Illicit Affairs

Ёнджун не думал, что у него войдет в привычку целовать Субина. И все было в порядке, пока не пришло время для похода. Никто не говорил Ёнджуну о том, что предательство дается тем легче, чем больше раз позволяешь себе к нему прибегнуть. Когда он просыпается в четверг, то проводит меньше времени в мыслях о Бомгю и больше – о субиновых губах. Ёнджун даже не может избегать Субина, потому что Бомгю созывает всех на групповое собрание, чтобы убедиться, что все в порядке, прежде чем они уедут. Он правда пытается сконцентрироваться на том, что говорит Бомгю, но, в какой-то момент почувствовав взгляд Субина на себе, понимает, что тот пялится на его губы. Младший тут же краснеет и многозначительно отводит глаза, и Ёнджун ухмыляется сам себе. — Ну или мы просто не будем питаться, — раздраженный голос Бомгю привлекает его внимание. Он поворачивается и обнаруживает, что все, кроме Субина, в ожидании смотрят на него. — А? — тупо выдает Ёнджун. — Что с тобой сегодня? — недовольно говорит Бомгю, хмурясь. — Ты постоянно находишься где-то не здесь и не слушаешь, что я говорю, с того момента, как мы начали. — Прости, — мямлит Ёнджун, потирая заднюю часть шеи. — Я слушаю сейчас. Что ты говорил? Бомгю щурится, глядя на него, но Ёнджун сохраняет спокойное лицо. — Мы говорили о том, кто будет готовить еду, и Субин предложил тебя, — продолжает друг, несмотря на свое раздражение. — Ах, да. Хорошо, — отмахивается Ёнджун. Бомгю бросает на него ещё один взгляд, прежде чем продолжить обсуждение. Ёнджун слушает его, чтобы тот не расстраивался, но ему все равно удается несколько раз взглянуть на Субина. Когда Бомгю заканчивает, они все обнимаются на прощание – Субин и Ёнджун прижимаются друг к другу дольше нужного – и расходятся. Бомгю молчит всю дорогу к ёнджуновому дому. — Биджи, да ладно тебе, — жалуется Ёнджун, когда они паркуются у дома. — Я же извинился. — Если ты не хотел ехать, мог сразу сказать, — мямлит младший, смотря в окно. — Ну перестань, Гю, — говорит Ёнджун, нахмурившись. — Конечно я хочу поехать! Бомгю поворачивается к нему, и Ёнджун пытается сдержать улыбку, когда видит его красные от гнева щеки. Он забывает, каким милым может выглядеть Бомгю, когда расстроен. — Ты совсем не слушал, что я говорил! — гневно подмечает он. — Это не из-за того, что я не хочу ехать! — настаивает Ёнджун, смахивая покрашенные теперь в каштановый цвет волосы Бомгю с его лица. — Просто много всего в мыслях сегодня. — Например? — вопрошает Бомгю. «Субин», — хочет сказать Ёнджун, но останавливает себя. — Мама, — он проглатывает вину и прочищает горло. Услышав это, Бомгю смягчается, и, о боже, Ёнджун действительно ужасный человек. — Она по-прежнему экономит на продуктах? — спрашивает друг без капли гнева или раздражения в голосе. Ёнджун кивает, и Бомгю прячет голову в руки. — Прости, что я расстроился, просто… — Ёнджун терпеливо ждет, пока тот соберется с мыслями, но в конце концов он трясет головой и улыбается. — Ничего. Просто я в странном настроении сегодня. — Ты уверен? — спрашивает Ёнджун, дотягиваясь рукой, чтобы пощекотать друга под подбородком. — Ты же знаешь, что можешь рассказать мне все. На мгновение кажется, будто Бомгю собирается что-то сказать, но в итоге он просто улыбается. — Я знаю. Увидимся завтра? Сначала Ёнджун хочет настоять на том, чтобы младший высказался, но затем решает ущипнуть Бомгю за щеку и выпрыгнуть из машины. — Увидимся завтра. Его улыбка держится ровно пять секунд, прежде чем он заходит домой и видит свою мать, лежащую на диване на том же самом месте, что и вчера. — Уже поздно, мам, — говорит он, выключая телевизор и забирая вторую бутылку вина, которую она умудрилась раздобыть. Она не отвечает, но позволяет отнести себя на кровать и уложить. Ёнджун останавливается у двери, рука зависает над выключателем. — Я пойду в поход завтра, — говорит он, надеясь получить реакцию. — Меня не