Глубже, чем океан. Горячее, чем огонь

"В мире достаточно судей. А друг создан для того, чтобы тебя принять."

(с) Антуан де Сент-Экзюпери. Цитадель.

- Ха-а-а... - Микадзуки вздохнула. Тяжело. Протяжно. Словно выгоняла из легких абсолютно весь воздух. Как же сложно с такими индивидами. Причем разговаривать с ними бесполезно, они нашли себе развлечение на вечер и отступать не собирались. - Идиот - это неизбежно, - рука, сжатая в кулак, вылетела вперед, врезаясь в солнечное сплетение, заставляя согнуться и закашляться, в этот же момент Пандора схватила парня за голову, нанеся удар коленом в нос, чувствуя, как на ткань хлынула кровь. Двое других налетели сзади, пока зачинщик лежал на земле, зажимая льющуюся кровь из носа. Девушка под их весом упала на колени, разбивая их, раздирая гольфины. Уход еще больше вниз, перекат в сторону, в тот момент, когда второй попытался навалиться сверху, ударить его пятками в живот и вскочить. Дальнейшие минуты слились в единый водоворот ударов, привкуса крови во рту - по лицу ей все-таки пару раз прилетело - сбитых в кровь костяшек на руках. Рукава рубашки развязались, и теперь она валялась где-то в пыли. Но все закончилось, и осталось только три лежащих в отключке тела. Миказдзуки тяжело выдохнула, утирая кровь, что текла из разбитой губы, пальцами даже двигать теперь было больно. Дыхание было тяжелым и со свистом вырывалось сквозь плотно сомкнутые зубы. - Надеюсь, это будет вам уроком, - девушка еще раз окинула взглядом поле битвы, сплюнула скопившуюся во рту кровь, нашла свою рубашку, поднимая ее, жалея, что у нее нет такой замечательной привычки как у сестры везде носить с собой маску. Завтра на лице наверняка вылезут синяки, а сбитые костяшки придется прятать за перчатками без пальцев. Но самым сложным будет сейчас все объяснить ее спутнику. Он, кстати, обретался здесь же. Стоило Пандоре повернуться, она наткнулась взглядом на Локи с покупками, и взгляд его вновь показался золотым. Жгуче-золотым, как жидкое расплавленное золото. Красиво переливающееся, но которое сожжет дотла, если попадет на кожу. - Вот так представление, - он подошел ближе, и глаза были вновь серыми, как сталь, холодная и непоколебимая. Но черты лица почему-то казались чуть заострившимися, как у ощерившегося напряженного зверя, готового напасть. - И меня с собой на главную роль не позвала, - говорил он вроде бы полушутливо, но исходила от парня непонятная аура. Словно он готов был вспыхнуть в любой момент, как факел. А еще стало жарко как будто бы. Откуда девушка умела такие финты выкручивать, Лаватейн даже спрашивать не стал. Академия с военным профилем, могли научить и не такому. Хотя времени-то не так и много прошло... Однако больше волновало Локи не это. - Ничего не сломала? Вы же, люди, существа хрупкие, - признал он и все-таки был удивлен, как Пандора смогла раскидать троих парней выше и крупнее себя в полтора, а то и два раза. «И снова эти люди... Словно сам не человек...» - Микадзуки вздохнула, поднимая руку и смотря на костяшки с содранной кожей и капающую с них кровь. - Вроде нет, - девушка еще раз проанализировала состояние своего тела. Теперь, когда адреналин схлынул и сердце перестало стучать в ушах, пришла боль. Болело лицо и руки, спине тоже досталось. - А все остальное до свадьбы заживет, - еще один беглый взгляд в сторону парней, шумный вздох. - Надеюсь, им хватит ума не подавать заявление. Дело я выиграю, если что, но проблем это доставит прилично. И прости, что не позвала, все случилось слишком внезапно. - Заявление? - переспросил Локи единственную вещь, которую не понял из слов Пандоры. Та раздраженно объяснила ситуацию, что парни, несмотря на то, что сами были инициаторами драки, могут скрысить и написать заявление в полицию, снять побои и так далее. - А-а, - протянул он так, словно проблемы не видел, - сейчас мы им подправим память и все. Перебор пальцами по воздуху, хитрый прищур глаз, и в воздухе творится невидимая глазу магия, стирая из голов парней воспоминания о Пандоре. Ограничитель сил на шее Локи немного нагрелся, словно боролся с тем, что бог