A Peculiar Haunting | Особая одержимость

Конференция была устроена с большим размахом. Баннеры всех форм и размеров напоминали участникам и гостям о важном юбилее - 1100 лет со дня основания Гильдии Зельеваров. Северус не любил путешествия портключами, но, так как он никогда не бывал в Париже, то решил не рисковать оскандалиться перед коллегами расщеплением при межконтинентальной аппарации и заказал портключ. Он утешался тем, что, по крайней мере, парадная мантия, купленная для Благотворительного Бала, снова пригодилась. Подготовка презентации к конференции порядком его измотала: все свободное время в последние месяцы перед выступлением он посвятил экспериментам. Поттер светился как гордая мамаша, когда он демонстрировал свои диаграммы, и даже подбадривающе, хоть и неприятно, подвывал во время аплодисментов. Северус никогда не признался бы, но у него впервые был человек, который воодушевленно и искренне болел за его успех. Прежде, как и любой подросток, он порой представлял себя на сцене с орденом Мерлина, но тогда он был окружен неприкрытой враждебностью людей, которых презирал. Поттер, Блэк, Люпин и Петтигрю. Он не мог вообразить, что кто-то поддерживает его, даже Лили, дружба с которой имела соревновательный подтекст. Но теперь - вот он. Младший Поттер, подбадривающий его из зала. Даже знакомая светловолосая голова в аудитории не испортила его настроение. Как он и ожидал, Люциус подошел к нему во время Банкета, держа бокал вина в одной руке и трость - в другой. Он почти не изменился, разве что прибавилось морщин и линия волос теперь была не столь ровной. - Дорогой Северус, я слышал о твоем скором награждении. Снейп склонил голову в вежливом приветствии: - Объявление в Пророке вряд ли можно воспринимать серьезно. - Не разбивай мои надежды, мой друг. - Что он хочет? - спросил Поттер громко. До этого он был увлечен изучением банкетного стола и во весь голос жаловался на то, что не может даже представить вкус миниатюрных закусок. К счастью, в Париже Поттер отбросил привычку парить над полом и был обычного роста. - Я не в настроении для игр, Люциус, - ровно сказал Снейп, смотря в серые глаза старого друга. - Что заставило тебя искать мое общество? Малфой выглядел удивленно: - Я предположил, что презентовать перед незнакомой аудиторией может быть неприятно, Северус. Я всего лишь хотел тебя подбодрить. Он нахмурился. Люциус поморщился: - Знаешь ли, именно я проложил для тебя путь к будущему, которое тогда казалось мне процветающим. - Теперь ты хочешь получить награду? - Едва ли, - Люциус стукнул Северуса по груди набалдашником трости, - Я выражаю свое сожаление. - Ты извиняешься, - выдохнул зельевар, не веря этому предположению. Его друг спокойно пожал плечами: - Я слышал о происшествии в Министерстве. Признаюсь, я и забыл, на что ты способен. Какое впечатляющее выступление, - глаза Люциуса холодно сверкнули, - кукловодство армией, послушной любому желанию своего мастера. - Ты всегда был падок на демонстрации силы. - Вряд ли это была просто демонстрация. Снейп взял бокал вина, предложенный официантом. Он глубоко вдохнул. Вино не было отравлено, но Веритасерум не определялся как яд. Он сделал маленький глоток. - Они боятся тебя, даже если ты это и не осознаешь. Твоей силы, твоего таланта, твоих знаний. Министерские чиновники сломали головы, пытаясь придумать, как тебя заполучить. Северус приподнял бровь: - Полагаю, они думают, что награждение расположит меня к ним. - Довольно слизеринский ход, не считаешь? Они понимающе и с сожалением переглянулись. Люциус неуверенно протянул свою руку и сжал его плечо: - Если тебе что-то понадобится, ты знаешь, к кому обратиться. Цисси передает тебе свои лучшие пожелания. Люциус ушел, выбрав маленький десерт из предложенных официантом и оставив бокал на подносе с деликатесами. Северус пил вино, чувствуя на языке вкус пепла. Трофей, который он так желал, оказался политической интригой. Подкупом, который должен был посадить его на поводок, одомашнить, как дикое животное. - Он лжет, - сказал Поттер, как только серебряная шевелюра Малфоя исчезла из вида. Северус навел на себя