Гарридрачное нечто

Сириус выбрался из зарослей терновника, окружавших Малфой-мэнор плотным кольцом обороны, и по привычке попытался почесать за ухом правой задней лапой. Потерпев неудачу, он ожесточенно поскреб укушенное каким-то кровососом место рукой и на мгновение задумался… …Способ побега из-за Арки он выбрал самый что ни на есть традиционный — для Сириуса Блэка, естественно. Правда, понадобилось целых три года с воем выкусывать во сне блох, брехать на малейший подозрительный звук и пометить все углы пустоты, чтобы провонявшая и оглохшая пустота наконец разозлилась и выплюнула шелудивую псину обратно в мир живущих. Первым делом Сириус рванулся выяснять судьбу крестника, чувство ответственности за которого после двенадцати лет Азкабана и трех лет Заарочья окончательно вызрело, заколосилось и жаждало принести плоды. За выяснением он пошел к человеку, чьи отношения с судьбой были явно более тесными, чем у кого бы то ни было… …Альбус П. В. Б. Дамблдор второму пришествию Блэка ничуть не поразился, предложил на выбор чай, огневиски и Зелье забвения, довольно бодро поведал о победе Гарри над Томом и Т.Р.И.Т.О.Н.ами, однако на вопросе о настоящем местопребывании и состоянии Сириусова крестника бодрый темп как-то утратил и постарался перевести разговор на явно улучшившееся качество Огденской настойки. После провала попытки директор подбавил во взгляд мудрости и теплоты и сообщил, что война, как и смерть, меняет людей, что всякое в жизни случается, и что Гарри сейчас в Малфой-мэноре, на свадебном торжестве. Вот после этого известия Сириус и рванул в Мэнор со всех лап. Уж ему ли было не знать, что способны сотворить коварные блондинистые слизеринцы с доверчивым черноволосым гриффиндорцем. Уж если Гарри уговорили туда придти… «Заимперят, — думал он в панике, пока лапы отсчитывали мили. — Запытают. Оттра… отравят». Интересно, на ком женится Малфой? И за каким боггартом вообще Гарри понадобилось идти на бракосочетание Люциусова сына? Нет, что-то здесь не так… Проникнуть в Мэнор было раз плюнуть. Родственная кровь, азкабанская закалка и гриффиндорская наглость — против такого тарана не могла выстоять никакая защита. Просочившись, уже в человечьем облике, в открытые двери замка, Сириус окунулся в праздник — море бархата и шелка, ленты и рюши, духИ и дУхи, цветы и еще цветы… Он завертел головой, отыскивая в толпе Гарри. Как ни странно, первым делом его взгляд наткнулся на десяток апельсинов, будто по ошибке упавших в эту коробку с безе и шоколадом. На шевелюры Уизли, проще говоря. Их было… много. «Что тут творится? — спросил сам у себя Сириус в полном недоумении. — Это чего в моей камере делается, а?». «Вот ведь люди! — стоит на три года отлучиться, а мир уже переворачивается вверх тормашками!» — думал он дальше, обнаруживая среди явно малфоевских, судя по высокомерности и печати чистокровности на челе, гостей смутно памятные лица Гермионы, Луны, Невилла… а также Тонкс, Люпина, Шеклболта, Грюма… Неужели невеста из Гриффиндора? Гм… это в какой же заднице оказались Малфои после войны, чтобы Драко пришлось брать в жены представительницу неприятельского факультета? А, глядишь, еще и с маггловской кровью в жилах! Сириус довольно хмыкнул. Но где же все-таки крестник? Насколько Блэк успел узнать Поттера-младшего, тот или будет держаться от Малфоя подальше, чтобы не заподозрили в излишнем дружелюбии, или подойдет как можно ближе, чтобы удобнее было, к примеру, опрокинуть нечаянно на мантию жениха вазу с цветами. Но ни в первых рядах, ни в последних знакомой лохматой головы он не приметил, как ни вглядывался в лица, а точнее, затылки зрителей торжественной церемонии. Ну, конечно! Он сразу понял, что Дамблдор ошибся. Гарри ни за что не пошел бы к Малфоям, как его ни приглашай, каких неведомых сокровищ не сули. Гарри — он настоящий гриффиндорец, весь в папу и крестного, он в ответ на такое приглашение и Круциатусом может, он такой, наш Гарри… А потом он увидел крестника. На Гарри была белая мантия, выгодно подчеркивающая черные волосы и зеленые глаза, сиявшие сейчас какими-то непередаваемыми чувствами; он стоял напротив юноши в черном одеянии, хоть как-то оттенявшем белесые волосы и невразумительно серые глаза, и надевал тому кольцо на хлипкий палец. Оказалось, в Мэноре все-таки было сокровище, перед которым не смог устоять храбрый гриффиндорский рыцарь. — Да! — звонко и счастливо сказал Гарри в ответ на вопрос личности в профессиональном одеянии, в коей Сириус немедленно опознал священника. — Нет… — только и смог прошептать ошеломленный Блэк.