Противоядие / 解药

Где пройдут съёмки? Ни Сюй Дин, ни Чэн Кэ не говорили об этом, а самому Цзян Юйдо спрашивать было неловко. Всю дорогу Чэн Кэ был занят подготовкой к предстоящей работе: сначала изучал бумаги, а после обсуждал прочитанное с Сюй Дином и Линь Сюем. Всё, что он говорил, было так или иначе связано со съёмками, поэтому вникнуть в разговор и тем более присоединиться к нему у Цзян Юйдо не было ни единой возможности. Единственная «съёмка», с которой он хоть как-то был связан — это короткие видео Чэнь Цина. Поэтому весь путь до пункта назначения Цзян Юйдо провёл рассматривая мелькающий пейзаж за окном. Автомобиль держал путь на юг и, миновав оживлённый город, выехал в пригород. Вдоль единственное дороги гнездилось множество деревень и, несмотря на холодную погоду, то тут, то там кучковались оставленные кем-то припорошённые снегом машины. — Люди выезжают в пригород даже зимой? — удивился Чэн Кэ. — Скоро Новый год, а в деревнях особая предновогодняя атмосфера. Можно разложить палатку, посидеть у костра и полюбоваться падающим снегом, — ответил Сюй Дин. — Любители отдыха на природе всегда найдут чем заняться. — И то верно, — согласился Чэн Кэ, а потом задумался на мгновение и спросил: — сегодня мы будем сниматься где-то здесь? Хочешь сделать видео в провинциальном стиле? — Нет, — улыбнулся Сюй Дин, — в стиле отчуждения. — Стиль отчуждения — это как? — спросил Линь Сюй. Цзян Юйдо тоже интересовал этот вопрос, поэтому он прислушался в ожидании ответа. — Отчуждённо, — с улыбкой ответил Чэн Кэ. Цзян Юйдо неосознанно покосился в его сторону. С тех пор, как Чэн Кэ сел в машину, он только и делал, что говорил о делах, поэтому его лицо оставалось серьёзным, а тон голоса — сдержанным. Это был первый раз за время поездки, когда выражение лица Чэн Кэ изменилось. Образ грамотного и рассудительного мужчины, который складывался о Чэн Кэ до этого, разбился в дребезги от простой улыбки. Этот резкий контраст заставил Цзян Юйдо почувствовать себя странно. И даже несколько смутиться. Он хотел что-то сказать, но легкая улыбка быстро пропала, и Чэн Кэ вновь стал серьёзным. Цзян Юйдо только и оставалось, что разочарованно вернуться к пейзажу за окном. Автомобиль остановился во дворе одного из домов, на котором уже было припарковано несколько машин. Когда они выбрались на улицу, Цзян Юйдо огляделся. Двор оказался непохожим на типичные дворики деревенских домов: он был намного больше по размеру и облагорожен растениями. Такие дворы обычно разбивали у коттеджей или вилл, да и сам дом выглядел больше и богаче, чем остальные. — Снимаем внутри, но в полдень, когда снег во дворе засверкает особенно ярко, нужно будет сделать несколько кадров на открытом воздухе, — предупредил Сюй Дин. — Хорошо, — согласился Чэн Кэ. Цзян Юйдо волочился в конце группы. Чужеродная обстановка, и человек, который ей совершенно не подходит… Всё это вызывало дискомфорт и заставляло напрячься. Цзян Юйдо редко чувствует себя чужим. Даже в незнакомом месте его всегда окружают люди, которых он хорошо знает. Но сейчас… Да, рядом и Чэн Кэ, и Сюй Дин, однако само нахождение здесь кажется невероятным и заставляет нервничать. И дело даже не в том, знакомо это место или нет, дело в расстоянии и локации, в которой в обычной жизни Цзян Юйдо просто не смог бы оказаться. Наверное, большинство людей на его месте почувствовали бы любопытство и, может, даже трепет. Цзян Юйдо же чувствовал себя беспомощным и застигнутым врасплох. Он потерял контроль. Потерял чувство безопасности. — Сюда, — подозвал его Чэн Кэ и вложил в руку стакан с горячим чаем. — Держи. Чэн Кэ единственный человек, которого он здесь знает, поэтому его появление заставило