Ещё одна шутка Селестии

      Тихий топот приближающихся шагов разбудил Кэйю. Медленно открывая глаз, парень щурится, привыкая к яркому свету лампы. Повернув голову на звук, кавалерист не сразу смог распознать приближающееся пятно, и лишь спустя пару секунд, когда взгляд сфокусировался, Кэйа узнал Аделинду. В руках у неё был поднос с какой-то едой, на которую капитан не обратил внимание. Кэйа попытался встать, но боль электрическим током прошибла тело, не давая возможности пошевелиться, в глазах потемнело и кавалерист, сморщившись от неприятных ощущений, зашипел. — Сэр Кэйа, не вставайте, вы ещё не до конца восстановились. Я принесла вам ужин, мастер Дилюк зайдет к вам позже, чтобы обработать раны — девушка поставила поднос с едой на стол и подошла к кровати, поправляя съехавшее одеяло. — Аде.кх. кха-кха — попытка что-либо сказать провалилась из-за приступа кашля. Только сейчас капитан заметил, как болело пересохшее горло, на глазах блеснули капельки слёз. Аделинда сразу поняла в чем дело и протянула кавалеристу стакан с водой, за что Кэйа был ей безгранично благодарен. Залпом осушив стакан, капитан протяжно вздохнул. — Спасибо, Аделинда, ты как всегда очень добра. Как я здесь оказался? И... как давно я тут? — хриплым от долгого сна голосом поинтересовался капитан. — Сэр Кэйа, что вы помните последним? — Я. помню как потерял сознание… — Не говорить же ей, как капитан кавалерии, прославленный рыцарь Ордо Фавониус, мало того, что не справился с митачурлами, так ещё и сам себя подставил. Подал им себя на блюдечке с золотой каёмочкой. Просто курам на смех. Осознание своей беспомощности и бесполезности бьёт по уязвимым местам. Тревожные мысли, что неоднократно топились в алкоголе и бесконечных поручениях, начинают потихоньку вылазить из недр сознания и отравлять мозг. Из раздумий его вытягивает взволнованный женский голос. — Сэр Кэйа, вас раненым нашли торговцы из Ли Юэ, по их словам вы лежали около дерева, а рядом были два митачурла, полностью покрытых толстым слоем льда. Они сначала испугались, думали что вы — мертв, но увидев, что вы ещё дышите, взяли вас с собой, положив в повозку. Они вам перебинтовали раны ненужными тряпками и довезли до сюда. А там вас увидел мастер Дилюк и, узнав что произошло, забрал. У вас была лихорадка первые два дня, мастер Дилюк очень волновался. Он вызвал врачей для вас. Вы не просыпались целую неделю. Мы... мы очень волновались, сэр Кэйа — под конец Аделинда слишком расчувствовалась и всхлипывала, еле сдерживая слёзы. Кэйа распахнул руки, игнорируя резкую боль в плече, призывая девушку к объятиям и Аделинда аккуратно обняла капитана, уткнувшись в плечо, мягко поглаживая парня по волосам. И Кэйа ощутил себя ребёнком. И не смог сдержаться, одна единственная слеза скатилась по щеке и упала на рубашку девушке, быстро впитавшись в ткань.       Немного успокоившись, Аделинда отпрянула от кавалериста и потянулась к подносу с едой. Приятный аромат горячего супа заполнил комнату лаская нюх. Кэйа хотел было потянуться за ложкой, но твёрдый голос Аделинды запретил ему двигаться, настоятельно рекомендуя не вставать и никак не напрягаться. Девушка принялась кормить кавалериста, аккуратно остужая каждую ложку горячего супа.        