будет три дня. Мать в ответ лишь моргает. Ёнджун вздыхает. — Спокойной ночи, мам, — мягко говорит он, выключая свет и направляясь в свою комнату. Его рука движется на автомате, когда он вытаскивает телефон и набирает Субина. — Джуни? — Я ужасный человек, если оставляю свою маму в таком состоянии и ухожу в поход? — выпаливает Ёнджун. — Ты не ужасный человек, Джуни, — настаивает Субин. — Что… На фоне открывается дверь, и Ёнджун слышит голос субиновой матери по ту сторону провода. — Погоди, — Субин стонет, и Ёнджуну приходится сдерживать смех, слыша, как тот прогоняет свою мать. — Нет, я не хочу смотреть еще один туториал по декорированию торта, мам. Пожалуйста, уйди, я разговариваю по телефону… — ему удается выпроводить ее из комнаты, и он захлопывает дверь. — Прости, — извиняется Субин. Ёнджун представляет, как горят его уши, и закусывает губу, чтобы не улыбаться. — Но я собирался спросить, что ты имеешь в виду под «таким состоянием», — продолжает он. Ёнджун проводит рукой по волосам. — Помнишь, я упоминал, как научился готовить? — Ага. — Это из-за того, что у моей мамы есть привычка… выпадать из реальности. Она ничего не делает: не ест, не покидает дом — ничего. Просто сидит напротив телевизора днями напролет. Когда я был маленьким, и у нее случался такой приступ, мне оставалось лишь плакать от голода или что-то подобное. Сейчас, однако… — Ох, — тихо доносится от Субина. — Я понимаю. Ёнджун знает, что это и правда так, потому что единственная причина, по которой ему удалось позаботиться о Субине, когда все уехали, это то, что у него было слишком много практики со своей собственной матерью. — Эй, ты в порядке? — спрашивает Ёнджун. — Я? — звучит непонятливо. — Все нормально, почему ты спрашиваешь? — Я просто… думал о той неделе, — решает сказать Ёнджун. — А, — осознает Субин, звуча немного смущенным. — Все в порядке, это проходит. — Понимаю, — шепчет Ёнджун. — Но, — говорит Субин, пытаясь вернуть прежнюю тему разговора, — мы говорили о тебе. Ты вообще хочешь идти в поход? — Ну да, — говорит Ёнджун. — Уехать подальше от всего с тобой было бы здорово. — Ох, — кашляет Субин. — Ты имел в виду, уехать подальше со всеми было бы здорово? — Ну и это тоже, наверное, — признает Ёнджун. Субин замолкает, и Ёнджун не может сдержаться и добавляет: — Я чуть-чуть пофлиртовал, а ты уже лишен дара речи. Твой рот гораздо более деятельный, когда прижат к моему… — Блядь, Ёнджун, заткнись! — повышает голос Субин. — А ты меня за это поцелуешь? — дуется Ёнджун. — Клянусь, я сейчас положу трубку, — угрожает тот. Ёнджун не может сдержаться и смеется, чувствуя, как начинает покалывать где-то под ребрами. — Ладно, ладно. Прости, я больше не буду. — В общем, — ворчит Субин. — Думаю, тебе стоит поехать, если хочешь. Я не знаю, как ты раньше решал проблемы со своей мамой, но тебе не нужно постоянно жертвовать всем для других людей. Ты тоже заслуживаешь хорошие вещи. Искренность этого заявления оставляет Ёнджуна лишенным дара речи. Почему ему всегда трудно думать, когда рядом Субин? — Но несмотря на это, — продолжает Субин, — если тебе слишком страшно оставлять ее одну, можешь остаться. Думаю, Бомгю понял бы. Он прав. Бомгю был бы первым, кто сказал ему остаться дома. Но мысли Ёнджуна продолжают крутиться вокруг того, что Субин сказал до этого. Ты тоже заслуживаешь хорошие вещи. — Я хочу поехать, — решает он спустя долгое время. — Тогда поезжай, Джуни, — шепчет Субин. — По итогу с твоей мамой все будет хорошо, поверь мне. И Ёнджун действительно верит. — Хорошо, — соглашается он. — Хорошо, — повторяет Субин, и Ёнджун слышит улыбку в его голосе. — Это значит, что мы будем делить одну палатку? — интересуется Ёнджун наполовину в шутку. — Что ж! Похоже, мне пора идти, удачно тебе собрать вещи! — восклицает Субин, прежде чем положить трубку. Ёнджун хихикает. — Увидимся завтра, Ямочки, — говорит он самому себе и начинает собираться.