Цзян Юйдо чуточку расслабиться и припустить градус эмоционального напряжения. Он огляделся. Пройдя длинный коридор, они оказались в просторной гостиной. Оформление этой комнаты отличалось от оформления остального дома — всё здесь выглядело скромно, но при этой изысканно. В интерьере преобладал цвет и фактура натурального дерева, которые идеально гармонировали с уютным внутренним двориком, который можно увидеть через панорамные окна. Чэн Кэ проводил его к маленькому диванчику в углу. — Садись и просто наблюдай за процессом. Так ты никому не помешаешь. — Ладно, — кивнул Цзян Юйдо. — Если станет скучно, то прогуляйся по дому. Кстати, здесь есть музей, загляни, если интересно. — Музей? — опешил Цзян Юйдо. — Ага, — Чэн Кэ улыбнулся, — владелец дома коллекционирует картины. Вход бесплатный и без каких либо ограничений. — О, ясно. Чэн Кэ был очень занят — в конце концов, он главное действующее лицо сегодняшнего мероприятия, поэтому найдя Цзян Юйдо подходящее место, он поспешил приступить к работе. Опустившись на диван, Цзян Юйдо сделал глоток из стакана. Чай оказался неплох, такой ароматный и душистый. Цзян Юйдо не был ценителем чая, и особо не чаёвничал, но сейчас, глядя на обстановку комнаты и оживлённую атмосферу, такое неспешное распитие чая казалось гармоничным и единственно верным вариантом. Чэн Кэ нашёл ему идеальное место: диван — удобный и мягкий, и угол обзора, который позволяет видеть всю комнату целиком. Способность контролировать территорию и всех находящейся на ней людей не могло не успокаивать. Теперь Цзян Юйдо вновь чувствовал себя в безопасности. В гостиной не очень многолюдно, поэтому он сразу сможет заметить проблему, если она появится. К счастью, в настоящее время, все присутствующие выглядели обычными людьми, которые были заняты каждый своим делом. Чэн Кэ и Сюй Дин ушли в соседнюю комнату и находились там уже какое-то время. Это не могло не настораживать и заставляло побеспокоиться. Но в обстановке и месте, в котором Цзян Юйдо находился, нельзя поддаваться страхам и действовать необдуманно. Единственное, что он мог позволить себе прямо сейчас — уставиться на дверь, гипнотизировать её взглядом и убеждать себя, что с Чэн Кэ ничего не случится. Спустя несколько минут дверь комнаты открылась и эти двое вернулись в гостиную. Чэн Кэ переоделся, и, глядя на его новый образ, Цзян Юйдо будто оцепенел. Он никогда прежде не видел Чэн Кэ в подобной одежде… Но в этом нет ничего удивительного, ведь никто в повседневной жизни не носит халат, похожий на те, что одевают боксёры. Цзян Юйдо понятия не имел, как называется одежда подобного рода, но в ней Чэн Кэ был похож на древнего мастера, практикующего отшельничество. Дальше Чэн Кэ подошёл к гримёрному столику, и ему стали наносить макияж… Макияж? Кто бы мог подумать, что Чэн Кэ будут красить. Если речь идёт о съёмке видео или фото, то это, наверное, само собой разумеется… Но разве обычно макияж наносят не только женщинам? Видя, как кисточки для макияжа порхают над его лицом, Цзян Юйдо неосознанно провёл параллель между Чэн Кэ и владельцем того цветочного магазина. И в его голове само собой всплыло два уже забытых слова. Маленькая милашка? Чэн Кэ, которому так сильно нравились маленькие милашки, и сам стал «маленьким и милым». Хотя, стоит признать, что макияж на лице Чэн Кэ смотрелся до безобразия гармонично. Наверное, всему виной от природы красивое лицо и гладкая кожа. — Моё лицо вряд ли попадёт в кадр, — Чэн Кэ закрыл глаза, позволил кисти свободно прокрасить веки, — не стоит так стараться. — Будет несколько общих ракурсов, и ваш профиль точно попадёт в кадр, — ответил ему кто-то из съёмочной группы, - поэтому мы не можем