Пересекая километры

По странному течению обстоятельств в апартаментах вчера опять ничего не произошло. Оставалось только гадать: то ли у человека, который пытался навредить Соне, закончилась фантазия, то ли он вдруг осознал, что этим ничего не добьется. В любом случае девушка была рада, что всё обошлось, хотя и понимала: расслабляться пока рано. Сегодня Володя зашёл за Соней в заранее обговоренное время. Теперь они всё чаще старались проводить время вместе, а когда расставались, то перекидывались сообщениями по мессенджеру до тех пор, пока глаза не начинали слипаться и не выпадал из рук телефон. Соня с трудом представляла, как вернется домой и будет жить обычной жизнью. Она понимала, что уже не может относиться к Владимиру, как к другу, и каждый день влюблялась в него всё больше, хотя и отчаянно этому сопротивлялась. Сегодняшним утром пара ехала в электричке, и Соня исподтишка разглядывала людей, в очередной раз думая обо всех тех чувствах, что вызывал у неё её спутник. Скользя взглядом, вдоль деревянных сидений, она могла лишь мысленно вздыхать от своей беспечности: «Дурочка ты, Соня! Что же ты делать будешь, если тебе снова разобьют сердце? Или в этот раз всё будет по-другому?» В мыслях Соня всё же давала себе надежду. Владимир, ничего не подозревая об этом диалоге, делал вид, что смотрит в окно на мелькавший пейзаж, но то и дело бросал взгляды на Соню, когда та отвлекалась на что-то другое. Так они недолго подглядывали друг за другом, пока однажды их взгляды не встретились. Соня тепло улыбнулась, Володя ответил тем же. Ехали они не долго, но почти всё время молчали. На самый главный вопрос Владимир не отвечал, а об остальном говорить не хотелось. Хотелось просто насладиться моментом. Ведь иногда молчанием можно сказать куда больше, чем словами. Погрузившись в душевные метания, Соня проворонила название станции, на которой им нужно было выходить. Владимир вывел девушку из электрички, крепко держа за руку, чтобы поток людей не снёс её в неизвестном направлении. Он давно обратил внимание, что когда Соня погружалась в себя, то мало что замечала вокруг. Когда толпа рассеялась, они остались практически наедине. Вокруг были только шум деревьев, аромат доносящихся цветов с лугов, пение птиц, сладкий и чистый воздух, кружащий голову. После Питерского смога и суеты это место казалось практически необитаемым. Они всё дальше уходили от станции в лес, где петляла широкая тропинка. Володя уверенно шагал прямо не менее получаса, а потом, остановившись у столба, свернул направо на совсем неприметную тропку. Соня аккуратно шла следом, уворачиваясь от веток, летящих ей в лицо. Чему она точно была рада так это удобной одежде, на которую намекнул ей с утра Володя. Если бы она прошлась здесь на каблуках, то обратно её бы пришлось катить в инвалидной коляске. Представив кресло на колёсиках и себя в нём, Соня даже засмеялась, но тут Владимир так резко остановился, что она впечаталась ему в спину. — Ой, прости. — Он обернулся, оглядывая девушку, которая потирала лицо. — Всё в порядке, я задумалась, — продолжая смеяться, ответила она. — Мы пришли. — И Владимир отступил в сторону, открывая вид на дом. В растерянности Соня оглянулась, не понимая, что здесь делает, но всё-таки заставила себя пройти дальше и как следует разглядеть строение. Дом выглядел очень ветхим и казался совершенно не жилым. Окна грязные, ступени скрипят, краска облупилась, но территория вокруг была расчищена, а тропинка утоптана, будто гости здесь бывали часто. Зайдя в дом, Владимир вынес два плетенных кресла и выставил их на крыльце. Минутой позже к креслам присоединились столик и чай в термосе со сладкими пирожными, которые он вытащил из рюкзака. Соня в это время не говорила ни слова и лишь кидала на своего спутника красноречивые взгляды. — Вот теперь можно рассказать, — со смешком проговорил он. — Ну, было бы неплохо объяснится, — ворчливо произнесла, Соня, отправляя пирожное в рот. Владимир задумчиво посмотрел на девушку, наливая ей чай в стакан и тщательно обдумывая свой ответ. — Знаешь, теперь мне эта идея кажется глупой, — наконец со смущением произнёс он. — Какая? Привезти меня сюда? — Да. — Нет, почему сразу глупо? Тут… необычно, — подобрала самое необидное слово Соня. — Тут ужасно, — улыбаясь, подтвердил Володя её мысли. — Печально бы я сказала. Так почему мы сюда приехали? — Хотел рассказать историю, связанную с этим местом, ну и решил показать до кучи, но сейчас думаю, что можно было бы ограничиться просто рассказом. Соня поудобнее устроилась в кресле, взяв ещё одно пирожное. — Люблю интересные истории, — заинтригованно