Пророчество

Подходил к концу месяц последнего зерна. К этому моменту благодаря моим усилиям и трудам лучших инженеров Эквестрии был создан первый танк «среднего класса». До этого были лишь танки «лёгкого класса», быстрые и манёвренные, но настолько тонкие, что я могла пробить обшивку сильным ударом копыта. Причем переднего, не заднего, у которого сила больше ввиду нашей, понячей физиологии. Несмотря на старания инженеров-проектировщиков, я таки закончила проект танка раньше. Это произошло потому, что я решила посоревноваться в скорости разработки и создании оружия, как делала это в далеком прошлом. Причём прототип, сошедший со сборочного конвейера превзошел все ожидания конструкторов. Танк получился крепкий, так как его броня выдержала два моих удара прежде, чем в ней образовалась дыра. Для такой машины войны это был хороший показатель, который меня на данный момент устраивал. К тому же я решила улучшить дизайн эквестрийских танков, добавив больше углов и меньше прямых поверхностей спереди и на крыше. Я опиралась на воспоминания Стевриана из которых следовало, что фактически все танки двадцать первого века имели угловое бронирование. Это означало, что снаряд с большей вероятностью отрекошетит от брони, а значит выживаемость танка и экипажа значительно повысится. Днище танка также было толще, чем у аналогов более «лёгкого» типа. Оно, конечно не могло спасти от направленного взрыва, но не дать проделать в танке дыру или зацепить осколками экипаж было вполне способно. По скорости на пересеченной местности данный тип танка уступал своим более лёгким аналогом, но не критично — всего на двадцать километров в час. В теории это могло плохо сказаться на выживаемости, но решения этой проблемы без уменьшения толщины бронирования я не смогла найти. Я смогла расширить внутреннее пространство танка таким образом, чтобы в него поместился дополнительный член экипажа — радист. Да и количество снарядов тоже можно было загрузить больше, чем в «легкие» танки. Роль радиста я по достоинству оценила, когда мои гвардейцы тестировали портативную радиоустановку. Портативную по меркам танка, разумеется. Радиус покрытия, конечно был небольшой, но достаточный, чтобы координировать союзные силы в радиусе прямой видимости. И эту технологию можно доработать со временем. Над гусеницами я тоже поработала. Я смогла настоять на использовании более прочной стали, хотя инженеры и советники и пытались на этом сэкономить. Меня это злило, так как нельзя экономить на нескольких вещах: здоровье и военных технологиях. Я это уяснила полторы тысячи лет назад, когда усилиями моей сестры был сильно урезан военный бюджет. Приходилось при завоевании отдельных грифоньих городов, бизонов и белых медведей грабить их для поддержания боеспособности армии Эквестрийской Империи. Мне было до сих пор противно об этом вспоминать. Я, конечно никогда не питала иллюзий по поводу войн и их реалий, но грабить мне было противно. Всегда было противно. Помимо прочего двигатель иные механические устройства, что приводили танк в движение были одновременно мощнее, лучше и относительно легко заменяемы. Но, к сожалению мне не удалось добиться того же результата, которого добились пони Сталлионграда. Их танки можно было чинить и переделывать хоть из консервных банок и чулок. И мне от этого было даже завидно. Но не только материалы сами по себе были препятствием для создания системы как у танков северянских пони. Системе мешало малое число военных заводов и удручающе медленная скорость их возведения, но и желание советников из знатных домов и иных держателей капитала экономить. Благо Нейсей продолжал поддерживать меня и поэтому не давал им спуску. Но не только танком я была занята последние месяцы. Ситуация в военной отрасли в принципе и у солдат в частности была плачевная. Из-за долгого мира фактически никто не умел воевать по-настоящему. Генералы так вообще были, как назвал их Стевриан «диванные». Разве что племянник ввиду своего положения, любви к стратегии и дворянскому обучению смыслил в войне, пускай и весьма ограниченно. Офицеры всячески пытались замалчивать ситуацию в своих подразделениях, но посланные мною агенты под прикрытием и проверки из числа лунных гвардейцев выявили крайне удручающую картину. Например вновь набранные и даже прошедшие какое-никакое обучение рядовые не желали лезть в окопы из-за страха в них затеряться. Огнестрельное оружие для вчерашних пекарей, учителей и бизнес-пони были в новинку. Они боялись им пользоваться. Однако, когда всё же пользовались, то возникали эксцессы или даже несчастные случаи. Танков многие пони также боялись. Для них это были огромные железные монстры, которые способны переехать кого