чары гламура, скрывающие движения губ: он не хотел, чтобы его признали сумасшедшим за разговоры самим с собой. - Наоборот, - произнес он тихо, - Это единственное правдоподобное объяснение. - Он манипулирует тобой! Ты заслужил Орден! Снейп проигнорировал слова мальчишки и взял второй бокал. - Разве ты не видишь, чего он добивается? Он хочет, чтобы ты занял его сторону, их сторону! - горячо убеждал его Поттер. - А кто на другой стороне? Ты? Он проглотил вино и оно разлилось теплом в животе. Поттер издал презрительный звук. - Он залез в твою голову, - выплюнул он. - Успокойся, Поттер. - Не думай, будто я не слышал - именно он привел тебя в ряды Волдеморта. Рука Северуса судорожно сжалась и бокал разбился. Острые осколки разрезали кожу, и вино, смешанное с кровью, обожгло раны. - Как обычно, ты не знаешь, о чем говоришь, - прошипел он через боль. Он сжал руку сильнее и стекло впилось глубже. - Снейп?.. Чт?.. - мальчишка выругался, - Остановись! - воскликнул он. Но боль ему помогла, возвращая окружающий мир в фокус. Кто-то заметил, что он истекает кровью, и вскоре любопытные доброжелатели окружили его, зовя медика. Округлый мужчина с большими усами и в белой хлопковой мантии оттолкнул зевак и магией вытянул кусочки стекла из руки Северуса, пока Поттер стоял рядом, явно возмущенный увиденным. Медик закончил свою работу и вложил баночку с целебной мазью в руку. Теперь рука была совершенно здоровой. - Боже, я ненавижу белобрысого придурка! В номере отеля Северус наконец смог признать, хотя бы перед самим собой, что Поттер может оказаться прав. Все знали, что общество отвернулось от Малфоев и потому Министерство не поддерживало с ними отношения. Их знаменитые фонды исправят положение за несколько лет, когда война постепенно сотрется из коллективной памяти, но сейчас Люциус был не вхож в Министерство и не мог знать точную информацию. Его спекуляции могут быть правдой, а могут быть ложью, - их истинность невозможно определить достоверно. И даже если некоторые министерские бюрократы считали его недостойным честной награды, имеет ли это значение? Он задумался. Имеет. Чужое мнение всегда много значило для него: лишенный прав с ранних лет, он постоянно искал одобрения от вышестоящих лиц. Это было его слабостью, о которой он знал, - бесстыдная жажда одобрения, признания, уважения. И Люциус знал его достаточно, чтобы догадаться, за какие веревочки дергать, разве нет? Если бы не Поттер, он бы связался с Малфоем сразу же после того, как напился бы до отупения. В конце концов, он все еще был обязан Малфою. - Ты достоин этого идиотского Ордена, как ты не понимаешь? Все это понимают! - Политика, Поттер, всегда сложнее, чем реальность. Поттер грустно посмотрел на него и невидимый шрам в груди будто излечился. Поттер верил, что он достоин. Самый яркий и храбрый гриффиндорец из всех считал его героем, которым он не был. Он назвал Северуса “блестящим”, “гениальным”. Внезапно, мужчину охватило жгучее желание: сейчас больше всего на свете ему хотелось одного - чтобы глупая вера Поттера осталась навсегда. Чтобы она не уходила, не сломалась от разочарования, а сохранилась. Он включил телевизор и переключал каналы до тех пор, пока Поттер не попросил его остановиться. - Это тот самый магловский сериал, который ты смотришь? Про вампиров? Казалось, Поттер не мог выбрать между продолжением спора и просмотром нового эпизода. - Твоя рука, - мальчишка закусил губу, - Тебе нужно нанести мазь. Снейп закатил глаза, но взял баночку. Поттер выглядел довольным. - Они говорят на французском, - вздохнул он, повернувшись к экрану. Северус взмахнул палочкой и мелодичная французская речь превратилась в чистый английский. Поттер был в восторге. ******** Северус посетил французское Министерство, чтобы уведомить миграционную службу о своем прибытии и о дате своего отъезда. Куда бы он ни пошел, Поттер следовал за ним. Мужчина решил, что он обязан показать юноше и магическую, и магловскую часть города. Он сам не был знатоком Парижа, а потому они ходили по известным местам. Они обошли оба французских рынка, во время осмотра которых Поттер, зачаровавшись какими-то