***

— Кай, ты знаешь, что я люблю тебя, но, пожалуйста, позволь Бомгю давать указания. Я не хочу, чтобы Тэхён убил нас, когда ты случайно заставишь его повернуть не туда, — молит Субин. Кай очень неохотно слезает с пассажирского сиденья и позволяет Бомгю сесть туда. — Зато тебе достанутся все задние сиденья, — подмечает Субин, поглаживая друга по спине, пока тот карабкается в заднюю часть машины. Кай, кажется не против. Он сворачивается калачиком и закрывает глаза. Они все заняли одну машину, чтобы доехать до места кемпинга. Тэхёновы родители любезно одолжили им свой минивэн на выходные, чтобы всем хватило места. Спереди за рулем сидит Тэхён, а рядом с ним теперь располагается Бомгю, чтобы показывать дорогу. Кай залез назад, а поэтому Субин и Ёнджун сидят рядом в середине машины. Между ними есть свободное сиденье, предназначенное на тот случай, если кто-то из них захочет поспать во время поездки. Ёнджун не знает, специально ли это делает Субин, но его рука придвигается все ближе и ближе к ёнджуновой, пока их мизинцы не соприкасаются. Ёнджун поднимает взгляд, чтобы проверить, не заметил ли кто, но Хюнин Кай давно уснул, а Тэхён сфокусирован на том, чтобы следовать указаниям Бомгю. Он посылает сомнения подальше и хватает мизинец Субина своим. Ёнджун решается посмотреть на него, но тот намеренно повернут к окну и наблюдает за проплывающими мимо деревьями, хотя его уши теперь значительно краснее, и Ёнджун улыбается, заметив это. Они сидят в таком положении большую часть поездки, и даже если Субин убирает руку, чтобы показать что-то снаружи, он всегда воссоединяет их пальцы снова. В итоге он устает, как и Бомгю, и проваливается в сон. — Бомгю, — вздыхает Ёнджун. — Я вижу, как тебе трудно. Пожалуйста, возьми перерыв и поспи, я подвинусь на середину и помогу Тэхёну. Бомгю немного протестует, но после того, как пару раз ошибается в указаниях, сдается и передает телефон Ёнджуну, устраиваясь поудобнее, чтобы поспать. Ёнджун отодвигается от окна и садится на середину, чтобы яснее видеть дорогу и чтобы Тэхёну было лучше его слышно. Все остальные в машине спят, а поэтому они остаются единственными, кто еще бодрствует. Он никогда не находился наедине с Тэхёном. Во-первых, потому что не было особой причины, а во-вторых, потому что Кай, кажется, всегда привязан к нему. Ёнджун вспоминает о своем первом впечатлении об этих троих. Кай казался настолько дружелюбным, насколько человек вообще может быть – даже больше, чем Бомгю. И хотя у Ёнджуна особо не было мыслей на его счет, он всегда уважал Кая. В какой-то момент ему казалось, что он единственный человек, который не смотрит на него так, будто он кусок жвачки, прилипший к ботинку. О Тэхёне он всегда думал как об умном и скорее холодном человеке. Ёнджун заметил, как тот отвечал на вопросы на парах и отвергал дурацкие идеи. Он думал, что Тэхён ненавидел его, как и все остальные, но после того, как они с Ёнджуном подружились, он понял, что тэхёново выражение лица просто сходило за осуждающее из-за его больших глаз. Что касается Субина, он не нравился Ёнджуну вовсе. Бомгю восхвалял его, и он старался не обращать на это внимание, понимая, что Субин точно его презирает. Ёнджун одаряет взглядом спящего гиганта, свернувшегося в клубок, рядом с собой. Так много изменилось с того дня, как они начали работать вместе в пекарне. — Странно, я знаю, — Тэхён озвучивает мысль, которая крутилась в ёнджуновой голове. Он не удосуживается спросить младшего, как он понял, о чем Ёнджун думает – Тэхён всегда казался наблюдательным. — Очень странно вообще-то, — признается Ёнджун. — Поверни направо. — Я рад, что был прав на твой счёт, — Тэхён делает как велено и улыбается, глядя на Ёнджуна через зеркало заднего вида. Когда тот смотрит на него в замешательстве, Тэхён пожимает плечами и продолжает: — Кай и я говорили Субину, что те слухи, скорее всего, неправда. — Правда? — Ёнджун не может сказать, что не удивлен его словам. Он привык, что люди видят в нем самое худшее. Тэхён кивает и меняет полосу, прежде чем ответить. — Субин не был так уверен, а учитывая, что он слышал… Ёнджун понимающе кивает. Драма с Миной предполагалась как источник всего недоброжелательства, что он получил. — Надеюсь, ты не обижаешься на него за это, — продолжает Тэхён. — Он привык подозрительно ко всем относиться. — Я понимаю, — бормочет Ёнджун. Машина слегка подпрыгивает, и Субин на мгновение просыпается. Он смотрит налево, потом направо и решает, что опасности нет, а поэтому можно отправиться обратно спать, в этот раз свернувшись у Ёнджуна под боком и положив свою голову на его плечо. Тэхён посмеивается и улыбается, глядя на друга в зеркало, пока Ёнджун молится, чтобы его щеки не начали гореть. — Я хотел поблагодарить тебя, — объявляет Тэхён через пару поворотов. — За что? — Субин сказал, что ты присматривал за ним, пока родителей не было. — А, — понимает Ёнджун. Ему интересно, рассказал ли Субин о поцелуе. — Не за что. Я рад, что ему уже лучше. — Есть за что, — говорит Тэхён. — Спасибо за заботу, не каждый бы сделал так. Ёнджун салютует ему двумя пальцами и улыбается в ответ. — Он тебе нравится? Тэхён застает Ёнджуна врасплох, но он сохраняет лицо расслабленным и отклоняет вопрос наилучшим образом из возможных: — Конечно. Иначе я бы не позволил ему пускать слюни на моем плече. — Понятно, — Тэхён просто пожимает плечами. И из-за того, что Ёнджуну не нравится его слишком уж знающий тон голоса, он решает зайти дальше и отвлечь его от темы. — Прости, если допытываюсь, но в ту ночь, когда мы столкнулись в магазине, я нечаянно подслушал вас с Бин… то есть с Ямочками в машине. Я спросил у него об этом, и он сказал, что тебе разбили сердце. Тебе уже лучше? Тэхён кривится и сжимает руки на руле, но его голос не звучит расстроенным, когда он заговаривает: — Ты когда-нибудь делал что-то, даже зная, что у этого будут плохие последствия, просто потому что это, ну не знаю, весело? Захватывающе? Волнующе? Ёнджун видит Субина, лежащего рядом, с блестящими покрытыми ранками губами и пиджаком, отложенным в сторону, и сглатывает. — Ага. — Через это я и прохожу, — бормочет Тэхён и одаряет взглядом Бомгю, тихо сопящего рядом. И хотя в то время это было жирным намеком, Ёнджун не задумывался об этом до определенного момента.