пренебречь макияжем. — Понял, — вздохнул Чэн Кэ. К тому моменту, как он открыл глаза, из комнаты для переодевания вышел Линь Сюй. Ему подобрали халат, похожий на халат Чэн Кэ, вот только… если на Чэн Кэ он был туго завязан на пояс, то на Линь Сюе был широко распахнут, демонстрирую всем желающим обнажённый торс с косыми мышцами, чёрные крошечные шорты и длиннющие ноги… Чэн Кэ растерялся, увидев этот горячий образ, и не знал как поступить. Если продолжать смотреть, то Линь Сюй без труда разоблачит его голодный взгляд, но если притвориться, что не заметил этой потрясающей картины и отвернуться, то его желание будет ещё более очевидным. Заколебавшись на мгновение, Чэн Кэ всё таки выбрал первый вариант, без стеснения обвёл Линь Сюя взглядом с ног до головы и, замерев на уровне глаз, спросил: — Не холодно? — Всё будет в порядке, пока мы внутри, — улыбнулся Линь Сюй. – На улице, думаю, смогу продержаться пару минут. Брат Сюй говорил, что нужно сделать всего несколько кадров. Времени это займёт не много, и я не успею замёрзнуть. Чэн Кэ кивнул, но диалог развивать не стал. Вот только Линь Сюй не ушёл — пододвинул стул и сел рядом. — Брат Чэн, я несколько раз видел твоё выступление. — Вот как, — равнодушно обронил Чэн Кэ. — Нравится рисование песком? — Нравится, — улыбнулся Линь Сюй. — Я даже учился этому, пока ходил в школу. Но потом началась взрослая жизнь — работа и всё такое, и о рисовании песком пришлось забыть. Чэн Кэ посмотрел на него уже совсем другим взглядом. В действительности, найти любителей рисования песком крайне сложно, поскольку в глазах большинства это искусство ничто иное, как баловство. Существует множество курсов и кружков по рисованию песком — это правда, вот только весомая их часть рассчитана на малышей, которые больше балуются, чем рисуют. Да и приходят лишь для того, чтобы поиграть в песке… Такие люди, как Линь Сюй, которые намеренно учились рисовать песком, а не занимались этим от нечего делать, большая редкость. И больше всего подкупало то, что Линь Сюй совсем не стыдился увлечения, которое, к несчастью, осталось далеко в прошлом. — Сюй Дин не рассказывал об этом. — Я и не говорил брату Сюю, — замялся Линь Сюй. — Всё-таки мои навыки так и застряли на уровне ученика старшей школы. Да я и не стремился к цели стать художником, и учился рисовать просто для себя. — Со мной было тоже самое. Я бы хотел посмотреть на твои картины. Покажешь как-нибудь? — Х-хорошо, — Линь Сюй ответил ему неуверенным взглядом и потянулся к телефону. — Брат Чэн… — Мой телефон остался в комнате, — опередил его Чэн Кэ, — но можешь попросить у Сюй Дина визитку, там есть номер. — Хорошо, — улыбнулся Линь Сюй. Наблюдая за их увлечённой беседой, Цзян Юйдо ощутил необъяснимое, но жутко неприятное чувство. Которое навело ещё больший беспорядок в его и без того спутанных мыслях. Сложно… Начнём с того, что сегодняшний Чэн Кэ не имеет ничего общего с Чэн Кэ, которого Цзян Юйдо хорошо знает. Он абсолютно другой. Хотя, Цзян Юйдо уже приходилось присутствовать на выступлении и видеть Чэн Кэ, так сказать, в действии, но… в тот раз ощущения были совершенно иными. Неочевидными. Не такими яркими. Цзян Юйдо не мог сказать наверняка, что было не так, и что настолько сильно его смущало. Лишь чувствовал, что теперь Чэн Кэ действительно похож на двадцатисемилетнего мужчину. Невозмутимого. Зрелого. Несколько отчуждённого. Если бы сейчас этот Чэн Кэ спросил почему газовая плита не включается, Цзян Юйдо, вероятно, не смог бы так просто посмеяться над элегантным молодым господином. Кроме того, сегодня Цзян Юйдо убедился в том, что Чэн Кэ действительно гей. Во время предыдущего выступления большое количество приглашённых