угодно, сплющив бедолагу в лепешку. И это было особенно ироничным на фоне того, что эти же пони ежедневно сталкивались с поездами, даже в самой глухой глуши. Всё это надо было в короткие сроки исправлять. Тем более, что, памятуя нападение чейнджлингов на Кантерлот, это было жизненно необходимо. Не так давно свои пони или говоря иначе — агенты у меня появились в каждом городе и населённом пункте Эквестрии, что были известны. Это было трудно, дорого и затратно по времени, но это того стоило. Именно благодаря своим связным и гвардейцам я узнавала все новости почти мгновенно и могла отреагировать на них соответственно. Поэтому попытки чиновников, местных властей, моих советников и иных неприятных личностей умалчивать от меня что-либо были бессмысленны. Поэтому я инициировала военные учения в центральном регионе Эквестрии, на специально построенном для этом полигоне размером в десяток квадратных километров. Причем сообщила я об этом менее, чем за неделю об этом, чтобы у военных было меньше времени для подготовки и меньше возможности для халтуры. Конечно, это могло иметь неприятные последствия, но я пошла на этот шаг осознанно. На полигон я прибыла на несколько часов раньше и под невидимостью наблюдала за процессом подготовки. Увиденное меня местами позабавило, но в большинстве своём заставило задуматься относительно профпригодности офицеров как старшего, так и младшего звена. Некоторые лейтенанты, сержанты и капитаны пытались самодурствовать, благо не все. Генералу Феррусу вообще было плевать на то, что творится у него под носом — он был погружён в настольные игры со своим заместителем. Лишь полковник и подполковники коих было всего трое пытались заниматься правильным делом, несмотря на то, как им мешало начальство. Они пытались навести порядок в подразделениях и следить за правильностью работы подчинённых и я это подмечала. В итоге за время наблюдения картина сложилась скверная. Особенно много вопросов у меня было к генералу, которые я хотела бы задать. И, чтобы проучить Ферруса за халатность, я решила отчитать его перед всеми, дабы услышал каждый, от его заместителя, до рядового. Но нет худа без добра — солдаты прекрасно справились с подготовкой полигона, танков и оружия. Было любо-дорого смотреть на блестящий корпус танков, мишени, полосу препятствий и окопы в которых пони будут тренироваться преодолевать свой страх замкнутых пространств. Для интереса я самостоятельно осмотрела мишени на предмет дефектов, но ничего не обнаружила. Более того — в низине лежали запасные и поникены в большом количестве. Пройдя полосу препятствий я также обнаружила ряд мишеней, спрятанных за стенами и подключенные к каким-то механизмам. Судя по всему они должны были выдвигать мишени, когда к ним приближался пони, либо при нажатии кнопки другим пони, следящим за полосой препятствий. Также я посетила арсенал и отметила, что там есть фактически всё, что может придти на ум. От пистолетов, до новомодных пистолетов-пулеметов и револьверов. Также там были противотанковые ручные орудия, но их было слишком мало, чтобы заинтересовать меня. Некоторые окопы, когда я в них спустилась оказались настолько глубокими, что мне оставалось ещё полметра до того, чтобы дотянуться до верхушки земляных стен. Другие же были низкие и доставали мне до середины шеи. Однако всех их объединяло одно — узкость. Я могла развернуться только в глубоких окопах, в местах, которые уходили я сторону и сверху были закрыты деревянными досками. Когда я вышла из окопов и подошла к танкам, то в первую очередь встала рядом с единственным «средним» танком на полигоне — моим творением. Высокий танк, высотой в полтора раза выше меня стоял заглушенный в стороне ото всех остальных железных монстров. Да и выглядел он крайне примечательно на фоне остальных. Пока его «лёгкие» товарищи щеголяли стандартным цветом окраса и символом Эквестрии на боках, мой, пока ещё безымянный танк имел тёмно-голубой цвет краски, белые линии на боках и символ с месяцем в лобовой проекции. Среди названий для моего танка в голове крутилось несколько идей: Фальгус в честь лейтенанта лунной гвардии, который остался верен идеалам Гармонии, а не перешёл на сторону Найтмер Мун тысячу лет назад несмотря ни на что, и Алестус. Алестус был солнечным гвардейцем, личным телохранителем моей сестры, что принял на себя удар Найтмер и тем самым пожертвовал собой, чтобы Моли смогла сбежать. Именно благодаря его жертве война затянулась на месяцы, а не была проиграна сразу. Его жертва позволила собрать моей сестре достаточно сил, чтобы изгнать Найтмер Мун даже несмотря на то, что тогдашняя столица Эквестрии, остававшаяся последним оплотом сопротивления пала. Обо всём этом я узнала из