Если коротко (18+)

«Хён, прости меня… Он совсем не похож на тебя. Ты всегда был мне опорой и всегда знал, что делать. Ты никогда не терялся и всегда уверенно шёл вперёд. Помнишь, как мы с тобой попали в передрягу, когда я раскрасил баллончиком забор вокруг стройки в центре Мёндона. Ты мог бы убежать, когда я грохнулся с велика, удирая от полиции, а ты остановился. И эта ночь в обезьяннике была одной из лучших в моей жизни, хён… Хён… Мне так не хватает тебя… Ты кормил меня мясом в сульчибе около нашего дома, ты покупал мне уличную еду и заставлял есть овощной салат, когда я приходил к тебе. Ты чуть не избил меня, когда увидел у меня пачку сигарет… А ведь не имел на это никакого права: ты мне не был ни отцом, ни братом … Но я испугался, правда… У тебя были такие холодные глаза, ты так шипел и цедил слова сквозь зубы… Ты и впрямь разозлился тогда. Да, да, я помню: твой отец умер от рака лёгких, я знаю, знаю… Ты беспокоился обо мне, хён … Хён… Иногда мне кажется, что теперь всё бессмысленно — без тебя… Ты объяснил мне, что я — ценность. Ты учил меня ценить себя, беречь себя… Но, помнишь… Ты закрывал мне глаза, когда мы смотрели какую-то порнушку — неожиданно для тебя. Мне хотелось посмотреть на твою реакцию, и было смешно… Смешно, пока ты не поцеловал меня, зло и жестоко, до крови укусив… «Твои шутки со взрослыми не доведут тебя до добра, Тэ, — сказал ты тогда. — И однажды тебе придётся за них заплатить….» Я был готов заплатить за шутки с тобой, хён… Хён… Как много я тебе не успел сказать… Ты научил меня не быть тряпкой и размазнёй. Ты научил, что надо, всегда надо любить кого-то, как бы страшно и жутко в жизни ни было. Что всегда надо делить тепло своего сердца с кем-то — кому это тепло нужнее, чем, возможно, тебе. Ты так говорил? Нет.. Ты говорил как-то по-другому, не помню… Но я понял тебя так, хён… Хён… Я так хочу, чтобы ты меня услышал и кивнул мне в ответ хотя бы раз своей улыбкой с ямочками… Ты никогда не соглашался со мной в спорах о честности. Я и сейчас думаю, что это понятие переоценено, что она больше разрушает, чем строит, но ты… Ты был всегда честен, с тобой было чертовски трудно, но ведь и доверял я всегда … только тебе, хён… Хён… Я скучаю, я жутко скучаю… Он не похож на тебя, хён. Совсем. Он маленький, злой и капризный. Он всего боится, поэтому и нападает. Он не верит в добро. Он не верит в честность. Он не верит, что его можно любить, что его кто-то может ценить. Он как дикий зверёк или маленький мальчишка — пакостит, чтобы проверить границы дозволенного. Ему всего восемнадцать, у него чёрные оленьи глаза и чудесные заячьи зубы… Он смешной и милый, особенно спросонья, хён… Хён… Можно именно ему я отдам тепло своего сердца… Раз уж тебя больше нет со мной рядом… Он ест, как поросёнок, жадно, как будто его сроду никто не кормил. Он любит пиццу и булки с вишнёвым повидлом, но может просто так умять батон, который мы купили на ужин на двоих. А потом краснеет и злится, говорит, что это я виноват, что так долго готовил… У него постоянно холодный нос и цепкие тонкие пальцы. Когда он тыкается мне в затылок и хватает за пояс, он шепчет, что виноват… Не просит прощения, а просто — что виноват. Хён… Можно мне его полюбить?... Я обещаю, что позабочусь, чтобы он не скатился по наклонной из-за отца-пьяницы, который бил его смертным боем, пока он не сбежал из дома. Я обещаю, что научу его быть добрым и ответственным, несмотря на то что жизнь настойчиво уверяет его, что это глупость — быть добрым в наше время. Я куплю ему баллончик с краской и разрешу выразить свои мысли на заборе, а потом заплачу штраф ... Ты же не думал, что я этого не узнаю, хён? Я объясню, что честным надо быть прежде всего для себя, вспомню для этого случая всё, что ты мне говорил. Я сделаю для него всё, что сделал для меня ты, хён. И даже больше. Я его не брошу. Слышишь? Потому что это страшно больно — стоять над твоей могилой и пытаться понять, как так получилось, что везде мы были вместе — а там теперь ты один. Я не позволю такому случиться с ним. Он не заслуживает этой страшной боли. Я не позволю никакому уроду-мажору, севшему за руль выпивши, врезаться в мой новый, только что купленный Хюндай… Я вообще не сяду за руль, хён... Хён… Прости меня…»