У забора
21 ноября 2021 г., 10:55
— Двадцать баллов со Слизерина… и мистер Драко Малфой получает отработку сегодня вечером у мистера Филча! — голос МакГонагалл ликовал, как колокола в пасхальный день.
— Мистер Малфой не может получить сегодня отработку у мистера Филча, — мягче тополиного пуха, пропитанного, впрочем, изрядной долей кураре, вплелась в гриффиндорский меморандум реплика профессора Снейпа. — У мистера Филча сегодня на отработке мистер Поттер.
Снейп знал, о чем говорит — собственно, никто иной как хогвартский зельевар и отправил мистера Поттера на упомянутую отработку.
В чем, собственно, никто не сомневался.
МакГонагалл картинно вздернула брови. Прямо до шляпы.
— Я думаю, — чопорно, как викторианская леди, сказала она, — что одно другому не мешает. Ровно в семь, мистер Малфой, будьте любезны.
И ушла.
А Драко остался.
Сидел и думал, повезло ему или наоборот.
Дело в том, что он Поттера… как бы это помягче сказать… хотел.
Трахнуть.
Давно.
Собственно, сразу после того, как перестал хотеть, чтобы того скоропостижно сожрал гиппогриф.
Но это была тайна. Большая тайна Драко Малфоя.
* * *
Большой тайной же Аргуса Филча, как выяснилось, был забор. Большой некрашеный забор за самыми дальними теплицами, в которых занимались любовью к гербологии наиболее продвинутые хаффлпаффцы. Драко получил из цепких завхозовых рук ведерко серой, как кожа столетней русалки, краски, неоднократно использованную кисть с поредевшей шевелюрой, Вечночистую мантию, к которой не приставала грязь, и наказ — краску экономить. — Конечно, — ответил он и независимо поплелся к забору, не забыв мимоходом выплеснуть на дорожку полпинты серой дряни. Поттер был уже там. Мазюкал забор, радостно мурлыкал. Краска была у него на очках, на руках, на носу, даже на ушах. Несмотря на это, его все равно хотелось. До дури. Драко тяжело сглотнул. — Что, Малфой, это тебе не по Запретному лесу с фонарем носиться? — съязвил Поттер. — Поттер! А в глаз? — возмутился Драко. Поттер показал язык, и Малфой полез драться. Драка получилось какой-то странной: Драко все время сдерживался, чтобы не слишком испортить Поттера, а Поттер его целовал. А когда Драко открыл рот, чтобы спросить, зачем и почему Поттер это делает, язык Поттера залез к нему в рот. Язык Драко стал его выталкивать и в результате оказался во рту Поттера. Черт знает что, а не отработка…* * *
Вернувшись к себе, Драко помчался в душ. Запахом краски пропиталось все, от волос до ботинок, и хотя было немного жаль смывать ощущение поттеровских рук, губ… и всего остального, но чертова краска вынуждала как можно скорее избавиться от стойкого аромата. «И откуда столько вони?» — недоумевал Драко, лишь раз окунувший кисть в ведерко, да и то по той причине, что иначе врать про усталость и непреодолимые сложности покраски было затруднительно. Одним махом раздевшись, он уже шагнул к душу, когда Блейз Забини заинтересованно хмыкнул и что-то негромко сказал Тео Нотту, после чего тот тоже хмыкнул и подошел поближе. — Эй, вы чего? — спросил Драко. Он точно знал, что в легилименции ни тот, ни другой не сильны, а значит, ничего узнать не могли бы… — Интересная была отработочка, а, Драко? — спросил Тео. На всякий случай Драко прикрылся мочалкой. — Обычная, — подозрительно отозвался он. — Ну-ну, — весело не поверил ему Тео. — Что у вас тут? — протиснулась между ними голова Эйка Эйвери. — Одна-а-ако… — протянул он и тоже стал смотреть на Малфоя, как на яйцо редкой птицы Рухх. Наконец Драко додумался тоже взглянуть на себя и обомлел. На белоснежной фамильной коже невообразимо четко выделялись темно-серые отпечатки. На плечах, на бедрах, на… Драко изогнулся, чтобы посмотреть, спохватился, сделал вид, что и не собирался, плюнул и гордо пошел в душ. Большой тайны Драко Малфоя отныне не было. Зато было маленькое счастье. И, подумав, Драко решил, что это тоже неплохо.