странными экземплярами, просил его останавливаться десятки раз, посетили парочку соборов и Эйфелеву башню. Каждый вечер Поттер просил его прогуляться, и они выходили на красивые улицы, чтобы просто смотреть на людей или чтобы поужинать в одном из маленьких ресторанчиков, которые он мог себе позволить благодаря щедрости Гильдии Зельеваров. Иногда Поттер молча шел рядом, плечом к плечу, и тогда его нельзя было отличить от живого человека. Такие прогулки остро напоминали обыкновенные прогулки давних знакомых, делящих уютную тишину и редкие, брошенные к месту, фразы. Обычно Северус не выносил компанию других людей. В последний раз он позволял себе быть самим собой только в компании Лили. Но однажды мужчина заметил, что Поттер перестал его раздражать, и неохотно подумал, что, возможно, ежедневное общество Поттера вовсе не было невыносимым, а скорее он сам по привычке продолжал раздражаться на юношу. Скорее всего, встреча со знакомыми людьми была действительно неизбежна - в один из дней кто-то окликнул Северуса в магазине, где он притворялся изучающим товары, в то время как именно Поттер попросил его задержаться у полок. Кем-то оказался молодой человек из Бобатона, который помнил его по Турниру Трех Волшебников. Юноша многословно поздравлял его с награждением, пока внутренности Северуса скручивались в узел. Так Северус Снейп окончательно утвердился в том, что присуждение ему Ордена Мерлина не было шуткой или ошибкой журналистов. - Мне не нужен Орден, - сказал он Поттеру, когда они вернулись в Англию, - Признаюсь, когда-то меня прельщали награды, но я не собираюсь из-за куска золота и тряпки становиться ручной собачкой Министерства. - Я понимаю, я услышал тебя, но подумай, разве Министерство не обязано признать твои заслуги в войне? Как всегда, Поттер не мог держать свой рот на замке. - Подумай, ведь ты заслужи… - Люди редко получают по заслугам, Поттер. Я видел, как мои коллеги бьются, как их убивают и не помог ей(1). Я своими руками убил единственного человека, который верил в меня. И почему-то меня награждают? Где в этом справедливость, Поттер? Глаза юноши смягчились. Он вошел в личное пространство Северуса, как уже бывало, - он привык становиться близко во время разговоров - его добрые зеленые глаза сияли. Северус, который искупал свои юношеские ошибки всю жизнь, который желал повернуть время вспять, шел по кругу, снова и снова. Но прошлое не исправить, а мертвых не оживить. - И что ты собираешься делать? - Министерство не будет проводить церемонию награждения до выборов. И когда я поговорю с Шеклботом, он поймет, что нельзя допускать подобную глупость. - Я знаю, что ты не считаешь себя героем, но ты и есть герой, - Поттер начал ходить от одной стены кухни к другой, - Я почти убил Малфоя неизвестным мне заклинанием. Я вливал яд Дамблдору, когда мы искали медальон. Я навлек гнев Волдеморта на Хогвартс, из-за чего погибли невинные. Дети, Снейп. Если бы только я спланировал все лучше, если бы я был умнее, лучше - Мерлин! - эти мысли преследуют меня каждую ночь. Северус оторвал свой взгляд от стола - он был удивлен. Юноша оплакивал жертв войны. Конечно, это было неудивительно, но то, как он об этом говорил, как его голос сорвался в конце, рисовало мрачную картину бессонных ночей Поттера. Как мальчишка перенес те недели, когда его никто не слышал? Переосмысливая каждое решение, каждую ошибку, анализируя каждое свое действие. Неудивительно, что по утрам он выглядел не в себе. - Мы воевали, Снейп. И ты все это время сражался с нами. Ты не сомневался, когда поставил свою жизнь между Кингсли и Пожирателями Смерти в Министерстве. Ты спас тогда всех, кто был на Бале, пока я… Я… Я здесь, но не могу помочь. Ничего не могу сделать. Ты заслуживаешь этот Орден больше, чем любой другой человек. Забудь о словах белобрысого придурка, хорошо? - Поттер. - Просто… Просто не позволяй ему залезть в свою голову. Ты свободен от него и его мнения, пойми, пожалуйста. Северус протер свои глаза, скрывшись от жестокой честности в умоляющих глазах. Мальчишка был абсолютно не прав. Он может получить Орден, может получить славу, но он никогда не освободится от Люциуса Малфоя. ************** Церемонию почему-то назначили в Атриуме. Выпускники, его прошлые студенты, были в каждом проклятом углу зала. Министр лично приколол золотую булавку Ордена к его мантии, пока Северус тщательно следил за бесстрастным выражением своего лица: он не мог ни хмуриться, ни ухмыляться, потому что какое-то безымянное чувство полностью поглотило его. Они прочли оправдывающее письмо Альбуса. Он даже не знал о существовании этого письма. Оказывается, оно было доставлено в Визенгамот в день падения Темного Лорда. “...