Мой персональный квест

Герцогство Преон было таким, как и ожидал Реве. Яркое, красочное и живописное. Это место было восхитительно. Все поддерживалось в ухоженном состоянии. Отец лорда Вита зорко наблюдал за владениями семьи, соблюдаю их в чистоте и порядке. Пострадавшая от пожара часть леса уже была расчищена от горелых частей, пней и корней и возобновлена новыми саженцами сосны. Эти земли больше походили на королевство внутри королевства. Именно так ощущалось приветствие Вита Преона вернувшегося домой спустя долгое время: его встречали подобно королю, вернувшемуся с войны. Фамильный замок так же завораживал. Он был меньше чем Золотой и Белокаменный, но не менее величественный. Башни тянулись высоко вверх, едва не протыкая своими шпилями облака. Вокруг шумело сосновое насаждение, так же тянущееся высоко-высоко к яркому солнцу. От этого всего просто захватывало дух. Здесь даже дышалось свободнее. Младший брат Вита - Леон, тринадцатилетний мальчишка с такими же светлыми волосами и глазами, - бегал по саду в поисках игрушки, что один из его псов спрятал от нехотения играть с хозяином. Два других верных любимца вместе с ним оглядывали кусты и вазоны с цветами и даже клумбы на наличие утраченной вещи. У него было слишком много энергии. Родители лорда Вита отреагировали слишком положительно на возвращение сына в родной дом, тем более узнав, что он был не один. Это смущало, смущала их реакция и отношение. Тем более омега на уровне инстинктов ощущал, что они не играют на публику, они действительно рады этому. Андереве чувствовал здесь себя спокойно, его демоны вновь вернулись в свое узилище и больше не показывали носа из него. На душе было спокойно, в течение проведённого месяца в этом вечно осеннем герцогстве, а сознание было ясным. Баше точно понимал чего он хочет в эту самую минуту его сердце разум и инстинкты пели в унисон. Теперь, когда он был в согласии с самим собой, ничто не мешало рассуждать здраво и выполнять свою работу. Огромная библиотека замка, высотой в два этажа здания, обещала занять его надолго. Впрочем, она была меньше библиотек, что он уже повидал в городе, но книг здесь было предостаточно для вечернего и не только времяпрепровождения. Здесь было так много книг, о которые он не видел и не слышал о их существовании, но они уже манили его к себе, обещая рассказать занимательные и интересные вещи. Язык Ругрэлы немного отличался от тхеарарского, но все равно оставался понятен. И здесь книгам на этом языке был отведен целый огромный стеллаж. Все полки от пола до потолка были заставлены книгами из утратившей свой статус и название страны. Здесь были и обычные сказки, и труды о применении магии в целительских и бытовых целях, атлас растений и животных, ныне утраченных на континенте. «Столетний лотос» - уникальное растение способное излечить даже самые ужасные последствия проклятий. Торговать им за границу - было запрещено, жители Ругрэлы берегли его как зеницу ока. Он был очень редким и не всякий мог вырастить его и правильно приготовить сырьё. Он единственный мог бы помочь третьему принцу вернуть зрение и достичь того, что тот желал в своей жизни. Покорить те вершины, что сам хотел. Жить, полагаясь на себя, а не на зачарованную трость и прислугу рядом. - Нашёл что-то интересное? - лорд Вит появляется за его спиной неожиданно, Реве так задумался, что даже не заметил его. - «Столетний лотос»? - Удивительный цветок, - шатен вздыхает, перелистывая страницу, - он мог бы помочь третьему принцу излечится, но он утрачен. Это очень печально. Рука старшего легко гладит его по голове, это приятной дрожью отдается внутри юноши. Другой же рукой альфа упирается в стол, рассматривая новую иллюстрацию в книге. Андереве хороший юноша, готовый помочь всем, даже в ущерб себе. Он никогда не берет плату за лечение, отказываясь от денег, а если и берет то, лишь нужные