Спустя десять минут тарелка опустела. Всунув градусник под мышку, Аделинда ушла с подносом на кухню и вернулась спустя десять минут. Температура была завышена, но не критично, 37.8. Снизу послышался хлопок двери и поднимающиеся наверх шаги. Аделинда, положив градусник на полку, бросилась в коридор встречать хозяина дома. За закрытой дверью было слышно, как девушка рассказывает о недавних событиях. В ответ получая пару указаний голоса затихают. Дверь в комнату вновь открывается, на пороге возникает знакомый силуэт. Холодный взгляд рубиновых глаз пристально смотрит на Кэйю пару секунд, после чего обладатель этих самых глаз проходит в комнату. Дилюк берёт с полки градусник, смотря на цифры, хмурится и мысленно вздыхает — температура так и не спала — откладывает градусник обратно на полку и садиться на край кровати. — Как ты? Не знал что рыцари Ордо Фавониус настолько бесполезны, что не могут справиться с какими-то митачурлами. — Ну. как видишь жив — Кэйа опять натягивает свою фирменную улыбку и попытался сесть, лежать уже толком надоело, но попытка не увенчалась успехом и лишь новая волна боли прошлась по телу, от чего парень выпустил болезненный стон. Рангвиндр слегка замешкался, но вскоре помог Кэйе сесть, подложив ещё одну подушку за спину. Ненадолго повисло неловкое молчание. — Когда я могу уйти? — от неожиданности этого вопроса Дилюк слегка вздрогнул. — Пару дней поваляешься, пока раны не заживут, после отвезу тебя в Мондштадт. Там о тебе уже позаботятся монахини.       Кэйе не хотелось возвращаться. Ему ещё нужно было попасть на Драконий хребет и не хотелось проходить весь путь заново. Остаётся только уговорить Дилюка остаться на пару дней дольше, а после, сказав, что сам дойдёт, уйти на Драконий хребет. — Может я лучше сам дойду? Я все-таки Капитан кавалерии. Поваляюсь на денёк дольше, а ты пока лучше разберись со своей работой. — Капитан несуществующей кавалерии — съязвил Дилюк. — Ладно, только не мешайся — вздохнув, винодел вышел в коридор и, судя по звукам, ушел к себе в кабинет. Однако не прошло и пары минут, как дверь в его комнату снова открылась. Рангвиндр принёс аптечку, бинты и какую-то мазь, положил всё на край кровати, помог Кэйе снять верхнюю одежду. Только сейчас кавалерист заметил, что это была не его одежда. Слишком свободная рубашка и не менее свободныё чёрные штаны. Альберих вопросительно посмотрел на винодела, но Дилюку потребовалось время, чтобы понять, что не так. — Твои вещи в стирке. Рубашка в мусорке. Слишком сильно разорвана — сухо объяснил Рангвиндр и принялся аккуратно снимать бинты. Раны уже не выглядели так страшно, как когда Кэйа только прибыл на Винокурню, и Дилюк облегчённо вздохнул. Открыл мазь, от чего всю комнату заполнило запахом целебных трав в перемешку с запахом сесилии, и принялся обрабатывать рану на плече. От чего Кэйа вздрогнул. Ему было слишком непривычно, это всё казалось слишком сладким для парня, что даже неправильным. Боль всё ещё тревожила его, но на удивление Рангвиндр делал всё аккуратно, стараясь не тревожить больное плечо. Вскоре закончив с раной на плече, Дилюк принялся и за ушибленную грудь достав другую мазь, имеющую более резкий запах, и аккуратными движениями стал наносить лекарство. Она казалось холоднее предыдущей, от чего Кэйа слегка свёл брови, но привыкнув к температуре, расслабился. Спустя минут пять, Дилюк перевернул Альбериха спиной к себе, там сейчас красовался ещё один ушиб и несколько почти заживших царапин. По одной он аккуратно провёл пальцем, из-за чего тело Кэйи заметно напряглось, Дилюк и сам не заметил как сделал это, просто вдруг захотелось. Дёрнув головой парень отогнал наваждение и принялся наносить новую порцию мази на раны. Рана на голове уже не требовала такой заботы, потому Рангвиндр просто сменил на ней бинты. Когда все возможные раны были обработаны, Рангвиндр принялся плотно обматывать их бинтами, после чего уложил Кэйю обратно в кровать, укутав в одеяло. По окончанию лечения, винодел собрал грязные от крови бинты и, прихватив заодно аптечку, вышел, оставляя кавалериста наедине со своими мыслями. Усталость накатила на капитана и устроившись поудобнее тот заснул.