Северус Снейп был самым усердным, самым самоотверженным человеком, которого мне посчастливилось знать. От юношеских заблуждений он обратился к храбрости и добродетельности, встав на пути чистокровных предрассудков”… Слова выбили из него дух, как будто его ударили. Альбус никогда не был добр к нему. Он терпел Снейпа, использовал в своих планах, как Мастер - подходящий инструмент, но он никогда не выражал ту сентиментальность, которая звучала в письме. По крайней мере, Снейп ни разу не слышал это лично. Северус нашел в толпе гриффиндорский цвет поттеровской мантии и сосредоточился на яркой красной точке, чтобы успокоиться. Поттер был здесь, добившись своего, и теперь Снейп получал Орден, который так жаждал получить в юности. Снова его мысли бесконтрольно вернулись к судьбоносной ночи. Молодое красивое лицо Люциуса в зеленых лучах Темной Метки. Запах пыли и озоновая свежесть Убивающего Проклятья, маггловская мощеная улица, по которой он ходил столько раз, что сбился со счета. Он закрыл глаза, раздираемый желанием сбежать и желанием коснуться рукой гладкого металла Ордена Мерлина, чтобы напомнить себе о реальности награды. Орден не был плодом его фантазии. Даже если он вообразил себе Поттера, даже если он не может коснуться того, что хочет, он может держать в своих руках Орден, реальный и осязаемый. Как только он сошел с помоста, Грейнджер и Уизли подошли с поздравлениями. Они пригласили его на свадьбу и Поттер улыбнулся ему с ясной и сверкающей надеждой в глазах. Он знал, что примет приглашение. ******* В следующие недели в нем постепенно нарастало беспокойство. Он часто не мог уснуть поздно ночью, слушая приглушенные звуки телевизора и рассматривая мебель. В туалете он думал о том, может ли Поттер его увидеть. Эти же мысли посещали его во время душа. Ведь в конце концов, мальчишка мог научиться невидимости. Северус даже вытащил свою метлу из чулана, решив прокатиться. Разумеется, Поттер полетел с ним - и ни один волосок на его голове не сдвинулся во время полета. Сны Северуса были наполнены странными желаниями, голосом Поттера, мягким светом знакомой улыбки. День ото дня сбережения таяли и мужчина осознал необходимость заработка в ближайшем будущем. Он ходил в лес, порой варил зелья. Единственным местом, которое Поттер не посещал, был подвал. Закончив очередной неудавшийся эксперимент, Северус замер. Никто его здесь не побеспокоит: никаких разговоров, никакого чужого присутствия - он здесь один. Он прикоснулся к своей руке, затем переплел пальцы. Нерешительность сменилась предвкушением. Его глаза закрылись и приятные видения наполнили разум. Нежная ласка дождя, горький тяжелый запах свежей полыни, звуки кипящего котла, прикосновения безликого возлюбленного. Любовник опустился перед ним на колени и положил руки ему на колени. Ладони медленно заскользили выше и выше по бедрам, и нетерпение нарастало, заставляя Северуса запустить пальцы в непослушную жесткую шевелюру. Он потянул за пряди, дразня самого себя и зеленые глаза зажглись весельем… Северус распахнул веки, заледенев от шока. Нет, он не хотел этого. Это было просто мимолетным наваждением, случайной мыслью. Мальчишка вовсе его не возбуждал. И фантазировал он вовсе не о нем. Разозлившись на себя, он стряхнул томное тепло, поселившееся в теле, и вышел из комнаты, захлопнув дверь. Несколько дней спустя он снова обнаружил себя неспособным заснуть и лежал, изучая тени на потолке и слушая голоса из гостиной; звук искусственного записанного смеха и едва слышное искреннее хихиканье доносились из-за дверей. Если