Мир изо льда

      Они вчетвером сидели в библиотеке, как тогда, словно вечность назад, когда искали способ снять с Мориарти проклятие окаменения. Но сейчас всё было иначе — их объединяло не желание спасти, а стремление узнать правду.       Как ни странно, именно Рон собрал всех вместе вновь — оскорблённые в лучших чувствах друзья не желали какого-либо общения, варясь в собственных мыслях и обидах как в адском котле. Уизли тоже было неприятно от того, что Агнес отказывалась им что-либо рассказывать, а также прямо заявила, что им не стоит в это лезть. Рон понимал, что она слишком много о себе возомнила, раз посчитала себя «компетентной», и в этом с Малфоем они были похожи — тот тоже считал себя всегда правым, более достойным остальных.       Рон научился мириться с недостатками своих друзей.       Они сидели в напряжённом молчании, и без слов понимая, что на уме у каждого. Новость о покушении профессора Квирелла и его итоге всех привело к мысли, что кроличья нора глубже, чем им казалось сначала. И если Агнес не собиралась делиться с ними, то они сами найдут ответы на свои вопросы.       — Если у тебя есть идея, то рассказывай, — скептично обратился Драко к Уизли, сидящему с самым что ни на есть загадочным и драматичным видом, будто готовился поведать им тайну вселенной.       — Она у меня есть, — гордо проговорил Рон, не спеша оглядывая присутствующих. — И я почти уверен, что у нас получится.       — И? — нетерпеливо подгоняла Гермиона.       — Мы до сих пор не знаем, как Агнес удалось спасти кота, — начал тот издалека, смотря в сторону и раздумывая, как бы рассказать о своей задумке более красиво. — И ведаем только о двух способах это сделать: настойка из мандрагор и неточное предположение, что василиск способен снять своё собственное проклятие.       — Но Агнес была точно уверена, что василиск на это способен, — вмешался Гарри, непреклонно глядя на Рона.       — Да, это так. И я склонен этому верить, но в книгах об этом ничего нет, — не растерялся слизеринец, продолжая свой монолог: — Так вот, подумаем логически: если мандрагоры ещё не поспели, то это значит, что остаётся единственный вариант — василиск. Мы знаем, где он находится, а также среди нас есть змееуст, — все взгляды устремились к Гарри, на этот раз не дрогнувшим под пристальным вниманием.       — Я понял твою задумку, но... — Малфой скептично поднял бровь, сложив руки лодочкой перед собой, вглядываясь в веснушчатое лицо. — Тебе что, стёрли память?       — С чего бы? — негодующе вскинулся тот, уязвлённо вытянувшись. Тон друга звучал оскорбительно, как будто Рон малый ребёнок, чего-то не понимающий.       — Рон, успокойся, — встряла Гермиона, примирительно коснувшись плеч обоих слизеринцев. — Малфой к тому, что если ты помнишь, то мы уже пытались звать василиска, но у нас ничего не вышло.       — Всё я помню, — недовольно отрезал мальчик, сбрасывая руку со своего плеча, но тут же делая большой вдох и успокаиваясь. Драко тоже скинул руку подруги, но более аккуратно, стараясь не обидеть её. Тем временем Рон пояснил: — Я помню, что у нас не получилось его призвать, тем не менее, я придумал, как привлечь внимание Ужаса Слизерина.       — И как же? — терял терпение Гарри.       — Мы сделаем приманку, — торжественно объявил мальчик заговорщицким шёпотом, для пущего эффекта склонившись над столом, вынуждая остальных сделать то же самое.       — А поподробней? — зашептал Драко, от предвкушения облизывая пересохшие губы.       К сожалению Рона, его план никому не понравился.       — Это самоубийство! — всплеснула руками девочка, тряхнув каштановыми кудрями. — Это не стоит такого риска!       — Все риски я беру на себя! — шипел Уизли в ответ, разочарованный реакцией своих друзей.       — Именно это нас и беспокоит, — пытался ему втолковать Гарри, опасающийся подвергать кого-то из своих друзей опасности. Опять.       И только Малфой молчаливо задумался, не спеша отвергать столь рискованное предложение с ходу. Ведь если всё пройдёт удачно... Они раскроют одну из тайн его названной сестры.       — Насколько я помню, перед входом в зал Тайной Комнаты находятся трубы, в которых очень много ответвлений... — тихо начал Драко, при этом не смотря на друзей, словно он говорит это не им, а так, рассуждает вслух.       — Да как это вообще можно обдумывать?! — поражённо воскликнула Гермиона. Мадам Пинс тут же возмущённо гаркнула, и на минутку компания друзей притихла. Девочка подала голос первой, не теряя сурового вида: — Это слишком опасно. Если что-то пойдёт не так...       — Сомневаюсь, что теперь что-то может пойти не по плану, — фыркнул тот в ответ, тем не менее, приметив бешеное выражение лица Грейнджер, начал торопливо объяснять: — Во-первых, профессор Квирелл с тем типом на затылке схвачен и ждёт суда. Во-вторых, очень велика вероятность того, что дневник Тома Реддла тоже принадлежал ему, потому он подкидывал его разным людям, таким образом собирая информацию.       — Но Миртл говорила, что дневник в туалет подкинул какой-то мальчик, — вспомнил тот день Гарри и вздёрнул плечи, прогоняя неприятный холодок, навеянный воспоминаниями.       — Думаю, это был студент, который также как и Рон заколдован дневником, — прояснил свои домыслы Драко, продолжая объяснения: — Сейчас очень хороший момент, чтобы начать действовать. Я сегодня говорил с мадам Помфри перед завтраком, и Агнес очень быстро идёт на поправку. Возможно, уже завтра-послезавтра её выпишут.       — Ну наконец-то, — облегчённо выдохнула Гермиона, очень обрадованная хорошим известием — она заметила за собой, что скучает по однокурснице, и считала это хорошим признаком.       — Я тоже рад, но это сильно урезает нам время для более детального обдумывания, — серьёзно заметил Малфой, сведя светлые брови вместе. — Но у меня есть идея, как нам в случае чего сбежать.       — Что за идея? — Гарри старался не показывать своей заинтересованности, потому что искренне считал план провальным с самого начала. Но что будет, если Драко докажет обратное?..       — А в том, мой дорогой друг, что в тех трубах стопроцентно есть другой выход, — жеманно улыбнувшись, он стойко встречал первый вопрос:       — Но у нас не будет времени искать его, — как и предполагал слизеринец, Гермиона поняла проблему первой, скидывая растрепавшиеся волосы за спину.       — Ты читала сегодня свежую газету? — вопросом на вопрос ответил мальчик, наслаждаясь недоумением на лице девочки. Та застыла с красноречивым видом, дающим понять, что шестерёнки в её голове непрерывно двигаются, пытаясь найти связь между Ежедневным Пророком и Тайной Комнатой. Когда молчание уже затянулось, а у Рона с каждой секундой ожидания лицо принимало всё более глуповатое выражение, Драко решил смилостивиться над остальными: — Вы же заметили кости мелких животных на полу? — все неуверенно кивнули, внимательно слушая. — А знаете ли вы прогноз погоды на завтра?       — Ну точно! — девочка подскочила и громко хлопнула рукой по столу, а по её лицу так читалось: «Эврика!» Мадам Пинс вновь предупредила их о последствиях, если они не перестанут шуметь, и когтевранка поспешила извиниться, но получилось без должного раскаяния в голосе. Глаза её были точно жидкий шоколад в лучах солнца, и она поспешила доказать Малфою, что поняла его задумку, тихо затараторив: — Василиск явно питался животными, которые прибегали из леса. Один из ходов точно ведёт за пределы Хогвартса. И учитывая то, что на завтра прогнозируют ветреную погоду...       — Мы почувствуем выход.