личного архива моей сестры и её дневников. Из всего написанного я поняла, что натворила тогда ужасную глупость, повлекшую смерти десятков тысяч пони. Но вместо того, чтобы ныть и страдать, создавая себе кошмара, который должен был меня постоянно мучить, как я планировала изначально, я усвоила несколько вещей. Во первых — сделанного невозможно вернуть и самобичевание делу не поможет, особенно в моей ситуации, когда сестра исчезла и мне приходится править за неё. Второе — я должна быть морально сильнее, стать лучше, дабы мою волю невозможно было сломить, а целеустремлённость поколебать. Третье — я лишний раз смогла убедиться, что должна принять себя такой какой являюсь, дабы моя ошибка не повторилась. Решив отложить на потом присвоение модели танка имени, я чуть было не пропустила момент, когда инженеры уже окрестили его техническим названием: М22/13. Это название мне не нравилось, но спорить я не стала. Да и понять, чем руководствовались инженеры при наименовании модели я так и не смогла. Когда начались учения, я появилась неожиданно прямо за спиной у генерала, предварительно убедившись, что он у всех на виду. Феррус ожидаемо оказался сильно удивлён. Когда же я начала его отчитывать, то жеребец покраснел под шерстью от стыда. Мне этого вполне хватило, учитывая смешки среди солдат и офицеров. Однако, когда я начала отчитывать всех, от высших офицеров до рядовых солдат, им было не до смеха. Лишь троих я похвалила, а остальные вдоволь получили свою дозу порицаний и разочарования с моей стороны. Но хотя бы слёзно не начали просить у меня прощения и то хорошо, иначе бы я окончательно потеряла веру в собственные вооруженные силы. Но я заметила во взглядах тех пони, которых я похвалила искру горделивости, как и увидела в их позах. Посему я напомнила им об ответственности и обязанностях, чтобы не зазнавались и всегда помнили о том, какая власть им дана, и что может последовать за её злоупотребление. Изначально командиры хотели сразу приступить к показу возможностей танков, но я сочла более полезным научить пони не бояться окопов. Для этого я повела рядовых и сержантов к ним. Около окопов я провела инструктаж о полезности и необходимости их на поля боя: — Окопы — это ваш дом родной! — обратилась я к солдатам, использовав копье как указку, направив её в сторону глубоких окопов позади меня, — При необходимости вы будете там есть, спать, ходить в отхожие места и просто жить. В чистом поле нет места безопаснее. Не нужно бояться глубоких, длинных ям. Они могут спасти вашу жизнь, в конце концов! Пони передо мной нервно переглядывались, но внимали без пререканий. — А теперь занять позицию! — отдала я команду, — Не заставляйте вашу принцессу за вас краснеть! Не сразу, но бойцы побежали к окопам. Несколько из них упали, но большинство поступили как надо — обошли по линии неглубоких и зашли в глубокие. — Очень плохо! — крикнула я, посмотрев вниз на сгрудившихся внизу пони, — Нужно быстрее выполнять команду и желательно не подвергая себя опасности. То, что вы падаете — огромное упущение! Сломанные шеи, инвалиды и трупы на поле боя не нужны! — Но Блюблад… — попытался высказаться кто-то из толпы, но я перебила. — Что он вам говорил? — Что мы обязаны умереть во имя Эквестрии, — робко ответил тот же жеребец, — Что мы должны беречь технику. Мол, что она ценнее наших жизней… — Он идиот! — вновь сказала я, не дав закончить, — Техника ничего не будет стоить сама по себе, если некому будет ею пользоваться. Но насчет того, чтобы умереть за нашу родину — он прав. Пони в окопе приуныли, но я поспешила продолжить. — Однако вы не обязаны умирать за Эквестрию. Вы должны быть готовы к этому, но всячески стремиться к балансу между собственным выживанием и долгом. Войну мертвецами и пушечным мясом выигрывают только тогда, когда этого, так называемого «мяса» в десятки раз больше. Но наше количество конечно. Мы не можем жертвовать собой бездумно! Мой племянник этого не понимает, поэтому не воспринимайте его слова всерьез. Не дерзите, ибо он офицер и член командования, а посему просто стойте и слушайте. — А что, если нет иного выхода? — спросила кобыла в серой военной униформе. — Только, если действительно нет выбора и от вашей жертвы зависят чужие жизни, только тогда ваша жертва будет не напрасной, — ответила я, — До тех пор старайтесь выжить или унесите как можно больше врагов с собой на тот свет, дабы вашим боевым собратьям было легче воевать! — Это очень ценный урок, принцесса, — поблагодарила меня всё та же кобыла, — Сердечно благодарю вас! — Не за что! А теперь продолжим тренировки! В дальнейшем я проводила инструктаж по тому, как необходимо передвигаться в глубоких и неглубоких окопах. Также