Здравствуйте, я ваш дядя

      —Почему ты не рассказал отцу, что это мой сын заколдовал тебя? — спросил аккуратно Люциус у Леголаса спустя какое-то время.       —Я знал, что вы с отцом будете его ругать. Он не понимал, что делал. Его сердце просит любви, но он не понимает его, не слышит его. Я пытался показать ему, что рад его видеть, что вы вернулись, но он по глупости отверг меня и мои чувства, — ответил Леголас.       —Может тебе не стоит так открыто пытаться навязать ему свои чувства? — попытался охладить братскую любовь Люциус.       —А я и не действовал в открытую. Я просто пытаюсь разговаривать с ним, чтобы он не чувствовал себя одиноким, а он всё время отвергает меня, называя остроухим, будто тот факт, что я эльф, есть что-то плохое. Будто я недостоин общаться с ним по этой причине.       —Понимаешь, Леголас, в Англии наша семья была очень уважаема и почитаема из-за чистоты крови.       —Чистоты крови? — не понял Леголас.       —Ну, есть волшебники, которые родились в семье волшебников, а есть те, которые родились в семье обычных людей. Первых называют чистокровными волшебниками, а вторых грязнокровками. Я происхожу в Англии из древнего рода Малфоев, моя жена из рода Блэков. Оба рода хранили чистоту крови на протяжении многих столетий, а это значит, что каждый Малфой или Блэк выходил замуж или женился на таком же чистокровном волшебнике, родители которого тоже волшебники. У нас была идея чистоты крови. Мы считали, что грязнокровки оскверняют волшебную кровь и приведут общество к стагнации и разложению. Так вот, Драко — чистокровный волшебник, как ты мог заметить, поэтому имел определённый авторитет в школе. Сейчас в связи с поражением нашего предводителя, мы вынуждены были вернуться сюда, чтобы нас не посадили, однако общая идея превосходства одной категории людей над другой у Драко осталась. Он до сих пор считает, что имеет определённый авторитет и пытается им пользоваться. Он думает, что дружить с тобой нет смысла, так как это не принесёт ему никакой выгоды.       —А разве дружить надо ради выгоды? — спросил Леголас.       —Как бы тебе помягче объяснить, — попытался аккуратно завернуть свою мысль Люциус. — Я считаю, что настоящей дружбы, как таковой, не существует. Есть люди, с которыми тебе выгодно, а есть с которыми невыгодно. Зачем тратить время на вторых, когда можно тратить время на первых и что-то с этого иметь?       —Почему у вас такое потребительское отношение к людям? Дружба — это не источник дохода, это верное плечо, которое всегда поддержит, рядом с которым и умереть не страшно.       —У меня никогда не было настоящих друзей. У Драко тоже. Мы не умеем дружить? Возможно. Своим надменным поведением мы отталкиваем окружающих? Вероятно. Но мы такие, какие есть, и нас не переделаешь, увы.       —А как же ваша дружба с отцом?       —Это не дружба. Это любовь. Братская, но всё-таки любовь. А дружба — это несколько другие чувства.       —Думаете, Драко не готов дружить со мной?       —Скорее всего. Может, тебе стоит перестать с ним общаться на какое-то время? Он привыкнет, может, потеплеет к тебе.       —Я, наоборот, подумал, раз у него теперь забрали палочку, попробовать наладить с ним контакт. Заколдовать он меня не сможет, так что, возможно, захочет всё же поговорить.       —Ну, я бы тебе советовал всё-таки лишний раз к нему не соваться, но дело твоё. Поступай, как знаешь, но, пожалуйста, не провоцируй его на драку. Трандуил будет в бешенстве, если ещё раз произойдёт что-то подобное.       —Хорошо, я постараюсь, — кивнул Леголас.