бы Поттер мог становиться невидимым и шпионить за ним, то вряд ли бы признался в этом. Также Поттер может вообще не обладать такой способностью. Прямо сейчас он слышит мальчишку и тот явно не в спальне Северуса. Возможно, он может позволить себе эти пару минут? Его ладонь пропутешествовала вдоль живота вниз и обхватила член. Он вошел в привычный ритм, держа свой разум благословенно пустым, и услышал очередной взрыв хохота в гостиной. Вскоре все тело горело. Он отбросил одеяло в сторону, полностью наслаждаясь происходящим и приближаясь к кульминации, держа в голове образ тайной страстной встречи пары. Один из них - стройный высокий мужчина, а другой - невысокий и довольно мускулистый партнер с широко разведенными коленями… Он открыл глаза и увидел прямо перед собой Поттера с отвисшей челюстью, который уставился на него круглыми глазами. - ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ! - воскликнул Поттер и бесшумно исчез. Снейп кипел от гнева все утро, отказываясь даже смотреть в сторону Поттера. Не то, чтобы это имело эффект, потому что мальчишке было так стыдно, что он, краснея, исчезал из комнаты сразу, как входил Снейп. Ситуация была абсолютно неприемлемой. Теперь очевидно, что Поттеру не надо было становиться невидимым, ведь ни стены, ни двери не могли заставить его уважать личное пространство! Что за маленький любопытный павлин. Северус хотел придушить мальчишку. А лучше - вернуться в прошлое и задушить самого себя перед тем, как он решил устроить шоу для Гриффиндорского Золотого Мальчика. Отныне любые сексуальные развлечения для Северуса под запретом, за исключением, возможно, залетной мыслишки о подтянутой попке. И то, если Поттер каким-то образом научится читать его мысли, - а с учетом неудачи Северуса это вполне возможно - то и это станет запретным. Тишина длилась неделю, пока Поттер не пересилил себя. - Клянусьчтоничегоневидел, - выпалил он, когда Северус переодевался в ночную рубашку. У Поттера было кошмарное чувство времени. Готовый убивать, полуодетый Северус надвинулся на мальчишку и прошел сквозь призрак, не испытывая сопротивления. - Если бы только было возможно воскресить кого-нибудь и убить снова. Жестоко, - сказал Снейп тихо, с неприкрытой угрозой в голосе. - Это пустая угроза? - пропищал Поттер, - Потому что если ты собираешься воскресить меня, то я хочу хотя бы еще один раз прокатиться на метле перед смертью. И они помирились бы, если бы глаза Поттера не обратились вниз на пах Северуса, и мужчина заметил этот взгляд. Застигнутый Поттер покраснел так яростно, что краска залила все лицо. - Не на этой метле! - добавил юноша высоким голосом. Гнев, который возник в Северусе, наверное, отразился на лице, потому что Поттер непроизвольно отступил назад и исчез снова. Магия билась в крови и Северус пнул кровать с такой силой, что чуть не сломал ногу. Кровать растрескалась под натиском дикой магии и раскололась пополам так, что остался целым только матрас. После этого они установили правила. Поттер обязывался не тревожить его в ванной и туалете, а также в спальне после 9 вечера. Поттеру разрешалось заходить в лабораторию в случае срочных проблем и запрещалось прерывать чтение Снейпа. За нарушение правил Северус пригрозил паршивцу отменить привилегии в виде телевизора и книг, или даже избавиться от обеих вовсе. Через некоторое время Поттер научился смотреть ему в прямо в глаза и не бросать взгляды ниже пояса, хоть это и заняло две недели, полных краснеющих щек и хихиканья. В этот период Северус начал склоняться к версии, что все-таки дух Поттера был послан ему в наказание. Особенно убежденным он был после одного разговора, когда он сказал мальчишке, что грубое нарушение личного пространства требует соответствующего наказания. - Я не могу показать тебе свой, - захихикал Поттер, - Моя мантия не расстегивается. Поверь мне, я пытался. Снейп уставился на юношу. - Но у тебя точно самый бол… - Мерлин тебе в помощь, Поттер, если ты закончишь это предложение. - Я прошу прощения, просто он такой впеча… - Уверен, что мистер Уизли не расстроится, если я не приду на его свадьбу. Поттер заткнулся.