рассказала, как прятаться от снарядов, как использовать выемки для маскировки в случае, если в окопы проникнут вражеские солдаты. Всё это было жизненно необходимо на современной войне и я старалась ничего не упустить, ни единой детали. Да и все косяки солдат я тоже подмечала и старалась свести к минимуму. В будущем это точно пошло бы им же на пользу. Когда солдаты привыкли к темному пространству, я повернулась к остальным и скомандовала танкам наступать на окопы. Офицерами и танкистами приказ был встречен с непониманием, но никто не стал его оспаривать. Рядовым, которые находились в это время внизу стало страшно, но мой приказ не оставлять боевых позиций быстро вернул им благоразумие. Я отошла в сторону и стала наблюдать за происходящим. В это время я отметила, как рядовые и сержанты пытаются преодолеть свой страх. Не у всех это получалось, но те, кто приходил в себя быстрее всех, я подмечала. Такие вполне могли сгодиться в качестве агентов и стрессоустойчивость была одной из главных черт при отборе. Всё таки работа моим агентом была делом нервным и опасным. Опасным, если дело когда-нибудь дойдет до войны. Но отсутствие войны не освобождало их от обязанностей. Так или иначе, даже намёки на вражескую деятельность могло быть достаточно для предотвращения гибели множества пони. Бойцы в меньших окопах плотно прижались к земле, когда над ними проезжали танки. В глубоких же окопах некоторые пони дрожали от тревоги и смотрели вверх, но не сходили с места, не метались в панике и не кричали. Это означало, что дела в армии не настолько плохи, как я думала изначально. Значило, что пони и нашим вооружённым силам есть куда расти и к чему стремиться. Пока рядовые и сержанты не успели придти в себя и всё ещё были на адреналине, я повела их к тренировочной площадке. Там я разъяснила солдатам что нужно делать, в какой последовательности. Также я добавила, что они обязаны слушаться моих приказов во время прохождения полосы препятствий и реагировать на них мгновенно. Убедившись, что меня поняли, я скомандовала ближайшему ко мне рядовому-земнопони по имени Блю выйти на позицию. — На готовность десять секунд! — крикнула я и по их завершению вновь отдала приказ, — Пошёл! Пошёл! Земнопони встрепенулся и побежал вперёд. Я же выдвинула первые три мишени нажатием нескольких кнопок. Блю пропустил первую мишень, по второй попал ножом, вынув его зубами из нагрудного кармана, с третью подстрелил из пистолета, который доставал секунд шесть. «Как же плохо… Будь это реальный бой, первый же противник ударил его в спину или круп и он был бы мертв» — На вторую позицию, пошёл! — приказала я. Земнопони достиг её только через десять секунд, что заставило меня сделать ещё один мысленный фейсхуфф. «Там же прямая дорожка! Земнопони же могут бегать быстрее!» Я нажала на вторую кнопку и выдвинулось ещё три мишени, одна из которых была расположена на втором этаже. — Огонь по мишеням! Блю выполнил приказ, но не смог сделать это быстро и потратил десять секунд. — На третью позицию, пошёл! Жеребец взобрался на второй этаж по лестнице за двенадцать секунд, а затем занял нужную позицию. — Бросай гранату позади себя через дверь! Земнопони развернулся на месте, достал гранату из сумки, нажал на кнопку и при помощи копытокинеза закинул ту в помещение. Как только граната взорвалась, я приказала пони развернуться и нажала на кнопку, активировав сразу пять мишеней. — Огонь по мишеням! Двадцать секунд и все мишени легли. К этому времени Блю успел запыхаться, но всё ещё выглядел так, словно сможет преодолеть километр-другой. Помимо прочего он нервничал, что было заметно невооружённым глазом. — На четвертую позицию, пошёл! На сей раз требовалось просто преодолеть расстояние в сто пятьдесят метров и жеребец справился за двадцать шесть секунд. И это было сильное отставание от норматива для земнопони. Итого, в общей сложности девяносто две секунды из которых пять штрафных за первую мишень. Или, говоря иначе примерно полторы минуты. Нормативом была ровно минута. — Очень плохо, рядовой, — констатировала я, — Пять секунд штрафа за пропущенную первую мишень и в общей сложности полторы минуты. Норматив был ровно минута. В реальном бою ты был бы мертв ещё на первом же противнике, которого ты пропустил. Не допускай ошибок. Тебе ясно? — Так точно, принцесса! Я не стала останавливаться на одном жеребце и провела через полосу препятствий всех рядовых и сержантов. К сожалению никто из них не смог уложиться в норматив. Один земнопони так вообще умудрился более двух минут проторчать там из-за волнения. Однако самой близкой к норме оказалась пегаска Флайр Шторм. Даже несмотря на то, что у каждой из рас пони были свои нормативы, которые не сильно