вопреки запрету умудрялся использовать свои способности. Он и в Саду Зевса спокойно обходил ограничитель, так что, когда на него надели эту побрякушку во второй раз, Лаватейн препятствий не видел. - Сделаем так, будто они между собой подрались, - устроив парням качественный провал в памяти, Локи щелкнул пальцами, добавив немного ложных улик. На щеке одного парня появился след от печатки на пальце второго, который потом превратится в характерный синяк и вычислить нападавшего будет несложно. Рубашка второго вдруг оказалась в руке третьего, словно тот ее сорвал, кому-то в руку попал обрывок одежды другого зачинщика потасовки. - Декорации готовы. Теперь надо заняться тобой, - Локи повернулся к Пандоре, изящным движением откинув косу за плечо и блеснув глазами, вновь сменившими цвет с золотого на серый. - Ч-что... Что это было? - Пандора невольно сделала шаг назад, прислоняя ладонь к горящему лбу. В голове не укладывалось, что только что случилось? Может, ее все-таки вырубили, и, пока она в отключке и видит столь странные видения, над ее телом жестоко надругаются? - Локи, как ты... В голове не укладывается... - девушка всегда скептически относилась ко всяким магам и экстрасенсам. Всего один раз в своей жизни поверила, что мистика существует, когда одноклассница после летних каникул стала хвастать, что научилась гнуть ложки. Но сейчас... «Не могу поверить... Ну, ладно, может, он и не подправил им память. Но как объяснить то, что он не прикасаясь поменял вещи местами?» - мысли скакали в голове как рой потревоженных пчел, а потом с губ сорвался какой-то истерический смех. Сказывались натянутые до предела нервы, которые ей успели вытрепать за столь короткий срок эти подонки. - Да ты полон сюрпризов, друг мой! - А ты явно перенервничала, - покачал головой Локи, сначала удивившись такому смеху, а потом расслышав в нем истерические нехорошие нотки. Покачал головой, вздохнул и подошел к Пандоре, едва прикасаясь к ее подбородку, осматривая лицо. Кровь на губах, значит, и в челюсть скорее всего прилетало. Кровь на руках, коленках, Микадзуки неосознанно придерживалась за бока. - И сильно пострадала. Жаль я даром исцеления не обладаю, так бы подлатал. Потерпи, - предупредил Лаватейн, подхватывая девушку на руки. Перед этим, правда, вновь щелкнул пальцами, уменьшив пакеты с покупками до размера жалкой горстки и спрятав все это добро в карман. Иначе у него не хватит рук все это унести, а Пандоре идти ногами он не даст, с разбитыми коленками она разве что доползет. Поэтому взял пострадавшую на руки, направляясь прочь из парка рамена, на поиски ближайшей аптеки, чтобы хотя бы смыть кровь и все перевязать. Благо в этом плане Локи был неплохо натаскан, Бальдр ему вечно медицинскую практику устраивал. Благо Пандора прикрыла глаза в тот момент, когда Локи уменьшил пакеты и шустро распихал все это добро по карманам. А потом было только тепло чужого тела, умиротворенный шаг. Удивительно, что охрана на выходе так просто пропустила парочку на улицу, словно они оба в одночасье превратились в невидимок. Минут через десять, посадив Микадзуки на скамейке рядом с аптекой, Лаватейн быстро закупил все, что было необходимо, и, когда вернулся, девушка уже стягивала с ног испорченные гольфины, сворачивая их, опуская вниз на манер странных носков. - Горе ты луковое, прямо как Бальдр, - возбухал Локи, сгружая на скамейку купленные антисептик, бинты и пластыри. - Неужели нельзя было позвать меня? Это, конечно, очень круто, что ты их уложила в одиночку, ну а если бы нет? Знаешь, лучше бы я пришел в момент, когда эти парни к тебе только пристали, чем если бы я увидел, как они тебя избивают или насилуют. Тогда на той улице бы сейчас осталось не три спящих тела, а три горки человеческого пепла, - недовольный Локи порыкивал, скалился и сверкал глазами, а еще гневно отбрасывал свои мешающиеся волосы назад, пока руки отточенными до автоматизма движениями обрабатывали раны. - П-прости... - Пандора невольно вжала голову в плечи, стараясь стать меньше, чем была на самом деле. Девушка временами стонала, морщилась, сжимая зубы и