***

— Окей, Тэхённи, не кричи, но мне кажется, я забыл спальный мешок. Или два, — Кай прячется за Субина, но это не останавливает Тэхёна от того, чтобы бросить на него убийственный взгляд. — Так один или два? — Если я скажу, что два, ты будешь злиться? Если да, тогда мой ответ – один, — заявляет Кай. — Кай, у тебя была одна обязанность, — Тэхён шлёпает себя по лбу, роясь в сумке, пока остальные ставят две палатки. Ёнджун пытается удержаться от смеха, наблюдая, как Тэхён бросается на визжащего и бросающегося прочь Кая. — Боже, — бормочет Субин под нос, когда Тэхён сваливает Кая на землю. — Тэхён, не убивай его! Лучше помоги с палатками, позже решим проблему со спальными мешками. Кай убегает, уныло потирая щёку, за которую его ущипнули, и встаёт рядом с Ёнджуном, помогая соединить ножки палатки. — Поблагодаришь меня позже, — бормочет он. Ёнджун слишком занят установкой палатки, чтобы обращать внимание на что-либо ещё. Внезапно он чувствует волну гнева по отношению к своему отцу. Если бы он не был абсолютным мудаком и сводил своего сына в поход или что там делают любящие папы, Ёнджун сейчас бы не был так близок к полному уничтожению палатки голыми руками. — Ённи, — Бомгю подходит к нему. — Нужно поставить палатку, а не сломать ее. Ёнджун рычит и бросает детали в руки друга. — Хватит с меня. Пойду подготовлю еду. Он оставляет палатку на Бомгю и перемещается к их припасам. Учитывая, что солнце уже довольно низко, у них не получится прямо сейчас куда-то пойти. Они прибыли как раз на закате, когда все было окутано потрясающим оранжевым сиянием. Их выбор пал на место для кемпинга, которое Бомгю посещал со своим отцом. В главном здании, где располагаются все сотрудники, к его великому счастью, есть ванные. До него можно быстро доехать на машине с того места, где они поставили палатки, и не так трудно дойти пешком, если у кого-то возникнет такая необходимость. Здесь значительно жарче, чем дома, поэтому все взяли летние вещи и нанесли тонны солнцезащитного крема. Они разместились неподалеку от реки, поэтому вместе с чириканьем птиц и жужжанием цикад им были слышны звуки воды. Земля здесь достаточно плоская, чтобы установить на ней палатки, а рядом растет несколько больших деревьев, ветки которых нависают над ними и могут немного укрыть их в случае дождя. В целом, место довольно хорошее, и Ёнджун мысленно благодарит Бомгю за такой выбор, пока жарит мясо на гриле, который они позаимствовали в главном здании кемпинга. Когда Ёнджун заканчивает готовить ужин с небольшой помощью Кая, пытающегося избегать Тэхёна, становится темно и прохладно. Они собираются вокруг огня, который развел Тэхён, с едой и наслаждаются компанией друг друга. Ёнджун продолжает ловить на себе взгляд Субина, сидящего напротив, и благодарит оранжевое свечение пламени за то, что оно скрывает его розовеющие щеки, потому что тот продолжает пялиться на его губы. Он замечает это не в первый раз: то же самое случалось, когда они ели, и в машине по пути сюда. Ёнджун не знает, специально Субин делает это или нет, но каждый раз, когда ловит очередной взгляд, ему хочется ударить стену. Ещё он изо всех сил старается игнорировать то, как Бомгю бросается на субиново бедро каждый раз, когда смеется. Нет никакой причины, чтобы волноваться по этому поводу, поэтому он обращает внимание на что угодно, кроме этого. Поначалу он смотрит на Хюнин Кая, но затем его взгляд цепляется за Тэхёна, который не сводит глаз с… — О! — выдыхает Ёнджун, резко все осознав. Он думал, что выдох вышел тихим, но все останавливают разговор и в замешательстве смотрят на него. — Простите, эм, мне надо в туалет, — он кашляет и встаёт. Не сказав больше ни слова, он оставляет этих четверых и направляется в никуда, потому что на самом деле ни в какой туалет ему не нужно. Он вытаскивает телефон, чтобы использовать его вместо фонаря и не потеряться в темноте. Тэхёну нравится Бомгю. Ёнджун не может быть в этом уверен, но что-то в том, как Тэхён смотрел на Бомгю, было слишком уж знакомым. Будто в подтверждение его слов он слышит быстрые шаги, приближающиеся сзади, и поворачивается, видя, как