Мир изо льда

      Руки зельевара порхали над котлом, словно крылья. Они делали отточенные, привычные движения, иногда замирая, когда маг вдыхал запах приготавливаемого зелья. И так повторяется, пока зелье не будет считаться готовым. Идеальным.       Мне повезло наблюдать сию магию только потому, что самый противоречивый персонаж поттерианы учит меня заготавливать ингредиенты: резать, мять, толочь, молоть, смешивать пропорции, словно это приправы, а не жуки и внутренности крыс.       Однако я не жалуюсь, и более того, я всем довольна. Какое-то время подрабатывая помощником на кухне, я знакома с подобной работой. А получить возможность учиться у самого талантливого зельевара этого времени приравнивается к счастливому билетику, особенно до поступления в Хогвартс.       Хотя не скажу, что всё так уж радужно, так как мистер Снейп преподаватель никудышный: на вопросы не отвечает, а лишь указывает пальцем на справочник; иногда про меня забывает, увлёкшись зельем, и стоишь истуканом, не зная, что делать дальше. Один раз даже послал свой фирменный свирепый взгляд, который описывали в книгах, когда я перепутала свежего и негодного червя. Но в силу своего ментального возраста, я стоически выдерживала все испытания, за что получила одобряющий кивок по окончании работы.       Также, меня немного расстраивало то, что на улицу мне выходить запретили, но я всё равно с жадностью смотрела через окно на проходящих мимо людей в грязном переулке, которых не видела уже больше четырёх лет, пока зельевар с упоением читал какой-то старый талмуд.       Я наслаждалась подобным времяпровождением, мечтая остаться в мире спокойствия подольше, но судьба имела на меня другие планы. Шаткое равновесие покосилось с приходом неожиданного визитёра.

***

      Он был немного удивлён, обнаружив, что Северус воспользовался камином в своей комнате и переместился в дом Малфоев. Он очень редко им пользовался, не считая его поручений и походов на Косую аллею за покупками (которые он всё чаще заказывал на дом). А с Малфоем он не виделся со дня суда в Визенгамоте, и то лишь встретившись взглядами. Волшебник считал разумным полагать, что после перехода Северуса на светлую сторону, противоположная сторона будет считать его предателем, оборвав все связи.       Альбус думал, что всё знает о Северусе, просмотрев его воспоминания, но может ли быть, что даже так он что-то смог скрыть от него? Очень хотелось проверить. При этом надо было это сделать так, чтобы зельевар не заподозрил неладное, всё-таки он не проинформировал его насчёт следилки на его камине. Поглаживая свою длинную белоснежную бороду, Дамблдор впал в раздумья.       И составил план.

***

      — Вы серьёзно, профессор Дамблдор?! Я ПРО-…!..кхм... Простите, профессор, но это... Прийти прямо в дом Нюниуса?

***

      Ничего не предвещало беды; не было ни какого либо предчувствия или знака из космоса, что что-то пойдёт не так. Я уже второй час смотрела на лежащую собаку на улице, постоянно оборачиваясь на мистера Снейпа в надежде на то, что он сжалиться и поможет животному. Но тот всем своим видом меня игнорировал, в самом начале на мою просьбу сказав, что это не его дела и заниматься благотворительностью не собирается.       Но Господь (или какая другая высшая сила) услышал мои молитвы, и к бедолаге подошёл мужчина, с явной целью помочь. С моего ракурса мне было всё очень хорошо видно, а потому я вылупила глаза, не поверив увиденному: вполне обыденно осмотрев животное на предмет ранений, он наколдовал с помощью палочки лужицу воды. Изнеможённая собака сначала не шевелилась, и я уже испугалась, что у неё даже на это нет сил, но добрый мужчина помог ей с этим, перевернув собаку на живот и поместив голову собаки на край лужи. Спустя короткую заминку дворняга начала потихоньку пить. От облегчения я осела на пол, наконец-то задышав полной грудью.       Ещё раз взглянув в окно, собака уже более смело лакала воду, но спаситель исчез. Я очередной раз разочарованно вздохнула: если бы мне можно было выходить, то я бы однозначно поблагодарила этого сострадательного человека, не прошедшего мимо. Хотя, думаю, в случае моей свободы я бы сама помогла бедняге, а не ждала рыцаря-волшебника на белом коне.       «Так, но что делает волшебник на маггловской стороне? Сомневаюсь, что кроме Северуса тут живёт кто-то ещё (почившая Лили Эванс не считается). Что ему тут нужно?» — мысль ещё не успела сформироваться, но я не сомневалась в том, что это хороший человек, а значит бояться нечего.       Однако я нервно подпрыгнула от неожиданности, когда во входную дверь постучали. Зельевар сразу перестал меня игнорировать, и мы обменялись встревоженными взглядами (у мужчины было каменное лицо, но по глазам я уловила тревогу).       Маг резко встал и здраво рассудив, что это может быть кто угодно, открыл люк в подвал, где находилась лаборатория. Я поспешила спрятаться, по пути больно споткнувшись о ножку стула, с трудом удержав равновесие, на что Снейп, не удержавшись, закатил глаза.       С дрожащими и заплетающимися от волнения ногами, я спустилась в лабораторию. Памятуя о подобном в доме Малфоев, я нашла достаточно большой сундук под столом (на моё счастье не закрытый), осторожно выложила из него часть книг, чтобы освободить больше свободного пространства, и с удобством расположившись внутри, закрыла себя изнутри, оставив лишь маленькую щель для воздуха.       Было страшно: «А вдруг это пришли за мной? Кто-то со злыми намерениями? А вдруг этот кто-то спустится сюда? Заинтересуется сундуком и увидит щель? Вдруг он откроет сундук и найдёт меня? Или нечаянно закроет его, из-за чего замок захлопнется, и я останусь тут навсегда?.. Ну, тогда это будет глупая смерть...»       Мне казалось, время течёт медленно, зато быстро растёт моя клаустрофобия; просунув руку в щель, я каждую секунду на миллиметр делала её шире, понимая, что это опасно, но чувствуя необъяснимый ужас, находясь в замкнутом пространстве. На краю сознания я догадывалась, что это последствия заточения в комнате.       Однако я очень резко убрала руку, чудом услышав звук открывающегося люка в подвал, потому что участившееся биение сердца гудело в ушах. Вспомнив всё, что надумала, и дрожа как осиновый лист, постаралась как можно тише захлопнуть сундук. Закрыв свой рот, чтобы приглушить дыхание, я начала прислушиваться.       —...-зательно спускаться в мою лабораторию, — Снейп свирепо шипел как змея, явно очень недовольный.       — Но должен же я убедиться, что ты меня не отравишь! — с иронией воскликнул незнакомый мужской голос.       — Неужели преданная собачонка Дамблдора не верит своему хозяину? — насмешливо и раздражённо протянул зельевар. Шаги стали громче.       — В отличие от тебя, Нюниус, — презрительно процедил незнакомец, — мне Дамблдор доверяет, и для этого меня не связывали Непреложными Обетами!       Наступила звенящая тишина, в которой, как мне показалось, все услышали стук моего сердца. Но про себя я отметила, что незнакомец не был хорошим человеком.       — Сядь в том углу и не двигайся, пока я не сварю зелье, — голос был спокоен и холоден, а так же, как мне послышалось, слишком пуст. — Не хватало ещё, чтобы ты тут навёл беспорядок.       — У тебя тут и так не слишком убрано, вон, книги кучей лежат, — утомлённо прозвучали слова, видимо поняв, что перегнул палку. Рядом послышались шаги и шуршание. — И почему... Н-на них кровь?!