гостей, которые знали Чэн Кэ в лицо, подходили к нему поздороваться и поболтать. Каждый раз он вежливо приветствовал их в ответ, мог перекинуться парой ничего незначащих фраз, и на этом всё. За исключением Сюй Дина, он ни с кем толком не общался. Но сейчас… Пусть на его лице не было улыбки, но их диалог с Линь Сюем явно затянулся. Они болтали всё то время, пока Чэн Кэ наносили макияж, и замолчали после того, как пришло время начинать съёмку. Интересно, не будь Линь Сюй настолько привлекательным, их разговор продлился бы так же долго? При мысли об этом Цзян Юйдо снова почувствовал себя странно. Линь Сюй красив и особенно привлекателен в этой одежде. Цзян Юйдо уверен, что такой человек на раз-два мог развести пожар в сердце гея, падкого на милые мордашки. И, возможно, разговор с ним был ничем иным, как попыткой Чэн Кэ утолить свою жажду. Но что, если одного глотка ему будет мало?.. В этот момент Цзян Юйдо вдруг вспомнил тот… Нет, те два поцелуя. Целых два. Он беспомощно вздохнул. Когда начались съёмки, Цзян Юйдо обхватил стакан двумя руками и безучастно наблюдал за процессом. В этот раз всё и правда было иначе. Здесь не было проекционного экрана, передающего изображения картины, которая вырисовывается из песка. Цзян Юйдо оставалось лишь издалека наблюдать за Чэн Кэ, который сыплет песок на подсвеченный стол. Линь Сюя и Чэн Кэ снимали одновременно. И пусть первый выглядел безумно привлекательно и хорошо позировал, большую часть времени Цзян Юйдо наблюдал за Чэн Кэ. Послышалось несколько щелчков камеры. Линь Сюй поменял позу, а Чэн Кэ рассеял над поверхностью стола пригоршню песка и вновь стал рисовать. Цзян Юйдо зачарованно наблюдал за происходящим и вдруг подумал, что рисование песком выглядит весело. Может, Чэн Кэ сможет научить его азам или хотя бы нарисует для него что-нибудь, как тогда, солью. Хотя нет. Невозможно. Вероятно, после всего, что произошло между ними, у Цзян Юйдо нет ни единого шанса выпросить даже самый короткий мастер-класс. Что не говори, а у Чэн Кэ паршивый характер. Вчера после тех слов, Цзян Юйдо ясно почувствовал, как огонёк интереса в его сердце потух. Сегодня весь день он держался обособленно и даже взгляд, которым Чэн Кэ смотрел на него, стал другим. Цзян Юйдо вздохнул. Наблюдая за людьми, которые заняты съёмкой, он вдруг почувствовал, как кто-то сбоку тянется в его сторону. Цзян Юйдо бросил косой взгляд и увидел неясную тень. Он мог бы разглядеть незнакомца получше, мог бы прикинуть в уме и сложить дважды два. Но реакция тела оказалась быстрее. Секунда-другая, и Цзян Юйдо уже хватает тень за запястье и скручивает руку за спиной. — Ай-ай-ай! — вскрикнула тень и рухнула на диван. Когда Цзян Юйдо опустил голову, то увидел лицо Сюй Дина, сморщенное от боли, и заварочный чайник, упавший на пол. — Прости… Цзян Юйдо тут же отпустил Сюй Дина и поднял чайник. — Ничего страшного, — Сюй Дин потряс пострадавшей рукой и настороженно спросил: — Что это за реакция такая? Как у наёмного убийцы. Цзян Юйдо оцепенел, не зная, что на это ответить. Видя его растерянное лицо Сюй Дин вдруг рассмеялся и подлил горячего чая в его опустевший стакан. — Изучал боевые искусства? — спросил он, потирая запястье. — …Нет. — Не удивительно, что все зовут тебя Третьим братом [1]. Хорошие рефлексы и сильная хватка. Цзян Юйдо потупил взгляд и отпил чай. (П/п: 三哥 (Sam Gor) аббривиатура межнационального преступного суперсиндиката) — Ну как тебе съёмки? — спросил Сюй Дин и посмотрел в центр гостиной, где под прицелом камеры работали Чэн Кэ и Линь Сюй. — Ещё не знаю. — Понимаю — на съёмочной площадке всегда творится хаос, — согласился Сюй Дин. — Наблюдатель может оценить по достоинству