перед ним появляется никто иной как Тэхён. — Прости, — говорит он с немного сбившимся дыханием. — Я решил, что мне тоже нужно в туалет. Ёнджун понимает, что может расстроить Тэхёна этими словами, но все равно произносит: — Нужно в туалет или нужно уйти подальше оттуда? — Зачем мне оттуда уходить? — Тэхён смотрит на него настороженно. — Бомгю и Ямочки, — пожимает плечами Ёнджун и продолжает идти вперёд. Он тупит взгляд и ожидает, что Тэхён шлепнет его, но тот лишь вздыхает. — Чувства дурацкие, — в итоге говорит он. Значит, Ёнджун прав. Они идут в тишине, сопровождаемой лишь хрустом палок и листьев под ногами. — Полагаю, мы не пойдем в туалет, — озвучивает Тэхён спустя какое-то время. — И что же навело тебя на эту мысль? — спрашивает Ёнджун, отмахиваясь от комаров. — Лжец может распознать другого лжеца, — отвечает Тэхён. Ёнджун останавливается и чувствует, как Тэхён врезается в него. Он светит фонариком в его большие глаза, и тот щурится, инстинктивно поднимая руку. — Мне никто не нравится, — говорит Ёнджун. — Я этого и не говорил, — Тэхён складывает руки на груди и смотрит на Ёнджуна с абсолютно не удивлённым выражением лица. — Ты назвал меня лжецом. — А ты лжец? — вопрошает Тэхён, склоняя голову вбок. — Нет. — Тогда чего ты начинаешь защищаться? Подловил. — Я просто имел в виду, что решил уйти не из-за своих чувств, — решает сказать Ёнджун. — Как скажешь, — фыркает Тэхён. Он проходит мимо Ёнджуна и продолжает идти. Ёнджун выжидает немного, прежде чем последовать. — Прости, Тэхён, я не хотел грубить, — извиняется он, подлавливая его за руку. — Я знаю. Не волнуйся, — мягко уверяет он, беря его под руку, чтобы они не потерялись в темноте. — Можешь не говорить, если не хочешь, но ты рассказал Бомгю? — спрашивает Ёнджун, пока они продолжают их путь без места назначения. — Думаю, он знает, — мягко признает Тэхён. Ёнджун расширяет глаза в удивлении и ожидает объяснения, но его нет. Он и так уже достаточно выпытал у Тэхёна, поэтому решает не задавать больше вопросов. Нужно поговорить с Бомгю. — Пойдем обратно, пока никто не спохватился, — предлагает Ёнджун. Они вдвоем медленно отправляются назад, разговаривая об университете и других неважных вещах, о которых просто приятно поговорить. К тому моменту, как они добираются до огня (что не является сложным, потому что Бомгю, видимо, выпил слишком много пива), Ёнджун обнаруживает, что ему вообще-то нравится компания Тэхёна. — Ёнджун! — Бомгю подходит к ним и набрасывает свои руки им на плечи. Кай прикрывает рот и хихикает, а Субин переводит взгляд от Тэхёна на Ёнджуна и обратно на огонь. — Хочу спа-а-ать, — объявляет Бомгю, положив голову на плечо Ёнджуна. — О, вы жарите маршмеллоу? — спрашивает Ёнджун, цепляясь взглядом за открытую упаковку и палочки. — Так точно, — нечленораздельно мямлит Бомгю. — Я уже говорил, что хочу спать? — Тогда давай уложим тебя спать, — вздыхает Ёнджун, бросая тоскливый взгляд на маршмеллоу. — Не волнуйся, я сам уложу его, — Тэхён перебрасывает руку Бомгю себе на плечо, освобождая Ёнджуна. Прежде чем Ёнджун сможет возразить, он зовёт Кая, чтобы тот помог донести Бомгю. — Тэхённи и я позаботимся о Бомгю, — уверяет Кай. — Я тоже устал. Мы возьмём эту палатку, а вы с Субином можете лечь в другую, когда закончите с маршмеллоу. Ёнджун переводит взгляд на Субина, чтобы убедиться, что у него нет возражений, но тот как-то беспомощно пожимает плечами и отворачивается. — Хорошо, — разрешает Ёнджун. Он становится напротив покрасневшего Бомгю, глаза которого уже наполовину закрыты. — Хороших снов, Биджи, — ласково говорит он, смахивая волосы с его лица. Бомгю моргает и лениво улыбается, прежде чем его голова падает вниз. — Ему нравится обнимать что-то во время сна, — подмигнув, говорит Ёнджун Тэхёну, лицо которого приобретает оттенок его окрашенных в красный волос. — Хорошо, пойдем… — Тэхён тяжко вздыхает и с помощью Кая уводит Бомгю в палатку. — Чего такой мрачный? — Ёнджун берёт палочку и насаживает на нее маршмеллоу, прежде чем присесть рядом с Субином. Субин смотрит на него с нечитаемым выражением лица, а затем встаёт и бормочет: — Я устал. Не