***

      Ему пришлось немного задержаться, помогая собаке, которая изнемогала от жары и жажды, но он не волновался по этому поводу. Скорее, он специально решил отсрочить встречу со Снейпом, которого в глубине души презирал.       Это из-за него погибли Джеймс и Лили.       Он винил его в их смерти, даже больше, чем самого Волдеморта, оправдывая Тёмного Лорда тем, что тот просто сошёл с ума. А вот поганый слизеринец со своим пророчеством виноват во всём.       Тем не менее ему нужно было с ним встретиться, с ним придётся говорить, а потому маг затолкал эти чувства поглубже в себя, стараясь не подвести великого светлого волшебника.       Как приличный человек, он постучал в дверь. Прошла уже минута, как он стоит на крыльце и уже собирался аппарировать прямо в дом («...он может варить зелье в лаборатории и не услышать стука, а потому, если не отвечает, воспользуйся аппарацией...» — повторились в его голове инструкции), но дверь со скрипом открылась, и из темноты на него посмотрела пара презрительно смотрящих бездн.       — Чего тебе надо? — задал Северус резкий вопрос.       — Я по поручению Дамблдора, — прозвучал прохладный ответ.       — Заходи, — недовольно скривившись, бросил маг.       Сделав, что велено, мужчина огляделся вокруг, но немного разочарованно, потому что примерно так себе всё и представлял: деревянный прогнивший пол, низкий потолок, множество книг в пыльных и старых шкафах, в воздухе витает запах зелий и ингредиентов для них, а также крысами и ещё чем-то неуловимым, но волшебник решил его идентифицировать как незнакомый ему ингредиент для зелья.       — Ну так зачем же ко мне Дамблдор отправил оборотня? — спросил зельевар издевательским тоном, особенно выделив последнее слово.       Держись.       — Для того, чтобы отправиться на задание, мне нужно Ликантропное зелье, и Дамблдор попросил посетить тебя лично, потому что время не терпит, — Люпин коварно улыбнулся, на что у Северуса сразу скисла мина как молоко.       — Сядь в гостиной и жди, — буркнул маг в ответ, открывая люк.       — Я с тобой, — оборотень поспешил за зельеваром, пропустив слова мимо ушей.       — Тебе необязательно спускаться в мою лабораторию, — на это Ремус лишь усмехнулся, заинтересовано подмечая «обжитость» этого места, в отличие от первого этажа.       Так они и перекидывались едкими фразами, несмотря на то, что в какой-то момент он сорвался и оскорбил сильнее, чем следовало. Он даже услышал отголоски совести, но отмахнулся от них, упрямо считая, что это меньшее, чем следовало ему высказать. Однако его сдержанности можно только позавидовать — он не упомянул Мародёров, членом компании которой он остался единственным.       Тем не менее он был изумлён и испуган, когда почуял на одной из книг кровь. Он сразу подумал, что Нюниус проводит какие-то тёмные ритуалы крови, а потому тут же направил палочку на Северуса. Тот тоже не остался в стороне и ответил тем же. Маги стояли на расстоянии пяти метров друг от друга и направляли палочки на своего врага.       Однако принюхавшись к крови, он понял, что это тот же запах, что витал неизвестностью наверху. Пахнет им и здесь.       Не отводя глаз от зельевара, оборотень начал принюхиваться и обнаружил, что сильнее всего запах исходит от сундука.       Всё произошло молниеносно: Люпин на миг переместил взгляд на сундук, взмахом ладони резко откинув крышку сундука и успев заметить лишь испуганные голубые глаза, пока Северус за него не взялся.       — Экспеллиармус! — от силы заклинания палочка не только палочка вылетела из рук, а само тело было отброшено назад. — Инкарцеро!       И вот лежит связанный оборотень и ошарашенно спрашивает:       — Кто это?!