***

      Дилюк в это время принялся за составление плана. Недавно от своих информаторов он получил новые сведения о передвижениях фатуи, которые зачем-то выдвинулись на Драконий хребет, и Дилюк был бы не Дилюком, если бы не поспешил узнать, что им там нужно. По сведениям, фатуи тщательно осматривали местность около Ущелья спящего дракона и, видимо, что-то искали. Составив примерный план похода на Хребет, Дилюк вышел в столовую за чаем, сейчас ему очень хотелось спать, всю прошлую ночь он был на смене Полуночного героя и очень устал, а вернувшись принялся за осмотр раненого. Спустившись, он встретился с Аделиндой, которая несла чай и блинчики с виноградным сиропом. Девушка усадила Рангвиндра за стол и быстро расставила всё с подноса. Поблагодарив Аделинду, винодел принялся за поздний завтрак. Закончив с едой, Дилюк ушел в свои покои и лёг спать.

***

      роснувшись, Кэйа первым делом обратил внимание на время. Часы безошибочно определили пол второго ночи. Однако спать кавалеристу не хотелось, а в животе заурчало, напоминая, что ел он последний раз только утром. Будить Кэйа никого не хотел, а потому превозмогая боль, которая стала значительно легче после спокойного сна, направился к кухне. Слабость после стольких дней без движений дала о себе знать, когда парень спускался по лестнице не удержал равновесие и полетел вниз. От неожиданности зажмурил глаз ожидая твёрдого столкновения с полом, но почувствовал как его подхватили чьи-то крепкие руки. Поспешно открыв глаз, Альберих увидел шею Дилюка. Он утыкался носом в ключицу последнего. В нос ударил резкий запах дорогого парфюма заполняя грудь, а огненно-рыжие волосы щекотали щёку парня. Опомнившись, Кэйа отстранился попутно извиняясь, на что удостоился только хмурого взгляда, на секунду Альбериху показалось, что во взгляде промелькнуло что-то ещё, но промелькнуло это на столько быстро, что Кэйа не смог это прочитать, потому списал на показалось. — Зачем ты вышел? Тебе было ясно сказано не вставать. — Я хотел кушать, а время два ночи, ты, кстати, почему не спишь? — ответно поинтересовался Альберих. — Не твоё дело, идём — поддержав Кэйю под руку, Дилюк отвёл его в столовую, усадив за стол. — Жди здесь — коротко кинул Рангвиндр и ушёл на кухню. Пол часа спустя к Альбериху вышел винодел. Волосы его были заплетены в высокий хвост, белый фартук одет поверх тёмно-синей рубашки и чёрных штанов, а щёки были слегка красными, от жара на кухне, невольно Кэйа залюбовался. Однако когда подрос стукнул прямо перед ним, кавалерист вернулся в реальность. — Прекращай пялиться на меня и ешь, скоро вернусь — кинул винодел перед тем, как удалиться к себе.       Кэйа улыбнулся и мысленно поблагодарил Дилюка, а после принялся уплетать, приготовленные хозяином дома, оладьи. Тёмно-красная жидкость в стакане давала кавалеристу надежду на алкоголь, но попробовав, не удивился — виноградный сок. Отставив стакан подальше, кавалерист прикончил последний оладушек, как раз к этому моменту со стороны лестницы послышались быстрые шаги. Дилюк пришёл как раз вовремя и, убрав со стола тарелки, помог Кэйе вернуться в комнату. Уложив кавалериста, Рангвиндр достал с полки градусник и, сбив его, дал Кэйе. Спустя десять минут забрал градусник и облегчённо вздохнул, 36.8, температура спала. Укрыв Альбериха одеялом, и настоятельно рекомендуя никуда не вставать, ушел к себе.