травы для эликсиров и мазей. Другие целители его ненавидят за это или же в лучшем случае не понимают. Он для них является странным, и они стараются держаться подальше. В один из вечеров, когда Вит застал его за чтением книги о темных проклятиях, он улыбнулся на слова «я и не знал, что эти книги входят в программу целительского искусства. Думал, что там изучают лечебные техники» и ответил «я же должен знать, каким проклятьям был подвергнут пациент, чтобы точно и правильно подобрать курс лечения и действий. И я не считаю, что магия делится на тёмную и светлую - она нейтральна, все зависит лишь от ее хозяина, и от того для чего он ее использует. Светлая магия в руках подлеца становится злом». Возможно, после этого ответа Вит и обратил на него внимание, но точно не сразу после экзамена и проверки его знаний врачевания. Сразу после них был лишь легкий интерес, который начал крепнуть и расти еще больше после этого разговора в библиотеки штаба. И этот росток чувств превратился в крепкое и цепкое растение, держащее Вита рядом с Андереве. Оно заставляло его волноваться об этом юноше больше, чем об остальных подопечных, нет о них он, конечно же, тоже переживает, но с Баше - это нечто иное, наблюдать и подбадривать, поддерживать. Не обошло оно и такое чувство как ревность, Вит Преон прекрасно это осознавал и не пытался бороться, было бесполезно. Впервые с момента предательства его сердце вновь ожило и трепетало. Жаждало этих чувств. Казалось, убитое Ансиелем Гонилатом оно вновь восстало из пепла, подобно фениксу. - Я заметил, что в вашем доме много старинных книг и других вещей из Ругрэлы, - шатен поднимает голову, чтобы взглянуть на альфу, - ваши предки собирали коллекции? - Не совсем так, - Вит улыбается уголками губ, остановившись взглядом на губах младшего, - несколько поколений назад у Преонов был только один сын омега, родители подобрали ему пару по статусу ниже, выбрав сына борона из Ругрэлы, чтобы поглотить его род. Все это его. А потом в наш род вновь влилась королевская кровь - первый сын альфа от этого брака сочетался с узами с младшей сестрой короля того времени. Наш род произошел от королевского и периодически обновляет эту кровь. - А кто сейчас из всех трех родственных ветвей имеет большую приближенность к трону? - Баше смотрит на него вопросительно, в глубине его глаз так и читается интерес. - Сегрос, - отвечает блондин, ероша каштановые пряди младшего, - бабушка Ниранта являлась тетей нашего короля. Следующие на очереди Браедоры - у герцога Камиеля прабабушка также являлась принцессой Бескуодор. Главы нашего рода на протяжении всех этих лет больше не приводили в дом тех, в тем течет королевская кровь. Андереве кивает головой в знак благодарности за информацию и закрывает книгу: - Но вы ведь за чем-то пришли в библиотеку? Вы что-то искали или кого-то? - Искал, - соглашается герцог Преон, - ведь я так и не показал тебе окрестности Преона. Сегодня хорошая погода и мы можем позволить себе небольшой отдых перед началом новой работы. Тем более в городе сегодня праздник. Реве задумчиво покусывает губу, но кивает головой соглашаясь. Осторожно поднявшись со стула, он следует за хозяином поместья. В городе действительно праздник и посвящен он прощанию с человеком, что разбил тебе сердце. Альфы и омеги мастерили соломенных куколок и бросали их в огромный костер, сжигая чувства к ранившему их человеку, в ярком высоком пламене, и одевали на голову венок, символизирующий новую «весну» в душе или вплетали в волосы отдельные цветочки, кто-то засовывал цветок за ухо и сразу же отправлялся танцевать. В вечерних сумерках костер казался необычайно ярким и волнительно прекрасным. Высокое пламя вздумалось вверх, собираясь лизнуть вечернее небо. В воздухе витала прохлада и запах яблочного сидра вперемешку с ароматом запечённых яблок в карамели. Это не вызывало отвращения, наоборот