говоря больше ни слова, он исчезает в палатке, которая стоит рядом с той, что заняли их друзья. Ёнджун замирает. «Зато пару минут назад он не мог перестать пялиться на мои губы», — думает он, слегка раздраженный. Несмотря ни на что, он поджаривает где-то пять маршмеллоу и заглатывает одно за другим, прежде чем прибраться и забраться в палатку. — Вау, — шепчет он. Ёнджун смутно помнит, как Кай упоминал, что захватил несколько гирлянд, чтобы «создать атмосферу», но ещё не видел результат. Не то чтобы там что-то выдающееся, лишь несколько гирлянд, прицепленных у потолка палатки, но они однозначно придают обстановке уюта. Думая, что Субин уже спит, Ёнджун передвигается по палатке на носочках, чтобы выключить свет, и ложится рядом с младшим, используя куртку как подушку. Луна достаточно ярко светит, поэтому он может довольно ясно видеть внутри и ни обо что не спотыкаться. Ёнджун уставляет взгляд в потолок палатки и позволяет себе подумать о матери впервые со среды. Что ему делать? Нужно уволиться из пекарни или работать так, чтобы его никто не видел. Ёнджун не сомневается, что его папа может послать кого-то следить за ним. Если он продолжит работать, будет недостаточно… — Что ты делаешь? Ёнджун вздрагивает и вскакивает от звука субинового голоса. Он оборачивается и видит его хмурое выражение лица. — Пытаюсь уснуть? — На полу? — вопрошает Субин. — Ты тоже на полу, — отвечает Ёнджун в замешательстве. Он не уверен из-за тусклого освещения, но кажется, Субин закатывает глаза. — Я имею в виду без спального мешка, — подмечает он, тряся верхней частью своего мешка. — О! — понимает Ёнджун. — Ну, у нас только один, поэтому я подумал, что оставлю его тебе. А ещё ты спал, и я не хотел будить тебя. — Что ж, я проснулся, — говорит Субин, расстёгивая молнию. — И мы уже спали в одной кровати. Он держит верх мешка в пригласительном жесте. — Точно, — соглашается Ёнджун и сглатывает. Они уже спали на одной кровати, это ведь то же самое, так? Что ж, в этом он ошибся. На кровати между ними всегда было пространство (хотя иногда они и держались мизинцами). В спальном мешке нет ни сантиметра расстояния, особенно учитывая, какие они высокие. Сначала они пытаются спать спинами друг к другу, но это неудобно, и Ёнджун поворачивается, чтобы лечь лицом к субиновой спине. Они лежат так близко, что Ёнджун чувствует жар тела младшего даже в относительно холодную ночь. Должно быть, он ненадолго выпал из реальности, потому что в один момент он любовался плечами Субина, а в другой он смотрит прямо ему в глаза. — Привет, Ямочки, — мягко здоровается он. — Привет, — шепчет Субин ответ. То, как он произносит это, заставляет сердце Ёнджуна екнуть. Он колеблется, прежде чем дотянуться до Субина и накрутить прядь его волос себе на палец. Тот льнет к прикосновению и придвигается ещё ближе к Ёнджуну. — Тебе нравится Тэхён? — внезапно выдает Субин. — Чего? — Ёнджун лишь замирает, шокированный. — Все нормально, если это так, — начинает лепетать Субин. — Я понимаю, он очень привлекательный, просто я думаю, что если это так, нам нужно… — Субинни, — прерывает Ёнджун. — С чего ты вообще это взял? — Ты постоянно на него смотрел, а потом вы вместе ушли и… — Субин резко останавливается. — Честно говоря, это звучало не так глупо в моей голове. Ёнджун смеётся и ведёт пальцем от субинового подбородка к его носу. — Поэтому ты был расстроен? — Я не был расстроен, — быстро говорит Субин. — Конечно, — саркастично соглашается Ёнджун, придвигаясь ближе и набрасывая на него ногу. — Что ж, отвечая на твой вопрос – нет, мне не нравится Тэхён. Субин смотрит на него недоверчиво, и Ёнджун вздыхает. — Если бы он мне нравился, я бы сделал вот так? — он наклоняется и мягко целует Субина, а затем отодвигается. — Может быть, — неуверенно говорит Субин. — Не знаю, возможно, тебе нравятся такого рода вещи. — Боже мой, Субин, просто иди сюда, — Ёнджун смеётся и притягивает Субина к себе с намерением снова поцеловать. Субин кладет руку на его рот, и Ёнджун поднимает брови. — Кто-то может услышать нас или зайти в палатку, — объясняет он. — Субин, я понимаю, что ты громкий, но не настолько