***

      Утро началось с грозы, разбудившей как Кэйю, так и Дилюка, последний вскоре объявился в комнате кавалериста с двумя чашками чая. — Думает я всё ещё боюсь грозы? — мысленно интересовался Альберих. Приняв и поблагодарив Рангвиндра за чай, Кэйа задумался о чем-то своём, пристально смотря в чашку. — Он не отравлен. — Что? — Кэйа вздрогнул от неожиданности и не сразу понял о чём говорил Рангвиндр. — Чай не отравлен, ты слишком пристально на него смотришь — пояснил винодел. — А, конечно, братец ведь не стал бы меня отравлять, как бы я мог о таком подумать — промурлыкал Кэйа поднося к губам чашку и, отпив пару глотков, показательно облизнулся, на что Дилюк лишь закатил глаза и фыркнул.       Допив чай, парни спустились вниз, где их уже ожидал, заботливо приготовленный Аделиндой, завтрак. Быстро расправившись с яичницей, Дилюк, подхватив Кэйю под руку, ушёл на второй этаж, в временную комнату кавалериста. Следом прибежала Аделинда с аптечкой и бинтами и, передав их виноделу, ушла убирать со стола. Потратив ещё полчаса на перевязку и обработку ран, Дилюк ненадолго вышел из комнаты, а вернувшись, держал в руках чистые вещи кавалериста. Положив их на спинку кровати вместе с неизвестной Альбериха рубашкой, Дилюк опять куда-то ушёл, а вернулся с пледом, которым вскоре укрыл капитана. — Спасибо, братец. А что это за рубашка? — поинтересовался Кэйа. — Твоя, уже не пригодна, так что, считай, подарок. — Спасибо, братец, ты сегодня очень добр~ — не смог не подколоть Дилюка кавалерист. — Отлежишься сегодня день, завтра днём отвезу тебя в Мондштадт, у меня есть дела, так что более тебе тут оставаться нельзя. — А, братец, не нужно тратить на меня время, я сам дойду, а ты лучше займись своими делами — прищурившись, предложил Кэйа. — Посмотрим по твоему самочувствию — бросил винодел и ушёл к себе в кабинет. Гроза как раз закончилась и только редкие капли дождя стучали по стёклам нагоняя сон. В последнее время Альберих слишком много спит, оно и понятно, усталость, частые бессонные ночи из-за кошмаров, недавняя болезнь и обилие ран. Он давно так хорошо не высыпался из-за постоянных кошмаров, а потому был совсем не прочь поспать. Очередной раз проснулся он вечером, когда в комнату заходила Аделинда с подносом в руках. — Сэр Кэйа, извините, не разбудила? — взволнованно спросила Аделинда. — Нет-нет, всё в порядке, не беспокойся — заверил её Альберих, параллельно усаживаясь на кровати поудобнее. — Я принесла ужин, днём вы крепко спали, потому мастер Дилюк сказал не будить вас, и вы пропустили обед — Аделинда поставила перед Кэйей поднос с картофельным пюре и жареными грибами. — Приятного аппетита, сэр Кэйа. — Спасибо, Аделинда — Альберих принялся за еду, а Аделинда куда-то убежала. Только сейчас Кэйа вспомнил о надоедливых снежинках, которых сейчас рядом не было, а это значит, что криомагия перестала проявляться сама по себе, по крайней мере Кэйа на это надеялся. Попытаться сейчас ей воспользоваться было слишком рискованно, а потому кавалерист лишь надеялся, что она не проявиться сама по себе. Вспомнив о надоедливых снежинках, Кэйа вспомнил и о своём глазе бога, а точнее о том, что раз уж его переодевали, значит заметили отсутствие значимой