подкрепляло атмосферу праздника. Следуя традиции праздника, Реве также смастерил куклу и бросил ее в огонь. Лорд Вит отошёл, но все ровно оставался по близости - шатен прекрасно ощущал его ауру. Наблюдая, как горит тряпичная кукла он и вправду чувствовал себя лучше. Это пламя словно выжигало гнетущие изнутри эмоции, оставляя после них только нечего не значащую сажу. Герцог Преон подкрался к нему сзади, Реве только улыбнулся, когда перед его носом возник пышный бардовой цветок розы. - Разрешите пригласить вас на танец? - серо-зеленые глаза за серебряной маской смеялись. - Ваше согласие делает меня самым счастливым! - Как я могу отказать, - Андереве тоже внутренне смеется, не показывая этого на лице, - такому галантному кавалеру. Цветок занимает место в волосах Баше, альфа аккуратно закрепляет его, а после отводит ближе к музыкантам, чтобы тут же влиться в весёлую мелодию. Этот танец ни капельки не похож на вальс, нежный и медленный. Быстрый и забавный, создающий веселое настроение и помогающий отвлечься от всех хлопот. Он увлекал в свой ритм и не отпускал. Строится из прыжков, поворотов вокруг своей оси и поднятий одного партнёра другим над землёй и, не отпуская, чуть развернувшись, ведущий партнер перемещал ведомого, сам все время, оставаясь на месте. Таким образом, они чертили невидимый круг вокруг себя. Прыжок, поворот, поднятие. Сейчас есть только они. Отсвет пламени играет на светлых волосах старшего, предавая им другой цвет. Они смотрят в глаза друг друга, не замечая ничего другого. Инстинкты твердят о правильности этой ситуации. Маг смерти, не отпуская своего партнера, поворачивается в сторону и ставит шатена на каменную дорожку. Все действия повторяются сначала. Если бы можно было остаться в этом мгновение, то Реве так бы и сделал, однако все хорошее когда-нибудь кончается. Момент рушится с затиханием инструментов оркестра. Листья с деревьев ложились на вымощенные камнем дороги пестрым разноцветным ковром, шурша под ногами, когда они отходят друг от друга и шуточно кланяются. Они продолжают гулять по улочкам шумного Преона до самого рассвета, до момента светлеющего неба и отступления сумерек. Ночи здесь теплые, так не сочетающиеся с пестрым одеянием на деревьях, но именно это и пленяет. Замок спит, когда они переступают его порог. Лишь тихое тиканье напольных часов нарушает ее. Они ступают по ступеням вверх настолько аккуратно, насколько это возможно. Реве останавливается и поворачивает голову. Вит, остановившийся на предыдущем лестничном марше, смотрит на него снизу вверх. Это очень странная ситуация, они просто смотрят друг на друга и молчат зачарованные цветом глаз друг друга. - Кхм, - первым отмирает Реве, - я так и не поблагодарил вас за приятно проведённое время. Баше становится неловко и одновременно он чувствует, как начинают пылать его щеки. Сердце бьётся быстрее и так громко, что и другой человек может его услышать, даже не подходя ближе. - Твое удовольствие, самая приятная награда, - улыбка на губах альфы мягкая, завораживающая. Дальнейший путь по лестнице они преодолевают в молчание, распрощавшись друг с другом в дверях своих комнат. За толстой деревянной дверью шатен прикладывает руку к сердцу, ощущая его учащённое биение. Это одновременно дает надежду на восстановление его израненной души и пугает возможностью испытать более ужасные муки, если его сердце разобьют ещё раз. Эта мешанина чувств и эмоций выбивает из колеи и смущает. - Яд почти исчез, - говорит неожиданный посетитель со стороны окна, - это хорошо. Держись ближе к магу смерти - он твой щит от беснующегося тумана. - Я не ожидал твоего появления, - Андереве чуть наклоняет голову в бок, рассматривая незваного гостя, - почему тебя никто не чувствует, точно как и тот злосчастное поражение тумана? - Мы полностью скрываем свое присутствие, открывая его лишь для избранных, - демон