Гарридрачное нечто

Под Новый год в поместье становится отвратительно неуютно. Драко приказывает домовикам избавиться от малейших сквозняков. Теперь пламя свечи не шелохнется, даже если поднести ее к стыку оконных рам или двери. Он требует вычистить пыль изо всех щелей, и Мэнор через несколько часов начинает блестеть, как сполоснутый в уксусе хрустальный графин. Ему не нравится запах затхлости, учуянный в коридоре, и эльфы — впервые за всю историю замка — просушивают подвалы, и Люциус едва успевает спасти свою коллекцию вин. По пятнадцать раз на день Драко напоминает домовикам о необходимости поддерживать огонь в камине; в результате Нарцисса, войдя вечером к сыну, одним взмахом палочки устраивает в комнате сквозняк, объясняя, что в такой атмосфере способны выжить только саламандры. Драко не возражает матери, но сразу после ее ухода отдает распоряжение разжечь и второй камин. Но его не оставляет ощущение неустроенности. Предновогодним утром, едва выйдя из спальни, он попадает в чьи-то холодные объятья. «…опять шел от ворот пешком, вот упрямый…». Форменная шерстяная мантия неприятно царапает кожу. От ткани чуть уловимо пахнет какой-то гарью, пылью и магией. «…когда он уже бросит эту работу…». Колется трехдневная щетина. «…ну конечно, чуть из дома — и бриться уже не обязательно…». И так по-домашнему уютно в этих объятиях, что хочется остаться в них до следующего утра. Или до следующего года.