вещицы, осталось лишь узнать, кто его переодевал и надеяться, что это был не Дилюк, который, конечно, сразу обратил бы на это внимание. Как говориться вспомнишь солнце — вот и лучик, а потому, когда Кэйа вышел из раздумий, на пороге уже показалась огненно-рыжая макушка, обладатель которой пристально смотрел на Альбериха, изучая последнего. — О чем задумался? — Да так, вдруг стало интересно, кто меня переодел? Ты ведь не дал бы Аделинде меня переодевать? Хотя. я был бы не против~ — решил слегка подразнить Дилюка Кэйа. — Я тебя переодел, это так важно? Где твой глаз бога? — сразу перешёл к теме Дилюк. Если бы не этот вопрос, он бы ещё не скоро вспомнил о глазе бога Кэйи. — Мой глаз бога? Амм, потерял? Может хиличурлы утащили? Вообщем не знаю — сделав обеспокоенное лицо, говорил Альберих. — Не ври! Хиличурлам глаз бога незачем, да и в руки взять они бы его не смогли. К тому же, когда ты приехал время от времени в комнате появлялись снежинки, ты дважды замораживал простыню кровати, без глаза бога. Не хочешь ничего мне рассказать? — взгляд Рангвиндра был суров и холодно, источал явное недовольство очередной ложью. — Это не твоё дело, и вообще чего ты прицепился, не тебе ли должно быть всё равно?! — вспылил Кэйа. Да, он знал, что не должен был, но говорить правду не хотел, слишком опасно. Если Дилюк посчитает его опасным для города, то без раздумий убьёт, а защититься Кэйа не сможет. Не сможет не только потому, что побриться навредить дорогому человеку, но и потому, что перед Дилюком он бессилен. Чувство долга перед Рангвиндром с каждым днём увеличивалось, потому он готов оплатить его даже своей жизнью, так же, как и в тот день. — Успокойся. — Дилюк не ожидал, что Кэйа так отреагирует, но прекрасно понимал его реакцию. Он сам постоянно отталкивал Кэйю, а потому не мог винить его сейчас, вместо этого только в груди больно сжалось сердце от последних слов. Ему никогда не было всё равно, но он слишком боялся довериться Кэйе. Что если все те эмоции, которые показывал ему маленький Альберих были фальшивыми, что если это всё тоже было ложью, он не переживёт предательства снова, в прошлый раз он не смог совладать с эмоциями и чуть не убил Кэйю. За что сейчас ему было ужасно стыдно, потому после похорон отца, Рангвиндр сразу покинул город, отправившись в долгосрочное путешествие, а когда вернулся, не узнал Кэйю. Все его эмоции отражаемые на лице были фальшивыми и Дилюк это прекрасно видел, от чего в груди каждый раз больно сжималось сердце, а злость накатывала поглощая разум.       Постояв ещё с минуту, Дилюк ушёл к себе, слишком невыносимо было оставаться в этом напряжённом молчании. Кэйа лишь устало вздохнул и лёг спать обратно, однако сон долго не шёл, а когда Альберих всё же заснул, долго ворочался из-за очередного кошмара. Дилюк же не спешил ложиться спать. Он перепроверял вещи для похода на Хребет, складывал ещё пару тёплых шуб с собой, набрал немного сухого хвороста и положил несколько кейсов с едой. Затем взял с собой одну новую карту, чтобы помечать если вдруг появится что-то важное, и карту, на которой уже были помечены расположения лагерей фатуи и места, которыми они интересовались. Закончив со сборами, Рангвиндр тоже лёг спать.

