Если коротко (18+)

Зачем нужна красивая история знакомства? Конечно, чтобы рассказывать её своим детям. Как сказку на ночь. Как обещание счастливой жизни. Как аргумент в споре о вечной благосклонности Вселенной. Их история знакомства была, может, и не самой красивой, но очень интересной. Сокджин тогда был измотан тремя месяцами без выходных и проходных: работа над международным проектом в молодой фирме, которая набирает обороты и старательно завоёвывает рынок — это прямое обещание адской усталости с щепоткой сушёной нервной системы и терпким вкусом жуткого недосыпа. А когда ты молодой специалист и ужасно боишься облажаться, поэтому работаешь в два раза больше остальных… Ну, вы поняли. Это не жизнь, это выживание. Но вот проект сдан, выпито море соджу с коллегами в баре и вина с руководством в ресторане. Впереди была неделя заслуженного отдыха. Но горячка трудоголизма его ещё не отпустила, так что он в первый же день отпуска встал в шесть утра на пробежку. Мы все здесь за ЗОЖ, однако в случае с Сокджином он оказался перебором. Организм гордо сказал «фи», и на повороте дорожки в парке, где неутомимый отпускник стремительным оленем рассекал пространство, кроссовок попал на камень, нога подвернулось, и он весьма неграциозно свалился в руки бежавшему навстречу парню. Ну, как — в руки. На руки. Точнее, на руку. Слава богу, что левую. А там всё по классике: хрусть — пополам. Плюс к этому при падении парень ещё и лодыжку вывихнул. Так и познакомились. Сначала, правда, Намджун хотел его убить, о чём и сообщил буквально через десять минут после того, как выяснил, что адская боль в руке сопровождается отёком, а на ногу ступить нереально, что полностью лишало его возможности немедленно бежать на экзамен по экономике, перед которым он так неудачно решил освежиться пробежкой. А экзамен был важным для выпускника Сеульского национального. Очень важным. Кстати, именно жалобное упоминание об этом позже спасло его от отказа Сокджина выпить с ним по поводу примирения. Это когда уже и у Сокджина нога перестала болеть, и Намджун на организованной для него, как для безупречного отличника и гордости вуза, пересдаче блеснул и поразил. На радостях и пошёл к Сокджину, адрес которого узнал ещё в больнице, но идти раньше боялся, памятуя о том, что конкретно и куда пообещал засунуть тогда в парке бледному от сопереживания и страха Джину, когда тот, отчаянно обливаясь потом, с жутко ноющей ногой тащил его до ближайшей скамейки, чтобы подождать там скорую. Джина он дождался на лавочке во дворе, нервно потирая руку, которая всё ещё была в гипсе, и подбирая слова, чтобы извиниться и пригласить по-дружески. На свидание. Это же Намджун. Он может и так. И свидание было безупречным. Они смеялись, как ненормальные, объелись рыбными шашлычками и жареным рисом в первом попавшемся сульчибе так, что обоим стало нехорошо, а потом попёрлись в тот самый парк, где свела их судьба, и легли на траву на берегу небольшого искусственного озерца. Прямо на траву, потому что, откровенно говоря, было уже пофиг на всё на свете. Там и случилось. Сначала падающую звезду заметил Сокджин. Он заахал, указывая на небо, и закричал, что это была она — предвестница исполнения желаний. Намджун спросил, что он загадал. Джин сказал, что не успел. — Ну, и фиг с ней, — сказал Намджун. — Значит, она была не твоей. Твоя никогда не пролетит ми… Звезда! Смотри! Это было потрясающее зрелище. Звездопад. Как будто на небе играли огненными мячами звёздные дети. Они пытались пригласить в игру Сокджина и Намджуна, поэтому кидали мячи и им, но эти двое просто сидели, открыв рот, и периодически хватали друг друга за рукава рубашек и пытались что-то сказать. И Сокджин загадал кое-что важное, искоса глянув на широко открытые ясные глаза Намджуна и его счастливые ямочки на щеках. И Намджун загадал кое-что трепетное, когда увидел, как приоткрываются от изумления губы Джина и как сияют его глаза от счастья, что он видит всю эту красоту, которой Вселенная дала им полюбоваться на их первом свидании. В их первый день… Потом этих дней было много. Они сливались в недели, месяцы… Они слились в семь долгих и таких разных лет… Их счастье началось, когда звёзды падали с неба. А закончилось, когда звезда на небо взошла. Звезда самого молодого и одного из самых удачливых бизнесменов Кореи, как называли его журналисты всех мастей, Ким Намджуна. Нет, Сокджин понимал, что такое необходимость работать с утра и до утра. Он понимал, насколько важны постоянные командировки, полуночные совещания, корпоративы и тимбилдинги — всё это он уважал и всегда поддерживал Джуна. Ждал его вечерами. Массировал усталые плечи и мыл ему голову, когда тот засыпал прямо в ванной. Джин и сам работал и был весьма успешен. Но время на нужды и жизнь Намджуна находил всегда. Однако со звёздностью приходит популярность. А с популярностью — ощущение собственной бесценности и величия. А с последним — желание безнаказанности. И когда от тебя зависят сотни людей, от твоего решения зависит судьба многомиллионного проекта, то невольно кажется, что весь мир крутится именно вокруг тебя. И тебе можно позволить себе какие-то мелкие вольности, которые недоступны остальным, кто не так важен и нужен, как ты. А уж доброжелатели, которые осветят твои вольности огнём собственного любопытства и вспышкой фотокамеры — такие всегда, знаете, найдутся. Не в первый, так во второй раз, не во второй — так в третий. Потому что остановиться на одном разе, если ты позволил себе слабость и остался безнаказанным, практически невозможно. Как невозможно и простить, когда видишь на рассыпанных мгновенно ослабевшей рукой фотографиях любимое лицо, склонённое в жарком поцелуе над пышными губами какой-то рыжеволосой красотки с ногами прямо от того места, на котором по-хозяйски расположилась рука с точно таким же кольцом, как то, что красуется на твоём безымянном пальце. Знак любви. Знак принадлежности. Знак верности. Знак того, что, очевидно, утратило свою актуальность. И Сокджин больше не мог смотреть на это кольцо. Он оставил его на стойке около входа в их… в огромную квартиру Намджуна. Прямо поверх пачки фотографий от неизвестного доброжелателя. На верхнем фото Намджун как раз сверкал накачанными ягодицами. Удачное фото. Хороший фотограф, и ракурсы интересные. Зачем нужна красивая история знакомства? Конечно, чтобы рассказывать её детям. Детей у них не было. Так что всё в порядке. А благосклонность Вселенной… Знаете, семь лет счастья — разве это так уж мало?