лишь конечный результат — после всех правок и монтажа. Но если процесс съёмок хоть немного кажется тебе увлекательным, в следующий раз могу пригласить поучаствовать и оценить процесс изнутри. — Я не умею рисовать. — Не страшно, — Сюй Дин окинул его оценивающим взглядом. — Ты довольно фотогеничен. Что думаешь о совместной фото- или видеосъёмке с Чэн Кэ? Вы хорошо знакомы, и позировать вместе вам будет просто. — А? — Цзян Юйдо застыл от удивления. Сюй Дин рассмеялся в ответ на его реакцию. — В прошлый раз, когда снимал тебя на выступлении Чэн Кэ, сразу приметил насколько ты хорошо смотришься в кадре. — …О. Цзян Юйдо растерянно кивнул, даже не пытаясь развить тему. Он не сомневался ни в способностях Сюй Дина, ни в его профессиональном чутье, просто… Сюй Дин друг Чэн Кэ, поэтому встречи и вот такие короткие диалоги вполне нормальное явление. Любые точки их соприкосновения существуют лишь благодаря Чэн Кэ. И всё бы ничего, вот только… Сюй Дин назвал Цзян Юйдо «наёмным убийцей». Разве нормально предлагать убийце сняться в видео? Сюй Дин такой странный. К тому моменту, как съёмки завершились, перевалило за полдень. Было решено заказать доставку и всем вместе пообедать. Цзян Юйдо и Чэн Кэ почти не общались и не контактировали, но даже так Цзян Юйдо заметил, что у Чэн Кэ нет аппетита. В заказанном рисе с тушёным мясом был бульон, да и на вид блюдо выглядело вкусно: и первое, и второе идеально соответствовали жёстким требованиям Чэн Кэ. Но тот долго ковырялся в еде и в итоге съёл не больше половины порции. А после того, как с обедом было покончено, и кто-то из съёмочной группы предложил продолжить посиделки и переместиться в ресторан, Чэн Кэ отказался, сославшись на усталость и желание быстрей вернуться. Сюй Дин попросил водителя развести Цзян Юйдо, Чэн Кэ и Линь Сюя по домам. В автомобиле Чэн Кэ откинулся на спинку сидения и мгновенно уснул. — Третий брат, — Линь Сюй оглянулся на Цзян Юйдо и спросил с улыбкой: — Очень устал? — Нет. А вот вы, — он кивнул в сторону спящего Чэн Кэ, — явно устали, хотя до самого конца ни разу не брали перерыв. — Наверное, просто привыкли работать в таком темпе, — Линь Сюй вновь улыбнулся. — Надеюсь завтрашние съёмки пройдут так же гладко, и мы снова закончим рано. — Ага, — несколько растерянно кивнул Цзян Юйдо. Завтрашние? Съёмки длятся два дня? Почему так долго? Когда Чэнь Цин снимает на телефон и, кстати, делает это вполне недурно, процесс занимает от силы пару минут, а тут… — Третий брат, — Линь Сюй вновь обратился к нему по имени, — когда впервые увидел тебя сегодня, подумал, что ты модель. — …Я не модель. — Как жаль, а ведь ты идеально вписываешься в стандарты, — Линь Сюй улыбнулся и протянул ему упаковку со снеками. — Хочешь? — Не хочу. Цзян Юйдо понятия не имел о каких именно «стандартах» говорил Линь Сюй. До этого разговора он даже не знал, что модели должны куда-то «вписываться». К счастью, эта тема не стала развиваться дальше. Цзян Юйдо отказался от угощения и, воспользовавшись паузой на перекус, отвернулся к окну и притворился спящим. Он открыл глаза только после того, как проснулся Чэн Кэ. — Наконец приехали, — Чэн Кэ тут же вышел из машины. Цзян Юйдо выбрался следом. — Брат Чэн, — Линь Сюй опустил окно автомобиля, — напиши, когда появится свободное время. — Ага, — кивнул Чэн Кэ. Когда автомобиль тронулся с места и скрылся с территории жилого комплекса, Чэн Кэ протяжно зевнул. — Есть охота. — Зеваешь тоже от голода? — усмехнулся Цзян Юйдо. — От усталости, — Чэн Кэ зашёл в подъезд. — Поужинаем? — Сейчас? Но ещё нет шести, — Цзян Юйдо проверил время на телефоне. — Хотя, ладно… Тогда, нам стоит сходить в магазин за продуктами? — Зачем? — Твой