друг от друга отличались, она показала результат в минуту и девять секунд. Однако единственная пони, что приблизилась к необходимому минимуму не отменяло факта ужасной подготовки личного состава. Впереди была ещё одна вещь, которую я хотела не только проверить, но и провести по ней воспитательную беседу. Построив уставших пони в один ряд, в шеренгу по десять и разделив на несколько условных команд, я приказала им открывать огонь из выданных им ружей по готовности. Одновременно и точно по приказу. Смысл сего мероприятия был в том, чтобы показать бойцам каково это, находиться в строю и работать слаженно, как единый организм. На войне это также было жизненно необходимо и было бы упущением не донести до солдат такое. Ожидаемо никто не смог выполнить приказ как было необходимо, даже несмотря на то, что я приказала выдать им мушкеты. Выбор я объяснила просто — они должны были узнать как обращаться с более примитивным оружием, прежде, чем получить современное. Проведя ещё несколько попыток, у пони стало получаться лучше, но всё ещё не было идеально. Не дотягивало даже до того уровня, который я считала минимальным, то есть, чтобы разница был не более секунды. Тогда же я вспомнила о том, как тренировались мои гвардейцы. И в отличие от той солдатни, которую я видела здесь, на учениях, каждый из лунных гвардейцев был грозной силой как в одиночку, так и идеально работали в связке друг с другом. Любо дорого было смотреть, особенно на Стевриана, который смог обрести внутреннюю дисциплину, которая у него с детства отсутствовала. Мой друг с самого детства был довольно независимой, упрямой и целеустремленной личностью, но очень ленивым. Дисциплина как явление было для него не то, что незнакомым явлением, но определённо не относилось к его сильным сторонам. Из-за такого легкомыслия и противоречия всем вокруг, а также жеребячьего максимализма его даже выгнали из секции по вольной борьбе. Однако здесь благодаря моим стараниям, жестким тренировкам и постоянной занятости он смог развить в себе дисциплинированность. И я была этому очень рада. Но вытравить из него стремление к жертвенности и чувству справедливости мне так и не удалось. Дабы поднять себе настроение после провального выступления рядового и сержантского состава, я вновь обратилась к танкам. И это вновь вернуло ко мне надежду на успешное развитие вооруженных сил Эквестрии. Танкисты справлялись со своими задачами куда лучше, чем их товарищи из пехоты. Бегали быстрее, быстрее работали с оборудованием и работали слажено. Но не всё могло длиться вечно. В один момент я услышала приближающийся топот тяжелых копыт. Повернувшись в направлении звука, я сначала удивилась, но потом появилось раздражение. В нескольких сотнях метров стоял пятиметровый кентавр с чёрно-красной шерстью, белой бородой и гривой — бывший лорд Тирек. Он был обвешан всяческими амулетами и медальонами, на его пальцах были кольца, как и на ногах. Не морде этого злобного жеребца было злобное выражение, а взгляд был направлен прямо на меня. Присутствие этого кентавра ставило под угрозу жизни пони. Даже учитывая, что все окружающие были военными и вооружены огнестрельным оружием, они всё же были уязвимы к высасыванию магии и жизненной силы из тел. Именно в этом была главная сила Тирека. Вероятно, все вещи на его теле были магические, а значит он хорошо подготовился. Готовился он, возможно долго, собирая магические артефакты, но я не собиралась стоять на месте. Допускать, чтобы те пони, за кого я держу ответственность как правитель пострадали было невозможно. Тирек был известен тем, что мог высасывать как магические, так и жизненные силы из живых существ, по большей части из разумных. И своей силой он активно пользовался. Посему приближаться к нему слишком близко было подобно смерти для всех, но не для меня. Что моя магия, что жизненная энергия были довольно губительны для окружающих, если я использовала их. Более тысячи лет назад Тирек пытался лишить меня и того, и другого, но ничем хорошим для него это не кончилось — он чуть не умер. Поэтому я могла с ним бороться на равных, что тогда, что собиралась сделать вновь для защиты своих подданных. — Кого я вижу! — крикнул он так, что его было слышно даже отсюда, — Вот уж не ожидал, что ты всё ещё будешь здесь, даже спустя тысячу лет! — А я всё гадала, когда же ты сбежишь из Тартара! — ответила я ему и решила съязвить, чтобы он лишь на меня переключил внимание, — Долго же тебе это пришлось организовывать! Это ещё раз подтверждает твоё скудоумие! — Всё также язвительна! — усмехнулся он, — На сей раз я подготовился и не допущу своих ошибок! Пони вновь будут моими! Я фыркнула и помотала головой. — Только через моё бездыханное