же… Ау! — Ёнджун вскрикивает и потирает руку, которую сильно ущипнул младший. — Заткнись, — бормочет Субин, и даже в темноте Ёнджун видит, как покраснели его уши. — Тебе нельзя целовать меня сегодня. — Тогда зачем ты весь день пялился на мои губы? — хнычет Ёнджун. — Потому что, — бормочет Субин, мучительно медленно проводя пальцем по ёнджуновой нижней губе, — у тебя очень хорошие губы. — Ты пытаешься убить меня? — тихо говорит Ёнджун и ловит субинову руку, чтобы взять ее в свою. — Это нечестно. — Ну что ж, мне остаётся только посочувствовать, — дразнит Субин, помещая их руки под его подбородком. — Знаешь, двое могут играть в эту игру, — подмечает Ёнджун, используя свободную руку, чтобы задрать субинову футболку, осторожно проводя рукой по его спине. — Я тебя ненавижу, — Субин переводит дыхание. — Я знаю, что это неправда. — Да, — хрипло соглашается Субин, пока Ёнджун перемещает свою руку к его груди. — Нам, наверное, пора спать, — мямлит Ёнджун, в конце концов поместив руку на субиново бедро. — Пора, — выдыхает Субин, положив свободную ладонь на грудь Ёнджуна. В итоге они засыпают, но это медленный процесс, потому что Ёнджун не ожидал, что сопротивляться желанию поцеловать Субина будет так трудно. Он наблюдает за тем, как Субин проваливается в сон, и оставляет лёгкий поцелуй на его лбу. — Спокойной ночи, Ямочки. Ёнджун никогда не считал себя глупым. Но пока он наблюдает за тем, как младший спит, то понимает, насколько глупо было думать, что его чувства хоть сколько-нибудь менее реальные, чем маленький шрам над субиновой губой.

***

— Я предлагаю поплавать в реке в обед, а потом пойти в горы, — говорит Кай, отпивая кофе из своего пенопластового стаканчика. — Сегодня облачно, но все равно очень жарко, так что, думаю, все будет нормально. — Неплохая идея, — соглашается Субин. Он садится на ближайший стул и ест один из круассанов, которые Бомгю взял в поездку. — Днём жарче, чем вечером, поэтому подъем лучше проводить во второй половине дня. Прежде чем кто-либо может ответить, Бомгю выходит из палатки, своим видом показывая, что у него похмелье. — Утра, — фыркает Ёнджун. Бомгю просто рычит и падает на Ёнджуна, который сидит неподалеку от Субина. Он зарывает лицо в ёнджунову шею и стонет: — Зачем люди позволяют мне пить? — Ну-ну, пчёлка. Хочешь я сделаю тебе кофе или что-нибудь еще? — Ёнджун гладит его по спине. — Просто дай мне посидеть здесь, — трясет головой Бомгю. — Мы говорили о том, чем хотим заняться сегодня. Кай предложили поплавать в реке перед обедом, а потом подняться в горы, — рассказывает Ёнджун. Друг мямлит что-то неразборчивое, но он предполагает, что Бомгю соглашается, и решает сменить тему. Они планируют свой день, завтракая, и говорят о своей первой ночи, проведенной в палатках. — Бомгю такой прилипчивый во время сна, — жалуется Кай. — Когда Тэхённи проснулся и ушел из палатки, он просто перевернулся набок и стал держать мою руку. Никому, кроме смеющегося Ёнджуна, не видно, как смущается Бомгю. — Иногда мне приходится отдирать его от себя, — шутит Ёнджун, игриво потягивая за каштановые кудряшки Бомгю. — Как вам спалось, ребята? — Кай обращается с вопросом к Ёнджуну и Субину. — Простите, что забыл спальные мешки. — Все в порядке, Ниньнинь, — уверяет Субин, ласково поглаживая его голову. — Мы хорошо спали. Более чем хорошо, если Ёнджун будет совсем откровенным с самим собой. Несмотря на отсутствие пространства и сна по сути на земле, у него была спокойная ночь, и он вовсе не возражал проснуться рядом с Субином. — Давай немного прогуляемся, — Тэхён встаёт и тянет Субина на себя. — Мы можем посмотреть, как добраться до реки, и рассказать остальным, когда вернёмся. — Хорошая идея, — Субин потягивается и смотрит на Кая. — Хочешь с нами? Кай трясет головой и встаёт. — Я посплю перед купанием. Не выспался, — Субин взволнованно хмурится, но Кай поднимает руки и машет ими. — Все нормально. Просто устал. — Как скажешь, — Субин смотрит на него с сомнением, провожая взглядом его спину, когда тот заходит в палатку. Он поворачивается к Бомгю и Ёнджуну. — Вы, ребята, тоже останетесь? Ёнджун показывает