скалясь, отчего на лбу и возле носа залегали складки, а мышцы в теле напрягались, но стойко терпела боль и обработку ран. - Я... Не подумала об этом... - сестры всегда привыкли доверять только друг другу. Поэтому у Микадзуки в голове даже мысли не возникло о том, что Локи поможет ей. Скорее... - Я думала о тебе, но мне не хотелось втягивать тебя в свои отголоски прошлого. К тому же я бы не простила себя, если бы ты поранился. - Я? Поранился? Пф-ф, не смеши меня, - Локи был настолько увлечен скорейшей обработкой ран и настолько его еще не отпустила ситуация, что он и не заметил слов, что волновались о нем. Так всегда было: несмотря на всю свою сущность проказника, о дорогих сердцу людях он заботился больше, чем о себе любимом. - Я, может, и не гора мышц, но у меня есть козырь покруче. И что еще за отголоски прошлого? - закончив с коленками, Локи взял ладони Пандоры в свои, смывая с них антисептическими салфетками кровь, стараясь делать это аккуратно, но ловко. Микадзуки молчала. Долго. Минуты три, наверное. Локи уже и не думал, что она станет отвечать на поставленный вопрос, как девушка шумно выдохнула, словно готовилась сказать ему, что как минимум была профессиональным киллером и на ее руках кровь десятков людей. Но все оказалось иначе. - Если честно, то я главаря той компании помню уже плохо. Их было слишком много за пять лет моего участия в боях без правил. Я всегда была в семье бунтарем, - горькая улыбка на разбитых губах, корочка треснула, и кровь снова стала сочиться по капле, отчего пришлось то и дело облизывать ее. - Дралась часто, еще и ходила в несколько кружков по боевым искусствам, начиная с детского сада. И примерно на втором классе средней школы я умудрилась наткнуться на бои без правил. Нас там было много. Школьники тоже были в приоритете, лишь бы получалось красочное зрелище. Выигрываешь, и тебе за битву платят деньги. Немалая сумма. За пять лет я даже умудрилась заработать нужную сумму, чтобы оплатить образование. Но, как видишь, те, кого я когда-то победила, до сих пор иногда попадаются в моей жизни. Локи в ответ на это тоже долго молчал. Переваривал. Попутно заканчивая бинтовать руки девушки, вытер свои ладони об новую салфетку, как заметил, что у Пандоры треснула губа. - Ну ты и, - он беззастенчиво поймал подбородок Микадзуки, свой большой палец прислоняя к ранке на губе, стирая кровь, - кадр, конечно. Хотя могу понять твой бунтарский дух, я тоже был проблемным ребенком. Не дрался только, а просто шалости всякие вытворял, потому взрослые меня не любили. И чем злее я становился, тем злее становились и шутки. Но в целом хорошо, что ты с этим завязала. Опасно девушке в таких кругах вертеться, - он покачал головой и тяжело вздохнул. Кровь остановилась, открытые раны он забинтовал, но увы с болью помочь не мог. Наверняка у Пандоры еще повылезают синяки, но какую-нибудь волшебную штучку для их сведения Лаватейн намешает дома, а утром как-нибудь передаст Микадзуки. Тех же воронов заставит побыть немного почтовыми голубями. - Надеюсь, следующего раза не будет, но, если что, не стесняйся звать меня. Уж я что-нибудь придумаю, чтобы одолеть твоих... неприятелей. - Спасибо, - Пандора благодарно кивнула головой, хотела улыбнуться, но боль в ране не дала этого сделать. - И прости. В итоге день оказался из-за меня испорчен... - девушка понуро опустила голову, загрузившись. Надо же было вот так попасть сегодня, а ведь день изначально так хорошо шел. А вот вечер оказался испорчен, и все пошло насмарку. Наверняка и у самого Локи остались неприятные воспоминания о сегодняшнем дне. - Эй, не слишком ли много чести тем парням ты оказываешь, вот так расстраиваясь? - Локи снова тяжело вздохнул, словно перед ним маленький провинившийся ребенок. Нет, Бальдр. Тот тоже любил горевать над разбитой чашкой, когда надо было всего лишь выбросить осколки и пойти достать новую. - Не вешай нос, пушистая. Ничего непоправимого в этот раз и хорошо, пойдем поднимать тебе настроение. Вернее, я пойду. Ты поедешь у меня на руках. Так сказать, принцесса, позвольте я сегодня побуду вашими ногами, - сгребя