тело! — Это можно устроить! — усмехнулся кентавр. Сказав это он достал из сумки на боку огромный молот с множеством острых кольев на одной стороне, а на другом двигатель, похожий на реактивный от самолетов Земли. «Откуда у него это оружие? Реактивные двигатели в этом мире же ещё не создали! Это изобретение на раннем этапе разработки! Что за ерунда?» — Откуда у тебя это оружие? — Это не важно! — ответил Тирек, включив сопла на своём молоте, — Важно то, что я раздавлю тебя в лепешку, а затем высосу этих пони до суха! На его слова я громко рассмеялась. — Ты в курсе, как двусмысленно прозвучали твои слова? В ответ на это жеребец закричал и побежал на меня с намерением убить. Я повернулась назад полубоком и, увидев на оружейной стойке несколько двуствольных ружей, револьвер, два обычных пистолета и патроны на столе, притянула всё это к себе. — Атакуйте по моему приказу! — крикнула я своим воинам, — Не подпускайте его! — Но как же вы принцесса? — спросил один из рядовых, — Вы же можете пострадать! — Обо мне не волнуйтесь. Обычное оружие не нанесёт мне вреда! Повернувшись вновь в сторону Тирека, я заметила, что он преодолел уже половину расстояния. Зарядив оба ружья и пистолеты, я ринулась на перехват. «Тирек не идиот, чтобы пойти на меня и небольшой воинский контингент без защиты. Эти амулеты и кольца явно не для красоты надеты!» Подобравшись к нему почти в упор, я рывком ушла в противоположную сторону от размашистого выпада противника и сделала выстрелы из обеих ружей одновременно. Вокруг Тирека возникли магические барьеры в пять слоёв, которые не пропускали дробь и осколки от деформированных пуль. «Так и думала. Он защищён» Отскочив назад от нового выпада врага, я вновь сделала два выстрела, дабы убедиться, что слоёв барьеров действительно пять. — Огонь! — скомандовала я. Мои войска открыли массированный огонь из имеющегося у них оружия. Но три из десяти танков всё же промахнулись и их снаряды ушли в никуда. Когда Тирек ударил сверху, я подпрыгнула вверх и сделала переворот в воздухе. Одновременно с этим я зарядила в ружья по два патрона и произвела выстрелы обеими сразу. Это дало свои плоды, ибо первый из пяти слоёв магических барьеров исчез, обнажив четвёртый. Однако противник не давал мне перевести дух. Он резко сменил направление, когда я попыталась уйти от очередного размашистого выпада. Мало этого, он активировал двигатель, отчего оружие двинулось на меня ещё быстрее. Уйти от столкновения я успела в последнее мгновение, прижавшись к земле. Вновь встав на ноги я разрядила обоймы из пистолетов и отдала новую команду: — Огонь! Войска вновь дали залп по Тиреку. Но на сей раз кто-то из солдат зацепил и меня. Я почувствовала это, когда боль пронзила грудь сзади и спереди. Вероятно пуля прошла через мою грудь насквозь. Впрочем, для меня, как аликорна это не было даже царапиной. Вместо того, чтобы атаковать меня, кентавр направился в сторону пони, но не успел пройти и пяти шагов, как залп сразу семи танков откинул его на несколько десятков шагов и заставил встать на колени. Одновременно с этим четвертый слой барьера пропал, обнажив третий. Помимо прочего три из десяти амулетов на его шее треснули и рассыпались в прах. «Отлично! Надо продолжать!» В этот момент прогремели выстрелы ещё трёх танков. Два снаряда ударились о барьер, а третий Тирек перехватил лапой и швырнул прямо в меня. Я не успела среагировать и, выражаясь фигурально, как упоминал Стевриан — словила мордой маслину. Меня оглушило и было очень больно. Словно сотни игол воткнулись во все части тела выше груди. Меня шатало из стороны в сторону, в ушах звенело, перед взором была пелена. Но даже так я ощутила, как кентавр замахнулся на меня своим оружием вновь. Прижавшись к земле, я ощутила горячий воздух над собой. Затем почувствовала, как в мою сторону направляется оружие Тирека и начала перекатываться. Один удар по земле, второй, третий и я вновь на ногах. Взор мой прояснился и я увидела ухмыляющегося кентавра-жеребца. Он был явно доволен тем, что смог меня ранить. Я фыркнула и одновременно зарядила патроны в оба пистолета, оба ружья и в револьвер. «Что же, ты меня разозлил» Приблизившись к противнику, я разрядила оба ружья и зашла за спину. Оттуда я разрядила револьвер, сбив таким образом щит до второго слоя. Но и Тирек не долго стоял на месте. Он резко развернулся и размашистым вырадом попытался попасть по мне, но я вновь избежала удара, припав к земле. Не останавливаясь кентавр занес молот над собой и, включив сопло начал наносить быстрые удары по земле. Это было настолько быстро, что я даже со своей реакцией успевала избегать травм за долю секунды до. Скорость противника всё росла и я была вынуждена воспользоваться