***

      От волнения руки немного дрожали, а в рот не лез ни кусочек еды. Гарри гонял зелёный горошек по тарелке, нервничая из-за предстоящей «операции». В кармане мантии находилась почти невесомая мантия-невидимка, но она казалась ему неподъёмным грузом, тянущим его вниз. Но даже так он не собирался отступать — уже нет пути назад, даже если он пытался.       Этой ночью, после обсуждения плана с друзьями, он в одиночку отправился в Тайную Комнату, но, как они и предполагали, василиск не спешил выйти и поговорить. Он пробыл там не больше пяти минут, обратно залезая в туалет по самоудлиняющейся верёвке. Её они использовали ещё в прошлый раз, и тогда Поттер взял её у соседа (Тони был хоть и молчаливым, но хорошим парнем со своими причудами). Однако для него является загадкой, зачем тот её вообще тогда достал, тем более так вовремя.       Затея Рона была проста как табурет — раз василиск точно в Комнате, то однозначно слышит Гарри. Но если на этот раз он предложит василиску то, от чего ему будет сложно отказаться?       И этим чем-то, а точнее кем-то, станет сам Рон. Ведь если посудить, то такой деликатес явно должен привлечь огромного плотоядного Змия? Тем более, что у Гарри чуть глаза из орбит не вылезли, когда убеждённая Гермиона предложила свою кандидатуру, если василиск предпочитает магглорождённых. К его маленькому облегчению, это сделали запасным планом в крайнем случае.       Гарри понимал, что на нём держится весь план — без змееуста он был бы бесполезен. Эта способность впервые чувствовалась огромным недостатком — ведь из-за её наличия, хоть и косвенно, друзья будут рисковать жизнью. Возможно, не бойся прежде всегда одинокий мальчик осуждения друзей, и даже более того — потерять их дружбу навсегда, то ради их безопасности поставил бы на затее огромный жирный крест. К сожалению, Гарри был эгоистом, осознающим это, и потому ему оставалось только ругать и винить себя за согласие в реализации плана.       Они решили идти сразу после обеда, чтобы в случае ЧП не бродить по лесу в темноте ночи. Маленькой заминкой служила подготовка — они помнят пробирающий до костей холод в Тайной Комнате, и им не помешали бы тёплые зимние мантии. Но Гарри почему-то уверен, что его спина взмокнет от пота, стоит её только надеть.       Выполнив последние приготовления, они с неудовольствием обнаружили, что Плакса Миртл залила коридор нужного этажа, и каждый шаг отдавался всплеском воды под ногами, которые стремительно начали мокнуть. Однако удача не подвела их в другом — самой Миртл нигде не было видно, и Гарри надеялся, что теперь везение от них не отвернётся.       Гермиона прикрепила зачарованную верёвку к умывальнику, проверила её на крепость узла и молча кивнула Поттеру.       — Откройся.       Умывальник отъехал в сторону, открывая проход во всё ещё пугающее место. Они прыгали в трубу в напряжённой тишине, словно одно неаккуратное слово могло что-то испортить. Первым прыгнул Рон, и по туалету разнеслось эхо его голоса. Губы Гарри поднялись в намёке на улыбку — он понимал своего друга. Следом прыгнула Гермиона — девочка прибрала свои волосы в высокий хвост, как всегда делала это Агнес, поправила тёплую мантию и бесшумно исчезла в темноте.       Следующим должен прыгнуть Гарри.       Но он медлил: переминался с ноги на ногу, поправлял очки, ерошил беспорядочные чёрные вихры и вытирал потные ладони о мантию. Ему казалось, что сейчас последний шанс не допустить ошибку, и им повезёт, если она не окажется роковой.       Мальчик размышлял, как бы набраться сил, чтобы развернуться и уйти, прикипев взглядом к верёвке, конец которой наверняка касается пола на дне трубы. Нерешительность парализовала его тело, и от чувства безнадёжности он начал кусать нижнюю губу. В этот момент он почти себя ненавидел.       