испачканные салфетки и опустевшие пачки в урну рядом со скамейкой, остальное Локи засунул в карманы, где это и пропало. У него вообще они были зачарованными во всей одежде и потому бездонными. А Пандору поднял на руки, спокойно зашагав по улицам Йокогамы с таким видом, словно ничего необычного не происходит. Единственное - косу неудобно прижало телом девушки к животу, хотелось бы вытащить, но в целом сильного дискомфорта это не приносило. - Как неловко... Локи, люди ведь смотрят! - Пандора, конечно, сильно преувеличила на этот счет. Люди если и смотрели, то мало и вообще явно не были заинтересованы в столь странной парочке, спокойно следуя по своим делам. На Лаватейна слова девушки тоже никакого эффекта не возымели, и он просто шел вперед по улице. Вообще за время, проведенное в парке, и обработку ран солнце давно уже успело сесть, мир наполнился яркими огнями, а время склонилось к десяти вечера. Приятная прохлада сменила дневную жару, особенно отчетливо это ощущалось возле океана, вдоль набережной которого они и шли, пока не оказались возле колеса обозрения. Одно из самых больших во всем мире, с него прекрасно было видно и город, и воду, и вообще любой человек, кто хоть раз оказывался в Йокогаме, был просто обязан посетить его. - Колесо обозрения? - Микадзуки удивленно и даже невинно хлопнула длинными ресницами, смотря в лицо Локи. - Оно самое. Чертово колесо, - усмехнулся парень, не поняв, с чего такой очевидный вопрос? Правда, у японцев данный аттракцион имел романтический подтекст, но Лаватейн решил посетить его по двум причинам. Красиво, он любил огни, и ночной город в этом плане ему нравился, а виды должны быть шикарные. Зрелищно, и Пандора заодно отдохнет, раз уж продолжать ходить на своих двоих ей сегодня больше не желательно. Так что никаких препятствий Локи не видел и прямо так подошел к турникету, аккуратно опуская Микадзуки и придерживая за талию, потом за руку, помогая забраться в подъехавшую кабинку. Девушка, конечно, удивилась, но залезла в кабинку, дверь за ними захлопнулась, и они начали медленно подниматься вверх. Красивый вид на ночной город, очень медленный подъем, в целом это колесо делало полный круг минут за пятнадцать-двадцать, давая в полной мере насладиться видами города и океана. - Красиво... - девушка вздохнула. Ночные города с их высотками-небоскребами ей тоже нравились, множество разноцветных огней, и все это, словно в зеркале, отражалось в воде. На улице фактически был мертвый штиль, так что зрелище получалось поистине завораживающее. Микадзуки даже расслабилась, уже подбираясь к середине пути, начала зевать и тереть глаза, стараясь держать их открытыми, но внезапно сонливость и усталость дня окончательно сразили девушку. Голова едва стукнулась о стекло, глаза закрылись, а крепкий сон поглотил свою владелицу. Локи сидел напротив и боковым зрением отметил, как Пандора клюет носом. Оно и неудивительно, столько впечатлений за день. Поездка в другой город, прогулка по парку, где столько всего интересного даже для японки, что жила все эти годы неподалеку, что уж говорить про бога, попавшего в мир людей. Вкусная еда, много разговоров, потом эта драка... Локи до сих пор переваривал мысль, что хрупкая девушка способна на подобные выкрутасы. Он места себе не находил, когда Бальдр, крепкий бессмертный бог, падал, а тут слабое человеческое тело, к тому же женское. У парня сердце кровью обливалось. Поэтому поездка на колесе обозрения была еще и чем-то вроде итога сегодняшнего дня, Локи смотрел за стекло и переваривал впечатления, думал обо всем произошедшем и о том, что ждет впереди. Пока не заметил, что Пандора все-таки уснула. - Ну что за беззащитное создание, - он пересел к девушке, перетягивая от окна на себя, складывая ладонь на черноволосую макушку. - Заставила ты меня сегодня понервничать, теперь еще думай, как тебя домой возвращать, - сам с собой разговаривал Локи, теребя на шее подвеску-ограничитель, как в голову пришла гениальная идея. - Хе-е... Надеюсь, старик Зевс не поджарит меня молнией по дороге. Кабинка колеса достигла самой высокой