холодильник пуст, - без тени осуждения ответил Цзян Юйдо. — Неужели снова хочешь заказать доставку? — Да я каждый день её заказываю. — И не надоедает одно и тоже? — удивился Цзян Юйдо. — К тому же, сегодня в обед ты уже ел доставку из ресторана. — Я больше не хочу ходить в магазин за покупками и заморачиваться с готовкой, — Чэн Кэ нахмурился в ответ на уговоры. — Хочу лежать на диване и есть всё, что попадает в рот. Так же, как это делает Мяу. — Если не хочешь идти за продуктами, могу сходить я, — равнодушно произнёс Цзян Юйдо и незаметно покосился в его сторону. С тех пор, как они вышли из машины, Цзян Юйдо больше не ощущал в Чэн Кэ того зрелого двадцати семилетнего мужчину. Всего за пару минут Чэн Кэ вернулся к своему прежнему и уже такому привычному образу ленивого и праздного молодого господина. — Ты тоже никуда не пойдёшь, — Чэн Кэ нажал на кнопку вызова лифта. — Сегодня ты весь день следил за окружением и контролировал обстановку, поэтому, уверен, перенапрягся. Тебе нужно отдохнуть. — Ты заметил? Цзян Юйдо был растерян и удивлён. А ведь он мог поклясться, что Чэн Кэ ни разу не посмотрел в его сторону и вообще вёл себя так, будто Цзян Юйдо и вовсе не существует. — Только не надумывай лишнего, я не наблюдал за тобой из под тишка, — Чэн Кэ шагнул в кабину лифта. — Я боялся, что тебе скучно. — Мне не было скучно, — Цзян Юйдо последовал за ним, но замер у входа в лифт, — просто… — Заходи, — прервал его Чэн Кэ. — Поужинаем лапшой быстрого приготовления. Цзян Юйдо помедлил в нерешительности, но всё же шагнул в лифт. Войдя в квартиру, Чэн Кэ сразу же скинул куртку на пол у входа и рухнул на диван, чуть было не раздавив Мяу. — У тебя есть что-то ещё, кроме лапши? Цзян Юйдо и сам изрядно проголодался, поэтому одной лапшой вряд ли смог бы наесться. — Яйца, — Чэн Кэ улёгся поудобней, — и сосиски… — Понял, — кивнул Цзян Юйдо. — Тогда я займусь готовкой. — Валяй. Цзян Юйдо открыл холодильник и обнаружил пару яиц и четыре сосиски: не плохой улов. Налив воду в сотейник и поставив на огонь, он решил заняться подготовкой ингредиентов. Яйца и сосиски отправились на сковороду. К тому моменту, когда вода вскипела, всё уже было готово. Оставалось разложить сухую лапшу по тарелкам, залить кипятком и накрыть крышкой на пару минут, а после, когда лапша набухнет, добавить к блюду жаренные яйца и сосиски. Углеводы и белок — то, что нужно на ужин. Теперь обычная лапша быстрого приготовления стала сытной, вкусной и полезной. Взяв по тарелке в каждую руку, Цзян Юйдо вернулся в гостиную. Чэн Кэ валялся на диване и залипал в телефоне. — Готово. — О-о, — Чэн Кэ подошёл к столу, — как аппетитно. — Просто добавил яйца и сосиски. Всё время так делаю. Попробуй. Чэн Кэ сел за стол и отложил телефон, подхватил палочками лапшу и отправил в рот. — Вкусно, — он поднял большой палец вверх. — Очень вкусно. — В следующий раз, когда будешь запаривать лапшу, добавь дополнительные ингредиенты, — Цзян Юйдо тоже сел за стол. — Ведь это так просто… — Не-е, — лениво протянул Чэн Кэ. — У меня никогда не получится так вкусно. Лучше, приходи почаще и готовь на нас двоих. Только Цзян Юйдо придумал, что ответить, как телефон Чэн Кэ звякнул. Пришло сообщение. Чэн Кэ достал мобильник, бросил взгляд на экран и быстро написал ответ, а после вернулся к лапше. Цзян Юйдо вновь почувствовал себя странно. Телефон Чэн Кэ, по его мнению, ничем не отличается от телефона старика. Он только звонит и помимо этого, казалось, больше не имеет никаких функций. Хотя, в этом виноват только его владелец. Чэн Кэ будто не знает зачем вообще существует телефон и использует его только по прямому назначению, поэтому… Тот факт, что Чэн Кэ пишет кому-то