На его плечо опустилась рука. Очень знакомая рука в очень знакомом жесте.       — Переживаешь? — прошелестел голос, но в тишине он казался оглушающим.       — Да, — одними губами проговорил Гарри, но неуверенный, что его услышали, повернулся к слизеринцу и ответил более внятно, при этом кивнув: — Да, очень.       — Я тоже, — тихо сказал Драко, и от его понимающих серых глаз взгляд сам упёрся в пол, на их ботинки. — Но переживаешь ли ты за Таситу?       Поттеру понадобилось некоторое время, чтобы вспомнить о втором имени Агнес. Но так и не поняв сути вопроса, поднял озадаченный взгляд.       — В нашем с Агнес детстве многое случалось, и я до сих пор не знаю всего, что она пережила. В Хогвартсе стало хуже — уже трижды она была на грани смерти. А всё из-за её скрытности. Из-за того, что никогда не рассказывает мне — нам — что у неё в голове. И чтобы не дать ей вновь рисковать, не дать умереть из-за её собственной глупости, я должен узнать правду. Должен спасти её. Ты меня понимаешь? — вкрадчивый и выразительный голос пробрался в самое сердце, и если бы не потерянный дар речи, то он бы тут же ответил: «Я понимаю». Потому что тогда, на Хэллоуин, и в Тайной Комнате с Агнес именно эта мысль билась в его голове в такт сердцебиению.       Как заворажённый он смотрел в серую радужку глаз вокруг чёрного, словно омут зрачка и пытался насытится новым приятным чувством — взаимопониманием. Так остро он не ощущал его никогда, не то чтобы он думал, что подобное невозможно. Просто он лишь надеялся, но никогда не рассчитывал, что он когда-нибудь разделит одну мысль — цель — на двоих с кем-то.       Но это случилось, и этим кем-то оказался Драко Малфой.       Вновь обернувшись к дыре в полу, он внезапно почувствовал, что все сомнения пропали, будто с ног сняли многотонные цепи. Сделав быстрый вздох, он решительно прыгнул вниз.       Там его ждали бледный Рон и нетерпеливо стучащая ногой Гермиона. Немного пристыженный её испепеляющим взглядом, он дождался Малфоя и уже без удивления услышал звук вставшего на место умывальника. Странная, но очень полезная магия, каким-то образом определяющая, когда именно ей нужно прийти в движение.       В звуках хрустящих под ботинками костей и сбившихся из-за адреналина дыханий четверых друзей, они неизбежно приближались к главному залу, в которой стояла статуя не самого красивого великого мага.       С некой настороженностью они зашли внутрь, оглядывая колонны с будто живыми змеями на них, разве что застывшими в одной позе.       Драко и Гермиона заняли свои позиции на входе, скрывшись под мантией-невидимкой — они лучше остальных знали и колдовали заклинания, поэтому были необходимой подстраховкой на случай, если что-то пойдёт не по плану. Также в их задачи входило задержать василиска, если Гарри с Роном не смогут отделаться от питомца Слизерина и тот нападёт.       Встав посередине огромного зала, в котором присутствовал неясный свет, освещающий пространство, но не задевающий потолка, Гарри сжал трясущуюся от страха руку друга, с удивлением отмечая своё спокойствие. Даже сердце ровно билось в груди, потому уверенным голосом он прошипел:       — Явись, Василиск Салазара Слизерина! — с минуту Гарри решил подождать, прежде чем выставить приманку: — Если ты голоден, то я принёс тебе обед. Как давно ты наслаждался детьми-волшебниками?       Либо у Гарри слуховые галлюцинации, либо он что-то услышал со стороны статуи. Похожее на трение чешуек о камень. Но повернувшись к Рону, он отмёл свои сомнения — василиск клюнул и неумолимо приближался к ним.       Почти серый от страха друг опустил голову, зажмурившись. Гарри тоже закрыл глаза, и в кромешной темноте сердце всё-таки вспомнило о самосохранении и подскочило к горлу, предупреждая об опасности. Сглотнув, он прислушался к шуршанию, которое издавал василиск движением огромной туши. Из-за громко колотящегося сердца было сложно понять, насколько василиск близко, тем не менее, он с силой опускал веки, чтобы не дай бог открыть глаза.       