точки, когда дверца вдруг распахнулась. Люди на земле из-за спустившейся темноты вечера этого не видели, да и Локи наложил на себя на всякий случай купол невидимости, приняв свою божественную форму. На руках у него была спящая Пандора, укрытая алым мехом, чтобы не замерзла по дороге, путь все-таки лежал неблизкий. И, оттолкнувшись от кабинки, Локи устремился в небо. Микадзуки чувствовала тепло, словно она была укутана во что-то очень теплое, слышался равномерный стук, а еще ощущался легкий ветерок. Девушка медленно открыла глаза, сталкиваясь с желтой, словно золото, радужкой глаз, знакомая, которую она иногда видела у Локи. Родинки под правым глазом и еще одна у нижней губы, красные волосы изменились, теперь они имели плавный переход в огненно-желтый, почти такой же, как и глаза парня в данный момент. А на голове показались внушительные рога. Открытые участки кожи немного щекотал мех, который и согревал ее сейчас. Пандора медленно моргнула, все еще не в силах вынырнуть из какой-то сонливой неги, готовясь провалиться туда в любой миг. Странное чувство, словно она летит, а над головой проносятся звезды. - Локи... - имя прозвучало тихо и все еще сонно, Микадзуки еще раз медленно моргнула, явно с трудом удерживая глаза открытыми. - М-мр? - он отозвался прежде, чем чуть лениво повернул голову, обнаруживая, что девушка изволила не отплыть в глубокий сон до утра. Лукаво улыбнулся, словно то, что человек видит его в божественном облике, его нисколечко не беспокоит. Однако интонация голоса была мягкая и тягучая, как обволакивающая патока, намеренно вгоняющая обратно в сон. - Спи, принцесса. - Спасибо... Ты очень хороший... И даже нравишься мне, - тихий шепот, настолько, что пришлось бы очень сильно напрячь слух, чтобы понять, что именно сейчас во сне говорит девушка. Слова были едва различимы, но Локи однако их услышал. Микадзуки сразу после этого моргнула еще раз, проваливаясь в сон, голова легла на плечо и грудь парня, темные волосы, которые почти сливались с ночным небом, немного растрепались. Вид донельзя умиротворенный, даже счастливый, показывающий максимальную степень доверия, ведь иначе она бы не заснула на колесе и уж точно не продолжила бы спать сейчас. Ответа Микадзуки не услышала, да и не последовало его. Округлив глаза, Лаватейн кое-что понял... и скулы окрасил легкий румянец, а губы нет-нет, а тянула счастливая улыбка. Бог огня не считал, сколько у него занял полет от Йокогамы до Токио, но спустился он на крышу нужного общежития глубокой ночью. Благо он знал, какие окна принадлежали комнате Микадзуки. Довелось однажды столкнуться с ней во время ее вечерней прогулки с собакой, Локи за разговором проводил девушку до общежития, и ему похвастались, что живут на третьем этаже, даже окна показали. Створки отворились по чистому волшебству, Лаватейн пролез внутрь, встав на пол, услышав тихий стук от каблуков своих сапог. Повезло еще, что Пандора одна жила, а то вот было бы веселье, заявись он так посреди ночи с ней на руках и разбуди соседку Микадзуки. Девушку он уложил на постель, сняв с ног кроссовки, и первым делом щелчком пальцев заставил в углу комнаты появиться покупки. Тут взыграло любопытство бога шалостей, и Локи обвел взглядом комнату, напоследок задержавшись на спящей фигуре. - И ведь не оставишь тебя так, - вздохнул он, но тут же на губы легла озорная улыбка. Из шкафа сами собой подлетели пижамные шорты и майка, а вот раздевать Пандору Локи решил сам. Пострадавшие гольфины и пыльная рубашка быстро отправились на ближайший стул, следом с тела девушки соскользнули шорты. Снять майку и не разбудить Микадзуки было сложнее, на секунду в голове Локи даже промелькнула мысль, что вот забавное со стороны зрелище. Как странный персонаж в непонятном костюме и с рогами раздевает прелестницу, забравшись через распахнутое окно. Нижнее белье Лаватейн трогать не стал, лишь скользнул взглядом по стройному телу и щелкнул пальцами, чтобы пижама на Пандору налезла сама. Тут уж велик был шанс разбудить ее. - Сладких снов, - тихий шепот, накрывшее девушку одеяло, и окно с тихим звуком закрылось.