на Бомгю, все ещё сидящего на его бедре и выглядящего так, будто он не планирует двигаться куда-то в ближайшее время. — Тогда пойдем, — Субин берёт Тэхёна под руку, и они уходят в лес, переговариваясь на пониженных тонах. Ёнджун чувствует себя по-странному умиротворенным, сидя с закрытыми глазами и слушая шум природы, пока рассеянно играет с волосами Бомгю. Он хотел бы остаться в этом моменте подольше, чтобы ему не пришлось больше думать о своих родителях. Ёнджун начинает проваливаться в сон, когда Бомгю заговаривает. — Ты сразу пошел спать вчера? — Нет, я пожарил немного маршмеллоу. — В одиночку? — Бомгю наклоняет голову и смотрит на него в замешательстве. — Все остальные устали, — пожимает плечами Ёнджун. Бомгю поджимает губы, встает и берет круассан, прежде чем снова сесть на колени к Ёнджуну с обеспокоенным выражением лица. — Эй, — хмурится Ёнджун. — Что-то не так? — Все в порядке, я просто… хотел сказать тебе кое-что, — Бомгю нервно откусывает круассан, избегая ёнджуновых глаз. — Это о Тэхёне? — предполагает Ёнджун. — Чего? — Бомгю резко поворачивает голову в его сторону. — Ты ему нравишься, — медленно говорит Ёнджун. — Откуда ты знаешь? — спрашивает Бомгю, но не отрицает ёнджуново утверждение. — У меня есть глаза, — дразнит Ёнджун, тыкнув его в нос. — Точно, — выражение лица Бомгю становится ещё более обеспокоенным. — Ты об этом хотел поговорить? — теперь уже неуверенно спрашивает Ёнджун. — Да, об этом, — кивает Бомгю и запихивает остаток круассана в рот. — И что тебя беспокоит? Тэхён крутой. И красивый, — Ёнджун пытается разговорить друга. — Да, — соглашается Бомгю, звуча немного отвлечённо. — Но, — добавляет Ёнджун без энтузиазма, — тебе все ещё нравится Субин, так? Бомгю тяжело вздыхает и мямлит что-то себе под нос. — Повтори-ка, — Ёнджун наклоняется поближе, чтобы услышать. — Я сказал, — повторяет Бомгю громче, — да. Он все ещё нравится мне. Ёнджун игнорирует странное предчувствие и просит Бомгю подняться, чтобы взять себе попить. Он опустошает бутылку воды, прежде чем повернуться к Бомгю и посмотреть на него в ожидании. — Значит, Тэхён не вариант? — Не совсем… — Бомгю чешет голову и отворачивается. Ёнджун поднимает бровь. — В общем, мы целовались. Не раз, — непринужденно говорит Бомгю. — Бомгю, — ёнджунова челюсть – и ложка – падает на пол. — Чего? Прежде чем он может ответить, они слышат, как Субин и Тэхён появляются из леса, смеясь. — Река недалеко, — сообщает Тэхён, падая на стул. — Можно дойти пешком. А ещё там очень красивый водопад. — Пойду проверю Кая, — объявляет Субин и исчезает в палатке. Ёнджун все ещё смотрит на Бомгю, а тот бросает на него взгляд и одним ртом произносит «потом». — Эм, — Тэхён беспокойно смотрит на Ёнджуна. — Ты в порядке? Ёнджун закрывает рот и пытается вести себя естественно. — В полном, — кашляет он. Он все ещё ошарашен тем, что сказал Бомгю, но лишь неловко улыбается. — Мне нужно спросить кое-что у Ямочек. Он не дожидается ответа и заходит в палатку, обнаружив Субина лежащим рядом с Каем с рукой, обернутой вокруг спящего друга. Субин открывает один глаз, когда Ёнджун входит. Похоже, Кай решил украсить и эту палатку, но здесь висят лампочки вместо обычной гирлянды. Ёнджун ложится с другой стороны от Кая и опирается на локоть, чтобы видеть Субина. — Ты когда-нибудь чувствовал, что человек слишком хороший, чтобы быть твоим другом? — шепчет Субин, глядя на умиротворенное лицо Кая. — Постоянно, — в ответ шепчет Ёнджун, касаясь ожерелья на своей шее. — Но ты хороший человек, Субинни. Субин улыбается ему и пожимает плечами. Ёнджуновы глаза скользят по его лицу и останавливаются на губах, и он мгновенно вспоминает о прошлой ночи. Ёнджуну до сих пор не до конца понятно, как ему удалось пережить ночь без возможности поцеловать Субина. Это ощущалось как совершенно новый вид пыток. — Нам нужно прекратить заниматься этим, — бормочет Субин, и его уши краснеют, когда он смотрит на Ёнджуна. — Понятия не имею, о чем ты говоришь, — отвечает Ёнджун, склоняя голову вбок. Субин закатывает глаза, но Ёнджун не упускает из вида то, как его взгляд снова цепляется за ёнджуновы губы.