произнесла она перед тем, как отправить лакомство в рот. Владимир усмехнулся и, смахнув с её кончика носа крем, начал рассказывать: — Год назад друзья позвали меня погулять. И вот мы приехали на эту станцию: шашлычки, пивко — всё как полагается. Тут недалеко ещё озеро есть, пешком до него минут двадцать. И вот к вечеру мы уже стали собираться: растолкали по пакетам мусор, погасили мангал и уже отошли на приличное расстояние от нашего места, как я вдруг понял, что оставил часы в траве. Снимал, чтоб в озере не утопить. Махнул друзьям, чтоб они шли на вокзал, а сам вернулся обратно. На улице уже стемнело, небо заволокло тучами, и вот-вот должен был начаться дождь. Я добежал до пляжа, нашёл не без труда часы, и тут начало капать. Подул сильный ветер, дождь превратился в ливень. Оказывается, в этот день было объявлено штормовое предупреждение, а я и не знал. Всё вокруг громыхало, сверкало, а дождь настолько застилал глаза, что не было видно дальше вытянутой руки практически ничего. Скорее всего, не там свернув, я не смог найти дорогу на станцию. Спустя час я уже весь продрог от холода, устал и окончательно заблудился. Дом этот я увидел случайно. Точнее, даже не дом, а его силуэт, который сначала за вокзал принял. Я постучался, но никто не открыл, тогда я понял, что дом давно заброшен. Дверь от влаги отсырела и набухла, но всё-таки поддалась, замок правда пришлось выломать. Внутри, конечно, всё было запущено, кое-где хлам на полу валялся, кругом темнота, но зато сухо и безопасно. — Это и был этот самый дом? — перебила Соня. — Да. — Он тебе жизнь спас… — Друзья всю ночь просидели на вокзале. Меня ждали, и когда стихнет буря, собирались идти искать, но гроза всю ночь не унималась. Я спал на полу, а с утра вышел наружу и смог сориентироваться. Самое смешное, что я был недалеко, просто из-за темноты ничего не видел, поэтому и ходил кругами. — И теперь ты сюда часто приезжаешь? — На самом деле я купил этот участок. Мне тут нравится. Тихое и спокойное место. Отремонтирую этот дом, построю гараж и баньку, дорожку выложу. Буду друзей звать летом на шашлыки, а зимой на рыбалку. Но это долгоиграющие планы. Обустройство дома наверняка отнимет у меня немало времени и сил. — Ого, так я тебя поздравляю. — Спасибо. А прошлая хозяйка этого дома очень пожилая бабушка. Мы с ней, когда встретились для заключения сделки, я вообще удивился, как она сама ходит. Она такая маленькая и худенькая. Я всё время хотел ей помочь, но она сама прекрасно справлялась. Думал, с нами будет юрист, но она отказалась, даже когда я предложил его услуги за свой счёт. Она меня усадила на кухне, приготовила очень вкусный чай, а к нему дала яблочный пирог. Мы с ней до глубокой ночи разговаривали. Она рассказывала о своей жизни. У этого дома очень богатая романтическая история, между прочим. Бабушку эту зовут Надеждой Николаевной, и они с мужем сейчас живут в другом городе. Дети разъехались кто куда, и этим домом заниматься некому. Он долгое время стоял заброшенным, поэтому она и решила его продать. Верила, что кому-то он нужней, чем ей. И зимой, когда я объявился у неё на пороге, она так и сказала, что я как раз тот самый. Я, конечно, не очень понял, что она имела в виду, но обрадовался её согласию продать участок. Знаешь, до меня у неё были покупатели, но она их всех отвергла. Причём, причину так и не назвала. Только сказала, что именно мне нужно это место. Я даже предупредил её, что, возможно, придётся снести дом, чтоб новый построить, но она спокойно на это отреагировала. — Сносить-то зачем? — грустно спросила Соня. — Если несущие стены идут трещинами, значит, фундамент плохой стал, и надо дом заново строить. Я только после сделки всё проверил. Фундамент хороший. Стены крепкие. Вот раньше на совесть строили. И на века. Здесь надо просто хороший ремонт сделать. — Так, а что там за романтическая история? — с нетерпением подскочила Соня, заглядывая Володе в глаза. Он усмехнулся. — Все вы женщины одинаковые, — и несильно щелкнул её по носу. — Эй, я не все, — с укором сказала она, стряхивая его руку. — Нет, ты необыкновенная. — От этих слов у Сони зарумянились щёки. — Но все женщины любят романтические истории. — Допустим, ты прав. Рассказывай уже, давай! Владимир задумался. Соня залюбовалась им, пока он смотрел куда-то вдаль. Его светлые волосы колыхались от ветра. На этот раз они оба оделись по-простому. Джинсы и футболки, только у него синяя без рисунка, а у Сони бирюзовая с принтом. Сегодня она убрала часть волос заколкой на затылке и только слегка подкрасила карандашом и тушью глаза, а на губы нанесла бальзам. Владимиру