на его подоконнике чуть тряхнул черными крыльями, - я не собирался приходить, но один маг очень хотел переговорить с тобой. Щелчок пальцев звучит неожиданно и Реве падает во тьму, нет, он не теряет сознание, он действительно падает в нее. Она ощущается странно бархатистой под его руками, теплой и мягкой. Это странно. Он оглядывается в попытках увидеть что-то кроме нее и, обернувшись, натыкается взглядом на каменную беседку, увитую серебряными розами. На лавочке, спиной к нему, сидел неизвестный. Он не показывал свое лицо, смотря в другую сторону. У него были черные длинные волосы, собранные в высокий хвост. Одет же неизвестный был в красную тунику, поверх которой нашел пристанище кожаный жилет и черные брюки. На ногах были высокие черные сапоги с устойчивыми, но все равно достаточно высокими, каблуками. - Рад приветствовать тебя в своём сознании, - отвечает маг, так и не обернувшись, - и я выражаю свою признательность за спасение моего сына. Ты очень помог Вивиру, поделившись с ним кровью. - Кто ты? - шатен делает шаг ближе к беседке. - Ты скоро узнаешь, - говорит сидящий парень, - я чувствую, что тебя тревожит. Хочешь заполучить «Столетний лотос» чтобы вылечить глаза третьего принца. - Его больше не существует, - отрезает Реве, складывая руки на груди, - он утрачен во времени вместе с Ругрэлой. - В глубоких снегах старинный замок стоит, - голос другого мага звучит мелодично, завораживающе красиво, видимо Вивир унаследовал его от этого человека? демона?, - в нем отыщи дорогу к запечатанным покоям. В недрах их найдёшь желаемое, считающееся утраченным с лица континента Беавириосаи. Если рискнешь, спасешь невинную жизнь, не поверишь - все останется на кругах своих. Слепой, так и останется слеп. - Зачем тебе помогать мне? - шатен делает ещё шаг в сторону беседки. - Это плата за спасение жизни моего дорогого сына, - брюнет усмехается в ответ и тьма резко рассеивается. Юный целитель обнаруживает себя лежащим на кровати, рядом светится небольшой кристаллический фонарь, отгоняя от пространства кровати мрак. В комнате кроме него никого уже нет, только черное перо лежит возле окна на полу. Тело чувствует легкое оцепенение, но оно почему-то не пугает. Получится ли уговорить лорда Вита на путешествие в Ругрэлу? Он должен попробовать найти этот лотос. С ним он сможет помочь Дерину вернуть утраченное. Этот цветок его последняя надежда. *** Герцогство Мотредал своей жаркой погодой старалось убить всех не привыкших к такой жаре людей. Аелия в тонкой полупрозрачной белой расстёгнутой рубашке и бриджах обливался потом, хоть и спрятался в тени деревьев, в удобном кресле с книгой в руках. Для Ройса же гуляющего только в свободных штанах, сшитых из легкой, но не прозрачной ткани, такая погода была нипочём. Келеон тоже наслаждался солнцем, переодевшись в бриджи и переобувшись в легкие сандалии. Блондин вздрогнул, когда к его щеке прикоснулась нечто ледяное и слегка влажное. Ройс держащий в руках кубик льда только усмехнулся на реакцию подчиненного. В другой руке он держал большой стакан апельсинового чая со льдом. Он видел, что ещё немного и Санлайт просто отключить от духоты. Кубик льда, прижатый к его щеке, взбодрил юношу неожиданно сильно. Самый малой сейчас качался на волнах, распластавшись морской звездой на водной поверхности, и не путался под ногами. - Это было очень неожиданно, - говорит омега, принимая в свои руки прохладный напиток, - спасибо. - Остудись, - усмехается старший, усаживаясь рядом на песок, - а то отключишься тут и тащи тебя обратно на руках. Блондин раздражённо фыркает и делает глоток. Становится чуточку лучше. Он чувствует взгляд Ройса на своей шее, когда заглатывает и приказывает не придумывать себе лишнего. Не может отражаться в темно-зеленых глазах напротив такая звериная жажда обладать. Аелия точно получил солнечный удар и никак иначе. Его собрат