сообщение, несколько шокировал Цзян Юйдо. — На самом деле, я просто поджарил яйцо и… Но не успел Цзян Юйдо договорить, как телефон звякнул снова. — Продолжай, — отстранённо ответил Чэн Кэ, погружаясь в переписку. Цзян Юйдо поджал губы и уткнулся лицом в тарелку с лапшой. — Давай поговорим об этом позже, — вдруг произнёс Чэн Кэ, — когда закончим с работой. — М? Цзян Юйдо растерялся и, подняв голову, обнаружил, что Чэн Кэ записывает голосовое сообщение. — Честно говоря, следующие два дня я не собирался никуда выходить. Слишком устал, — добавил Чэн Кэ, отпавил сообщение и отложил телефон. — Собираешься куда-то? — спросил Цзян Юйдо. — Нет, — Чэн Кэ втянул лапшу и закусил сосиской. — Линь Сюй пригласил выпить, но пока не хочу никуда идти. — Линь Сюй? — Цзян Юйдо застыл от удивления. — Ага, — Чэн Кэ продолжил набивать рот. — Почему бы тебе и завтра не приготовить такую лапшу? — У тебя не осталось ни яиц, ни сосисок. — … Какая жалость, — вздохнул Чэн Кэ. Цзян Юйдо нахмурился. Опять этот Линь Сюй. Изначально Цзян Юйдо не обратил на него особого внимания, но… С чего вдруг он пригласил Чэн Кэ выпить? Подозрительно. Сюй Дин предложил Чэн Кэ сняться в видео, и он же пригласил Линь Сюя, вот только… Они работали вместе и общались меньше суток, так к чему вдруг это приглашение? Как ни крути, а что-то здесь не чисто. — А если не сейчас, а потом, когда закончатся съёмки, — спросил Цзян Юйдо, — встретишься с Линь Сюем? — Ну-у, — задумчиво протянул Чэн Кэ, — я уже давно ни с кем не выпивал. — Но почему именно с ним? — вдруг выпалил Цзян Юйдо и поджал губы. Он и сам не ожидал, что спросит об этом в упор, поэтому, чтобы не выдать свои подозрения и не разозлить Чэн Кэ излишней озабоченностью, добавил: — Ведь… обычно ты выпиваешь с другими. — А это забавно, — Чэн Кэ вдруг рассмеялся. — И с кем же? — Со мной, — не думая ответил Цзян Юйдо. Чэн Кэ ничего не сказал. Он наклонился к тарелке и втянул новую порцию лапши, а когда вновь поднял голову и посмотрел на Цзян Юйдо, на его лице не осталось ни следа от улыбки. — Ты гей? — Н-нет, — растерянно ответил Цзян Юйдо. — Это и есть причина. — Хочешь сказать… — предположил Цзян Юйдо, сложив два плюс два, — что Линь Сюй — гей? — Да, — Чэн Кэ натянуто улыбнулся. — Откуда знаешь? — Потому что он позвал меня в гей-бар, — прямолинейно ответил Чэн Кэ. Цзян Юйдо опешил и больше не проронил ни слова. Он молчал целую вечность. Чэн Кэ съел почти всю лапшу и выпил большую часть бульона, а он так ничего и не сказал. Порой, Чэн Кэ совсем не понимает, что творится в голове у Цзян Юйдо. Только вчера Чэн Кэ пытался донести до него, что друзья не могут так сильно «оберегать» друг друга. Но Цзян Юйдо либо не понял, либо даже не думал изменять своим привычкам. На их встречу с Линь Сюем, которая ещё не состоялась и состоится ли вообще неизвестно, Цзян Юйдо отреагировал более чем обеспокоенно. И Чэн Кэ понятия не имел почему. Правда ли причина только в их дружбе? Но не успел Чэн Кэ дать волю мыслям, как вдруг Цзян Юйдо поднял на него прямой взгляд. Чэн Кэ отложил палочки для еды, предвосхищая серьёзный разговор, и, притворяясь невозмутимым, отпил немного бульона. Чэн Кэ и сам не понимал, почему вдруг так разнервничался. Но он знал наверняка, что сейчас Цзян Юйдо задаст какой-то серьёзный вопрос, а может скажет то, что навсегда изменит их отношения. Ведь такое было ни раз и ни два. — Скажи, — Цзян Юйдо помедлил в нерешительности и продолжил крайне осторожно: - что такое этот «гей-бар»? Чэн Кэ поперхнулся. Горячий бульон попал не в то горло и грозился выйти через нос. Чэн Кэ отвернулся, откашлялся и вновь повернулся к Цзян Юйдо. Впервые за долгое время у Чэн Кэ просто не было слов.