает брови:       — Могу сказать Вам то же самое.       — Вы, так понимаю, последнее слово всегда оставляете за собой.       — Разумеется, — к ней возвращается настроение и позитивный настрой.       Среди бесконечных поворотов и островков с комнатами они постепенно расслабляются, и, на удивление, первой разговор начинает мисс Синтия.       — Вы живете с семьей?       — Да, с родителями и сестрой.       — Здорово.       — Сомневаюсь.       — Что, не находите общий язык?       — Вроде того, но я планирую съезжать летом, — они заворачивают в отдел со спальнями, и Лили тычет в первую попавшуюся. — Вот, буду жить в такой квартире с огромной кроватью, есть в ней чипсы до потери сознания и спать в крошках, зато сама себе хозяйка.       — Начало самостоятельной жизни — время, которое запомнится на всю жизнь.       — Когда началась Ваша?       Мисс Синтия останавливается возле островка с кожаными креслами:       — Мне, по-моему, было двадцать один или двадцать два. Мы снимали квартиру с тремя однокурсницами и составляли расписание, кто во сколько посещает ванну, приводит гостей и ложится спать.       — Это начало самостоятельной жизни или армия?       — В армии я тоже была.       — Серьезно?       — Шучу.       Мисс Синтия улыбается, и в этой маленькой шутке Лили находит столько очаровательного. Постепенно каждая начинает больше открываться: Лили рассказывает, что мечтает в будущем открыть свой салон с харизматичными женщинами из спальных районов, а мисс Синтия — что любит путешествовать и за ее плечами ни один десяток стран.       — Здорово, — девушка оглядывает длинный проход между дорогими кухнями. — Я нигде не была и, если честно, не особо рвусь. Знаете, я из тех, кто не любит спорт, ест пиццу на ночь и не мечтает путешествовать. Такой вот формат.       — Мне нравятся такие люди. Кто не следует за общественными интересами и имеет свое мнение.       — Это классно, но иногда попадает по шапке. Вроде того, как на Вашей паре. Ты говоришь то, что думаешь, а тебя просят выйти к чертям собачьим.       — Я оценила тогда Вашу смелость. Пусть не всегда корректно, но Вы всегда говорите то, что думаете.       — Не буду скрывать. В две тысячи шестнадцатом я поддалась одному общественному интересу и скачала «Снепчат». Одного фильтра с псом мне хватило, чтобы больше никогда им не пользоваться.       Мисс Синтия улыбается:       — Вы критичны.       Лили находит ее улыбку невероятно красивой и впервые замечает, как искренне при этом загораются ее зеленые глаза. В мисс Синтии определенно есть то, что цепляет романтичную душу.       — Это еще один минус. В глазах людей ты зачастую безбожный критик.       — В критике нет ничего плохого, если она здоровая.       — Это звучит красиво, но, знаете, когда меня кто-то — пусть даже обоснованно — критикует, я просто готова драться.       — Выходит, я хожу по очень тонкому льду, критикуя Ваш проект, — мисс Синтия смотрит на эту девчонку, которая из кожи вон лезет, чтобы развеселить ее, и находит эту ситуацию все больше нормальной.       — Я не то чтобы намекаю, просто сообщаю, — Лили отмахивает назад волосы, специально придавая словам двусмысленность. Они сворачивают в отдел с детскими. — Мы с Мирандой все детство спали на такой же.       Двухъярусная дешевенькая кровать скрывается за островком с шикарной комнатой. Несколько лет назад, когда девочкам спать на ней стало откровенно неудобно, были куплены две простенькие кровати, но Лили помнит, сколько до этого драк случалось за верхнее место.       — Вы с сестрой не близки?       — Все зависит от того, нужно ли нам что-то друг от друга. Нужно — близки, нет — чужие.       — Мне жаль, — преподавательница опускает голову. Ей неловко поднимать темы, которые навряд ли вызывают в Лили положительные эмоции.       — А мне нет, — Лили перехватывает инициативу и направляет разговор в нужное русло. — Вокруг столько классных людей, я не собираюсь загоняться из-за пары не таких.       — Лили, Вы все-таки удивительны.       Случайный комплимент срывается с губ мисс Синтии и кажется, будто она сама смущается сказанного.       Лили самодовольно задирает голову:       — Я же говорила, что о формате встречи в итоге придется напоминать не мне.       — Это по-прежнему не свидание.       — Это однозначно нет, но, может, — девушка с шальной уверенностью оборачивается к очаровательной женщине, но та успевает ее притормозить.       — Лили, Вы всегда бежите впереди паровоза?       — А если я могу его обогнать, то почему бы и нет? — скомкано отвечает девушка.       — Вы слишком торопитесь.       — Мы в «Икее». Вы ведь знаете, что это место свиданий лесбиянок? Они обмениваются кольцами буквально в следующем отделе, у ванных комнат.       — Это не свидание, — повторяет преподавательница, но в тоне ее нет настойчивости. В нем непрошенная мягкость и — не кажется ли? — совершенно скромное кокетство.       — Что мешает исправить это в следующий раз?       Слова мисс Синтии становятся чуть серьезнее:       — Лили, мне сорок девять.       — А мне двадцать один через месяц.       — Чувствуете разницу?       — Чувствую, что мне кондей в спину дует, а остальное — нет.       — Я Ваш преподаватель, и все это за гранью моей профессиональной этики.       — Нарушение — это когда об этом известно, а если это не уйдет дальше меня и Вас, то разве проблема существует?       Лили — сплошное юное очарование и настоящий змей-искуситель. Она не отступится от поставленной цели и найдет любые аргументы в поддержку. Вся эта молодая напористость и пугает, и одновременно привлекает Синтию.       — Зачем оно Вам нужно?       — Я не задаю такие вопросы, когда мне чего-то хочется.       — Очень зря.       — Какая разница, если я все равно это сделаю? Только лишних поводов для переживаний наберусь, а я такое не люблю, — Лили делает маленький шаг вперед. — Так что, могу я рассчитывать еще на одну встречу?       — Это добавит проблем.       — Я проблем не боюсь. Только земноводных и будущих счетов за квартиру, а о проблемах можете не беспокоиться, — она старается удерживать между ними позитив и легкость. Пусть с последним становится все сложнее, но Лили старается. В конце концов, не зря ведь она обладатель грамоты за самый смешной номер в третьем классе. Теперь титул обязывает оставаться такой по жизни.       — Я так понимаю, любой мой аргумент ты будешь разбивать в пух и прах?       — О, мы уже на ты. Интересно.       И, по правде говоря, это полностью выдает Синтию.       — Это оговорка.       — Это классно, — Лили чуть наклоняется, словно пытаясь придать своим словам веса. — Итак?       — Сначала просишь не искать подтекстов в действиях, а потом приглашаешь на свидание. Тоже очень интересно.       — А я вообще интересная. Могу доказать в следующую встречу.       — Я подумаю, — Синтия оглядывается на выход, — и сообщу, когда буду готова.       — Ненавижу ждать, — Лили опускает плечи, но решает больше не напирать. Возможно, им действительно требуется чуть больше времени. — Но в этот раз подожду.       — Спасибо.       Они возвращаются к началу, и на выходе Синтия прощается. После ее ухода приятное тепло разливается по всему телу. Лили приходит домой довольная и даже теснота квартиры с кучей людей не кажется в этот вечер напрягающей. Возможно, ее «определенно», касаемое не влюбленности, уже тоже не так актуально.