солнце играет с ним злые шутки. С утра они выходили в море на корабле, и Санлайт был без банданы, вот тогда-то и напекло. Да и Кракен нехило предложил его щупальцем об мачту корабля. В действительности ничего не происходит - ему мерещится. - По лицу вижу, что опять думаешь об всякой ерунде, - его лицо захватывают в плен чужие сильные пальцы и немного разворачивают в сторону своего хозяина, - о чем бы ты ни думал, важен лишь данный момент, все остальное решится по мере поступления. Большой палец вытирает капельку напитка с уголка чужих губ и этот жест настолько нежный, что сердце просто начинает щемить. Ройса хочется обнять прямо здесь и сейчас, но ему не следует этого делать. Есть слишком много причин для этого. И одна из этих причин будущий костер ненависти, когда вся правда о Аелии всплывёт наружу. - Допивай и идем купаться, - мужчина, остающийся рядом с ним, хлопает его по бедру и улыбается во все тридцать два белоснежных зуба, сверкая альфа-клыками, - вода здесь точно, что надо. Аелия с сожалением допивает божественный напиток и, положив стакан и книгу на сидение кресла, оставляет на нем же и свою рубашку. - Я готов, - говорит он, пожимая плечами и откидывая со лба золотистую челку, - мы можем идти покорять волны, как это делает Келеон. - Вечером малой будет смущать гранаты, - фыркает старший альфа, поднимаясь с мягкого белого песка, - придётся его мазать тем, что выдал тебе Преоновский всезнайка. Аелия только весело фыркает на слова главы штаба Воронов. Ройс до сих пор использует это прозвище для обозначения Андереве, хотя прошло уже достаточно много времени с тех пор, как он использовал его в последний раз. У блондина действительно была с собой достаточно увесистая банка заживляющего бальзама от солнечных ожогов. Ему ее выдали за день до отъезда сюда с длинной лекцией об использование и вреде долгого нахождения на солнце. Сейчас самый младший среди омег должен был находиться на территории лорда Вита. Санлайт надеялся, что у него все хорошо. В последнее время он опять не выглядел хорошо, а вот Келеон вновь светиться как солнышко и кожаный шнурок с его шеи неожиданно пропал. На его месте появилась тонкая, но прочная цепочка с кольцом. Реве должно быть подавлен, он и Келеон только-только начали вновь проводить время вместе и их дружба вновь окрепла. Маг солнца прекрасно знает отпечаток ауры на кольце - она принадлежит второму из принцев. Акриель Бескуодор без взаимной симпатии свою вещь бы не отдал. С тяжёлым противном ты столкнулся, Реве. Сможешь ли ты выстоять в этом цунами чувств? Как бы волны их симпатии друг к другу не разбили тебя о камни на мелкие кусочки. Вода действительно была теплой. Прозрачные волны раскачивали тела из стороны в сторону, самые большие шутливо брызгали в лицо и убегали дальше. На пляже они находились вплоть до самых сумерек. Келеон с намазанными заживляющим бальзамом плечами вернулся в отведённую ему комнату и сразу же сел за письменный стол. Свиток светился, оповещая о поступившем сообщение. «Ты спрашивал как дела во дворце. Здесь все как обычно. Все сплетничают обо всех, припоминая фасон одежд и дороговизну украшений. Самыми же обсуждаемыми сплетнями стало то, что мои братья приглашали на танец омег не благородного происхождения. Все только и строят предположения, какие отношения связывают их. Мои сестры не в восторге от этого. Отец никак не отреагировал на это. Я бы отдал многое, чтобы оказаться подальше отсюда и провести время более весело. Я прочитал о твоих утренних подвигах, ты невероятен. Я чувствую, ты справишься, но, пожалуйста, будь осторожен. Как мне хочется оказаться поближе к тебе. Я уже считаю дни до твоего возвращения». Сегодня утром Хант впервые увидел настолько огромных осьминогов, да еще и чернильного цвета. Их было трое, и один из них сломал их корабль как сухую травинку, при этом умудрившись приложить Аелию