***

      С самого утра Аделинда бегала по Винокурне, отдавая распоряжения горничным, закончив с этим, побежала за завтраком для Кэйи, пока остальные горничные накрывали стол для хозяина Винокурни. Тихо открыв дверь в комнату кавалериста, горничная обнаружила спящего Альбериха. Ему явно не снилось ничего хорошего, а потому Аделинда поспешила разбудить капитана. Придя в себя после кошмара, Кэйа поблагодарил девушку и, взяв с подноса рисовую кашу, повторно поблагодарил. Аделинда же, передав еду, побежала помогать со сборами Рангвиндру. Перепроверила, чтобы мастер ничего не забыл и сообщив о том, что Кэйа проснулся, ушла к кавалеристу. Забрав посуду из его комнаты, побежала вниз. Тем временем Дилюк, прихватив аптечку и новые бинты, отправился к Альбериху. Очередной раз обработав раны и сорвав бинт с головы, который там впринципе уже не нужен, Дилюк, собравшись с мыслями, извинился. — Извини, ты прав, это не моё дело — виновато опустил взгляд Рангвиндр. — Нет, это ты меня извини, просто я не хочу об этом говорить. Я могу уйти сейчас? — Конечно, нужна помощь? — Нет, я сам доберусь до Мондштадта — для убедительности Кэйа встал и, игнорируя боль в плече, пару раз развёл руки в стороны, разминая их.        Дилюк вышел из комнаты, забрав с собой аптечку и грязные бинты, пока кавалерист принялся переодеваться. Предоставленная Рангвиндром рубашка была очень свободной, объемные рукава доходили до запястий, откуда начинались пышные манжеты. Ткань была очень лёгкой и слегка прозрачной. Одевшись и подобрав свою сумку, капитан направился к выходу, попрощавшись с Рангвиндром на пороге. Сначала он конечно направился в сторону Мондштадта, однако как только его силуэт пропал с поля зрения людей на Винокурне, парень завернул в рощу и, скрывшись за деревьями, направился к Хребту, обходя Винокурню так, чтобы его не было видно. Спустя четыре часа он добрался до того места, где сражался в последний раз, на удивление лагерь был зачищен, однако замороженные митачурлы до сих пор остались на своих местах, а лёд не растаял. Даже место, где он заморозил себе ноги было отчётливо видно, земля ты до сих пор была покрыта толстым слоем льда, что очень удивило Альбериха. Однако сейчас не время любоваться своими силами, потому кавалерист отправился дальше.        Спустя ещё два часа пути устроил небольшой привал на час и, отдохнув и перекусив, направился дальше. Через два часа ледяной ветер ударил в лицо кавалериста, однако совершенно не морозил Кэйю, словно не замечая кавалериста. Это определённо радовало Альбериха, мало того, что его стойкость к холоду не уменьшилась, так она ещё и увеличилась в разы, раньше он ощущал ветер Хребта куда сильнее, а сейчас мог хоть в прорубь нырять не чувствуя холода. Первым делом кавалеристу нужно было найти укрытие, а потому он начал высматривать пещеры, в которых можно было бы остановиться. Пройдясь ещё немного по заснеженной земле он заметил маленькую белую лисицу, она гонялась за кристальной крио-бабочкой, в момент, когда бабочка была достаточно близко, прыгнула, но промахнулась и крио-бабочка улетела, а сама лисица упала в ноги к Кэйе, тогда-то зверёк и заметил кавалериста. Однако лисица даже не думала убегать, вместо этого попыталась вскарабкаться кавалеристу на руки, но у неё не получилось. Недолго думая Кэйа подобрал пушистую подругу и вместе с ней отправился на поиски укрытия, вскоре обнаружил пещеру, однако множество сталактитов свисало опасно сверкая на свету, оставаться там будет опасно, потому Кэйа направился дальше.        Внезапно он услышал какой-то странный шум, обернувшись на звук заметил сверкнувший за горой огонь, погаснувший так же быстро, как и появился. Маг бездны — предположил Кэйа и тихо ступая отправился к источнику звука. Аккуратно спустив зверька недалеко от горы, парень выглянул. Однако, не успев ничего сообразить, оказался схвачен кем-то.