же, чтобы быть красивым, достаточно было просто умыться. Иногда Соня вздыхала от такой несправедливости: «И почему мужчины красивы в любых обстоятельствах, а девушкам надо вечно наносить марафет?» — Эта история произошла с прапрабабушкой Надежды Николаевны, или это была её прабабушка? — на секунду Володя снова задумался, — Плохо я запоминаю, кто кому какой родственник. — Хорошо, с кем-то из них, как её звали? — торопливо произнесла Соня, лукаво на него поглядывая. — Звали эту девушку Екатерина, и жила она в большой семье, неплохой, но скромной. И, как-то раз работая в поле, познакомилась она с одним парнем. Звали того Павел. Влюбились они, что говорится, с первого взгляда. Бегали тайком на свидания, гуляли допоздна, болтали, веселились и ни о чём не задумывались. Ну, и однажды отец этой девушки всё узнал. Почему-то парень этот ему жутко не понравился, и он запретил им встречаться. — Ромео и Джульетта почти… — задумчиво сказала Соня. — Только эти чуть постарше были, но всё равно молодые. В общем, Екатерина страдала по Павлу, а он по ней, и тогда они решили вместе сбежать. Назначили день, скопили денег, Павел нашёл дом, где они вместе жить будут…— Соня вся в напряжении смотрела на Владимира и не дышала, понимая, что скоро будет самое интересное в истории, — но отец всё узнал и не дал девушке сбежать. Надоело ему всё это и решил он дочь выдать за какого-то своего друга. Подумал и сделал. Свадебку чуть ли не одним днём сыграли. На последних словах Владимира Соня и ахнула и приложила ладонь ко рту. Слёзы навернулись на её глаза при мысли от такой печальной участи для этой девушки. — Супруг Екатерины был старше её, — продолжил Володя, — вроде бы и не плохой, жену не обижал, но любила-то она другого. Павел переехал жить сюда и никогда так и не женился. Занимался своим делом. На современный лад был у него какой-то бизнес. Спустя год или два Екатерина забеременела, но во время родов умерла, а дочка её выжила. Отец девочкой почти не занимался. О ребёнке заботились слуги и няни, и, когда Павел узнал об этой трагедии, пришёл просить, чтобы девочку отдали ему на воспитание. — Но отец, конечно, не отдал своего ребёнка. — Подскочила Соня в кресле, возмущенно всплеснув руками. — Отдал… Павел забрал девочку к себе и назвал Ефросиньей, а ласково Фросей, — Владимир так расплылся в улыбке, что удивил Соню. Ну и ну, такая трагедия, а он улыбаться вздумал! — И это, по-твоему, романтическая история? — скривив губы, сказала она. — Ну, да… Грустная, печальная, но в то же время очень романтичная. Представляешь, Павел смог заботиться о ребёнке своей возлюбленной. Это говорит об очень большей и искренней любви. Сложив руки на коленях, Соня опустила взгляд вниз. Заметив перемену в её настроении, Владимир озабоченно присел перед ней. — Эй, ну не грусти. Зато эту девочку воспитал хороший человек, который заменил ей родного отца. Он всегда рассказывал ей о её матери. Они прожили очень хорошую жизнь. Фрося потом вышла замуж по любви и была очень счастлива в браке. Родила много детей. Одна из её дочерей и стала мамой Надежды Николаевны. Если бы Павел не забрал девочку, то ничего бы этого, скорее всего, и не случилось. Обдумав сказанное, Соня внимательно и серьёзно посмотрела на Володю. — Ты так считаешь? — Да. — И он улыбнулся ей, вызвав ответную улыбку у девушки. — Ну, хорошо, я тебе верю. Но у нас с тобой отличаются понимания слова «романтика», — сказала она, — а ещё мою маму тоже зовут Екатерина, и когда ты рассказывал мне эту историю, я почему-то представляла её. — Прости, что расстроил тебя. Я не хотел. Просто именно эту историю я лучше всех запомнил. Не забывай, бывшая владелица дома не отпускала меня до ночи и поила вкусным чаем с пирогами. Остальные истории я уже плохо помню. — Бедняжка, — Соня сделала участливое лицо и погладила Володю по голове. Вроде ничего незначимый жест, но когда их взгляды встретились. Соня смутилась и поспешно руку убрала от его волос, а потом с опаской поглядела на входную дверь. — Так что теперь? Ты же не предложишь мне провести тут весь день и всю ночь? — Почему? Тут раздельные спальни, правда нет ни кроватей, ни матрасов, ни электричества, ни отопления… — шутливо говорил Володя, театрально загибая пальцы, чем опять рассмешил Соню. — Ммм, всю жизнь мечтала спать на полу, в сырости, холоде и чтобы по мне бегали муравьи и крысы, — подыграла ему девушка. И оба опять рассмеялись. — Но если любопытно, можешь зайти внутрь. Хочу показать тебе красивую старинную мебель. Со временем надеюсь получится кое-что отреставрировать. — Ну тогда, идем! И Соня первой направилась к входу в дом.