спиной об мачту. После этого лорд Ройс буквально покрошил его на мелкие кусочки мечом из тьмы, передвигаясь с помощью темного пути и опережая удары этого чудища. Куски плоти летели в разные стороны. Келеон занялся второй наглой тварью, что потянула щупальца к нему. Он использовал тело Кракена как площадку и, меняя оружие в руках с помощью своей магии перевооружения, отсекал морскому гаду щупальца, что были готовы для удара. Следующим стало и его тело. Пришедший в себя Аелия, просто с помощью своей магии поджарил третьего. Это была невероятно яркая и жаркая волна, что распространилась над морем. Когда свет исчез, Кракен был уже превращен в жарено-вареного. Старший альфа сказал, что эти чудища будут здесь появятся еще как минимум три месяца. Он застрял на этих землях так надолго. Андереве сейчас находился тоже вдали от своего штаба. Пылясь вместе со своим начальников в библиотеках в поисках какой-то информации. Реве так и не сказал, что они ищут, ответы писал кратко и достаточно сухо. Они так и не поговорили после случившегося, а потом появился Акриель и он как-то забыл обо всём. А взгляд лорда Преона стал ещё тяжелее, когда он смотрел в его сторону. И это не было фантазией Келеона, он ощущал угрозу, исходящую от аур этого мага. - Чем ты сейчас занимаешься, Реве? - интересуется он у тишины комнаты и начинает писать ответ на сообщение второго принца Тхеара. Акриель Бескуодор был так мил и открыт, он был так не похож на Алмариана в своих чувствах и эмоциях. Такой искренний. И этого человека Ханту хотелось защищать и оберегать, сделать своим, остаться рядом на всю жизнь. С улицы продолжали доноситься голоса старших, а ветер приносил с собой аромат моря, протискиваясь в приоткрытое окно. Отт не хотел находиться в этом доме ни секунды больше - эти стены давили на него, прижимали к земле и мешали дышать. Коварный гобелен семьи давил на больное. Маг крови никогда не являлся частью этой семьи, его имени не должно быть на нем. Дополнительным проклятием стал интерес прибывшего с ним на это задание Камиеля, он вечно пытался прочитать имена. Этому альфе словно там было намазано медом. А сладкое этот мужчина любил, точно так же как и его сын. Этот факт выяснился во время совместного отдыха, и это было мило. Сейчас же любопытство мага льда раздражало. Оно возросло после реакции младшего представителя этой семьи на Отта, когда тот потянулся к старшему как к близкому человеку и уткнулся носом в ребра и оплел руками его спину. Мальчик встретил его словно часть семьи. Такая тяга ребёнка к мало знакомому омеге вызывала у герцога Браедора вопросы. Они здесь должны были забрать подозрительный камень, насчёт которого и обратился глава семьи. Мужчину насторожила темная энергия, идущая от этого украшения - подвески и он попросил забрать его. Вот для этого Отт был здесь, почему с ним отправился глава Соколов - история умалчивала. Но взгляд Верховного мага, что разговаривал с ними перед началом миссии - был слишком лукавым. Что вы удумали, о всесильный? Хотелось спросить старшего, но он промолчал, пытаясь не реагировать на присутствие мага льда. Сейчас же маг крови молился, чтобы Камиель не сопоставил все факты. Как хорошо, что цвет волос Отт получил от своей матери - Рудолики Кровавой, как ее называли за глаза. Цвет глаз же по-прежнему выдавал, но этого будет недостаточно. Черты лица ему достались материнские, и он впервые был благодарен за это небу. - Ты действительно пахнешь семьёй, мой брат не врал, - ох, а вот появился и ненавидящий его обитатель этого дома, - ошибка, что совершил мой отец! Я не позволю забрать часть того, что принадлежит мне! Ох уж эта Тхеарская система первенцев имеющих равные права с законными детьми. Для юноши перед ним - она явно страшный сон. - Меня не интересуют богатства этого дома, - устало говорит омега с бордовым цветом волос, - я здесь только из-за задания