блинком, чтобы отступить. — Огонь! — отдала я приказ. Вновь послышался звук массированного залпа как ружей, так и танков. Но, судя по всему кто-то из солдат вновь целился не туда, так как я ощутила, как пуля прошла сквозь мою шею, миновав позвоночник на доли сантиметра. Только в этот момент я обратила внимание на ранения, которые получила за время нашего с Тиреком боя. Чувствовала, словно сотни игл торчали внутри моего тела — осколки. Огнестрельные же ранения затягивались мгновенно. Эти ранения не были для меня смертельными, но доставляли сильные неудобства. При каждом движении осколки внутри рвали мышцы, царапали их, разрывали кровеносные сосуды, заставляя тело кровоточить и не давая тому нормально регенерировать. На секунду мне вспомнилось, как я пыталась сражаться с осколком большого меча в груди. Это был крайне неприятный опыт. Поэтому я всегда старалась извлекать или выдавливать из себя инородные тела при помощи магии. Однако это занимало некоторое время, которое непозволительно было тратить в бою. Тирек смог избежать трёх из десяти танковых снарядов, но остальные попали по его барьеру, заставив отступить ещё на десять шагов назад. Поискав взглядом своё оружие, я подобрала его и обнаружила, что оба пистолета вышли из строя. Остальное же оружие было цело и я не медлила его использовать. Вновь подобравшись вплотную к кентавру, прикрываемая залпом огнестрельного оружия, я разрядила оба ружья и револьвер, оставив Тиреку тем самым лишь один слой барьера. Но радовалась я лишь мгновение, так как ещё несколько амулетов рассыпались в пыль и барьеров вновь стало три. «Вот же твою мать! Потребуется огромный арсенал, чтобы его победить!» Не дожидаясь дальнейших действий Тирека я телепортировалась в противоположный конец полигона, к арсеналу. Там я бросила ружья на стол и притянула к себе недавно разработанное по грифонским чертежам противотанковое оружие в качестве трёх штук с интересным названием — Панцерфауст. Любопытно было то, что названием и внешним видом они были почти идентичны аналогам с Земли. Однако использовались эти противотанковые орудия исключительно грифонами, ибо они первые их и разработали. Лишь благодаря чёрному рынку удалось заполучить некоторый их запас как для обучения, так и для создания собственных аналогов. Оставив при себе револьвер, я телепортировалась обратно и выпустила первый снаряд в Тирека. Он этого не ожидал и пошатнулся. После этого я вновь скомандовала: — Огонь! Десятки выстрелов из огнестрельного оружия и вновь танковый залп. Вновь остался один слой барьера и треснуло несколько амулетов. Однако на этот раз чёрно-красный кентавр решил действовать наверняка. Кольца на его пальцах засветились рунами и он резко ускорившись, он преодолел расстояние в пятьдесят метров, почти добравшись до окопов. Я не растерялась и встала перед ним, выстрелив из панцерфауста. Это остановила его и я смогла на мгновение оглянуться на засевших в окопах пони. Они боялись и некоторые хотели побежать, но мой резкий приказ не оставил им выбора: — Держать позиции! Стоять насмерть! Тирек потянулся, чтобы начать высасывать магию пони с расстояния, но выстрел из танка не дал ему этой возможности. При ударе снаряда о барьер, несколько пальцев кентавра оказались снаружи и их разорвало на части. Это заставило противника заорать от боли и схватиться за кровоточащую лапу. Пятиметровый монстр кричал достаточно долго, чтобы я смогла прицелиться и пустить последний фаустпатрон, который полностью опустошил заряд барьера, сделав Тирека уязвимым. Оглядевшись по сторонам, я заметила на земле копье, которым указывала солдатам на окопы и притянула его к себе. Затем я быстро преодолела расстояние между собой и кентавром, чтобы воткнуть острие ему в верхнюю часть туловища. Но враг сдаваться не хотел и издав угрожающий рев вновь занёс свой молот для удара. Однако я среагировала быстрее и сделала выстрел последним патроном в револьвере. К сожалению из-за скорости происходящих событий я промазала мимо самого Тирека, но папала в его молот. Тот издал странный звук и заискрил. Поняв, что произойдет взрыв, я использовала блинк, чтобы сменить место положение и как раз вовремя. Спустя пару мгновений механический молот с реактивным ускорителем взорвался прямо в лапах кетавра-жеребца, раздробив ему кисти, оторвав несколько пальцев и опалив шерсть. — Вы идиоты! — проорал он, корчасть от боли, пытаясь устоять на ногах с торчащим в боку копьем, — Я не должен был проиграть таким слабым, тщедушным созданиям! «Даже с такими ранениями пытается строить из себя хрен пойми кого» — На что ты вообще надеялся? — спросила я. — Они дали мне оружие! — продолжил тем временем кентавр, — Одарили меня защитой и