Потная ладонь друга больно сжала руку, в то время как рядом он ощутил движение воздуха. И он бы принял это за сквозняк или разыгравшееся от страха и волнения воображение, однако и так неприятно пахнущий воздух стал более затхлым. Сомнений не оставалось — василиск прямо перед ними.       — Чистокровный... Сомневаюсь... — сердце ушло в пятки от грозного шипения у самого уха, а Рон, казалось, был готов упасть в обморок прямо сейчас. Гарри собрался с мыслями и вновь заговорил с василиском:       — Он и его семья известна тем, что её члены являются Предателями крови, — Поттер надеялся, что огромная машина убийства не умеет распознавать дрожь в голосе, несмотря на то, что этот аргумент они продумывали ещё вчера.       — Сложно... — они оба чувствовали давление от присутствия питомца Слизерина, и оставаться на месте было невыносимее с каждой секундой. Хотелось убежать на другой край света от сковавшего сердца страха, и больше не испытывать этого никогда.       Кто же знал, что всё может быть намного хуже.       — Грязнокровка будет больше по вкусу, — натянутые до предела нервы, казалось, всё-таки порвались, сопровождаясь хрустом позвоночника — так быстро Гарри обернулся и открыл глаза, неосознанно выпустив руку Рона. Тот в ту же секунду вцепился в плечо Поттера, к его чести, свои глаза держа закрытыми до сих пор. — Разве я не прав, Поттер?       Зубы с силой сжалась до скрежета, а язык прилип к нёбу, не собираясь шевелится. Фигура в чёрной глухой мантии и с капюшоном на голове, закрывающим лицо, стояла неподалёку, возле входа, но не это приводило в ужас.       Позади неизвестного в воздухе парило два тела, и Гарри не мог представить, что он с ними сделал, или что может сделать, или что собирается сделать. Он, казалось, не мог вдохнуть, пока душераздирающая боль наполняла его с осознанием, что может произойти.       — Г-гарри?.. — еле слышно пропищал Рон, слегка тряся руку Поттера. — Ч-что п-происход-дит?       Он не мог ответить ни другу, ни, видимо, Наследнику Слизерина, который захватил разум очередного студента и теперь управлял им. Гарри не понимал, что ему делать, но ни одной мысли сдаться не было, ведь тогда его друзья точно пострадают.       Вместе с тем в потоке мыслей он ощутил то, что дало ему неожиданный прилив сил.       Он чувствовал ярость.       Из всего, что Гарри знал о Наследнике Слизерина, выходила нелицеприятная картина: ещё в молодости он убил одного студента, подставил другого, создал проклятый артефакт, из-за которого, вероятно, погиб ещё один студент, а его подруга пострадала и прямо, и косвенно, несмотря на то, что они родственники. Он также пытался обмануть его, запутав его мысли.       Он ему противен.       — Что, не собираешься отвечать своему дружку Предателю крови? — скучающе протянул Наследник Слизерина, разочарованный отсутствием желательной реакции. По его подсчётам, Поттер уже должен был наложить в штаны и умолять о пощаде, однако тот лишь молчал, буравя его взглядом.       — Г-ГАРРИ!!! — отчаянно взревел Уизли, сходя с ума от неизвестности и молчания Поттера. Названный вздрогнул от громкого возгласа, эхом отразившегося от стен, и взглянул на бледную тень, только недавно храбро предложившую роль приманки.       — Не открывай глаза, Рон, — дрожащим шёпотом попросил Гарри, успокаивающе погладив друга по плечу, хотя скорее провёл по нему резким движением, словно он одеревеневшей конечностью пытался отряхнуть с Рона грязь.       Повернувшись к Наследнику Слизерина, он начал судорожно думать, как выбраться из этой ситуации, оглядывая пространство перед собой цепким взглядом.       — Мне так обидно, что ты так и не удостоил меня словом, Поттер, — привлёк к себе внимание Наследник, но ни нотки обиды не было в его голосе. Разве что в скучающий голос неосторожно прокралась раздражительность. — А я ведь могу и перестать быть столь радушным.       Гарри с ненавистью посмотрел на него, в то время как страх вновь скрылся, забирая с собой и самосохранение. Он уже думал обозвать этого злого человека неприятными ругательствами, как заметил маленькое движение, изменившее его план и давшее оглушительную надежду.       Драко покачал головой.       Когтевранец так и застыл с открытым ртом, некогда хотевшим выплюнуть неприличные обзывательства в лицо, скрытое капюшоном, и, осознав свою оплошность, тут же клацнул челюстью.       — Похвальная сдержанность, — подозрительно прошипел Наследник, резко оглянувшись назад. Сердце Гарри пропустило удар, и он едва сдержал вскрик, боясь, что Драко раскроют. Но прошла секунда, две, три, пять, десять, а палочка в руках Наследника так и не прокляла своих жертв — Малфой вовремя притворился бессознательным.       Не увидев ничего необычного, он вновь посмотрел на Поттера, к счастью, не замечая безмолвных жестов Драко, связанного и парящего за спиной врага.       — Я пришёл не просто так, Поттер, — серьёзно начал Наследник, медленно постукивая палочкой по ладони, в точности как недовольный учитель у доски. Разве что этот жест сулил что-то намного хуже, чем «F» в журнале или тонкий саднящий след на руке. — Вы, детишки, пришли за ответами, но ответы нужны и мне. Как насчёт сделки?       Гарри видел яростно мотающего головой Драко, который был явно против этой затеи, не то чтобы сам Мальчик-Который-Выжил собирался соглашаться. Он очень старался не засматриваться на пытающегося освободить руку из пут Малфоя, и с ясностью понял, что нужно потянуть время.       — Сделки? — повторил за Наследником мальчик, словно его заинтересовало предложение.       — Рад, что благоразумие у тебя имеется, — он развёл руки в театральном жесте, как будто его радует внимательная публика. — Меня интересует та ночь, когда твоя грязнокровная мать умерла, а ты не только отразил смертельное проклятие, но и превратил Лорда Волдеморта в прах.       Тело Гарри прошиб озноб — он смутно помнил эту ночь из своих кошмаров, и чувство животного страха и ужаса перед тёмной фигурой было всепоглощающим. Но почему Наследника Слизерина это интересует? Или он просто решил поиздеваться над сиротой?       — Сначала ответь на наши вопросы, — он не знал, где взял сил для дальнейшего разговора — было ощущение, что он наглотался раскалённых углей, и те теперь выжигали его внутренности. Глаза слезились, но он видел, что Драко почти высвободил руку.       Ещё немного.       — Не тебе ставить условия, Поттер, — мрачно отпечатал Наследник, резко направляя палочку в его сторону. Гарри тут же отскочил в сторону, но забыл про то, что стоял перед врагом не один. — Круцио!       Рон неистово закричал от боли, и Гарри тут же побежал на выручку, однако вновь запамятовал о присутствии ещё одного врага.       Василиск пронёсся прямо перед носом, не давая приблизиться к другу.       — Прекрати! — завопил Гарри, гневно сжимая кулаки. Наследник, казалось, трясся в неясном приступе, но мальчик понял, что тот смеётся.       Драко почти освободил руку, а Гермиона в ужасе озиралась по сторонам.       Фигура в мантии опустила палочку. Крик начал стихать, под конец став поскуливанием с еле слышными мольбами. Гарри дышал загнанным зверем, всё ещё не видя Рона, но чувствуя себя так, словно это он кричал от боли. В горле поднялся ком, и он силой воли пытался подавить тошноту.       — Готов отвечать на вопросы? — казалось, после незамысловатой пытки его настроение поднялось, столь благодушным был его голос, если такое применимо к змеиному шипению. — Я уверен, что столь умный мальчик, как ты, всё понял и с удовольствием ответит на мои вопросы. Так вот, Поттер, что твоя грязнокровная мать такого сделала, чтобы ты смог выжить?       — ГАРРИ!!! — оглушающий вопль разнёсся по залу, и мальчик обернулся на звук, однако туша василиска закрывала обзор.       — РОН!!! — закричал он в ответ, давая понять, что находится рядом. Наследник неприязненно поморщился.       — БЕЖИМ!!! — прогремел третий голос, в котором без проблем узнавался Драко. Гарри видел будто в замедленной съёмке, как слизеринец резко взмахнул рукой вверх, и мантия Наследника воспарила. Он успел разглядеть зелёный галстук и упавшие палочки из мантии, когда раздалось яростное шипение:       — Фрики! Время трапезы! Обед перед тобой!       В тот же момент василиск пришёл в движение, несясь на всех порах к Драко и Гермионе, освободившихся от пут. Гарри рванул вперёд, но услышал возле себя всхлипы. Развернувшись, он подбежал к Рону, содрогающемуся в конвульсиях.       — Рон! РОН! Приди в себя, Рон! — не церемонясь, он хлестал зарёванное лицо друга, пытаясь привести того в себя. Не видя результатов, он подхватил тело слизеринца, с трудом поставил того на ноги, и закинув руку Уизли себе за шею, потащил его к выходу, где за эти несколько секунд развязалась страшная картина будто из кошмаров.       Огромный василиск был в считанных метрах от Гермионы, которая бежала сломя голову и попадала в василиска различными заклинаниями фактически вслепую, но тому было всё равно.       Драко дрался с самим Наследником, но даже несведущему было очевидно, что с его другом играются, потешаясь над его попыткой остановить явно более опытного и сильного мага.       Ещё немного, и им конец.       — Гермиона! Сюда! — план был прост как три кната, но другого у него не было. Девочка услышала его в грохоте заклинаний и уже бежала к нему, в то время как Змий преследовал её по пятам. Стоило ей приблизится, как он скинул на неё Рона и торопливо протараторил: — Помоги Драко и ищите выход! Василиска оставь на меня!       — Что?! Но...       — БЕГИ! — гаркнул он что есть мочи и для убедительности подтолкнул в спину, поворачиваясь к василиску. Адреналин бурлил в крови, придавая сил. — Фрики! Кто твой хозяин?       — Потомок Слизерина, — ответил василиск, приблизившись вплотную и остановившись, казалось, заинтересовавшись словами маленького мага.       — Разве этот человек — потомок Слизерина? — спросил мальчик, махнув в сторону шума битвы. — Разве течёт в нём кровь Слизерина?       — Он накормил меня вкусным щенком, — краем глаза Гарри заметил, как василиск облизнулся. Его пробрала дрожь. — Он обладает даром Слизерина.       — Но помнишь ли ты девочку, которую ты принял своей хозяйкой? Ту, чью кровь ты испил?       — Контракт, да, — казалось, василиск довольно закивал головой. — Но она так и не пришла ко мне. И тебя я помню, маленький человечишка.       — Я и остальные являемся друзьями и товарищами твоей хозяйки. Когда она поправится, то спустившись сюда, будет очень зла на тебя за твой поступок.       — Это будет очень скоро, — растерянно зашипел василиск, и Гарри видел, как кончик его хвоста недовольно качается из стороны в сторону. — Но я не могу ослушаться приказа благодетеля. Он меня накажет.       — Притворись, что пытаешься нас убить, а мы при этом сбежим, — надежда затрепетала в груди, и Гарри не смог сдержать нервной улыбки.       Но рано было радоваться.       — Так не пойдёт, — шипение пробрало до мурашек. Казалось, ему огласили смертный приговор. — Хозяйка позлится и простит, а благодетель сделает мне больно. Не хочу.       Зловонное дыхание прошлось по волосам, разметая беспорядочные чёрные вихры. Гарри тут же бросился в сторону, в последний момент избегая клыков.       Карточный домик рухнул, и ему оставалось только бежать.