и совсем скоро уеду. - Я тебе не верю! - истерично верещат напротив него. - Ты наверняка такой же, как твоя мать! - Если бы я был таким же, - начинает Отт, подходя ближе и приподнимая голову собеседника за подбородок, - я объявился бы в этих стенах сразу после её смерти. Мне слишком нравится быть Оттом Кровавым и помогать людям, чтобы я предпочел этому кабинет с кучей бумаг и вечных встреч со змеями в шелках и ярких побрякушках. Это твой мир и от меня он далек. - Да как ты смеешь! - младший замахивается рукой, чтобы дать пощёчину, маг крови ничего не предпринимает, чтобы ее избежать. Звук удара отражается от стен, а красный отпечаток проявляется на светлой коже старшего. - Теперь ты успокоился? - спокойно спрашивает Отт, бесстрастно смотря на другого человека баюкающего свою пострадавшую ладонь в другой руке. - Как я и говорил, я покину этот дом и больше никогда не вернусь, когда все детали будут уложены. Не о чем переживать, ваши сундуки с одеждами и драгоценностями останутся нетронуты. - Руф, что ты себе позволяешь?! - а вот появление второго хозяина этого дома становится нежностью. - Он твой старший и наш гость. Ты не можешь поднимать на него руку без причины. У папы Руфа, мягкая успокаивающая аура, мягкий добрый взгляд. Он смотрит на Отта с ужасом, его щека должна быть краснее самого спелого яблока в Тхеаре. - Я сейчас же принесу холодный компресс и заживляющую мазь, - говорит старший омега, - а ты отправляйся в свою комнату - ты наказан! - а это было сказано суровым голосом собственному сыну. - Все нормально, - Отт отмахивается, ему приятна забота, но тревожить этого омегу из-за пустяка не хочется, - у меня были раны и пострашнее. Все пройдёт, не стоит переживать. - Папа, ты не понимаешь! - тем временем вещал Руф. - Эта ошибка здесь только ради денег, он хочет воспользоваться правом первенца! Взгляд Отта блуждает по комнате: скользит по креслам и диванчику, чуть задерживается на фарфоровой вазе тонкой работы с узором из цветов с бело-синими лилиями в ней, очерчивает каждую завитушку на резных ножках стола, оценивают мягкость ковра и тяжесть кристаллической люстры нависающей над всем этим великолепием. Он делает все, чтобы отвлечься от семейной ссоры, происходящей в его присутствии. Небольшое плодоносящее апельсиновое дерево очень интересная и занимательная вещь. Маленькие оранжевые плоды похожи на оранжевые попрыгунчики. Парочку, которых, от него получил Африель, для шалости. Ребёнок был очень увлечён высотой их прыжков и смотрел заворожено на играющих с ними детей. Отт просто не смог не порадовать его. Для этого милого ребенка он сделает все, что угодно. Даже отдаст жизнь. - Он хочет денег! - продолжалось на заднем фоне. - Поэтому объявился. Это в его крови желать того, что выше по статусу! Самый старший из присутствующих только тяжело вздыхает на слова своего дитя и смотрит в сторону Отта. В его глазах видна не совсем понятная магу крови досада и печаль. - Ради них он даже попытается соблазнить герцога Браедора! - не унимался Руф. - Поверь мне на слово. Звук пощёчины и появление четвёртой ауры были слишком неожиданно. Теперь уже Руф держался за щеку, неверяще смотря на младшего брата-альфу. - Не очерняй имя того, кого даже не знаешь, - строго заявил молодой альфа - Роул, - верят в сплетни только дураки. Маг крови не понимает, как простая неприязнь начала перерастать в вот эту семейную драму. Руф выбегает из комнаты, альфа же только фыркает и поворачивается лицом к еще одному старшему брату. - У тебя кровь в уголке губ, - говорит он встревожено, - это нужно обработать, - взгляд его встревоженный. «Все нормально» говорит он одними губами и улыбается, насколько это возможно. Он видит, что ему не верят, но больше не лезут. Эта сумасшедшая история подходит к концу с прощанием с хозяевами поместья в их уютном саде, возле фонтана. Ветер-шалун осыпает всех