сказали, что я стану непобедим! — Они? — переспросила я, — Кто такие «они»? — Вы не поймете! Вы не готовы к таким знаниям! — Так значит? — фыркнула я, — Если не хочешь говорить сейчас, моя гвардия развяжет тебе язык иными методами. — Вы никчёмные создания! — все не унимался бывший лорд-тиран, — Вы лишь пыль под моими ногами! Пища для моего организма! Я… В этот момент прозвучал выстрел из танкового орудия и в следующий момент голова кентавра разлетелась на кровавые ошмётки, как и верхняя часть грудной клетки. Затем безголовое тело с грохотом упало на землю, подрагивая в остаточных конвульсиях ещё несколько мгновений. Несколько секунд я стояла в удивлении, а затем обернулась и увидела, как из крыши моего танка торчит земнопони белого цвета шерсти с коричневой гривой. Из ствола танка виднелся дым, что означало, что именно экипаж этого танка произвёл смертельный для Тирека выстрел. Прорычав от гнева, я развернулась и быстрым шагом направилась к танку, сопровождаемая испуганными взглядами рядовых и сержантов на пути. Когда я была напротив железной машины, то приказала экипажу выйти и построится рядом с танком. — Кто отдал приказ стрелять? — задала я вопрос трём стоящим передо мной пони, — Кто ваш командир? — Я! — сделав шаг, ответил тот самый жеребец, что выглядывал из люка. — Имя и звание! — Лейтенант третей бронетанковой дивизии Вадим Кузнецкий! — отчитался офицер, смотря прямо перед собой. Хмыкнув, я встала прямо перед ним и ногой приподняла его голову так, чтобы он смотрел мне в глаза. — Ты из северяны? — Так точно, мэм! Вновь хмыкнув, я отпустила голову Вадима и посмотрела на остальных присутствующих. — Считайте, что учения несмотря на косяки прошли успешно, — начала я речь, — Одна из угроз Эквестрии успешно устранена и вы в этом приняли ключевое участие. Посему большинство присутствующих будут повышены в звании. Что касается лейтенанта Кузнецкого — прошу наградить его медалью за отвагу… Взяв паузу я посмотрела на земнопони вновь и заметила на его мордашке улыбку. — И назначить десять нарядов вне очереди, как рядовому солдату, — продолжила я, — Это за самовольство. Я чётко отдала команду стрелять по моему приказу и никак иначе. Поэтому проследите, чтобы он получил наказание в полной мере. — Принцесса, разрешите обратиться? — спросил у меня генерал. — Разрешаю. — Ваша голова, она… — Со мной всё нормально, — ответила я, — Аликорны способны перенести и не такое. Это даже не царапины. Вскоре всё заживёт и не останется даже следов. Удовлетворены ответом, генерал? — Удовлетворён, ваше благородие! — Соберите разбросанное по полю боя оружие и осколки снарядов, — вновь обратилась я ко всем, — Почините сломанные и поврежденные орудия. Тело Тирека не трогайте. Повернувшись вновь к генералу, я обратилась к нему: — Возьмите лояльных и благоразумных солдат, оцепите пространство в пятьдесят метров от трупа и никого не пускайте. Вскоре прибудет лунная гвардия и заберет тело с собой. Всё ясно? — Так точно! — отсалютовал генерал Феррус. Остальных членов экипажа танка я не стала сильно наказывать. Они лишь выполнили самовольный приказ старшего по званию, своего командира. Тем не менее, это не освобождало их от ответственности, поэтому они тоже получили наряды вне очереди, но по три и не такие жестокие. После всего пережитого я поспешила уединиться в том месте, где меня не будет видно, в одной из дальних палаток и начала при помощи магии выдавливать из тела сразу все осколки. Процесс был медленный и болезненный, но это было необходимо для того, чтобы регенерация нормально заработала. Когда я закончила, то собиралась выйти из палатки, но в проходе заметила кобылу-пегаса, которая лучше всех прошла полосу препятствий. — Что ты здесь делаешь, рядовая? — спросила я. — Я услышала звуки боли и хотела проверить, всё ли хорошо… — Желание твоё похвально, дитя, — усмехнувшись, сказала я, перебив пегаску, — Со мной всё нормально. Волноваться нет причины. — Я рада, что это так! — с улыбкой сказала кобыла, — Разрешите идти? — Конечно, — ответила я. Когда я вновь осталась одна, то погрузилась в свои мысли. В итоге я пришла к одной идее, которую в своё время не реализовала. «Надо было убить Тирека ещё тогда, более полутора тысяч лет назад, а не отправлять его в Тартар. Не было бы таких проблем и опасности для подданных и меня» Расхаживая по палатке, я вспомнила о последних словах кентавра. «Он говорил о каких-то «их». О тех, кто дал ему те амулеты с кольцами и оружие, которое опережает технологическое развитие на годы вперёд. Кто же они? Если бы не лейтенант Кузнецкий, я бы самолично выпытывала сведения у Тирека уже сегодня вечером. Опять мне не везет! Ну, что же, не всегда планы идут, как хотелось бы»