присутствующих мелкими брызгами воды. Роул прощается с Оттом с помощью крепких объятий. Это непривычно, ноне неприятно. Шкатулка находится в руках Камиеля, они обмениваются дежурными фразами, соблюдая этикет, и покидают чужие владения. За пределами тех земель дышать становится легче, нервы расслабляются и успокаиваются и маг крови начинает чувствовать усталость. Легкий ветер ласкает лицо, а последние лучи солнца нежно касаются его лица, поглаживая в теплом прикосновении. - Глава рода Бьенеме передал для тебя письмо, - голос Камиеля по-обычному ровный и прохладный, не выдающий эмоций, - просил передать лично в руки. Для Отта оно подобно ядовитой змее, он берет его в руки и сглатывает распечатывая. «Я рад видеть в какого хорошего человека и мага ты вырос и сколько сил тратишь на поддержания порядка на территории Тхеара. Это сложная и опасная миссия, отнимающая много энергии и сил. Мне приятна мысль, что в тебе течёт моя кровь и ты часть моей семьи. Я горжусь тобой как сыном и воином. Возможно, ты думаешь, что после прегрешений твоей матери я тебя ненавижу, но это отнюдь не так. Несмотря на некрасивую историю твоего рождения, я был счастлив, видя тебя. Известие о смерти Рудолики и твоем исчезновение потрясло меня. Пусть я и не любил эту женщину - смерти ей не желал. Узнав, что ты жив и избрал свой путь в жизни, пусть и отличающийся от того, что я для тебя желал - я, наконец-то, смог вздохнуть с облегчением. Я знал, что ты делаешь, что ты жив и мне этого было достаточно. Спасение Роула было для нас с Фэем благословением неба. В этот самый момент его желание увидеться с тобой достигло своего пика, я не мог ему отказать. Прости своего отца за доставленные неудобства, но мы оба были рады увидеть каким взрослым, сильным и красивым ты стал. Также меня утешает и согревает мысль, что рядом с тобой находится такой надежный альфа как герцог Браедор, что сможет помочь тебе и поддержать в трудную минуту. Я желаю вам только счастья. Но если ты решишь, что он не подходит тебе - я поддержу любое твое решение и действие. Просто помни: двери дома Бьенеме всегда открыты для тебя. Ты часть нашей семьи и мы гордимся тобой. Надеюсь на скорую встречу. Арто Бьенеме.» - Ты знаешь, - Отт давится словами и резко вскидывает голову вверх, чтобы взглянуть в глаза альфе. - Знаю о чем? - интересуется Камиель, приподнимая бровь в удивлённо жесте. - Отториад Бьенеме, что вы хотите этим сказать? - интересуется герцог Браедор, не меняя выражения лица. - Знаю ли я, что ты первенец графа Бьенеме? Да. Сказал ли он мне об этом сам? Ответ нет. Он решил поддержать твою игру, но сдался, когда я указал на семейный гобелен и боковое ответвление. Что выдало ваше родство? Ревность Руфа и тяга Роула к тебе. Такое поведения демонстрируют только омеги, кто боится потерять или разделить власть из-за появления другого наследника. Роул же относился и жался к тебе как к давно утраченной части семьи, что вернулась после долгого отсутствия. Это его естественный инстинкт. Так же я знал, что у графа есть первенец не от законного супруга. Твой цвет глаз и нервозность, когда я подходил к гобелену тоже дали подсказки. Мне просто осталось сложить мозаику воедино и получить ответ. Отториад молчит, рассматривая красивого альфу перед собой, тот не кажется злым или разгневанным из-за того, что он утаивал свое происхождение ото всех. Ауры мага льда спокойны как водная гладь в безветренный тихий погожий денек. - Последний повод короля препятствовать нашему сочетанию уз только что увял на корню, - замечает глава Соколов, протягивая руку к Отториад Бьенеме и соединяя их пальцы. Отт давится воздухом и кашляет, Камиель после предложения руки и сердца ведет себя как обычно, только ехидно уточняет: - Из какого камня ты хотел бы видеть кольцо на своем пальце? Остановите этот мир или герцога Браедора, кто-то из них точно сошёл с ума.